Микроскоп с разбитой линзой

      В третий раз они встретились в той же пиццерии. Это уже становилось ритуалом, но Гэвина такой вариант устраивал. Более того, он с удивлением заметил, что предвкушает встречи и что с Коннором действительно интересно обсуждать ход дела. Погода к концу октября окончательно испортилась, и сидеть с кофе за столиком в тихом полутемном углу было особенно уютно. — … так что пусть твои ищут этот номер. Коннор кивнул. Из его стакана с кофе пахло мятой, и он довольно щурился, как объевшийся кот. — Это дело становится всё интереснее, — заметил он. — Интереснее? Да от него одна головная боль. — Брось, Гэвин. Что может быть удивительнее и загадочней человеческой души? Почему люди идут на преступление? — Деньги, — детектив пожал плечами. — Устранение конкурента, безысходность, ломка, зависть. Мне продолжать? — Я не об этом. Я о том, что происходит в душе такое, что заставляет выбрать насилие. Вот ты, например. Почему ты решил стать детективом? Животные нравятся тебе больше людей. Кстати, как ее зовут? — Кого? — Твою кошку. От изумления Рид уставился на него с приоткрытым ртом, не в силах произнести ни слова. Совладав с собой, он спросил: — Как ты узнал?.. — Твоя одежда в шерсти, руки — в царапинах, очевидно, что это следы домашнего животного. С твоей работой времени на выгул собаки не остаётся, значит, это кошка или кот. Одинокие люди заводят, как правило, питомцев противоположного пола, значит, у тебя кошка, которую ты сильно любишь и балуешь, раз позволяешь спать на своих вещах и играешь с ней. Так как её зовут? — Эмм… Тыква. — Из-за рыжей шерсти? — Ага. — Хорошее имя. Коннор поерзал на стуле, устраиваясь удобнее. Гэвин размышлял над его словами, и чем больше думал, тем мрачнее становился. — С чего ты взял, что у меня никого нет? — резко спросил он. — На футболке пятно кофе, щетине дня три, ногти криво острижены, волосы грязные. Я сужу по себе, — он усмехнулся, — но если бы важный для меня человек выглядел столь неряшливо, я бы первым делом загнал его в ванную. А потом спрашивал, что случилось. — Охренеть ты Шерлок Холмс. — Ты не первый, кто так говорит. Но мне больше нравится По, и сравнение с Дюпеном льстит больше. — Я запомню. — Ох… — Коннор неожиданно смутился. — Спасибо. Они поспешно допили кофе, быстро собрались, неловко и коротко попрощались на пороге и разошлись в разные стороны.

***

      Неизвестный номер ничего не дал, и зашифрованный сигнал расшифровать не удалось. И это злило. Рид был уверен, что номер выведет его на того, кто стоял за Голдвиком. Почему? Объяснить этого он не мог, но это была единственная зацепка. Получив обратно бесполезный смартфон, Гэвин хотел швырнуть его в стену, но сдержался. Открыл чат, перечитал переписку и задумался. Допустим, криминалисты полиции не смогли найти номер, но что насчёт ФБР? Полномочия у них должны быть больше. Гэвин позвонил Коннору. — Ты можешь попросить Ричарда, чтобы он узнал про тот номер? — спросил он, забыв про приветствие. Из динамика послышался вздох. — Я не хочу обращаться к нему. — Почему? — Потому что… Слушай, это довольно личное. — Да? Но подожди, ты же как-то узнал про Голдвика, хотя я тебе про него не говорил. — Тогда Ричи сам разболтал. А сейчас он работает над этим, и может, всё станет только хуже. В голосе сквозила усталость, и Гэвин понимал его настроение. Он хотел встряхнуться и немного разнообразить рабочие будни, и задолбавшийся Коннор был весьма кстати. — Слушай, — Рид откинулся на спинку офисного стула и закинул ноги на стол. — Может, встретимся сегодня? В смысле, без расследования и всей это фигни. Я знаю один неплохой паб, к тому же, сегодня пятница… Проходившая мимо Тина, услышав про бар, остановилась и села на стол. Подождав, когда он закончит, она хлопнула его по колену. — Значит, свиданки на работе назначаешь? — Ага, — довольно ответил Рид. — Криминалисту. Как раз на месте преступления познакомился. — Коннор? — удивилась Тина. — Ты его знаешь? — Там же и познакомились. Странный парень. — Не то слово. Но прикольный. — Я так поняла, у него есть знакомый из ФБР. — Это его брат. Тина удивлённо присвистнула. — Тот жуткий тип в белом пиджаке? Никогда бы не подумала. — Ты его лицо не видела, так-то они почти один в один. — Ну смотри, — она потрепала его по небритой щеке, — веди себя хорошо, а не то придёт злой братик из ФБР и наваляет тебе. — Ещё кто кого, — самодовольно фыркнул Рид.

***

      Коннор посмотрел на высокий пол-литровый бокал пива и нервно сглотнул. В баре он чувствовал себя неуютно, сидел, сжавшись, и ковырял ногтями стол. — Ну чё, как работёнка? — спросил Гэвин. Он сиял, предвкушая отличный вечер. — Я думал, мы не будем говорить о расследовании. — Ну окей. Про что тогда? — Ты… ты хотел обсудить мои отношения с Ричи, кажется. — Чё-то ты странно выглядишь, — Рид склонил голову вбок и посмотрел на Коннора. — Если тебе в напряг, то ладно. Перебьюсь. — Ох, — по лицу Коннора скользнула вымученная улыбка. — Да, это очень мило с твоей стороны. Спасибо. — Тогда сразу к делу! — объявил Гэвин и поднял бокал.       Оказалось, Коннор не умеет пить. Вообще. С пол-литра пива его развезло, как с бутылки рома, он покраснел, расстегнул несколько верхних пуговок и пытался что-то говорить, но получалось пьяное заплетающееся бормотание. И это было… мило? Другого слова Гэвин подобрать не смог. Вообще пьяные вусмерть люди — отвратительное зрелище, и Рид знал это по себе, но Коннор, хоть и ни черта не соображал, понимал, что ведёт себя плохо и пытался извиниться. Взъерошенный, с растрёпанными волосами и блестящими осоловевшими глазами он напоминал объевшегося перебродивших ягод воробушка, и это, чёрт возьми, реально было мило. Вдруг Коннор умолк и уставился в одну точку. Затем поднял голову — на лице явно читалась тревога, и зажал рот рукой. Рид понял мгновенно. Он выскочил из-за стола, схватил Коннора за локоть и потащил его в туалет. Проходя мимо барной стойки, он пересёкся взглядом с барменом и тот спросил: — Всё в порядке? — Сам-то как думаешь?! — раздражённо крикнул Гэвин. — Воды приготовь! В туалете криминалист ломанулся к первой кабинке и заперся. Тут же из неё послышались кашляющие звуки. Рид оперся о стойку с раковинами и посматривал на дверь. О, он был в подобных ситуациях много раз, и знал, что испытывает Коннор (помимо мерзкого ощущения выходящих наружу внутренностей) — жгучее чувство стыда. — Ты там как? — крикнул он, когда звуки стихли. — Норм, — слабо ответил Андерсон. — Я за водой сгоняю и вернусь. Он вышел в шумный бар, схватил оставленный для него стакан и вернулся. Коннор уже протрезвел и умывался холодной водой, приводя себя в чувство. — На, — Гэвин протянул стакан, — чтобы привкуса не было. Парень молча выпил воду залпом и поставил стакан рядом с раковиной. Он смотрел под ноги, избегая встречаться с Гэвином взглядом, и пунцовое лицо буквально пылало стыдом и смущением. — Тебя всегда так кроет? Коннор кивнул. — Я так нажрался лет в четырнадцать, — сказал Гэвин. — Тоже с пива вынесло. Блевал дальше, чем видел. Но самое стрёмное было, когда я заблевал платье девчонки, которая мне нравилась. Вот это, блин, незабываемый выпускной, а не сраные школьные балы. Рид приподнял его голову, схватив пальцами подбородок. — Не парься, — сказал он, глядя во влажные блестящие глаза. — Я знаю, что ты сейчас чувствуешь, но это не стоит того, чтобы париться. — Извини за то, что испортил вечер. — Ничё страшного. Я больше вечеров испортил, — Гэвин гнусно ухмыльнулся, и Коннор слабо улыбнулся в ответ. — Спасибо за поддержку, но… я, наверно, поеду домой. Он прошёл мимо Гэвина, но тот вдруг схватил его за руку. Коннор остановился перед дверью, чувствуя сильную хватку. — Поедем ко мне, — сказал Рид. — Нет, я тебя не трахну. Просто… ну… типа, мне будет спокойнее, если я буду за тобой присматривать. Отравление — это не шутки. — Эм… Хорошо. И спасибо за всё.       Такси ехало по вечернему Детройту, яркому и холодному. Хэллоуин приближался, и город стал чёрно-оранжевым, к стёклам и витринам прилипли бумажные летучие мыши, пластиковые скелеты хищно скалились, мерцая красными глазами, и им вторили тыквы с вырезанными улыбками. Хэллоуин — последнее веселье перед зимой, и все были охвачены предвкушением праздника, даже в такси на панели болтала головой фигурка с гигантской головой-тыквой, и её плавное покачивание усыпляло Рида. Хмель из него выветрился, но весёлое настроение оставалось. Коннор же мучился от похмелья и, насупившись, смотрел в окно, но вдруг повернулся к Гэвину и тихо сказал: — Ты хотел узнать, почему я не хочу обращаться к Ричарду. Рид внимательно посмотрел на него. — Я — старший брат, Ричи — младший, и как часто это бывает, младшего любят больше старшего. И у нас постоянное соперничество. Вначале было за внимание мамы, потом — у кого оценки лучше… Когда я сказал, что хочу служить в полиции, Ричи решил, что будет лучше меня и пойдёт в ФБР. Как видишь, получилось, — он грустно усмехнулся. — Он часто предлагает мне помощь, даже предлагал устроить к себе в отдел, но… Но это не то, понимаешь? — Ага. Типа, он такой важный предлагает помощь тебе, такому убогому. — Да, именно оно. И я просто хочу доказать, что я ничуть не хуже. Поэтому-то и решил ухватиться за это дело. Гэвин подсел ближе. — Знаешь что? Я тоже ненавижу этого говнюка. Только между нами, окей? Коннор тихо рассмеялся. — Замётано.

***

      На пороге дома их встретила Тыква. Кошка с интересом обнюхала гостя, дала себя погладить и ушла спать, гордо задрав хвост. Гэвин посадил страдальца на диван и принёс таблетки от головной боли. — Чай или кофе? — спросил он. — А нет какао? — Есть. — Тогда его, пожалуйста. Рид притворно вздохнул. — Эксплуатируешь, да? — Ты сам предложил, — ответил Коннор.        Ему уже было лучше, и когда детектив ушёл, он стал рассматривать интерьер, подмечая детали. Стеллаж, заставленный дисками с играми, лежанка для кошки в форме тыквы с обкусанным зелёным листом из фетра, журнальный столик, заставленный грязными чашками, компьютерный стол, заваленный картонными папками — копии дел, которые он вёл, оригинальная дизайнерская люстра в форме пентаграммы и плакат «Рика и Морти» на стене. В целом, обстановка подтверждала то, что Коннор успел узнать о Риде: одиночка, обожает свою кошку, обычно отдыхает дома, увлечён поп-культурой. Что ж, между ними больше общего, чем можно представить… Гэвин плюхнулся рядом и протянул ему кружку. — Держи. — Спасибо, — Коннор отпил немного какао и блаженно улыбнулся. Какао нравилось ему куда больше пива. — Ты тоже покупаешь еду по скидке, да? — невинно заметил он. — Я тоже. Не понимаю, почему некоторые стыдятся этого, так же выгоднее. Рид застыл с кружкой в руках. Лицо его выражало шок, непонимание и страх одновременно. — Ты чё, в холодильнике у меня лазил? — Нет. Я всё время был здесь. — Тогда как?.. — Молоко веганское, — объяснил Коннор. — Оно немного отличается на вкус от коровьего. Ты не веган, так с чего тебе покупать веганскую еду? С того, что рядом с твоим домом сетевой магазин, в котором сейчас как раз скидки на это молоко. — Охренеть. Ты… ты реально Шерлок. В смысле, этот, как ты там говорил… — он защёлкал пальцами, пытаясь вспомнить. — Дюпен, — напомнил Коннор. — Я не думал, что ты запомнишь. — Ну, как видишь, не запомнил. — Но ты помнишь наш разговор. Обычно люди не запоминают, что я говорю.       Коннор стал пить какао мелкими глотками, а Гэвин думал, что же здесь не так. Чувак, которого выносит с пол-литра пива — это смешно, и над таким человеком он бы посмеялся, но криминалиста было по-человечески жаль. Помогать кому-то при рвоте, а потом ещё тащить домой? Да конечно. Но Коннора он потащил, да ещё и какао ему сделал. Не потому, что хотел затащить в постель, а потому, что он ему нравился.       Он. Ему. Нравился.       Это же так просто! Это буквально лежало на поверхности, то, почему он ввязался в сотрудничество и не послал после первой встречи. Этот смешной и наблюдательный в ненужные моменты пацан ему просто нравился. Странного одиночку хотелось узнать ближе, сидеть вечерами на диване и таращиться в телевизор, болтать о всякой ерунде, и чтобы Тыква мурлыкала рядом.       Так почему бы не начать?.. — Может, кинцо посмотрим? — Давай. А что именно? Рид дважды хлопнул в ладони, и свет, подчиняясь технологии умного дома, в зале выключился. В полутьме криминалист не видел хитрую ухмылку Гэвина, а причина такому поведению была. Что заставляет людей прижиматься друг к другу? Страх. И у него была отборная коллекция хорроров. — Выбирай, — ответил Гэвин и открыл приложение на телевизоре. А вскоре к ним пришла Тыква, заинтересованная, чем же занимаются в темноте люди.