Ванная старост станет началом

      Дождавшись, когда сопровождающий их стражник покинет его покои, Драко решил провести ночь с Гермионой. Здесь были правила основанные на традиции «не делить ложе вне союза», но Малфою на это было всё равно. Он не доверял эльфам, какими бы лаврами их не осыпали. Поэтому, и посчитал нужным быть рядом с Грейнджер.       Какого же было его удивление, когда Гермиона сама влетела в него у входной двери. Смущённо опустив взгляд в пол, она попросила его остаться с ним на всю ночь, потому что боялась, что на них нападёт, когда они потеряют бдительность.       Сделав задумчивое лицо только для вида, Драко быстро согласился, заметив, что Гермиона облегчённо выдохнула после его ответа.       Через некоторое время их вновь посетил стражник, чтобы предложить сменную одежду и ванную. Пару снова развели по разным помещениям.       Как Драко, так и Гермионе была предложена помощь в купальне. Но Малфой, почувствовал неприязнь из-за того, что другие девушки будут его мыть, поэтому вежливо отказался и спешно выпроводил эльфов из помещения.       Грейнджер, те же самые девушки уговаривали куда усерднее. Услышав, что они будут очень расстроены вторым отказом от важного гостя, Гермиона сдалась, не сразу поняв, что Драко отказался от заботы девушек. Одели их в чистую, белую одежду. Грейнджер в длинном платье в пол с закрытой грудью, длинными рукавами, а Малфоя в рубашку и брюки.       Каштановые волосы Гермионы, девушки заплели в косу, добавив совсем немного цветов чем-то напоминающих сорт белых лилий.       Поражённый тем, как красива была Гермиона в этой одежде, Малфой сглотнул, обводя фигуру взглядом. Он рассматривал её до тех пор, пока Грейнджер не позвала его по имени.       — Ты что-то сказала? — рассеяно смотрит.       — Уже неважно. Пойдём? — улыбается, поправляет прядь волос у лба.       — Пойдём, — берёт за руку, уводя подальше от ванных комнат. Только после их ухода, из-за угла возникают три девушки, что помогали Гермионе привести себя в порядок. Смущённые, они переглядываются между собой, вздыхая от белой зависти.       — За восемьдесят лет не видела такой красоты. Они так подходят друг-другу, — говорит одна, заставляя других добровольно согласиться.

***

      Продолжая чувствовать себя счастливым от отдыха, Малфой лёг на колени Гермионы, которая села у изголовья кровати. С особой аккуратностью девушка начала гладить Драко по волосам. Думая о чём-то своём и улыбаясь, Гермиона выглядела совсем невинно.       Малфою нравились эти прикосновения, они были чем-то схожи на действия его матери много лет назад.       Таким образом, Нарцисса успокаивала сына после его кошмаров, после личных встреч с отцом, и даже в ночь, когда произошло первое собрание Тёмного Лорда. Драко никогда не думал, что прикосновения двух любимых женщин будут так схожи.       После частых встреч с Гермионой в этом году, Малфой не мог сказать, что не чувствует к ней того чувства, которое успел спрятать в первый год войны.       Спокойствие и умиротворение разошлось по телу. Закрыв глаза, Малфой начал засыпать.       На самом деле, никому из девушек, с кем Малфой имел сексуальный опыт, не разрешалось оставаться рядом после секса. Он чувствовал себя мерзко сразу же, как только, мысли становились трезвее, после оргазма.       Отвращение, как к сексу, так и к партнёрше проявлялось сразу же. Он выгонял всех до одной. Если же дело происходило за пределами его комнаты, то он уходил сам. Не прощаясь и не давая обещаний, что всё повторится.       На его удивление, девушки хоть и обижались, но попытки залезть в ширинку не прекращали. Подлецом Малфой себя не считал. Секс без обязательств для него был нормой до тех пор, пока его партнёром не стала Грейнджер. У него не было злых умыслов в тот вечер. Вообще-то, Драко хотел только убедиться, что Гермиона не решит сделать что-то с собой. Остальное произошло само.

***

      ....Проснувшись утром, Гермиона увидела, что развалившись почти на всю кровать, она согнала Малфоя на край и оставила без одеяла. Заботливо укрытая от ног и до шеи Грейнджер осторожно вытащила руки. Дотронувшись до пальцев Малфоя, Гермиона в удивлении подняла брови. Стянув одеяло с себя и укрыв Драко, она начиная греть его руки своим дыханием.       «Как я могла оставить его вот так мёрзнуть на краю? Такой бледный... Мерлин, неужели ему было так холодно... Но почему он даже не залез под одеяло, а всё мне оставил? Глупый что-ли?», — рассматривая пальцы Малфоя и грея руки, Гермиона думала про себя.       Открыв глаза, Драко сразу заулыбался, потому что увидел взволнованную Грейнджер, которая грела его руки. Заметив, что Драко проснулся, она смутилась. После медленно отпустила его ладони и легла обратно. Малфой тут же подвинулся к ней, делясь одеялом и утыкаясь в шею.       Покрывшись мурашками от горячего дыхания, Гермиона прикрыла глаза и обняла Драко.       — Доброе утро, — с хрипотцой произнёс Малфой, почувствовав, как ему становится теплее.       — Мх... Доброе, Драко, — погладила по спине, признаваясь самой себе, что ей так сейчас хорошо и спокойно, что не хочется никуда возвращаться, — думаю нам нужно вставать... Дела и.., — хочет договорить, но слышит, что Драко недовольно мычит, крепче прижимая к себе. Оставляет поцелуй на нежной коже.       — Дай мне согреться. Очень холодно, — хитрит, только отчасти говоря правду. Почувствовав себя виноватой Гермиона сдаётся. Проведя ладонью по платью, Драко залез под ткань, слегка сжав бедро. Грейнджер тут же засмущалась, но не оттолкнула, наоборот, с интересом начала ожидать следующих действий.       Послышался стук в дверь, сначала тихий и короткий, затем более настойчивый. Остановив Драко, Гермиона освободилась от его рук и встала с кровати. Поправив распущенные волосы и подол платья, Грейнджер поспешила к двери.       Недовольно цокнув и закатив глаза, Малфой лёг на спину и скрестил руки на груди. Его волосы были в полном беспорядке, а на лице выражалось открытое раздражение.       Приоткрыв дверь, Гермиона с недоумением посмотрела на вчерашнего сопровождающего. Эльф в свою очередь с лёгким волнением посмотрел на Гермиону, а затем указал на соседнюю дверь, видимо спрашивая, почему она здесь, а не в своих покоях. Неловко улыбнуашись, Грейнджер увидела, как молодой парень неодобрительно покачал головой, но больше ничего не сказал.       — Предупреждайте меня о ваших перемещениях, — произносит низким голосом, заставляя Гермиону вздрогнуть от неожиданности. Почему-то она ожидала, что голос будет гораздо выше, – Король Таурон ожидает гостей в столовой и будет очень рад их скорому визиту. Он не любит долго ждать, поэтому поторопитесь, — Гермиона понимающе кивает и закрывает дверь, сразу же встречаясь взглядом с Драко, который всё это время прятался за дверью. Заключив её в объятья, Драко наклонился к её шее, но Гермиона остановила его поцелуем в щёку.       — Нужно идти, Драко. Ты же сам всё слышал, — смотрит на него, пытаясь разгадать о чём он сейчас думает. Азарт в его глазах вновь сменяется на раздражение. Он перестаёт смотреть на неё, — прости... Мы можем...       — Потом, Грейнджер, — снова посмотрел на неё, поцеловал в лоб, после отошёл к зеркалу.       Вообще, неплохо было бы сейчас почистить зубы и умыться, но ближайшей ванной комнаты не наблюдалось. Поправив воротник рубашки, Драко почувствовал объятья со спины.       — Не злись на меня..., — Драко непонимающе смотрит в зеркало, после поворачивается, и начинает обнимать её в ответ.       — Я не злюсь на тебя. Меня просто раздражает этот Таурон. Он смотрит на тебя не так как нужно, игнорирует меня, да и просто наглый. Если бы мы не нуждались в выходе отсюда и у меня была бы палочка. Я бы ему все..., — недоговаривает, потому что Гермиона в смущении закрывает лицо ладонями, и начинает тихо смеяться.       «Милашка.»       — Ну всё, тш.., — хоть и не сдерживает улыбку, но из вредности пытается пристыдить Гермиону.       — Ты не думал, что он так смотрит на меня, потому что никогда не видел женщин других расс? — прекратив смеяться, смотрит на Драко, обнимает.       — Мне всё равно, – кусает внутреннюю сторону щеки, сжимает её в объятьях крепче.

***

      ....Войдя в столовую, Гермиона и Драко сели за стол рядом друг с другом. Перебрасываясь время от времени взглядами между собой и улыбками, Таурон старался сделать вид, что ничего не замечает, но поймав очередную улыбку Гермионы и ощутив сытность, он шумно выдохнул.       — Разговор касающийся вас будет проходить тут или же, мы перейдём в другое помещение? — больше утверждает, чем спрашивает, но Малфой всё равно отвечает.       — Я думаю, что лучше сменить обстановку, — вежливо улыбается, пряча за улыбкой желание прямо у него на глазах поцеловать Грейнджер, чтобы раз и навсегда доказать, кто тут победитель.       Получив кивок от Таурона, Драко вместе с Гермионой встал со своего места и последовал за ним, не забыв взять немного взволнованную Грейнджер за руку.       Преодолев длинный коридор и несколько поворотов, гости вместе с королём эльфов вышли на улицу, в ухоженный сад.       Им открылся вид на большой пруд с небольшими камнями вокруг него, а также высокими деревьями «нежного яблока» и «волшебной сливы». Двинувшись вглубь, троица подошла к огромной каменной стене, что представляла собой тайный проход. Камень повсюду облепили виноградные ветви и их крупные листья.       Рассматривая природу вокруг, Драко пропустил момент, когда Таурон отодвинул небольшую часть растения и пропустил Гермиону вперёд, заходя следом. Король отбрасил ветви так, что они ударили Малфоя по лицу, последнему это очень не понравилось, но ничего поделать не мог.       За необычной ширмой скрылась беседка выполненная из белого камня, с плетёными из сухой лозы стульями и столом. Пройдя к Гермионе, которая уже сидела, Драко с нескрывамым недовольством сел рядом.       Пару оскорблений крутились на языке Малфоя, но опыт Пожирателя научил его молчать и ждать самого удачного момента, чтобы отомстить. Гермиона заметив перемену на лице Драко, шумно выдохнула, но спрашивать причину не стала. Вместо этого просто взяла за руку.       Таурон же остался стоять напротив, задумавшись над тем, как ему всё таки стоит начать, чтобы не спугнуть молодых людей и не начать волноваться самому.       Когда удалось собраться, Таурон грустно улыбнулся гостям. Посмотрев на свои руки, где расположился перстень выполненный из чистого серебра и камня, что выполнял функцию мини-зеркала, Таурон начал свой рассказ:       — Моё появление было девятьсот тридцать пять лет назад, я был самым младшим из девятнадцати братьев. Мы жили миром и всегда были против войн. Не бились за чужую власть, не требовали кровопролития из-за своих идеологией и мировоззрения. Ещё при создании первых представителей моей рассы, их наделили даром видеть пророчества, заживлять раны и жить долгие года, оставаясь молодыми и мудрыми от проходящих лет. Но мы были созданы от части человеческого сердца, а потому можем придаваться грехам, что таятся в сущности человека. Те, что не смогли бороться с тёмной частью — уходили из мира сего, теряли дары, и пытались завоевать власть в человеческом мире. Старшего сына Олхдара Великого, отца моего звали Персек. Он также владел даром. Благодаря своему взгляду, Персек мог вылечить любого, но он попал под страшную участь и был изгнан. Он увёл за собой второго по старшенству брата — Дурифа, который всех животных сопровождал ветром, — Гермиона переглянулась с Драко, но спрашивать ничего не стала.       — Вдвоём они начали войну. Сожгли и вырубили все наши леса на Юге, а зверей пустили на одежду и показали пример другим, а именно вам, людям. Так началось истребление леса. Наше существование подверглось большой угрозе, — с каждым новым сказанным предложением, Таурон становился всё печальнее. Он чувствовал сожаление и собственную беспомощность.       Ворошить прошлое он долгое время не желал, но сейчас обстоятельства были другими, Таурон продолжил:       — Нашему народу пришлось бежать к тем, кто были похожи на людей, но одновремнно с этим были изгоями среди своих. Они тоже хранили своё существование под секретом. Четверо людей помогли нам спрятаться, пообещав, что защитят с помощью своих сил. Они творили настоящие чудеса с помощью магии. В обмен, мы предложили дать им семена, для великих деревьев, которые дадут крепкие ветви для самых сильных хранилищ магии. Также, мы предложили им несколько эльфов для служения им, конечно, с их согласия. Сам договор скрепили магией, — услышав много новой информации, Гермиона посмотрела на задумчивого Драко, собираясь спросить знал ли он об этом. Увидев выражение его лица, Грейнджер решила отложить этот вопрос.       Теперь, становилось ясно откуда появились домовые эльфы и первые палочки. Было непонятно только то, из-за чего эти эльфы так сильно поменялись. Дело было в годах или магии?       — Эти люди не бежали за нашим бессмертием, поэтому я думаю... Что они смогут нам помочь. Салазар и Годрик всегда знали, что делать, а Кандида сможет придумать план вместе с Хельгой, — произнёс, воодушевившись. Посмотрев на гостей, которые застыли с недоумением на лицах, Таурон и сам замер.       — Вы говорите о основателях Хогвартса, — осторожно начала Гермиона, осознавая, что ситуация куда хуже, чем она могла себе представить. Драко рядом заметно напрягся, — Их давно нет в живых, мистер... Таурон.       Услышав слова девушки, король недоумевающе посмотрел на пару.       — Сотни лет прошло с вашей встречи. Сейчас даже прапрапрапранаследников не найдёшь, — вспомнив про Тома Реддла, потомка Салазара, произнёс вслух Малфой.       — Но этого быть не может. Несколько лет назад они навещали нас, — в удивлении приподнимает брови, явно не понимая о каких веках говорят эти двое.       — Боюсь, что время там течёт гораздо быстрее, чем здесь, — с дрожью в голосе выдала Гермиона и испуганно посмотрела на Драко.       «Сколько там уже прошло? Месяц? Год?» — предполагает Гермиона, чувствуя, что руки начинают дрожать от страха.       — Значит нам нужно спешить. Таурон, что ещё ты можешь рассказать? ,— Драко не церемонится, сразу переходит на неофициальное обращение. Он видит панику Грейнджер, и неосознанно сам начинает нервничать.       Таурон попытался переварить сказанное и вспомнить какие-то важные детали из последней встречи с волшебниками.       — Видимо кто-то узнал про заклятье, которое накладывали перед своим уходом волшебники. Оно открывает двери с помощью слов на эльфийском языке, а также крови тех, кто перемещается. Вы как и тот, кто первый произнёс заклинание связаны сильнее, чем можете представить...       Хотел только Малфой задать вопрос, как Таурон опередил его, предугадав, что он собирался спросить.       — Если переместим вас обратно, то вы сразу же попадёте к нему. В ближайшее время, они сами появятсяздесь. Нам нужно готовиться к худшему, потому что, у нних могут появиться союзники. Хотя я хочу продолжать верить в лучшее.       Гермиона сжала ладонь Драко ещё крепче. Без магии у них не было никакой подготовки.       — Возможно, получится вернуть вас без проблем. Место следующего портала, уже открытого для всех желающих — переместилось. Но благодаря защите четырёх волшебников, он будет всё ещё на той территории, что им принадлежит, — Драко из-за его слов хмурится, начиная придумывать варианты решения ситуации. Гермиона уже сделала выводы.       — Тем, кто хотел проникнуть сюда, движут плохие мысли. Я чувствую энергетику исходящую от вас и от третьего. Существование моего народа вновь под угрозой, а уж дар попав в плохие руки... Бессмертие способно убить существо с плохой энергией. Оно действует как яд. Медленно проникает в клетки и также медленно убивает. Стоит выпить эликсир новой дозы, как процесс начнётся по новой. К тому времени, когда эликсир полностью уничтожит плоть третьего... Многие могут погибнуть от их рук, в том числе вы и близкие из вашего мира.       Гермиона несколько раз проморгала, прежде чем её зрачки увеличились. Встав со стула, она как кукла повернула голову в сторону, и начала говорить на латыни. Тем самым напугав Малфоя с Тауроном.       — В ночь, когда придёт игра, полнолуние засветит, лунный гость придёт сюда, будь за брата ты в ответе, — молвила на латыни и упала в руки Малфоя, который от этой сцены, готов был упасть рядом.       Глаза Гермионы закрылись. Драко бережно поднял её на руки, испуганно посмотрел сначала на неё, затем на Таурона. Он ждал объяснений.       — Это было пророчество... У нас намного меньше времени, чем я думал, поэтому отнеси её в гостевую спальню. Ей нужно отдохнуть. После, скажи стражнику, чтобы отвёл тебя к Демелу. Он подготовит тебя для боя, — произнёс, сжав зубы. Упоминание брата выбило его из колеи. Давнюю рану всё чаще трогали.        — В этот раз битвы не избежать. Мои братья... Персек и Дуриф возвращаются, — уже намного тише договаривает, чем пугает Драко, — Поберегите Гермиону от войны. Она может погибнуть. Не повторяйте судьбу одной девушки.       На последних словах Малфой с ужасом в глаза, перевёл взгляд с эльфа на Грейнджер, которая продолжала находиться в бессознательном положении.       Драко готов был услышать, что угодно, но не то, что он может потерять Гермиону.

***

      Совместный урок Гриффиндора со Слизерином ранее представлял собой шутки над друг-другом и открытый стёб. Смех слизеринцев звучал всегда громко, ровно как и ругательства гриффиндорцев. Ссоры стали обыденной вещью. К этому так успел привыкнуть профессор Флитвик, что в последний год замечания он делал только для видимости.       Но в этот год всё было по-другому, студенты вели себя гораздо тише, а перепепалок почти и не было. Как война, так и недавний переполох повлиял на атмосферу в двух факультетах. Практически успокоив всех.       Слух, что на месте взрыва в ванной старост нашли следы последователей Пожирателей, а также кусочки от одежды Гермионы Грейнджер и Драко Малфоя обошёл только старшие курсы, но и им не сложно было сложить дважды тролля, чтобы понять, что отчасти правда в слухе может быть. Ведь именно после того дня никто не видел их.       Внезапное исчезновение этой парочки весьма удобно совпало со временес взрыва. Возможность смертельного исхода навёла страх на близких Малфоя и Грейнджер, а затем породила новые слухи.       Последняя вера в лучший вариант слухов исчезла, когда нашлись студенты готовые продать информацию о смерти студентов журналистам. Которые в свою очередь были готовы растирожировать сенсацию и крупно отблагодарить.       Были и те люди, кто остался при мнении, что если трагедия и случилось, то Малфой слишком мелко отделался для Пожирателя, а Грейнджер была не так уж и умна, раз смогла погибнуть такой глупой смертью.       Задав вопрос уже в третий раз аудитории, Филиус демонстративно покачал головой и посмотрел в сторону Гриффиндора. Гермиона отсутствовала уже третью неделю, и оставила факультет и его уроки на произвол судьбы.       «Будь она здесь, то точно бы знала ответ. Заработала бы 40 баллов для Гриффиндора, и был бы старик доволен» —обречённо вздыхает, отходя от доски.       Почувствовав, что шальное давление поднялось, профессор положил палочку в карман мантии и отпустил задумчивых студентов пораньше.       Медленно достав зелье из стола и опустошив его, Филиус ушёл в другой кабинет, где царила полная тишина.       Кто-то мечтал о тишине, а кому-то она была до тошноты противна. Поттер, что сходил с ума ночами из-за панических мыслей о возможной смерти подруги, внешностью сейчас походил на мертвеца. Бледностью лица и тёмнымм кругами под глазами, с лёгкой щетиной на подбородке, Гарри был больше похож на зрелого мужчину, чем на двадцатиодного летнего парня. Поттер требовал объяснений от директора, пытался попасть в министерство — но никто не хотел искать Гермиону. Все ссылались на особую миссию пары в мире маглов.       Гарри вёл себя отстранённо с однокурсниками. За завтраком и в гостиной он особо не появлялся. А основное свободное время проводил за пределами замка или в библиотеке. Он ограничил общение даже со своей девушкой, но здесь была уже инициатива самой Джинни. Чувствуя себя беспомощным, Гарри терпеливо ждал новостей от подруги.       Столкнувшись с Блейзом у самого выхода из аудитории, Гарри промямлил под нос извинения и пошёл дальше, но Забини схватив за край мантию, остановил его.       Недоумевающе повернувшись, Гарри с недоумением посмотрел на Забини. Мулат опустил голову вниз, в ожидании, когда все остальные студенты покинут помещение.       — Послушай. Я насчёт Грейнджер и Малфоя... Думаю, что ты слышал слухи. Я просто хочу сказать, что они не должны были погибнуть там. Хотя я хочу верить, что они правда уехали, но... Малфой не пишет мне совсем, и его личный филин остался в совятне. Преподы хотят скрыть правду, но я всё равно буду копать. Ну ты как? Со мной? — он поднимает взгляд, встречаясь уже с более радостным Гарри.               Что в карих, что в зелёных глазах промельканула надежда и вера в лучший исход.       «Они найдутся» — мысленно говорит Гарри, улыбнувшись.       — Да. Увидимся в Большом Зале, ближе к отбою. Я соберу людей, руки и глаза нам пригодятся.       — Договорились, но только без любовных треугольников, — внимательно оглядывает Поттера, в ответ получая грустную усмешку и кивок.       — И вас тоже касается, — вспоминая слухи о любовницах Малфоя, предупреждает Поттер.       — Мы ещё обсудим возможную любовь между Малфоем и Грейнджер, — отпускает край мантии, хлопает по плечу Поттера, как-то даже слишком по-дружески. Затем идёт на выход, но у самой двери останавливается, — Поттер, чтобы никакого Уизли не было. Я не думаю, что он будет помогать нам, даже если его сам Салазар попросит, — не дожидаясь ответа выходит, уже из коридора добавляет: «твою подружку можно».       Гарри после его слов отходит к парте и небрежно кидает сумку. Затем снимает очки, начиная протирать их рукавом рубашки.       «Странно всё выходит. С первого курса мы были не в самых лучших отношениях со Слизерином, а теперь выходит, что Малфой заступился за Гермиону, а я теперь с Забини, что-то вроде союзников. Ох, Мерлин, этот курс точно не пройдёт без приключений. Что за проклятье?»— надев очки обратно и спрятав руку в карман, Гарри нащупал там золотой медальон на цепочке, который Гермиона подарила ему на прошлое Рождество. Бережно достав его, Поттер начал рассматривать так, будто видит впервые.       Красивый. Высеченный в форме треугольника, с колдографией внутри, где она и он на Турнире трёх волшебников стоят в обнимку. Их волосы в беспорядке, а они сами с широкими улыбками позируют для фото.       «Гермиона, если ты меня слышишь... Береги себя, ладно? Я обязательно найду тебя» — убрал подарок обратно в карман и схватил сумку. Спешно покинул аудиторию.       Звон колокола раздался, когда Поттер был уже в коридоре. Он ускорил шаг, стараясь скрыться до того, как все студенты выйдут в коридор. Перейдя на бег, Гарри заметил улыбающегося Рона идущего с Лавандой под руку впереди.             Последнюю видимо, уже выпустили из больничного крыла. Её внешний вид был в полном порядке.       От их счастливых лиц Гарри стало не по себе. Пробежав мимо них, Поттер сумкой задел Рона, ударив его по коленке. Завернув за угол, Поттер резко остановился, он хотел извиниться. Прислушавшись, он уловил ругательства от Браун в свою сторону и согласие с её мнением от Рона. Почувствовав новое разочарование от поведения друга, Гарри шумно выдохнул и направился на обед.       Забини же уже сидел за столом в Большом Зале, оглядывая проходящих семикурсников и мысленно давая каждому характеристику.       «Теодор подойдёт, он был верен Малфою. Его переживания искренние, и в отличии от отца... Он сохранял нейтралитет, что только на руку, если мои предположения верны насчёт Грейнджер. Эдриан Пьюси, что сроднился с Драко на поле... Думаю он не откажется... Винсент Крэбб, я не оставлю тебя, дружище, после потери Гойла ты совсем раскис, а без Малфоя и вовсе никакой» , — во время размышлений рядом села Пэнси. Увидев игнорирование со стороны парня, она ткнула его в бок длинным ногтем. Призывая обратить на неё внимание, девушка выглядела недовольной.       Повернув голову, Блейз посмотрел на выражение лица Паркинсон, и сразу решил, что её в эту авантюру брать категорически не будет.

***

      Драко четвёртый час тренировался на огромном поле. Замахиваясь на новый удар, Малфой крутил мысль, что если это не принесёт ему результатов в то самое полнолуние, то Драко ударит каждого эльфа, которые оттачивали мастерство владения меча Драко с сущей безжалостностью.        Ранее, Малфою хоть и доводилось заниматься фехтованием, но исключительно базово, а потому и дела обстояли несколько иначе. Приходилось лезть из кожи вон сейчас, лишь бы не умереть потом.       Пропустив удар в живот деревянной палкой, дыхание Малфоя сбилось, а он сам упал на колени. Драко понимал, что сражаться трудно. Знал как никто другой, что заклинания требуют особой концентрации и силы самого волшебника, но чтобы это изматывало также, как эта тренировка...       Создавалось ощущение, что Малфой вот-вот потеряет сознание, если только не рухнет от следующего удара. Позволив передышку Малфою, эльф ушёл за водой. Ярко палящее солнце выматывало ничуть не хуже, чем эта тренировка.       Упав на траву спиной, он болезненно выдохнул. Стараясь дать расслабление мышцам, что от напряжения тянули его куда-то вниз, к земле, Малфой расслабился. Рядом кто-то приземлился. Повернув голову парень встретился взглядом с улыбающейся Гермионой, что выглядела просто очаровательно в свете лучей.       Её глаза радостно светились, а милая улыбка способна была согреть его всего и заставить забыть о боли в теле.       — Давно ты тут? — Гермиона смотрит по сторонам, но не находя никого, снова начинает разглядывать раскрасневшееся от жары лицо Малфоя.       Не скрывая уставшую улыбку, он разлёгся на зелёной траве, грязный и вспотевший. Сейчас Драко был совсем не похож на брезлгливого аристократа, скорее наоборот: на простолюдина, дворового мальчишку.       — Не помню. Ты себя хорошо чувствуешь? — заботливый тон, который всё больше становился привычным.       — Сильно переживал? — слегка приподнятая бровь и смешок, который Гермиона сразу же прячет, начиная кашлять. Она попыталась сменить тему, но даже не ожидала, что у неё, в самом деле, получится.       — Очень, то есть... Не то чтобы... То есть, кхм. Всё произошло так быстро..., — говорит так честно, что удивляется от собственной расстерянности.       — Что он не смог сосредоточиться на сражении. Вы стали больным местом для него, мисс. Не советую Вам показываться на поле битвы, если, конечно, не ждёте его гибели, — подошедший эльф, трогая длинную бороду больше походил на старца из сказок. Глаза совсем чуть чуть выглядывали из седых, густых бровей. Это была первая встреча Гермионы с эльфом, который выглядел пожилым.       — Что вы имеете в виду, — Драко услышав реплику старика, позабыв о боли, быстро сел, Грейнджер же нахмурилась, но с места не сдвинулась.       — Мне пришло предсказание. В ночь битвы старинный род рискует потерять кровь, что даст ему новую жизнь... И это Вы. Слишком прониклись к ней, и познали те чувства, которые могут погубить, — с грустной ноткой проговорил мужчина и развернувшись, пошел обратно к замку. От услышанного становится неприятно обоим.       — Я не допущу... Чтобы он погиб, — на выдохе произносит Гермиона, из-за чего её слова кажутся неуверенными.       — Тогда, послушай старика. Не лезьте туда, где будете бесполезны, — грубо выдаёт напоследок и скрывается за дверью. Малфой встаёт, чтобы последовать за мужчиной, но Гермиона останавливает его.       Драко ложится обратно на землю и закрывает глаза. Задумывается над словами.       Гермиона не находя слов для дальнейшего разговора, решила уйти не объясняя ничего.       Встав с места, Грейнджер ушла вслед за эльфом. Малфой хоть и не подал виду, но её желание остаться одной понял. Дождавшись её ухода, он схватил траву и от накатывающего на него гнева вырвал её. Кинул вместе с землёй куда-то в сторону.       Жизнь в который раз ставит перед фактом.