Вольно
28 октября 2020 г., 23:36
— Исключено, — коммандер Джейн Шепард встала и начала ходить туда-сюда, внезапно почувствовав, как давят стены великолепного адмиральского кабинета.
— Коммандер, сядьте, — усталым голосом приказал адмирал Хакетт.
— Нет, — она развернулась на каблуках, чтобы снова встретиться лицом к лицу с двумя адмиралами, негодование пересиливало любой страх нарушения субординации. — У меня есть права. Вы не можете меня заставить.
— Никто вас не заставляет, — высказался капитан Андерсон своим обычным успокаивающим тоном. Это только разозлило ее еще больше. На момент она посмотрела на него с яростью. Как он вообще мог просить ее о таком?
— Так вы хотите, чтобы я сама захотела? — Шепард усмехнулась и опять начала двигаться. — Как вы вообще могли подумать, будто я захочу этого? Или кто угодно другой захочет?
— Сейчас у нас нет выбора. Мы проиграли, коммандер, — хрипло сказал Хакетт, пододвигаясь ближе на стуле и ткнув пальцем в середину стола.
— Я это знаю.
— Поэтому турианцы озвучили нам длинный список условий, которых они хотят от нас. Мы не в состоянии вести переговоры. Они ожидают, что мы будем сопротивляться, откажемся. И затем они попросят больше взамен. Но если мы согласимся, то сможем остановить их на время. Дайте нам шанс заручиться поддержкой других, и мы найдем выход получше.
— И, — добавил Андерсон, — у нас будет свой человек внутри, — он одарил ее легкой, ободряющей улыбкой. Это даже почти сработало.
Шепард посмотрела на них обоих.
— Вы, что, хотите, чтобы я была кротом?
Андерсон кивнул.
— В яблочко.
— Я не обучалась шпионажу.
— Мы знаем, потому и выбрали тебя, — сказал Хакетт, откинувшись на спинку стула и сложив руки на груди. — Шипастые ублюдки ничего не заподозрят.
Шепард нахмурилась и попыталась методично обдумать их план. Или хотя бы просто обдумать, чтобы не поддаваться всепоглощающей панике. В плане сразу же нашлась ошибка.
— Они же не собираются помещать меня в сердце своих разведцентров. У меня не будет допуска ни к чему, — отметила она.
— Как только они поселят вас, мы поможем вам с поиском полезной информации, — Хакетт покачал головой. — На этом этапе даже крупицы данных будут лучше, чем то, что есть у нас.
— Возможно, мы проиграли войну, но борьба все еще продолжается. С человечеством еще не покончено, — в голосе Андерсона было куда больше уверенности, чем на душе у Шепард.
— И вы помочь нам выиграть эту битву, коммандер.
Шепард подошла к своему стулу и снова села. Она прижала ладони к коленям и глубоко вздохнула. Казалось, что выбор уже был сделан за нее, как бы сильно она ни ненавидела этот факт.
Андерсон взял ее за руку.
— Мы знаем, что это большая просьба.
Это еще мягко сказано. Шепард усмехнулась и покачала головой.
— Но раньше, когда мы просили у вас невозможного, — вы делали это. Вот почему мы попросили вас первой.
Она нахмурилась и ничего не ответила. То, что сказал Андерсон, было правдой, но то были совершенно иные просьбы. Они и рядом не стояли, они были на разных континентах, в разных галактиках.
— Если вы действительно не хотите этого делать, мы можем найти кого-то еще, — тихо добавил Андерсон. Шепард взглянула на Хакетта, его лицо было нечитаемым. Она не знала, насколько он согласен с Андерсоном. — Но мы оба считаем, что вы лучше всего подходите для этой работы.
Шепард вздохнула.
— Но брак?
***
— Исключено, — майор Гаррус Вакариан сжал кулаки, чувствуя, как когти впиваются в ладони. Генералы за большим круглым столом нахмурились, загудели недовольные субгармоники, но Гаррус твердо стоял на своем. Ему нужно было что-то ударить, или сбежать, делать что угодно, но не стоять смирно. Он практически дрожал от попыток взять себя в руки. — Возможно, вы неправильно поняли, майор. Это не просьба, это приказ, — ответил генерал Виктус. Несколько других генералов пробормотали согласие. Гаррус встретился глазами с примархом. — Разрешите говорить прямо, сэр. Федориан какое-то время смотрел на него с загадочным выражением лица. — Разрешение получено. — При всем уважении, сэр, какого хуя? Пятнадцать минут назад Гаррус практически убил бы за шанс оказаться в комнате Главного Командования, чтобы привлечь такое внимание примарха и генералов. И вот он здесь. Покрывает их матом. Неодобрение генералов стало еще громче, но Федориан лишь усмехнулся. — Нет необходимости держать его в неведении, Виктус, — Федориан посмотрел на генерала. — Майора Вакариана можно посвятить в план. Виктус снова посмотрел на Гарруса. — Хорошо. Это уловка, — коротко объяснил он. — Нам просто нужно имя, чтобы поместить его в документацию. Но мы полностью уверены, что люди откажутся. Гаррус почувствовал, как ему стало легче, будто гора с плеч. — И когда они это сделают, мы получим то, чего действительно хотим, — закончил Федориан, махнув рукой. — У них не будет другого выхода, кроме как передать ее нам. — Что передать? — осмелился спросить Гаррус. Генералы снова переглянулись. Они больше напоминали ему стайку нервных птиц, чем военный совет. Тем не менее, он, вероятно, не имел достаточно высокого уровня допуска, чтобы знать ответ. — Их луну, — Федориан нажал кнопку на панели своего кресла, и над центром стола появилась проекция луны Земли. – Мы собираемся создать там базу. Напомним им, кто выиграл эту войну, чтобы не допускать дальнейших проблем. — Почему бы не потребовать ее сейчас? — спросил Гаррус. — Потому что это противоречит Варнским Конвенциям, — отошел Виктус, рокоча от разочарования. Гаррус опустил глаза. Он должен был помнить об этом сам. В свою защиту он мог сказать, что немного отвлекся на супружескую петлю, которая висела над его головой. — Полагаю, теперь у вас возражений нет, — Федориан холодно посмотрел на Гарруса. Они у него определенно еще были. — А что, если они согласятся? — Не согласятся, — Федориан покачал головой, при этом звуча очень уверенно. — Человечество слишком индивидуалистично, они слишком рассредоточены, чтобы в достаточной мере контролировать своих людей. Вот почему они проиграли. В субгармониках за столом появилось хихиканье и гордость. Это не особо успокоило Гарруса, но у него не было иного выбора, кроме как довериться их мнению. — Сэр, — в комнату вошел адъютант. — Адмирал Хакетт на связи. Генералы за столом выпрямились, поправили пиджаки и гребни. — Вовремя, — Федориан умостился в кресле. — Майор, вы можете остаться, — он нажал кнопку, и луна Земли сменилась проекцией человеческого адмирала. Гаррус повидал много людей за последний год, но они все еще выглядели так странно, с этой их кожей неправильных оттенков, такой уязвимой без пластин. — Примарх, — поздоровался Хакетт, его голос без субгармоник был таким тонким. — Адмирал, — в голосе примарха не было ничего неприятного, но и приветливого тоже не было. Откровенно говоря, звучал он победно. И имел на это полное право. Он только что выиграл войну, и очень даже ловко. — Спасибо, что дали нам время рассмотреть вашу… просьбу. — Конечно. Генералы весело загудели. Не было никаких просьб, не для побежденных. — Мы с радостью примем ваше предложение, — продолжил Хакетт. Гул сразу прекратился. Гаррус почувствовал, как его мир сотрясся. — Мы считаем, что это прекрасная идея, отличный способ установить мир между нашими видами и укрепить нашу связь в будущем, — взгляд Федориана метнулся на Виктуса, который кивнул и встал. Он схватил Гарруса за руку и потащил того к другой стороне стола, прочь из поля зрения адмирала. — Великолепно. Мы уже выбрали сына Палавена, — Федориан обернулся, и Гарруса вытолкнули вперед, чтобы он стоял чуть позади за примархом. — Майор Гаррус Вакариан. Если наши данные верны, мы полагаем, что ваши солдаты называли его Архангелом. К его чести, адмирал Хакетт не позволил себе ни единого проявления каких-либо эмоций. Он просто кивнул. — Очень хорошо, — кто-то встал рядом с адмиралом. — Коммандер Джейн Шепард вызвалась быть нашей дочк… представительницей. И если наши данные верны, то ваши звали ее Пылающей Смертью. Их данные были абсолютно верны. Гаррус узнает лицо Пылающей Смерти где угодно. Ее ярко-красный гребень был так же незабываем, как ее способность сжигать целые взводы. Она посмотрела в глаза Гаррусу. — Для меня большая честь быть примером для человеческой расы, — сказала она с присущей ей властностью. Сам того не замечая, Гаррус выпрямился. — С нетерпением жду встречи с тобой. Во рту внезапно стало очень сухо. — Я тоже, — еле выдавил он. Она слегка подняла подбородок. Они оба знали, кто только что выиграл эту битву.
