Стажёр

      Поток людей только усиливается, парню приходится прилагать довольно много усилий, чтобы продвигаться вперёд. Утро понедельника, самый час-пик, а Чонгук, как истинный олень, ещё и напролом прёт не по той стороне тротуара. В другой ситуации это его возможно и волновало бы, но не сейчас. В очередной раз сдунув надоедливую чёлку с глаз, Чон ускоряется, взглядом цепляясь за знакомую фигуру. — Ты опоздал, — недовольно морщась бросает Тэхён и отталкивается от стены. — Прости, я проспал, — Чонгук едва-едва ровняется с другом и тихо скулит. — Да плевать. Если с меня шкуру спустят, я тебя в порошок сотру. У меня и без этого залётов выше крыши, — фырчит парень и переходит на быстрый шаг. — Прости, — тянет Чон и виновато косится на парня.       Тэхён не в настроении, и его нельзя за это винить. Он прождал Чона на морозе около часа, и пускай они специально договорились встретиться пораньше, теперь оба опаздывали. Тонкое пальто не особо грело, а кофе, который Тэхён планировал выпить, пока ждёт друга, полностью остыл и нисколько не согревал. Выкинув так и не тронутый напиток, парень тряхнул головой, скидывая часть снега. Чонгук поправляет лямку рюкзака, смешно при этом подпрыгивая, и суёт замёрзшие лапки в карманы. Они конечно не согреются, но хоть ветром обдувать не будет.       Вообще Чонгук сказочный долбаёб. Этого он и сам отрицать не станет. Сегодня первый день его практики, а он уже успел проштрафиться. Более того — надеяться на то, что его опоздание останется незамеченным, вовсе не приходится.       Парни притормаживают у здания и пропускают выходящих. Изредка Тэхён здоровается со знакомыми сотрудниками и краем глаза замечает, как Чонгук в нетерпении подпрыгивает и закатывает глаза, когда людей вновь становится много. — Какого чёрта, рабочий день же только начался, — недовольно бурчит парень, когда им удаётся-таки зайти внутрь. — Это ты так думаешь, — многозначительно фыркает Техён и расстёгивает пальто, когда они заходят в лифт. — Многие тут с шести-семи утра или вовсе не уходили домой. — Но… — Не парься, тебя это не коснётся, — замечая панику в глазах друга, успокаивает Ким. — Студентов сильно не нагружают, по крайней мере первое время. А теперь соберись и помалкивай до тех пор, пока тебя не спросят, — чуть тише договаривает парень и фальшиво лучезарно улыбается, когда лифт останавливается, в кабину заходит мужчина. — Доброе утро, директор Ли. — Доброе, — бурчит мужчина и даже не отрывает взгляда от телефона.       Чонгук вопросительно смотрит на друга, но в ответ получает лишь недовольную моську. Они стоят за спиной директора Ли, и поэтому Чон не особо заморачивается, а вот Тэхён, похоже, окончательно включил большого начальника. Что ж рано или поздно это должно было произойти.       Дальше едут в тишине. Директор — мужчина средних лет с уже проглядывающей сединой и заплывшей фигурой — выходит на девятом, а парни едут ещё пару этажей. По-хорошему нужно узнать, что именно это за директор и будет ли Чон с ним встречаться, но он не спрашивает. Тэхён уткнулся в телефон, читая что-то с корпоративной почты, а самого Чонгука потихоньку накрывает паника.       Парень знает, что готов, в принципе, ко всем возможным вариантам и, в сравнении с другим студентами-стажёрами, знает куда больше (сказывается преимущество наличия друга — сотрудника компании). Только вот нервишки всё равно берут верх, мыслить сейчас не получается вообще. Чонгуку повезло в этом году с практикой. По распределению он проходит её в одной из топовых компаний Кореи, а умудрился проспать в первый же день. Тэхён предупреждал, что здесь не терпят опозданий, и это знание как масло в огонь.       Чонгук на самом деле ответственный, равно как и нет. Но к работе всегда подходит со всей собранностью, которую имеет. И на самом деле парень уверен, что встал бы хотя бы по одному из многочисленных будильников, если бы не одно «но».       Это самое «Но» вчера весь вечер накидывалось в баре, где подрабатывает Чон, и выглядело настолько разбито, что Чонгук просто не мог не выпить с ним по окончании своей смены. Вообще он не из тех, кто сочувствует каждому несостоявшемуся алкоголику, но этого белого воротничка вчера действительно было жалко. Он выглядел слишком разбито и устало для своих двадцати восьми. На самом деле Чон не дал бы ему столько — максимум двадцать. Но удостоверение личности, что было с возмущением тыкнуто ему в лицо, явно говорило о том, что парень движется к тридцатке. В итоге, до трёх Чонгук был вынужден слушать о том, какие все суки, как заебали бедного мальчика и что в гробу он их всех видел. В процессе этой ходящей по кругу тирады Чон подливал виски в стакан собутыльника и сам закидывался дорогим алкоголем, которым его великодушно угощали. И вот сейчас парень уже почти час мучался с головной болью, которая, как оказалась, была пиздецки сильной, и трясся от страха, что его опоздание заметят. Хоть выручку вчера нормальную сделал, кивает сам себе парень и открывает дверь небольшого конференцзала, где должна была пройти первая встреча с начальством.       К удивлению, людей сидело много. Все в деловых костюмах с важным видом подняли взгляд на вошедшего, но тут же этот огонёк интереса пропал, когда они увидели одетого в парку парня. Это был явно не их руководитель. — Давно ждёте? — Тэхён следом просовывает голову из-за двери и в удивлении вскидывает брови. — Тридцать семь минут, — посмотрев на время, важно заявляет парень в очках и строго смотрит на Кима. — Твою ж, — тихо шикнув себе под нос, Тэхён проходит-таки в кабинет, скидывая пальто на ближайший стул, попутно стягивая хлопковый шарф.       Чонгук по-тихому проходит на задний ряд и быстро скидывает промокшую из-за снега парку на спинку стула. Джиу недовольно наблюдает, прожигая в нём дыру. Девушка явно уже монолог заготовила, но Чонгук как-то не в настроении её выслушивать. Видеть одногруппницу в строгой одежде непривычно, а в юбке тем более, но парень решает пока об этом промолчать. Подстебёт как-нибудь потом. Когда Чон наконец-то садится, девушка со всей силы наступает каблуком ему на ногу. Он шипит и сгибается, инстинктивно хочет схватится за больное, но Джиу каблука не убирает.       Вообще Джиу нормальная, одна из немногих в их группе, кто действительно адекватен, но она староста и терпеть не может, когда кто-то в любом проявлении компрометирует группу. — Просила же без опозданий! Ты позоришь наш университет, — тихо ругается девушка и только тогда перестаёт давить на ногу. Чонгук вообще поражается высоте её шпильки. Это противозаконно! На кой чёрт они вообще понадобились и куда она дела зимние тимберленды, в которых гоняет в универе? — Я проспал! — Да мне насрать, — хмыкает она и резко переводит взгляд на Тэхёна, что уже запустил компьютер и какое-то видео, которое пока стояло на паузе. — Кхм, — привлекая внимание стажёров, прокашливается парень.       Все убирают телефоны и внимательно смотрят на него. Чонгук давит улыбку, когда замечает, как хмурится его друг. Тэхён терпеть не мог публичные выступления, особенно те, за которые ему не платят. — Прошу прощения за эту заминку, но госпожа Ю задерживается. Меня зовут Ким Тэхён, работаю в юридическом отделе. Для ознакомления с деятельностью компании будет показан ролик, далее вы можете задать интересующие вас вопросы, и после этого вас уже распределять по отделам.       После коротко гула одобрения включается видео. Тэхён отходит в сторону, чтобы не загораживать проектор, и выуживает из брюк телефон, быстро печатая коллеге, чтоб тот объяснил ситуацию начальству, и то не сильно гневалось. В конце концов это не косяк Тэхёна, что какой-то дуре из отдела кадров взбрендило проебаться по всем фронтам перед стажёрами и подпортить репутацию компании.       Чонгук со скучающим видом смотрел видео и изо всех сил подавлял надоедливые зевки. Заебало, думает он и достаёт телефон. Слева тут же слышится недовольный шик Джиу, но парень многословно показывает ей средний палец и убавляет яркость экрана. «09:25 Мудила-Чон: Тебе норм? Ссался же, что убьют за опоздание.» «09:25 Тэ: До сих пор ссу, но не оставлять же вас.» «09:26 Мудила-Чон: То есть вместо этой Ю ты будешь с нами нянчиться?» «09:28 Тэ: Скоро кого-нибудь пришлют — не по моей части возиться с новенькими. Всё, не отвлекайся. И постарайся хотя бы сделать вид, что тебе интересно.» «09:28 Мудила-Чон: А по чьей?» «09:29 Тэ: Заебал, смотри видео!»       Фыркнув, Чонгук всё-таки убрал телефон. Признаться честно — ролик был дерьмовым. И дело не в том, что парень его уже сто раз видел, — как в общем-то и все присутствующие, — а в том, что из-за единственного яркого пятна в зале (свет предусмотрительно выключили) болели глаза. А это плавно перетекало в ещё более ощутимую головную боль. Чон сползает на стуле и удобнее устраивается, закрывая глаза. Он слышит очередное недовольное шипение Джиу, но упорно его игнорирует. Если так хочет, может потом ему весь мозг выесть, а сейчас парню нужно хоть пару минут отдохнуть.       Но «пара минут» активно перетекает в пятнадцать — Чонгук задремал. Свет неприятно пробирается сквозь закрытые веки, парень что-то бурчит под нос и раскрывает глаза. И зря. Слепит жутко, по вискам бьёт с новой силой. Сдохнуть хочется прямо на месте. — Добрый день. Меня зовут Пак Чимин и для некоторых из вас я буду непосредственным начальником на предстоящий месяц. От лица компании приношу свои извинения за доставленные неудобства и надеюсь, что это не отразится на нашей совместной работе, — мелодичный голос доносится до ушей, заставляя обратить внимание на миниатюрного парня.       Чонгук сонно трёт глаза и мгновенно просыпается, стоит ему распознать в низкорослом начальнике причину своих утренних мучений. Пак Чимин — он же несостоявшийся алкоголик, как окрестил его Чон, — стоит перед трибуной для выступлений и слегка улыбается, что-то рассказывая про дальнейший план действий. Изредка парень морщит носик и его очки довольно мило съезжают вниз. Чонгук особо не вслушается в его речь, быстро ищет глазами Тэхёна в надежде, что хоть этот сможет как-то помочь. Но Тэхёна нет, а Чонгуку всё больше кажется, что он уже поехал крышей. Больно ущипнув себя за руку, Чон недовольно убеждается, что это пепельноволосое чудо действительно не его дурацкая галлюцинация.       В Чимине нет и намёка на похмелье — лицо немного припухшее, но Чонгук списывает это на недосып. Держится парень уверено, неспешно отвечает на интересующие стажёров вопросы и даже смеётся над какой-то глупой шуткой, брошенной Джиу. И в отличие от Тэхёна, который явно нервничал во время своего короткого выступления, парень чувствует себя просто идеально. Нужно отдать должное: своей энергией Чимин смог зарядить даже изрядно уставших от ожидания стажёров. Пак вежливо просит всех пройти за ним и покидает конференцзал. По пути Чимин щебечет что-то о том, что им не о чем переживать, что коллектив у них дружный, на этом Чон не сдерживает усмешки — ага, как же. Он прекрасно помнит, как Пак вчера чуть ли не плакался из-за этих — цитата — «мудаков и крыс, только и ждущих возможности подставить всех и вся».       Только сейчас Чонгук осматривает остальных как-бы-конкурентов и заметно тушуется. Идеально сидящие по фигуре костюмы, уложенные волосы, напускные умные лица — всё это раздражает до лёгкого покалывая кончиков пальцев. Но парень быстро берёт себя в руки и успокаивается. В конце концов все эти одетые с иголочки люди реально собираются здесь работать, а Чон, Джиу и ещё, вроде, двое здесь лишь на месяц практики. К ним не будут предъявлять особых требований, не будут оценивать и уж точно не вышвырнут на улицу, если где-то накосячат. Признаться, данный факт успокаивал.       Настроение стажёров к концу небольшой экскурсии окончательно поднялось и было даже боевым. Чимин неплохо справлялся с внезапно свалившейся на него обязанностью, не боялся заглядывать в кипящие от работы кабинеты и непременно представлял каждому сотруднику стажёров, с которыми они будет часто сталкиваться в ближайшее время. Парень с лёгкостью проводил группу из почти двадцати человек по главным местам офиса и, предварительно подготовив почву, вручал новых сотрудников в руки ответственных за них лиц. Пак и не ожидал, что всё будет проходить так легко.       Его день начался весьма дерьмово, но уже начинало казаться, что всё не так уж и плохо. Да, болела голова. Да, хотелось есть и спать, жутко болело тело и передвигаться было тяжело. Но Чимин справлялся. Улыбался и старался вдохнуть в новое мясо побольше веры в себя и в светлое будущее, ведь всё равно они скоро во всём разочаруются и будут мечтать вернуться в этот самый момент, чтобы хорошенько врезать по его милой мордашке за всю ту ложь, что он уже успел им скормить. А так хоть пару неделек продержаться, гляди и толк какой от них будет.       Вычеркнув из списка имена двоих отправленных в «свободное» плаванье, Чимин пробежался глазами по оставшимся. Трое студентов и один без опыта работы, но уже с законченным высшим. Что ж, почти закончил. Бросив очередную подбадривающую фразочку (и откуда их столько в его голове?) и попросив их вновь идти за ним, Пак со спокойной душой направился к лифту. Ему изрядно надоело таскаться по лестнице меж этажей. — Как думаешь, мы у него будем практику проходить? — Джиу, чуть отстав от остальных, поравнялась с Чонгуком. — Надеюсь, что нет, — фыркает парень и засовывает руки в карманы брюк. Всю эту долгую прелюдию Чон не сводил глаз с Чимина. Узнал или нет? И как отреагирует, если узнал? Пак ему этой ночью столько дерьма про это место рассказал, что аж Чонкугу как-то неудобно, что помнит это всё. А может Чимин ни черта не помнит? Это, кстати, нисколько бы не удивило парня. Кажется, Пак выпил пару бутылок вина и полбутылки виски до того, как студент присоединился к нему. — Сделай мину попроще, — девушка закатывает глаза. — Он вроде нормальный, да и чего греха таить, чертовски милый, — сморщив свой маленький носик, она улыбнулась. — Давай только без этого. — Заметив непонимающий взгляд, Чонгук закатил глаза. — Во-первых, ты только недавно рассталась с очередным своим хахалем. Во-вторых, Чимин не настолько туп, чтобы повестись на твою, без сомнения, симпатичную мордашку. И в-третьих, если раздвинешь ноги перед, возможно, нашим руководителем, я тебе лично там всё зашью. Understand? — Чонгук вопрошающе выгибает бровь, сверху-вниз смотрит на одногруппницу и беззаботно улыбается. — Вы едите? — с нажимом спрашивает Чимин, что уже стоит в лифте и как-то странно смотрит на отставшую парочку. — Да, конечно, мистер Пак, прошу прощения, — нарочито любезно откликается Чон и ускоряет шаг, он даже не смотрит на покрасневшее лицо Джиу.       Девушка так и не нашла что ответить и молча сверлила взглядом пол. Кажется, Чон перегнул. Хотя ему в общем-то плевать.

* * *

      Их кабинет располагался на последнем этаже, Чонгук уже представлял, как будет ненавидеть всех по утрам, когда лифт будут останавливать на каждом долбанном этаже. Остальные его разочарования не разделяли и были в полном восторге от вида с шестнадцатого этажа. Идиоты. Но для их защиты нужно признать, что это и впрямь было захватывающее зрелище. Особенно завораживающе должно быть вечером, когда город окрасится в сотни огней.       Просторное помещение с шестью комфортно расположенным столами заливал солнечный свет из панорамных окон. Чонгуку хотелось налить крепкого кофе и простоять несколько часов напролёт в наблюдении за кипящей внизу жизнью. Один из столов был явно нерабочий — на нём располагались кофеварка, чайник, несколько сортов чая и прочие прелести перекусов. В общем-то и неудивительно, ведь столовая, если Чон правильно понял, на втором этаже, а мотаться туда явно мало желания. — Итак, здесь вы будете проводить свои адовые дни практики и испытательного срока, — весело говорит Чимин и проходит к одному-единственному занятому столу. — Это наша рабочая пчёлка — Чон Хосок. Советую по тупым вопросам его не дёргать, но если действительно что-то непонятно, то он всё вам прожуёт и положит в ротик. Только не рассчитывайте, что такое он будет проворачивать часто. Эй, поздоровайся со свежим мясом, — потрепав по плечу игнорирующего всех парня, он вновь улыбается.       Как у него улыбало ещё не треснуло, невольно задумывался Чонгук. — О, уже? — удивлённо спрашивает Хосок, когда достаёт наушники, и пару раз переводит взгляд с новеньких на Чимина. — Кхм, ну-у-у, — тянет он и отталкивается от стола, проезжает на стуле несколько сантиметров и потягивается, поднимаясь. — Добро пожаловать! Выбирайте себе столы и чувствуйте себя как дома, только работать не забывайте. Нам довольно сильно нужны свободные руки, так что не думайте, что позволим филонить.       Чонгук внимательно осматривает нового коллегу и частично пропускает его речь мимо ушей. Усталый вид, синяки под глазами, несколько грязных кружек на столе и кипа заметок, прицепленных на монитор. Пиздец, заключает мысленно Чон и отвлекается на Чимина, что щёлкает чайник и ретируется в небольшое огороженное помещение. Матовые стеклянные стенки размывают картинку, но не трудно догадаться, что там — его личное убежище-тюрьма. В кабинете Чимина мало места, навряд ли там что-то есть помимо стола. — Им сделали учётки? — спрашивает Пак, когда вновь появляется на общей территории. — Да, сказали, у тебя на почте должно быть, — Хосок возвращается за работу, когда на экране всплывает какое-то окошко. — Отличненько, — кивает себе парень и принимается за приготовление чая. — Мы можем?.. — Джиу подаёт голос и как-то странно косится на свободные столы.       Чонгука это удивляет. С каких пор их староста, что всегда готова идти в бой, так смущается? — Конечно! — Чимин вновь улыбается и трясёт головой. — Рассаживайтесь, как вам удобно. Минут пятнадцать посидите, познакомитесь заодно, хорошо? Я сейчас придумаю вам задание и объясню, что делать.       Получив разрешение, Джиу быстренько занимает свободный стол рядом с Хосоком. Чонгук не сдерживается и хмыкает. Ну кто бы сомневался. Остальные парни особо не заморачиваются и рассаживаются на ближайшие к ним места. Чону достаётся стол напротив двери «большого начальника». Не то чтобы ему было не плевать, где сидеть, но довольное лицо восседающей напротив старосты бесит.       Лениво оглядывая скудное обустройство стола, парень всё-таки не сдерживается и проводит пальчиками по клавиатуре. Приятно. На монитор Чон принципиально не смотрит, иначе точно слюнки потекут, он уже несколько месяцев мечтает о таком. Чёрт, ну какого хрена тут такая хорошая техника?! Под стол смотреть даже немного страшно: по-любому железо в системнике на его годовой доход тянет. — Эй, — пиная парня под столом, Джиу гадко скалится, — если думаешь стащить, то расслабься — тебе даже кабинет покинуть с этим не получится. — С чего такая уверенность? — сверкнув глазами парень вскидывает голову и смотрит с вызовом. Несколько секунд проходят в напряжённом молчании, но после студенты разрываются в смехе. — Вы знакомы? — парнишка, что тоже лишь по (не)счастливой случайности вынужден проходить здесь практику, удивлённо поворачивается в их сторону. — Агась, с одной группы, — улыбается Джиу. — Здорово, — как-то с грустью тянет юноша и опускает взгляд. — Ким Джиу, это Чон Чонгук. А вас как звать? — обращаясь ко всем, девушка вновь лучезарно улыбается и выезжает из-за стола.       Чонгук тоже не может сдержать улыбки. Джиу, кажется, успокоилась и вернулась в привычный боевой режим. Это однозначно хорошая новость. С удивлением Чон осознаёт, что голова больше не беспокоит.       Похоже день налаживается.

***

      Ли Мину — парнишка, что завел с ними разговор, производит приятное впечатление. Он довольно робок и сильно переживает из-за своих незаурядных способностей. Чонгуку это показалось весьма милым, поэтому старался подбодрить, ведь в любом случае у них есть Джиу, которая будет тупить больше всех вместе взятых. И пускай Чон не успел увернуться и получил ластиком по лбу, всё равно довольно улыбался, когда заметил, что Мину слегка успокоился.       Чхве Сынхён долго молчал и до последнего, кажется, не собирался что-либо говорить. Джиу такой расклад не особо устраивал, поэтому девушка начала его чуть ли не допрашивать. Спустя пять минут односложных ответов Сынхён оттаял и уже спокойно рассуждал, почему решил попробовать устроиться сюда. Парень год назад окончил университет и долгое время не мог найти вариант, который устраивал бы и его, и работодателя, но как-то чудесным образом оказался здесь. Чонгук внимательно его слушал, но почему-то не верил. Складывалось ощущение, что парень не очень хочет развивать эту тему, поэтому Чон внезапно заговорил о выпивке. Все заметно оживились и разговор пошёл как-то проще.       Некоторое время спустя к ним присоединился Хосок и тему выпивки пришлось закрыть. Не то чтобы Чон был против, просто Джиу завалила его расспросами про их будущие обязанности и что вообще предстоит делать. — На самом деле я вам в этом не помощник, — мягко улыбаясь Хосок пожимал плечами. — Всё зависит от Чимина. Но навряд ли вам дадут играться с нашей системой — пока разберётесь что к чему, уже практика пройдёт. Только время потратим и ваше, и наше. Так что полагаю, сейчас наш маленький босс занят тем, чтобы придумать вам задание. Всё это, конечно же, не касается Сынхёна. Тебе, друг мой, предстоит познать все «прелести» работы в Шинхан*. — Я готов к усердной работе, — парень кивнул и как-то слишком серьёзно нахмурился. — Это хорошо, — Хосок шире улыбается и тяжело поднимается со стула. — Сохрани это рвение, оно тебе ещё понадобится. Кстати, кто-нибудь из вас курит?       Джиу интенсивно замотала головой, а парни лишь тихо отрицательно отозвались. Чонгук поднял руку, чем вызвал искреннюю радость на лице Хосока. — Пойдём, покажу курилку. Куртку прихвати.

* * *

      Курили молча, но неловкости не чувствовали. Чонгук кутался в парку и проклинал погоду. Они стояли на крыше и это было бы весьма здорово, будь сейчас лето. Просторная крыша использовалась как место для отдыха, о чём красноречиво говорили располагающиеся здесь лавочки и столики. В теплое время это место непременно пользовалось популярностью, и Чон с грустью подумал о том, как было бы здорово устроить какую-нибудь тусу здесь. Только вот, если парень правильно понял, прямо под ними был их кабинет, так что идея эта на деле так себе. — Эта Джиу боевая, да? — заходя в здание спрашивает Хосок и расстёгивает пальто. — Она пока не определилась, кто из вас с мистером Паком ей больше нравится, — усмехается Чон и тут же прикусывает язык. Хосок несколько секунд удивлённо на него смотрит и тихо смеётся. — Что же, это неудивительно. Первое время на Чимина все сотрудницы слюньки пускали. — Первое время? — Ага. У него только внешность безобидная, на деле он та ещё сука, — беззлобно произносит Хосок. — Чимин добрый, но если разозлите единожды, до конца жизни будете иметь дело с самой заносчивой стервой, которую только можете представить. — Такое уже бывало? — Пару раз. — И что, прям так стерва до конца жизни? — Чонгук не особо верит, особенно когда вспоминает, как его начальник вчера чуть ли не плакал, пока пьяно что-то щебетал, но улыбку с лица убирает. Хосок утвердительно кивает и подходит к двери в их кабинет, преграждая путь. — Знаю только одного человека, которого это не касается. Ты ведь понимаешь, что?.. — Ты не пытаешься его оскорбить, а лишь даёшь мне дружеское напутствие. Всё обсуждаемое на перекуре никак не относится к работе и не уходит дальше нас, — кивает Чонгук и слегка улыбается.       На секунду он тушуется, когда осознаëт, что забылся и обращался неформально, но Хосок либо не заметил, либо был не против.       Внимательно осмотрев парня, будто впервые его увидел, Хосок усмехнулся: — А ты молодец. Думаю, мы сработаемся.       В кабинете на удивление стояла тишина. На столах новеньких лежало несколько небольших книжек, из которых торчали стикеры. Видимо, отмечены моменты для изучения, думает Чонгук и пока вешает куртку в шкаф, внимательно смотрит на Джиу, которая слишком сильно хмурится и что-то выписывает себе в тетрадку. — Тебя мистер Пак звал, — не поднимая головы говорит девушка и переворачивает страницу.       Твою же мать.

***

— Звали? — просунув голову в дверной проём, спросил Чонгук и прошёл внутрь.       Как парень и предполагал, места было мало. Чимин сидел за своим рабочим столом спиной к окну. Пиджак он снял, и сейчас тот покоился на спинке стула. Вместо уже привычного большого монитора на столе был небольшой лэптоп, Пак что-то активно в нём делал. — Подожди секунду, хорошо? — оторвав на мгновение взгляд от экрана, Чимин улыбнулся и кивнул на стул.       За окном вновь падал снег, правда только для того, чтобы тут же растаять, едва-едва коснувшись земли. Занять себя изучением помещения не получилось — не было ничего интересного: стеллаж у окна завален какими-то папками и бумажками, в углу у двери цветёт небольшое мандариновое дерево. У стены втиснулись небольшой шкаф да уже потрёпанный диванчик. Из занимательного в коморке (у Чонгука больше язык не поворачивался назвать это кабинетом) был только Чимин.       Пак хмурился, что-то быстро печатал, на секунду замирал и хмурился ещё сильнее. Сидя в своём огромном кресле, он походил на школьника, пришедшего на работу к отцу и решившего поиграть в начальника. Чонгук не смог сдержать улыбки. Это было милым. Чимин действительно был миниатюрным, но на нём удивительно хорошо смотрелась классика. Идеально белая рубашка, строго застёгнутая на все пуговички, контрастировала с загорелой кожей, а серый галстук на несколько оттенков темнее костюма, чуть расслаблен и торчит бугорочком — вылез из жилетки. Чёрт, это действительно мило.       Чонгук силился вспомнить, что было на парне ночью, но в памяти упорно было пусто. Хотя что-то там всё-таки было — раскрасневшиеся щеки, искрящиеся пьяные глаза и раздражённый жалующийся тон. Если Чон правильно помнил, на Чимине вчера тоже было что-то светлое — когда он разлил вино и испачкался, довольно сильно причитал. — Ты что-то хотел? — наконец произносит Чимин и захлопывает ноутбук. Его карие глаза светятся интересом, когда он поднимает взгляд на стажёра. — Э, Джиу передала, что вы меня звали, — несколько теряется Чон и трёт кончик носа. Карие глаза цепляются за этот жест, чуть щурятся. — Точно. Прости, голова немного кипит, столько всего накопилось в последнее время, — Чимин виновато улыбнулся. Пару секунд помолчав, парень мягко начал: — Я хотел поговорить касательно… Эм, даже не знаю, как это правильно сказать. Твоего вида, наверное. Не пойми меня неправильно. Но на период практики ты такой же сотрудник банка, как я, Хосок или наш директор, а следовательно, ты — лицо нашего банка. — С моей одеждой что-то не так? — удивлённо вскидывая брови, спрашивает Чонгук и непроизвольно осматривает себя. — И да, и нет. Понимаешь, твой костюм, он… — Слишком дешёвый? — непроизвольно хмыкает парень. — Меня не волнует, сколько он стоит, — быстро произносит Чимин, хмурится и скрещивает руки на груди, откидываясь на спинку стула. Его голос становится резче, между бровей опять появляется несколько кладок. — Меня волнует, как он на тебе сидит. Он же тебе велик минимум на размер. Сотрудники не обязаны придерживаться классики, допускается более свободный стиль. Хосок никогда не одевается строго, но он выглядит более чем солидно. Вот что требуется в этом месте. В любом месте. Вчерашний твой наряд вполне подошёл бы, — он пожимает плечами и внимательно смотрит на застывшего парня.       Чонгук удивленно смотрит перед собой и быстро моргает, берëт себя в руки. Так Чимин его всё-таки помнит. Неловко. — Я понял вас. Что-то ещё? — парень удивляется тому, как звучит его голос. Чимин тоже замечает эту резкость и холодность и качает головой. — Касательно внешнего вида: в правилах компании нет запрета на татуировки, но их недолжно быть видно. Либо надевай что-то, что закрывает кисть, либо используй пластырь. — Хорошо. Это всё? — чувствуя накатывающее раздражение, Чонгук сжал кулаки. — У нас есть система штрафов, но так как на студентов она не распространяется, существует альтернативная система. Каждое опоздание или несоответствующие — в рамках компании — поведение будет отражено в моём отзыве на твою практику, а соответственно и на её конечную оценку. На первый раз это прощается, но на будущее имей ввиду. Теперь можешь идти — на твоём столе задание на сегодня. Завтра утром проведу опрос по этому материалу, и если результат будет удовлетворительным, вы приступите к полноценной работе. — Спасибо, приму к сведению ваши замечания, — фальшиво улыбнувшись, Чонгук поднялся с места и, слегка поклонившись, вышел из кабинета. «12:13 Мудила-Чон: Планы на вечер?» «12:14 Тэ: Полагаю, бухаем?» «12:14 Мудила-Чон: Именно.»

* * *

      В баре играл какой-то очередной хит месяца, от которого уже подташнивало. За последние два часа песня звучала в третий раз. Тэхён непривычно ютился на высоком стуле за баром и то и дело осматривал посетителей. Он был белой вороной в своём костюме с иголочки. Чон-зараза-гук закончил «работать» гораздо раньше, поэтому успел смотаться домой и переодеться. А ещё выпить пару бутылок пива, для разогрева так сказать. — Так ты так выбесился из-за того, что Чимин тебя отчитал? — наконец спрашивает Тэ, за что был награждён свирепым взглядом. — Он отчитал меня, как какую-то малолетку. Похуй на опоздания, тату я ещё тоже могу понять, пускай и не хочу, но с костюмом-то что, блять, не так?! — вопрошает Чон и жестом просит бармена повторить.       Неимоверное наслаждение доставляло находится сегодня по эту сторону стойки. Сначала парень думал завалиться в тот бар, где работает, но потом понял, что его бюджет этого не потянет. В конце концов ему хотелось накидаться, а там цены слишком уж неподъёмные для студента с такой целью. — Ты идиот, — Тэхён качает головой. — Он твой начальник и волен делать и говорить всё, что считает нужным в рамках работы, конечно же. Я тебе с самого начала говорил, что твоему «официальному» наряду уже давно пора на помойку. Его же тебе брат отдал, да? А помнишь, сколько он в нём ходил? Вот и я не помню. Работа в компании несколько отличается от того, к чему ты привык. Если ты косячишь в баре, то босс тебя тут же отчитывает, так? Вот. А здесь, перед тем как дойти до тебя, все недовольства проходят через стоящих выше. Насколько я понял, Чимина сегодня вызывали на ковёр, а он этого терпеть не может, плюс готов поклясться, что ты набычился, когда он заикнулся о внешнем виде, и воспринял всё в штыки. А-ля «не все тут богатые, чтобы ходить идеальными», я прав? — Ты нихрена не помогаешь, — фыркает Чонгук и залпом осушает стакан с виски, морщится. — А я и не говорил, что помогу тебе, — парень хмыкает. — Я не пытаюсь оправдать Чимина или опустить тебя. На самом деле, я больше твоего не переношу его, но, Чонгук, ты должен повзрослеть и вести себя согласно возрасту. — Теперь я ещё и ребёнок? — Да. Об этом я тебе твердил с самой нашей встречи. — Ага, теперь мне не три, а пять, — фыркает парень и недовольно морщится. В словах Тэхёна есть смысл, но это нихрена не помогает. Только злит сильнее. — Я бы сказал двенадцать, — мягко улыбается Тэхён и кладёт ему руку на плечо, чуть сжимает. — Не всё всегда идёт так, как мы того хотим — тебе ли этого не знать. Отнесись к этому, как к вызову. Продержись этот месяц и забудь обо всём, как о страшном сне. Ты не подходишь для нашей компании, думается, ты вообще не подходишь для офисной работы, но раз уж так легли карты, то почему бы не попробовать справиться с этим? — То есть, по-твоему, я просто так просрал несколько лет учёбы? — Нет. Я лишь сказал, что ты не подходишь для работы в офисе. Никто не отменяет варианта удалённой работы. Ты смышлёный, но не терпишь критики и власти над собой, но раньше же как-то справлялся. Чем тебя так выбесил Чимин? До этого ты никогда не жаловался на начальство, как какая-то сопливая девчонка, максимум выпускал злость. В чём проблема? — Меня выбесил не он, а сама ситуация, — насупился парень. — Вообще всё как-то через жопу, прям бесит. Лучше забей, сам толком не понимаю, что происходит.       Тэхён быстро перевёл тему, за что Чонгук был ему благодарен. Они обсуждали совершенно неважные темы и в принципе оба были этим довольным. Алкоголь действовал расслабляюще, а бесячие попсовые песни были очень даже ничего, и парни даже изредка подпевали, совершенно не попадая ни в слова, ни в ноты.       Домой Чонгук вернулся за полночь и с удовольствием собирался завалиться спать, но взгляд зацепился за валяющийся в гостиной костюм. Парень не потрудился его повесить, и теперь тот был весь мятый. Взяв в руки пиджак, Чон отупело пялился в тёмно-синюю ткань. — К чёрту, — выдохнул парень и усмехнулся. Он точно сошёл с ума.       Взяв в охапку ещё и штаны, Чонгук стащил с кухни бутылёк химии и вышел из квартиры. Два лестничных пролёта, небольшой коридор со скрипучими половицами, дверь без замка, и вот он уже на улице. Холодный воздух пробирается под одежду, парень жалеет о не надетой куртке. В небольшом дворе внимание привлекает железная бочка. Скинув в неё причину испорченного настроения, Чонгук со странным удовольствием щедро поливает всё розжигом. Щелчок зажигалкой и ночная темнота рассеивается пламенем. — К чёрту, — вновь срывается с его губ, пока Чонгук наблюдает за огнём.        По телу разливается тепло, парень не может сдержать улыбки. На следующее утро Чон несколько раз обматерит себя всеми известными ему выражениями за этот поступок, а пока он счастлив. И этого достаточно.