В поисках Цзян Чэна

      «Меня зовут Цзян Ваньинь, человек, ну, был человеком, пока не принял ванну в течении трех часов и не превратился в русала. Ну… как превратился, скорее попал в тело русала с моей внешностью и именем, ибо у этого паренька аж шесть старших сестер, рыбий хвост и слегка странный папаша. Дышу жабрами и морщусь от чешуи я уже три месяца и, честно… Надо было слушать мою лучшую подругу и сестру, которые говорили мне не сидеть по долгу в ванной. Я скучаю по своей мягкой и доброй сестричке… Ну и по этой «бешеной хрени», каким боком я с ней общался, кто знает, но теперь я ее больше не увижу… Это даже… Грустно как-то », — морской принц опустил глаза на песчаный пол, что превратился в плотный твердый слой от давления на подобной глубине, и посмотрел на изящные руки. Это тело всю свою жизнь провело под водой, а кожа нежна и чиста, совсем и не сморщенная, как обычно бывает после часа пребывания в ванной. Правда, бледная, как поганка, но объяснить это просто. Ей не хватает витамина D, то есть солнечного света и загара, но подыматься на поверхность было разрешено всем, кроме королевской семьи… Странно, согласны.       Парнишка томно вздохнул, что даже плечи дернулись, и проводил усталым и скучающим взглядом, поднимающиеся, пузырьки воздуха из его рта. Тут все не так, как дома, хотя привыкать он уже начал. Под водой очень темно, поэтому глаза русалок очень приспособлены, как к светлой верхней среде обитания, так и к низам, самым темным, куда солнечный свет физически не проникает. И это не самое странное, что он приметил.       Как минимум, его новоиспеченные сестрички. Самая старшая хоть и отдаленно напоминала ему его сестру, но это только отдаленно. Эта двадцатисемилетняя девица бывала безумно заносчивой и противной, хотя не добавить в ее характеристики «добрая и мягкая» нельзя.       Другие родственнички не лучше. Мягкосердечный и добродушный отец, который души в своих детях не чает, но при этом запрещает им все, что можно и нельзя, является еще самым нормальным в этой семейке.       Остальные пять сестричек тоже отбитые. Все типажи женских персонажей: вот слева направо: грубая Вен, тихоня и скромняга Вейки, умная Венлинг, озорливая и азартная Вейкиан, Валида — милая и похожа на младшую сестренку-первоклассницу, Веста — сплетница и Вея — ведающая, ответственная, добрая и гордая старшая сестра. У их отца, Фэнмяня, вообще какая-то мания называть детей на одну и ту же букву. Ну что за безвкусица?       Но самым приставучим был, несомненно, его паж и по совместительству молочный брат — Вэй Усянь… Ох, какая жизнерадостная бестия… Чем-то напоминал Ваньиню его «бешеную хрень». Лучшую подругу. Хотя если та была просто любопытной, дерзкой и ищущей приключение на всем известное место, то этот…       — Принц-вреднючка! — дверь с грохотом распахнулась и треснула пополам, слетев с петель.       — Вэй Усянь!       — Простите-простите. Принц-колючка.       — Усянь!       — Принц-ёж?! Вам не кажется, что морским ёжикам будет обидно, их иголки не столь и колючие.       — Вэй Усянь…       — Соглашусь, они наполнены опасным ядом, но это не отменяет факт того, что они и не колючие… Я имею в виду…       — Да, Вэй Усянь! Прекрати! Зачем ты пришел?       — Ах, простите, ваше величество… Ну, я эт… Был на поверхности и видел такие диковинки! Такие штучки!       — Мне это не интересно, к тому же ты знаешь, что королевской семье запрещено подыматься на поверхность.       «Я прожил на поверхности всю свою жизнь, меня какими-то диковинками не удивить», — усмехнулся тот в мыслях и вновь устремил свой взгляд на бледную кожу, а затем прошелся по накаченному и загорелому телу его брата. Тот поймал на себе изучающий взгляд, слегка удивленно наклонив голову. Затем глупо улыбнулся и, захихикав, чуток согнулся и спрятал свое тело руками.       — Принц… На что это вы смотрите? — он прищурил глаза и насмешливо скривил губы в похабной улыбке.       — Дебил, мне просто интересно, почему твое тело такое загорелое и имеет цвет, а мое белое, как недавно найденные куски соли. Это потому, что ты выходишь на поверхность? Но как?       — Вы поэтому так беспокоитесь? Вас пугает ваш внешний вид?       — Да… Все мои сверстники загорелые и подкаченные, а я… бледный тощий дрыщ…       — Но, принц, вы прекрасны! — паж подплыл ближе и присел на кровать к своему господину, вытянув его руку, пристально ее рассматривая.       — Что ты делаешь?       — Вы прекрасны, ваше величество. Гладкая, идеальная и бледная кожа, тонкие запястья, эта выделенная ключица, изящный подбородок, слабо показывающиеся шесть кубиков, мощный хвост такого благородного оттенка, приятные черты лица, ваш суровый высокий голос, вы, — он слегка остановился вздохнуть и проглотить пузырьки воздуха, — идеал красоты нашего царства, поэтому не стоит переживать по этому поводу.       Ваньинь внимательно его слушал, пока слуга так восхищенно рассказывал о его частях тела, слегка касаясь величества, а как только тот закончил, стал серьезнее и спросил:       — Ты… Гей?