Вчерашнее будущее декабря

Марк Ленский. Мысли и моя взаимная любовь. Когда пахнет весной. Значит она скоро наступит. Глупо так судить, но я всегда угадываю. Весна не самое приятное время и само приятное время одновременно. В марте я чувствую, как засыхают мои легкие. День длиннее. Солнца больше. Свет слепит глаза и я не могу смотреть на тебя, когда ты рисуешь на пирсе и просишь, чтобы я не затаскивал тебя в теплую воду снова. Ты ворчишь на меня, что я слишком много купаюсь, еще и под моросящим дождем. Я улыбаюсь, потому что понимаю - я люблю тебя. Но все равно не выхожу из воды. А ворчишь ты не зря. Появляется насморк, однако у меня уже есть привыкание к каплям. Так что, просто подержи меня за руку и посади на нее божью коровку. Лето оставила мне нафтизин, можно не страшиться. Мы немного сидим на пирсе, ты показываешь, что нарисовал меня смеющегося, счастливого, с водорослями на черных волосах. Мне нравится, как ты рисуешь. Постоянно говорю тебе об этом. Мы садимся на велики и едем до ближайшего ларька. Берем твикс и агушу. Едем по разным улицам, пока не доезжаем до нашей полянки. Там мило и одиноко растут два дерева. Черноплодки, кажется. Бросаем велики, портфели и ложимся под одно из деревьев. Полдень. Солнце не дает посмотреть на облака, поэтому мы не знаем, на что они похожи. Ты немного расстраиваешься из-за этого. Я обнимаю тебя и прошу, что-нибудь рассказать. Некоторое время молчишь, кусаешь батончик, а потом все же начинаешь. После твоих повествований, каждый раз удивляюсь, какой же интересный человек сидит рядом. Я допиваю агушу и тоже начинаю рассказывать. "Мне исполнилось шесть, бабушка в день моего рождения рассказала одну историю. Когда-то давно, жили на свете существа, полностью похожие на нас, только с крыльями. Их крылья были не сравнимы ни с одной птицей. Мягкие. Белоснежные. До жути огромные и сильные. Однажды, с другого конца света пришли злые люди. Они отрубили крылья. Всем. До единого. Злые люди были самыми страшными завистниками и их зависть была сильнее даже самых теплых чувств. У крылатых созданий все было по-другому. Они не знали зла. Злые люди ушли и оставили их с ничем. Они лечили свои раны в море. Кости все равно остались, об этом напоминают лопатки на наших спинах. Крылья исчезли, а кости нет. Знаешь, Паш, мы все раньше летали. Жаль, что не успели улететь." После моих рассказов ты обычно молчишь, этот раз не стал исключением. Твое молчание не тихое, не как у других. Пройдет немного времени, мы полежим под солнцем и я все же спрошу: - О чем ты думаешь? - Думаю, что твой организм по имени Марк - очень интересная штука. Зимой ты ни капли не сопливишь, как солнце летом выглядывает - чихаешь, простужаешься. - Не люблю солнце. - Лжешь. Будь это правдой, ты бы сейчас со мной здесь не сидел. Я бы рассказал о твоем организме... - Но? Ахах. - Хорошо, давай. Так как ты привык к назальным каплям, значит твой нос не дышит, но стоит солнцу показаться, как нос делает вдох, еще один и ты наконец дышишь, как без нафтизина. Согласись, что теплое солнце позволяет дышать больше, чем капли? Ты чихаешь, потому что организм впитывает свет. Любишь плавать на глубине, потому что вода давит на грудную клетку, твои легкие расправляются настолько, что кажется, они скоро лопнут, как воздушные шарики, и сломают все твои ребра. По твоим венам плавают маленькие рыбки. Они циркулируют кровь. Внутри грудной клетки живет дятел, он без конца долбит клювом в дерево и будет это делать до самого конца. Чем быстрее ты бегаешь по траве, чем глубже ныряешь, чем дольше находишься с человеком, который тебе нравиться, тем быстрее бьет дятел и плавают рыбки. - Именно так я ощущаю себя сейчас. - Если пойдешь плавать, обязательно приди за мной. Я не отпущу тебя одного. Крепко обнимаю тебя. Ты закрываешь глаза и делаешь последний глоток приторного сока. Я целую тебя. Мы еще немного сидим, а потом идем к велосипедам, чтобы отправиться к Виолетте. Черт, люблю лето на даче.