7 демонов Хван Хёнджина

— Ты сдурел, хён?! Какого хрена ты покрасился?! Совсем идиотина! — стал вопить Чонин на стоящего в пороге Хвана, чьи волосы теперь были благополучно окрашены в чёрный цвет.       Тот немного опустил взгляд и поджал нижнюю губу; парень явно не хотел, чтобы была такая реакция. Он перебирал в руках край кофты, нервно сглатывая время от времени, выслушивая истерику младшего. Это и не удивительно, — Ян, почти что, боготворил прекрасные волосы юноши, а тут такой удар в спину… Спасибо хоть волосы нахуй не отстриг. Джин не знает что и ответить на столь бурную реакцию, но благо вмешался Чан: — Эй, эй, эй! Не кричи ты на него, что с тобой? — Бан слегка отодвинул макнэ от, уже, чёрноволосого, обняв того, — Ещё бы чуть и он бы заплакал…       Крис гладит того по спине и шепчет на ухо. Слова о том, что ему правда идёт такой облик заставляли Хвана невольно улыбнуться и крепче обнять старшего. Такие объятия не такая-то и редкость среди группы, зная, как все близки друг с другом, но происходят они когда нужно. Хёнджин зыркнул на Чонина, который, как ему показалось, вскипал ещё больше, а после полностью отвернулся, поместив голову на плечо старшего. — Я в порядке хён… Но вот Чонин-а… Он не заболел? — голос был слишком обиженным, слишком протяжным и мягким. В некоторые моменты отношения этих двоих были более схожими на отношения двух братьев, где старший всегда был жертвой младшего не смотря на всю любовь к нему. — Не знаю.       Бан зло взглянул на Чонина и повёл Хвана на кухню. И чего тот вообще развёл столько крика? Пареньку-то реально любая причёска идёт, главное, что ничего сверх-ужасного не сделал, но, кажется, Яну так не казалось. Он и так был сердитым на всех и вся, стоило Хвану кинуть своё фото в общий чат восьмерых, а теперь ещё и этот Крис, который всё время хочет защитить и уберечь «маленького хрупкого Джинни» который к слову был выше, но кого это смущало? Сделав глубокий вдох и медленный выдох, макнэ попытался расслабиться. Всё хорошо, всё нормально, не парься так сильно, ты привыкнешь. Он не злой и никогда не был таким, просто иногда сдают тормоза.       Вроде как смирившись с ситуацией, парень пошёл в свою комнату. Надо извиниться, но как? Он сел на кровать и опёрся головой в стену сзади. Руки потянулись к телефону. Юноша стал всматриваться в то селфи в машине от Хвана. — Блять. Почему чем больше я смотрю, тем больше мне начинает нравиться? — брови стали чуть нахмурены, а взгляд был полностью изучающий, подмечающий что-то новое для себя.       Ян всматривался в фото около десяти минут, пока наконец-то не отложил телефон и протёр переносицу. Есть идея, но не слишком ли это? Он не знает, но, как в народе говорится: «кто не пробует — тот не пьёт шампанского». Он достал с тумбочки блокнот и оторвал лист. Также достал чёрную ручку и стал писать.       После окончания Чонин усмехнулся и стал собираться, но куда?

***

— На, лучше желейки поешь и не думай так много, он просто вспылил. — проговаривает Джисон протягивая Хвану упаковку «червячков».       Долго ждать не пришлось, так как у Хёна тут же загорелись глаза, а руки потянулись к сладости. О да, это точно его слабость. Открыв упаковку, одна из желейных тварей тут же поместилась тому в рот. Вкуснотища.       Хан улыбнулся и встал со стола, похлопав по голове того. Чан, что сидел рядом, и сам улыбнулся и встал следом. — Мы пошли собираться, пойдём в студию.       Джин лишь кивнул, особо не вслушиваясь, так как был занят сладким. Не прошло и минуты, как он оказался один в уютной кухоньке. Казалось бы, вот и спокойствие, тишина, но по плечу похлопали. Узнаваемый запах одеколона, прохладные руки… Нет, не Минхо, Чонин был тоже очень узнаваемым, но основная отличительная черта — это звуки приближающихся шагов, который издаёт младший в отличии от Ли, который бы подкрался как кот. — Нин-и? Ты чего? Хочешь ещё что-то сказать? Почему тебе так не понравилось? — Хёнджин набрался смелости и немного язвительно начал заваливать вопросами, но тот прислонил палец к его рту. — Чшш… Хён, успокойся, я не потому пришел.       Хван тут же повернул голову, удивлённо смотря на вокалиста. «Кто ты и что ты сделал с тем Чонином?» — пролетела мысль в голове парня. Но младший лишь улыбнулся и дал в руки согнутый пополам листик с каким-то текстом. Джин посмотрел на это, а после вновь на Яна, но тот развернулся и стал уходить. Интерес был нереальным, потому длинноволосый развернул бумажку, а в коридоре послышался звук закрывающихся входных дверей. «Приходи сегодня в отель Шилла через 2 часа. Без опозданий, иначе не получишь сюрприз.»       Хёнджин на секунду задумался: сюрприз? Какой ещё сюрприз? Но на лице вспыхнула довольная лыба до ушей. Запихнув в рот последнюю желейку, он встал со стола и пошёл в душ. Подойдя к двери можно было услышать звук включенной воды. Занято. — Прости, можно пожалуйста быстрее, кто бы ты ни был.? — не очень громко крикнул Джин, на что услышал мычание. Это точно Чанбин. Мычит как тот бык, ну и ладно.       Длинноволосый решил остаться у двери и, заодно, обдумать что ему лучше надеть и всё тому подобное. Свидание в отеле? Никак нет, и Хван это прекрасно понимает. Он полностью уверен, что задумал Чонин, но и отказаться не мог, потому что младший ждёт. За раздумьями о том, надеть ему украшения от Prada или Chanel, парень и не заметил, что вода по ту сторону двери уже перестала шуметь, а ручка дёрнулась. Из ванной вышел полуголый Со и Джин тут же посмотрел на того. Пробежался взглядом по его телу и чуть усмехнулся. — Спасибо, хён. — младший улыбнулся и проскользнул в не очень большую комнатушку.       Долго ему там быть не пришлось. Он вышел обратно через полчаса, закутанный в огромное махровое полотенце почти до головы. Чёрные длинные волосы были нелепо закрученны в полотенечко поменьше. Прохладно, потому Хван сразу помчался в свою комнату. То, что там был Сынмин, его не смущало и Хёнджин, сначала найдя нужные вещи в шкафу и бросив их на кровать, скинул белые ткани прикрывающие тело и новопокрашенные волосы. Он достал с прикроватной тумбочки новое бельё и надел его. Взглянув на секунду в зеркало и заметив оттуда взгляд Кима. — Ты куда намылился? Уже темнеет. На трассу что-ли? — Спросил Мин, оглядывая тело старшего и нервно сглотнув. Увы, сегодня кусочек этого превосходного парня он никак не получит.       Джин вздохнул и стал надевать на себя относительно свободные джинсы, учитывая его худые ноги. За спиной донеслось немного печальное «эх…», стоило только красивому белью и заднице спрятаться за слоем джинс. — Куда хочу, туда и иду. Я буду с Чонином, так что не волнуйся за меня… Извращенец. — добавил в конце Хван и стал надевать удобную чёрную футболку, а поверх явно новую жилетку какого-то бренда. Надо фен. Почему-то он никогда не сушит голову перед тем как одеться, потому у него около кровати всегда лежит фен и сейчас он им и воспользуется. Включив его в розетку, тот стал тихо работать, дуя горячим воздухом на влажные пряди. Минут десять и с этим покончено. Джин взял в руки резинку и заплетает «мальвинку», быстрыми и лёгкими движениями выпуская чёлку. Он смотрит в большое зеркало и улыбается. Осталась лишь самая малость и можно выходить, и так прошло минут сорок иль даже пятьдесят. Немного консилера под глаза, чуть пудры, чтобы лицо не блестело, серьги от Chanel и подвеска с какой-то надписью, которую парень не понимает. Конец. — Ты отлично выглядишь, — подметил младший, оторвавшись от ленты твиттера в смартфоне и наблюдая, как юноша красуется перед зеркалом. — Спасибо, Мин-а, — это заставило улыбнуться. Вот что-то, а комплименты всегда приятны.       Он взял в руки телефон и вышел из комнаты. Дело за маленьким. Осталось лишь напялить на себя тёплое пальто и ботинки, параллельно вызывая такси. Где-то в проходе показался Феликс. Чего же все так повылазили сегодня резко? Стоило Хвану оторваться от телефона, где он прослеживал маршрут такси, принявшего заказ, как Ли неспешно подошёл к нему. Шаг за шагом он становился всё ближе и руки потянулись к парню. Хён на секунду застыл. Чего это с ним? Но ответ оказался куда проще: — Ты всегда такой неуклюжий… Дай помогу. — Ёнбок чуть повернул старшего боком к себе и стал вытирать белёсый след на плече того. Наверное опять влез в стену, так похоже на обычного Хёнджина вне камер и прочего.       Длинноволосый смотрит на одногруппника и слегка улыбается. Так мило, когда о тебе заботятся, но когда это делают почти что все в группе это уже становится чем-то обыденным. Хван явно любит это внимание. Ли отстранился и чуть похлопал по тому же плечу. — Давай-давай, иди, такси приехало уже.       На лице младшего улыбка, он мельком заглянул в смартфон Джина и заметил локацию водителя, тот и правда ждал. Хван уверенно кивнул, надел на лицо маску и вышел за дверь, сказав подобие: «Спасибо, Ликси». Быстро спустившись по ступеням он вышел из здания, тут же заприметив знакомую машину с нужным номером. Парень без слов сел в автомобиль и попросил ехать по назначенному адресу.       Дорога не была длинной, что было отлично, так как времени оставалось мало. Как ни как, но около двадцати минут чтобы проехать от одного до другого конца Сеула было бы слишком мало, зато идеально хватило для того, чтобы доехать к отелю. Тот выглядел конечно впечатляюще и явно по-богатому, наверное одна лишь ночь в отеле стоит больших денег, если брать хороший номер, но… Разве Чонин бы заплатил столько денег за то чтобы просто «потусить» с Джином? Это уже вопрос. Такси остановилось у входа и Хван протянул нужную купюру водителю. Вышел из такси. Он осматривал всё: само здание, декорации, растения, людей вокруг, которые выглядели явно очень богатыми. Вглядываясь в лица, он и не сразу заметил, как одно из таких было направленно прямо на него. Это был явно никто иной как… — Чонин-а. — Хён чуть подбежал к юноше. Несмотря на не очень приятную ситуацию два часа назад, хотелось обняться и чуть поняшиться с этим человеком, но сейчас у Яна были явно не те планы. Он схватил того за запястье, стоило ему только лишь оказаться рядом и повёл в здание. Там было красиво, очень, но Хван особо не разглядел всё, когда его завели в просторный лифт.       Айэн наконец-то снял свою маску и тепло улыбнулся. — Прости, не хотел быть резким, но я просто видел, как за тобой ехали сасэнки. — голос стал явно мягче, если сравнивать то, что было, да и взгляд подобрел. Хван растаял от этой улыбки и, стянув раздражающую ткань с лица, сам неловко улыбнулся. — Всё хорошо. Ты больше не злишься на меня? — он спрашивал осторожно, а ведь вдруг пыл младшего на самом деле никуда не исчез?       Макнэ отрицательно помахал головой и лифт остановился. Предпоследний этаж. Парень схватил старшего за руку и вывел из лифта. Ведя коридором, он наконец остановился и достал ключ в виде карты. Провёл у ручки и дверь распахнулась. Атмосфера номера была явно романтичной и какой-то даже игривой. Приглушённый свет, ароматизированные свечи с запахом ванили, что стояли где-не-где на полочках. И это только коридор. Хотелось скорее увидеть всё остальное. Младший снял с себя обувь и пальто. Такой прекрасный, что Хван даже не смог отвести взгляд. На теле чёрная рубашка с короткими рукавами, заправлена в высоко посаженные брюки с широкой пряжкой. Это всё отлично подчёркивает замечательное телосложение парня. На одной руке стильные часы, пока на другой можно заметить браслет, что сделал Нину старший. Светлые, по сути даже белые, волосы были красиво уложены назад. Господи, как же ему это идёт. Кажется, Джин мог бы ещё долго так рассматривать юношу, пока тот не привёл его в сознание: — Долго стоять будешь, Хёнджин? — нет никакого «хён», когда он общается с длинноволосым, особенно наедине. А ведь правда, зачем это всё, когда в их отношениях они не просто знакомые или даже друзья? Да и Яну уже осточертело всех в группе так называть за столько-то лет; хотелось почувствовать себя на уровне, а то и старше, ведь он не отличался вовсе ничем: ни мышлением, ни опытом, ни, тем более, ростом.       Хван вздрогнул и наконец-то продолжил снимать уличную одежду. Наверное, смотря на то, как подготовился младший, ему следовало бы хоть одеться чуть более солидно, но Чонина это вовсе не смутило, что видно по неизменным эмоциям на лице. Джин повесил своё пальто на вешалку и сунул в шкаф. Он подошёл к макнэ и провёл ладонью по его лицу, тут же, пройдя мимо него и усмехнувшись. Разыгрался, но не так быстро. — Ну, показывай свой сюрприз, оппа. — в голосе слышно смешок и взгляд направился в спальню, куда Хвана и завели ноги.       Атмосфера всё та же, как и в коридоре: приятная, романтичная, многообещающая, но с небольшими дополнениями. Комната была большой. Вокруг свечи, на фоне спокойная тихая музыка и нереально завораживающий вид на, уже погружённый во тьму город, из панорамных окон. Это всё будто сцена в каком-то фильме, но, зная этих ребят, скорее всего это будет фильм с ограничением 18+ и на определённом сайте. На столе стояла бутылка какого-то дорогого шампанского в специальном ведёрке со льдом, два бокала и нарезанные экзотические фрукты. — Присаживайся, выпьем немного, расслабимся. Ты же наверное так устал, — Чонин подошёл к столику и уселся на удобный чёрный диван, наблюдая как неспешно к нему подходит старший. Тот упал на рядом стоящее кресло и посмотрел на бокалы. Рука потянулась к бутылке, чтобы налить, но Ян оказался быстрее и сделал это сам. Алкоголь уже был открыт, потому светловолосый просто стал аккуратно разливать содержимое. Закончив с этим делом он придвинул один бокал Хвану, а другой взял в руку. — Бери, я знаю что ты любишь это.       Джин кивнул и взял кончиками пальцев тонкую стеклянную ножку. Она кажется такой хрупкой, будто сломается от любого более грубого нажатия, но этого чудом не происходит, — так напоминает длинноволосого иногда. Пузырьки белого фруктового шампанского так красиво играли при этом освещении, что Хван не заметил движение вокруг. К его щеке прикоснулась холодная рука; когда Чонин успел к нему приблизиться? Старший отвёл взгляд от своего бокала и повернул голову в сторону парня. Сердце быстро забилось. Его лицо было так близко. Сейчас он мог разглядеть абсолютно каждую деталь Айэна: красивые тёмные глаза, что переливались золотом от свечей и смотрели прям в душу, высветленные, почти что белые волосы, слегка розоватые губы, что, кажется, тянулись для поцелуя, очень заметные впалые щёчки, что делали лицо парня уже явно не детским, как это было пару лет назад. Юноша манил к себе магнитом, так что хотелось иногда спрятаться, но только не сейчас. Джин не пил, но, кажется, пьянеет от одного лишь младшего. — Чонин-а… — прошептал старший, но тот лишь хмыкнул и отстранился. — Я же просил называть меня «оппа» или «хён», ты что, забыл, Джинни? — Ян склонил голову в бок и смотрит тому в глаза, прокручивая бокал с напитком в руке. Да, он и вправду просил чёрноволосого называть его именно так, потому что это казалось таким… Интимным. Да и Джин против не был, ему и самому нравилось это. — Ой, прости, оппа… — мило улыбнулся старший. — Зачем ты меня сюда позвал?       Хван прислонил стекляшку к губам и сделал несколько маленьких глотков, посматривая на младшего. Он казался таким странным: всё время усмехался и глазел на юношу с ног до головы. — Я вообще извиниться хотел. Прости что так сорвался, на самом деле… Тебе очень даже идёт и чёрный тоже. Просто со светлыми волосами ты казался таким милым и хорошеньким. — Чонин потянул руку к голове рэпера и зарылся ею в волосы. Хёна от этого будто током ударило; содрогнулся и чуть закатил глаза, тут же прикрывая их. Ян явно знал все его слабые места. Он тихо засмеялся. — Милашка.       Парень убрал руку и сделал несколько глотков напитка. Приятный, но слишком нежный для младшего. Он посмотрел на Джина, что решил допить содержимое, и приподнял уголок губ в ухмылке. Он давно хотел сделать какой-то такой «сюрприз», но сейчас появился повод. — У меня есть подарок для тебя, — проговорил блондин и поднялся с кожаного дивана, подойдя к тумбочке у кровати. Там лежала коробка полностью чёрного цвета. Она была довольно большой, потому подкрался вопрос: «что же там может лежать?». Хван смотрит на парня и никак не может понять, что же за подарок? Ян подошёл к юноше и положил ему на колени странную коробку, после, проведя ладонью по его щеке и садясь обратно на диван, ближе к парню.       Хёнджин смотрит на это и наконец-то решается открыть. Мать твою, Ян Чонин! Лицо старшего вспыхнуло алой краской. Подарок был конечно очень-таки классным, но это было слишком неожиданно. Внутри лежали какие-то приспособления для бандажа, в которых Хван вовсе не разбирается и не знает куда что сунуть, вибратор, которого из-за его формы часто называют «микрофоном» и, конечно же, тюбик хорошей клубничной смазки. Фантазия стала играть в голове Джина яркими картинками, что внизу живота прямо-таки потянуло. — Ну и как тебе, нравится? — с интересом и некой усмешкой произносит блондин, наблюдая за тем, как на лице старшего одна за другой меняются эмоции: от любопытства до удивления и даже смущения. — Д-да, конечно, но… — достал из коробки какую-то железную палку с прикреплёнными к ней ремнями. — это, блять, что? — Ооу, так ты оказывается реально глупенький… Я-то думал ты посвящён в эту сферу. — парень явно немного удивился. Он считал, что раз уж у Хвана столь богатая фантазия, то он частенько может лазить по различным секс-шопам и знать что есть что. — Хочешь я покажу как это работает?       Хёнджин тут же кивнул, что вызвало искреннюю ухмылку на лице младшего. Он кивнул длинноволосому на кровать, а тот, понимая чего от него хотят, лишь угукнул и, поднявшись из-за столика, подошёл к кровати. — Одежда, Джинни. Снимай её. — Чонин в то время взял коробку и поставил на прикроватную тумбочку, доставая с неё приспособление для удержания ног в одном положении (подобие наручников с длинной железной палкой между ними, чтобы ноги не сдвигались) и обычные кожаные наручники из одного набора. Пока он осматривал всё это, бросил взгляд на старшего. Умница какой. Он уже аккуратно складывает свою одежду на тумбочке, стоя в одном белье. Да, Сынмин не зря так долго пялился на него: картина правда красивая. Чёрный цвет теперь ему ещё больше к лицу. Трусики были на высокой посадке и ажурными вставками где не где, с двумя маленькими бантиками по обе стороны бёдер. Они так подчёркивали талию парня и его длинные ноги, что Ян и не заметил как просто приоткрыл рот, рассматривая того. — Вижу, ты подготовился. Я польщён.       Хёнджин растянул губы в красивой усмешке и посмотрел на младшего, залезая на кровать. Почему он всегда будто крадётся? Неизвестно, но отвести взгляд невозможно. Парень так аккуратно приближается к Айэну на четвереньках, что тому уже сложно держать себя в руках; всё должно идти по плану. Благо Джин просто дополз к середине и наконец-то умостил свою пятую точку, всё ещё не отводя взгляд, который так и манил к себе. Надо было срочно отвлечься. Чонин опять взглянул на крепления в руках и расстегнул первое — для рук. — Руки за спину. — дал наказ младший, залезая коленями на большую кровать. Этого уже было достаточно и он вполне доставал. Хван не задумываясь исполняет все команды, как дрессированный послушный пёс, видимо частые порки выработали в нём это качество. Младшему это льстит. Он улыбается и тут же надевает на бледные запястья наручники с широкими браслетами. После берёт другое крепление, уже для ног, и лишь похлопав по внутренней стороне бедра старшего, как тот раздвинул ножки. Умный мальчик. Несколько секунд и на его ногах появляются почти такие же оковы, не позволяющие сдвигать ноги обратно благодаря металлической длинной детали. — Ааа, теперь-то я понял, как оно работает… — Хван осмотрел весь этот бондаж, вернее только поножи, так как руки не мог видеть и попробовал немного сдвинуть и раздвинуть ноги. — Так странно, но прикольно, если честно. — Нравится чувство собственной беспомощности, Джинни? — проговорил младший, положив ладонь на щеку юноши и поглаживая её большим пальцем. — Нет, скорее нравится чувство твоей власти надо мной, оппа, — промурлыкал Хён и посмотрел немного вниз. Кажется он уже начал возбуждаться от этого всего: атмосферы, контроля и, самое главное, столь горячего Чонина, перед которым любому хотелось упасть на колени и… Хёнджин был одним из них. Младший всегда такой милый, весёлый и хороший на камерах и в общении с другими мемберами, но стоит ему переключить внимание на вечно сексуального и желанного Хвана, как он превращается в горячего мужчину, который всё идеально продумывает и добивается всего, чего желает. От него сейчас так и веет этим всем.       В очередной раз разглядывая притягательные черты того, тёмноволосый стал чувствовать с каждым разом всё нарастающее напряжение внизу живота, что тянулось к паху. Возбудился и это видно. — Джинни, малыш, я даже не успел ничего сказать… Разве ты не хотел просто почувствовать какого это? — Ян с лёгкой издёвкой проговаривает слово за словом и приближается к парню. Своим коленом он надавил на стояк Хвана, почему тот проскулил. — Х-хотел… Но ты слишком горяч и… Господи, прошу убери ногу, больно, аах! —не смог договорить старший, прерываясь на болезненное ощущение внизу, но Айэн даже не думал отстраниться и лишь стал ёрзать по паху. — Даже если бы ты просто хотел увидеть, какого это всё, я бы всё равно не выпустил тебя. Даже не мечтай, ты не будешь мне сегодня указывать. Я же знаю, что ты течёшь как сучка от такого отношения.       Чон схватил парня за подбородок и приблизился к его лицу, грубо целуя, но он вовсе не против и стал отвечать так же. Исследуя языком горячий рот старшего, Ян всё же поступился и убрал колено с члена. Рука полезла к коробке и на ощупь нашёл вибратор. Начинается веселье. Отстраняясь от губ, на лице появилась дьявольская улыбка. Ловкое движение и донеслось тихое жужжание, Ян смотрит на старшего и усмехается. Такой послушный, покорный, весь и полностью его. Взгляд ненароком пробегается по телу того, по его мышцам, которые он явно немного подкачал и теперь не выглядит слишком худым как год назад. Красивый. Глаза зацепились за розовые соски и не может удержаться чтобы не попробовать их. Наклонившись на уровень груди, парень обхватил тонкими губами бусину сосочка и чуть оттягивает её. Длинноволосый заметно вздрогнул, а губы приоткрылись в немом стоне, этот парень его когда-то доведёт. Не отрываясь от дела, младший подносит вибрирующий прибор к паху Джина, проделывая плавные круговые движения. Хвана от этого будто прошибает током, так как подобное он чувствует на удивление впервые.       Голову штормит от всех этих ощущений, а изо рта льются грязные высокие стоны. Эти звуки не просто музыка для ушей Чонина, а и дорогой фильм для взрослых, который может видеть только он. Ноги рефлекторно хотят сдвинуться, но из-за чёртовой палки это просто невозможно. Ян стал подниматься мелкими поцелуями к изящной шее брюнета, иногда оставляя за собой еле заметные метки. — Оп-па, мгха!.. Остановись, п-пожалуйста… — дрожащим голосом умоляет Хён, мечась по кровати, тем самым делая себе только хуже. Блондина это только больше раззадоривает, но он всё же решает закончить с этим, чтобы Хван не закончил раньше времени. — Ты же не против, если я порву это? Ох, как жаль, что мне всё-равно, что ты на это ответишь. — с лёгкой насмешкой отвечает макнэ на мольбы старшего. В подтверждение своих слов светловолосый берёт ткань белья возле шва на боку и без зазрения совести, с небольшим усилием, рвёт трусики. Такие же манипуляции проводит со швом на другой стороне, от чего длинноволосый крайне удивился такой силе тонсена. А ведь этот человек ещё два года назад не мог нормально гольф надеть, так как путался в нём и нуждался помощи. Чон игриво прошёлся пальцами сначала по члену, а после только охватил тонкую ткань и откинул то, что раньше было красивыми трусиками в сторону, обнажая прелести своего хёна, а прямо сейчас — шлюшки. Бросив взгляд на лицо старшего, блондин довольно хмыкнул, тот так покраснел. Этого тела хотелось касаться и касаться, а оно лишь отдавало лёгким вздрагиванием, как и сейчас: младший слегка проводит большой ладонью по рёбрам Хёна, а тот выгибается в спине. — Ты жестокий, оппа… Знаешь же как я дорожу такими вещами. У меня их не так много. — бубнит Джин, но, кажется, вокалист его вовсе не слушает, а лишь встаёт в постели и подходит к столу. Немного подумав парень, закрывая спиной обзор старшему, берёт что-то довольно маленькое со столешницы и, перебирая это в руке, подходит с этим к тёмноволосому. — Что ты надумал? —Сейчас поймёшь, ты же умный мальчик. — и снова та усмешка, от которой иногда бывает не по себе. Хван нервно сглатывает слюну, а Айэн показывает содержимое ладони, от чего танцора током прошибает. —Лёд? — с ноткой удивления спрашивает Хён, зацепившись взглядом за холодный кубик в руках юноши.       Чон не собирается отвечать на этот вопрос, лишь скользит глазами по телу, останавливаясь на пахе длинноволосого. В голову закрадывается ещё больше мыслей, но это уже другая история. Ян вновь встаёт коленями на кровать, притягивая к себе тело Хёнджина за ножки, от чего тот непроизвольно охает. Вылив несколько капель холодной воды с руки прямо на горячее тело, блондин взял лёд поудобнее, второй рукой растирая холодные капельки по торсу паренька. Он прислонил холодный кубик к розовому соску и плавно проводит вниз, почему длинноволосый содрогается выгибая спину. Так необычно. Изо рта доносится приглушённый стон, а Чонину это лишь нравится. Остановившись у члена парня, младший, не долго думая, слегка прикоснулся кубиком к чувствительный головке, от чего чёрноволосый невольно выгибается в спине и пробует сдвинуть ноги. — Чего же ты, Джинни? Я же просто играюсь и не сделаю тебе больно. — наклонился тот к уху старшего и соблазнительно шепчет, всё также продолжая медленно водить льдышкой по всей длине ствола. Парень изгибается подобно змее, издаёт тихий скулёж. — Такой сладкий и такой горячий… Ты заставляешь лёд так быстро таять.       Ян, наконец-то, убирает кусочек с возбуждённой плоти, от чего со рта рэпера доносится облегчённый вздох, и нависает прямо над юношей. Нагло, смотря в самые глубины карих глаз, Айэн обхватывает кубик губами и помещает на язык, после притягивая голову длинноволосого к себе за затылок и страстно целуя. Контрастные ощущения бьют в голову пульсирующими ударами, что отдают по всему телу; горячий язык не менее горячего Чонина и этот лёд заставляют просто терять голову. Перехватывая кусочек из губ в губы, в голову Хвана крадётся лишь одна мысль: «Ты настоящий дьявол…».       Вода растекается и обволакивает уста каждого, немного стекая тонкой струйкой с уголков губ Хёна, прямо на его нежную шею. Младший не может удержаться и, отрываясь от поцелуя, когда льда не осталось, припадает к шее и слизывает всё. Руки блуждают по стройным ногам Джина, доходят до заветного места, за которое каждый из группы готов почти что убить друг друга, не смотря на их крепкую дружбу. Не отвлекаясь от вылизывания языком вен на шее парня, Ян достал с коробочки гель и тут же выдавил его себе на пальцы. Чуть растирая его перед этим, младший аккуратно вводит два пальца внутрь прекрасной дырочки. — О-Оппа? Аах… — мило, как показалось светловолосому, выстонал старший, который, похоже, относительно давно не имел ничего в своей заднице. С лёгкостью найдя, так называемую, мужскую точку G, Чонин принялся массировать её своими узловатыми пальцами. Тихие, но такие сладкие для ушей младшего, постанывания Хвана были словно музыка, которую хотелось поставить на повтор и слушать, пока уши не отвянут, хотя мизерная вероятность, что это случится.       Решив для себя, что этого пока достаточно, Айэн смазал ещё два пальца и неспеша вводит их внутрь — сначала по две фаланги, а после и полностью. Поначалу Хёну хочется ускользнуть, сдвинуть ноги, прикрыться руками от стыда, так как ему это безумно нравится, и чем глубже проникают в него длинные пальцы тонсэна, тем сильнее хочется кричать от удовольствия. Яна это забавляет, он считает такую реакцию довольно милой: Джинни скулит и не может сдерживать себя, чуть ёрзая бёдрами. «Милашка» подумал Ин. Он двигает пальцами плавно, но вовсе не в медленном темпе. Большим пальцем, юноша, круговыми движениями, массирует зону между яичками и самим «входом», ещё больше стимулируя заветную точку. Свободной рукой поглаживает чувствительную грудь, играет с бусинами сосков и чуть царапает кончиками ногтей.       Длинноволосый стонет, не сидит на месте, пробует вырваться из наручников, но всё тщетно; следы от железячек точно останутся. Он смотрит на младшего и не может понять одно: «Каким вообще образом на камерах ты ведёшь себя как божий одуванчик?!». Последней каплей стало то, что Чонин вставил внутрь костяшки и стал смазывать последний палец. Чуть вскрикнул. Собственный член парня сочится смазкой, а картинка полностью в тумане. — Знаешь что я хочу сделать, малыш? О да, ты знаешь. У тебя же раньше никогда не было такого опыта, так ведь? Не бойся, я буду нежным. — младший усмехается и плавно вставляет большой палец, постоянно добавляя смазки, чтобы никаким образом не навредить его любимому хёну, и насаживает брюнета всё глубже, пока к концу запястья не остаётся всего несколько сантиметров. Джин изгибается подобно змее. Непривычно, немного больно и, почему-то, до дрожи приятно. Ноги и вправду трясутся, а на глазах чуть выступили слёзы. — Мой нежный мальчик…       Чон вытирает пальцем мокрые дорожки и начал делать плавные движения, углубляя ладонь с каждым толчком. Хён чуть ли не задыхается от новых ощущений. Внизу живота слишком непривычно тянет. Колени трясёт. Хван хочет прикоснуться к себе, но не позволяют скованные руки. Светловолосый усмехается и немного ускоряет движения от чего голос старшего становится ещё выше, что не привычно для того. Второй свободной рукой Ян обхватывает ствол юноши и надрачивает в такт. Не прошло и минуты, как Джин обильно кончает себе на живот и вскрикивает. Он пробует сдвинуть ноги, скулит, хнычет и Чонин смиловался, доставая достаточно сильно смазанную руку из входа одногруппника и отпускает член того. Младший взял какую-то ткань и аккуратно вытер пальцы с ладонью в неё, откидывая после на пол. — Я не был слишком жесток, малыш? — светловолосый снимает неудобные поножи и откладывает их на другую сторону кровати. Теперь то Хён смог блаженно сдвинуть ноги. Рэпер отрицательно помахал головой и прикрыл глаза, сбито и глубоко дыша, улыбнувшись. — Вот и славно, но тебе не стоит расслабляться…       Младший уткнулся твёрдым пахом сквозь ткань брюк и чуть трётся им об стройные ноги парня. Сдерживаться больше было невозможно, всё так манило к себе: этот по-блядски приоткрытый рот, дрожащие ресницы, довольно длинные волосы, что были небрежно разбросаны около головы, розовые твёрдые соски на груди и самое тяжёлое для Чонина — эти длинные худые ноги, которых хотелось касаться, которые хотелось целовать, немного кусать. Кажется у вокалиста есть один главный фетиш — это именно ножки его любимого хёна. Макнэ удобнее поставил ноги Хвана, согнув их в коленях сильнее и достал член из ширинки. Пристроившись поудобнее, Ян вставил орган между конечностями и сделал несколько толчков. Хёнджин знает что младший любит что-то такое, знает, что он тот ещё извращенец и тот ещё фетишист и полностью одобряет это. Иногда так комично выглядит разница между сценичным образом и образом в жизни, что тогда-то реально задумываешься о фразе «в тихом омуте черти водятся», ведь это настоящая правда. Джин покрепче обхватил член одногруппника и сам стал двигать ножками, чуть перекрестив их у стоп. — Малыш… — голос отдаёт хрипотцой, а эти постанывания младшего отдают лёгким эхо. Чёрноволосый взял того за руку и переплёл пальцы, ощущая как пробует ускоряться младший, потираясь большим и горячим членом. Чонин рычит, а Хван лишь усмехается. Ещё несколько минут и тот уже близок к разрядке. Хён крепче поджимает ножки и Ян делает финальные толчки, пачкая бёдра своего старшенького. — Оппа, тебе так понравилось? — Джин улыбнулся и расставил ноги, выпуская член юноши. Он собрал немного его семени с себя и слизал с пальца, оглядываясь на такого горячего Чона, который прячет член обратно и застёгивает ремень. Чуть поправил пояс и только сейчас вспомнил про руки длинноволосого. Посадил его и снял противные наручники, отложив туда же, куда и поножи ранее. — Понравилось. Ты был умницей, Хван, — он улыбнулся. — теперь простил меня?       Долгого ответа ждать не пришлось, Хён кивнул и чуть погладил младшего по щеке и на мгновение накрыл его губы своими. — Замечательно, а теперь идём в джакузи, отдохнёшь.