Приключения Бра́ндриса Мягколапа

      В зале заседаний совета было неспокойно, по крайней мере, настолько, насколько беспокойства мог создать наспех собранная половина малого совета из пяти человек. Стоявшие во главе зала пять тронов для представителей пяти миров, как и две трибуны по левую и правую сторону от них, расположенные под углом сорок пять градусов так, чтобы все могли друг друга видеть и слышать, сейчас были пусты. Лишь возгласы, возмущённые реплики, вопросы и чаяния небольшой группы собравшихся перед орхестрой в центре изменяли сейчас обычной тишине пустого зала или атмосфере обсуждения насущных вопросов большим советом во главе с императором Аркана — Аароном Белым — представители трёх пограничных миров и многочисленных глав и министров всех мастей.       — Вы же понимаете, что это катастрофа?! Все миры изолированы! Нарушенные торговые пути, разлученные семьи! Мало было одного мира, так и все остальные теперь тоже наглухо запечатаны! Ох, Боги, за что нам это кара?! — сокрушался жилистый старичок с длинными, до лопаток, серыми волосами, одетый в расшитую золотыми узорами бледно-жёлтую мантию. Это был министр межмировых торговых отношений — Клавдий Гранолид. Сейчас он был единственным в зале, кто создавал шума за троих, всё время сокрушённо потрясая над головой своими худощавыми старческими руками, украшенными различными перстнями, кольцами и металлическими браслетами, бренчащими в такт его движениям, словно в руках у него находилось пара бубнов.       — Прошу вас, поменьше эмоций, господин Гранолид. Мы вот-вот сможем вернуть всё на круги своя, нужно проявить лишь немного терпения, — попытался успокоить его стоящий рядом глава нового храма, его седовласый ровесник, одетый в пурпурного цвета рясу — Густов Лир.       — Как?! — не унимался Клавдий. — Десница Богов до сих пор не в состоянии исполнять свои обязанности, а Шуйца пропала после их вот экспериментов! — Он указал своим костлявым пальцем на представителя Земли, лысого бледного мужчину — Григора Страга, —который спокойно стоял напротив и, казалось, не обращал никакого внимания на распалившегося советника, лишь тихонько жужжа своим аугметическим глазом, похожим на старую кинокамеру с тремя сменными объективами. — Последний портал закрылся неделю назад, а способностей к их открытию, хочу вам напомнить, более нет ни у кого!       — Отчасти по этому поводу я и велел созвать всех доступных на данный момент советников, Клавдий, — как всегда в своей гранитно-невозмутимой манере попытался умерить пыл Гранолида возвышающийся над остальными плечистый и статный император Аарон.       — Простите мне мою бестактность, Ваша светлость, но я не вижу никакого выхода из сложившегося кризиса. Если только кто-то из присутствующих внезапно не обрёл умение ощущать разломы в пространстве между мирами.       — Вообще-то кое-кто в храме может, — отозвался глава старого храма и по совместительству глава учебного подразделения жрецов — Февир.       — И кто же?!       — Она, наконец, прибыла, — сухим, как песок, голосом негромко произнёс вдруг оживившийся Григор Страг.       Возгласы неуёмного министра прервали начавшие открываться массивные главные двери зала с барельефами в виде двух смотрящих друг на друга драконов на каждой из створок.       В зал, почти бесшумно ступая по холодному мраморному полу необутыми ногами, вошла виновница собрания. Кейт, под общее молчание собравшихся, сдержанной походкой преодолела половину зала и остановилась в центре орхестры — круглого цветочного орнамента в центре, освещённого отдельной сложной системой линз и зеркал, которые в любое время дня направляли свет снаружи точно в обозначенную на полу область.       Затянувшуюся паузу решил нарушить император:       — Полагаю, ваш эксперимент, мягко говоря, не удался. — Свой упрёк он обратил сразу к Кейт и Григору.       — Если Вы имеете в виду попытку обходным путём попасть в Левитарион — да, он не удался, — ответила ему Кейт безо всякого выражения чувства вины из-за своего пятилетнего отсутствия.       — Тогда извольте поведать, где вы пропадали всё это время? У нас тут порталы закрываются один за другим, а от Шуйцы Богов ни слуху ни духу! — всё в той же крайне возбуждённой манере поинтересовался Клавдий.       — Портал случайно открылся в мир, до сих пор нам неизвестный, — отвечая не ему, но всем сразу, ответила Кейт.       Все присутствующие тут же заинтригованно прислушались; притих даже неугомонный Клавдий.       Кейт, не дожидаясь просьб, продолжила:       — Его населяют монстры по типу тех, что, вместе с людьми, живут в Левитарионе. Увидев их впервые, я подумала, что наш с Григором эксперимент удался, однако, по мере изучения окружения, поняла, что попала в совершенно другой, ранее неизвестный нам мир.       — Невероятно! — ахнул Густов Лир. — И чем же этот мир примечателен?       — В целом, он чем-то похож на Землю конца девятнадцатого — начала двадцатого века. Есть паровые машины и активно используется газ для освещения и обогрева домов.       — И что же тебе помешало покинуть этот мир и вернуться к нам? — спросил Аарон.       — Слабый магический фон и почти полное отсутствие пространственных разрывов.       — Хотите сказать, что в том мире совсем негде взять накопители или усилители? Да такого быть не может! — решил блеснуть своими знаниями Клавдий.       — Они совсем не используют магию, хотя она им вполне доступна, а прямой связи какого-либо бога с их миром, который мог бы даровать магические артефакты, я не ощутила. Кое-где присутствует простейшие формы религии, основанные на предрассудках, да и луна там есть, как и везде… — Тут Кейт задумалась и дополнила: — Ну, почти, как везде. Хотя какое-то божественное присутствие там всё же есть, если задать условия, при которых бог мог бы нужным образом влиять на события в своём мире.       — Но как же ты вернулась при всех этих условиях? — поинтересовался Февир.       — Мне невольно помог один из жителей, предрасположенный к магии.       Когда советники услышали это, между ними пронеслась волна негодования; даже Аарон, стоявший до этого со своим типичным каменно-властным выражением лица, недовольно нахмурил брови.       — Кейт, вы же знаете о том, что существуют определённые правила действий при обнаружении новых миров, — возмущённо начал поучать девушку глава храма Густав Лир. — Они были написаны ещё при династии первых Белокрылых… — Тут он прервался и отдал почётный поклон Аарону, как и в любом случае при упоминании рода императора, — и он гласит, что мы не можем вмешиваться в их быт и менять их представление о своём мире!       — Действительно, опрометчиво было давать магические знания жителю мира, в котором о магии никому неизвестно, — заметил Аарон. — Надеюсь, ты не поведала ему о том, откуда прибыла?       — Не поведала, — честно ответила Кейт. — Но так получилось, что он и ещё пять жителей того мира прибыли сюда вместе со мной.       — Это недопустимо! — тут же воскликнул Клавдий, как всегда находившийся в авангарде возмущённых настроений. — Известно, как сложно выстроить, а после и поддерживать взаимоотношения между разными мирами, а вы ещё и притащили сюда жителей мира, до сего дня неизвестного! Будет неслыханный скандал, когда об этом узнает большой совет!       — И где же они сейчас? — поспешил узнать Густов Лир. — Вы привели их в Храм?       — Лишь одного. Кота-монстра, Брандриса Мягколапа, уже должны были отвести в больничное крыло и осмотреть на предмет возможных скрытых травм и провести общий медицинский осмотр. Ещё пятеро его сестёр-близнецов должны быть где-то в нашем мире и нам нужно как можно скорее отыскать их.       — Вначале нужно решить насущный вопрос с закрытыми порталами. Просто необходимо как можно скорее восстанавливать торговые отношения! — начал лоббировать свои интересы Клавдий.       — Дети? — коротко спросил Кейт Аарон, пропустив мимо ушей слова министра.       — Подростки, — так же коротко ответила она.       — Проблема с торговыми путями между мирами преследовала нас последние пять лет, потерпит и ещё один час, — ответил он Клавдию, который тут же недовольно притих, понимая, что решения императора — закон. — Кейт, мы можем отложить заседание большого совета настолько, насколько понадобиться. Тебе нужно поскорее выдвигаться к драконьему древу. Густов, дайте Кейт в помощь своих лучших жрецов, способных хоть ненадолго умерить беспокойство древа, и после, не теряя времени, соберите спасательный отряд, и держите людей наготове, чтобы прийти Кейт на выручку в случае чего.       Густов Лир откланялся императору и тут же отбыл исполнять полученное поручение.       Кейт тоже уже собиралась покинуть зал совета вслед за Густовом, но Аарон её задержал:       — Кейт, у нас накопилось много дел с момента твоей пропажи. Понимаю, что выше тебя стоят лишь боги, и всё же прошу не обделять вниманием тех, кто на тебя рассчитывает.       Кейт лишь коротко кивнула ему в ответ и спешно покинула зал заседаний совета.

***

      Храм, что издалека возвышался над всем городом, соревнуясь по высоте разве что с близлежащим горным хребтом, вблизи казался просто монструозным. Прикидывая на глаз, сколько материала было потрачено на его возведение, Брандрис пришёл к выводу, что наверняка можно было бы отстроить ещё одну такую же столицу неподалёку и даже, наверное, осталось бы на пару-тройку живописных горных деревушек. Своей формой он напоминал перевёрнутый кубок с чашей в форме лепестков, стремящихся закрутиться в спираль против часовой стрелки, плоское основание которого срезали и водрузили на его место огромный кристалл, который по пути ещё и разок уронить умудрились, судя по его обломанной вершине. Через весь город, от реки, шёл выложенный известняковым кирпичом водный канал, который доходил до стен храма и опоясывал его, создавая что-то вроде защитного рва.       На воротах, от которых начиналась та из пяти главных улиц, по которой шли Кейт и Брандрис, была выгравирована сцена с выходящим из портала крылатым человеком, перед которым открывался взор на какие-то острова среди облаков. Когда они подошли ближе, ворота с почтительным гулким скрипом неспешно открылись, и взору предстал большой зал, весь потолок которого представлял собой один большой витраж, опоясанное красным драконом изображение на котором представляло собой такие же, что на вратах, парящие в облаках острова, на некоторых из которых были различимы какие-то города. Направо и налево уходили два длинных коридора, что вели вдоль внешней стены храма. К таким же двум коридорам выше вели две лестницы, слева и справа переходящие в идущий вдоль всей дальней стены балкон. Также два прохода были впереди и один — посередине вверху. При виде всего этого Брандрису показалось, что они пришли к началу какого-то заколдованного лабиринта.       — Вроде, мы так легко сюда попали. Почему ты не смогла открыть портал сразу в храм? — поинтересовался Брандрис.       — Потому что драконье дерево в глубине храма почему-то считает, что ему угрожает опасность, отчего храм сейчас укрыт плотным защитным куполом, способным выдержать невероятно мощный магический натиск.       Из дальнего левого прохода к ним вышел молодой мужчина в белой рясе с красными узорами на рукавах и подоле. Это был один из храмовых служителей. Спешной походкой, едва не переходящей на бег, он подошёл к ним и тут же почтительно откланялся Кейт.       — О великая Шуйца Богов, — начал он взволнованно. — Вашего присутствия ожидает малый совет храма. Вам велено незамедлительно явиться в зал заседаний.       — Велено… — хмыкнула Кейт. — Как же я скучала по этим управленцам.       Служитель застыл перед ней в учтивом полу-поклоне, не смея говорить больше положенного.       Бранд решил поинтересоваться их дальнейшими планами:       — Мы сейчас пойдём на встречу с какими-то важными монст… То есть… Как же ты говорила? Я помню! Ли… Леди…       — Людьми. Да, там все люди, того или иного вида, но, увы, ни одного монстра уже долгие столетия. Но ты со мной не можешь пойти.       Бранд тут же насторожился.       — Мне стоять здесь и ждать тебя?       — Ох, нет, конечно нет. Я велю служителю, чтобы он отвёл тебя в больничное крыло на осмотр.       — Зачем мне в больничное крыло на осмотр? — непонимающе спросил её Бранд.       — А вот зачем. — Кейт протянула руку к его щеке, взяла мех в пучок и осторожно потянула, увлекая за собой приличный такой клок длинных белых волосков. Бранд от её действий почти ничего не почувствовал и на короткий момент удивился такому большому количеству меха в её руке, но тут же сообразил, в чём могла быть причина.       — Это же просто зимний мех. У меня просто линька от смены климата.       — И тем не менее, — отрезала Кейт. — Ты прибыл в новый мир, где могут быть болезни, к которым у тебя нет иммунитета, или же иметь те, что могут проявиться в здешних условиях. Да и к тому же там у тебя уже будет койка-место на первое время, за тобой присмотрят наши лучшие лекари. Тем более главный лекарь — мой хороший друг, которому я могу спокойно доверить любую свою ценность.       Брандрису очень не хотелось, чтобы Кейт оставила его в незнакомом месте.       —А мои сёстры! — предпринял он отчаянную попытку не расставаться с ней. — Нам же нужно их найти, я тоже должен участвовать в поисках!       — Брандрис, с этим мы справимся и без твоей помощи, тебе сейчас нужно просто отдохнуть и хорошо поесть, чтобы набраться сил. Вот увидишь, и не наступит рассвет следующего дня, как вы все окажетесь вместе. — Кейт положила руку Брандрису на макушку и легонько потрепала мех. — Всё будет хорошо, я тебе обещаю. — Она повернулась к служителю и велела: — Отведите господина Брандриса в больничное крыло и передайте от меня привет господину Гервису.       Служитель в очередной раз учтиво поклонился и подошёл к Брандрису, который ещё надеялся, что Кейт его не оставит.       Но Кейт открыла перед собой портал, шагнула в него и тут же закрыла, оставив его наедине со служителем.       — Ну что же, господин Брандрис? — склонившись к коту, произнёс служитель и протянул ему руку, видимо, рассчитывая вести его за собой, словно маленького ребёнка. — Пойдёмте со мной, я отведу вас в больничное крыло.       Брандриса такое отношение к себе не устроило, и он, лишь покрепче сжав в лапах свою шляпу, недоверчиво отстранился.       Служитель ненадолго замялся, не зная, как бы ему поступить, и не придумал ничего лучше, как просто, глупо улыбаясь, двинуться в нужную сторону, увлекая монстра за собой.       Бранд шёл за служителем по длинным витиеватым коридорам со сводчатыми потолками, опирающимися на колонны с трёхлистными арками, которым, казалось, не было конца. Попытки Брандриса запомнить, куда они поворачивали на перекрёстках и на сколько этажей поднялись, в какой-то момент закончились полным провалом, и он просто шёл следом, разглядывая убранство вокруг. На расстоянии примерно каждых пятидесяти шагов в стенах коридоров были устроены ниши, в которых стояли белые доспехи, держащие руки на навершии двуручных мечей, упёртых острием в пол. Брандрис нашёл забавным нелепо вытянутые острые носы и пурпурные перья на голове этих доспехов.       В одном из очередных коридоров со множеством закрытых дверей до Брандриса донёсся запах сырости и чириканье маленьких птичек. В какой-то момент мраморный пол сменился каменным мостом, а стены и потолок — густыми кронами деревьев под огромной стеклянной крышей в вышине. Брандрис, конечно, знал, что зимой плодоносные растения можно выращивать, укрывая их от ветра в стеклянных теплицах, дабы растения не погибли от морозов и у них было достаточно солнечного света, но чтобы так скрывать от непогоды целый лес — такое чудо он видел впервые в жизни. Дойдя до середины моста, он решил остановиться и получше разглядеть снующих туда-сюда разноцветных мелких птах. Одна из них, ярко-голубого цвета с жёлтыми брюшком и хохолком, села на парапет перед ним и начала старательно чистить свои пёрышки. Глядя, на каком небольшом расстоянии птичка была от него, Бранд было подумал, что она не испугается и дастся ему в лапы и уже сделал шаг навстречу, но тут птичка насторожилась, недоверчиво оглядела гигантского прямоходящего кота и, вспорхнув, резво скрылась в густой листве.       — Господин Брандрис, прошу вас, не отставайте, мы почти дошли! — окликнул его служитель, который уже был у входа в следующий коридор, но не сразу заметил, что монстр задержался на середине моста.       Бранд ещё раз бегло оглядел всё это зелёное великолепие и поспешил догнать своего проводника.       Наконец добравшись до места, служитель разузнал у одной из медсестёр, где сейчас находится главный лекарь больничного крыла, и, получив ответ, проследовал с Брандрисом в сторону его кабинета. Они прошли через ярко освещённое солнечным светом, пробивающимся через большие чистые окна, помещение, между двух рядов аккуратно застеленных коек с чистым бельём, от которого исходил лёгкий лимонный аромат, и подошли к плотной деревянной двери с резной ручкой в форме склонившейся драконьей головы.       — Открыто! — раздалось глухо после того, как служитель постучал в дверь.       Когда они зашли в кабинет, в нос Брандрису ударил запах каких-то медицинских трав, спирта и формалина. У стен на полу и на самих стенах не было и клочка свободного места: всё было уставлено и увешано различными медицинскими инструментами, склянками с препаратами, банками с плавающими в жидкости частями тел и так далее. У большого стеллажа, под завязку забитого книгами, стоял большой грузный человек ростом примерно на голову выше Брандриса с нетипично большой головой, напоминавшей перезревшую тыкву. Белый расстёгнутый халат был ему слегка не по размеру из-за большого выпирающего живота. В руках он держал толстый фолиант, на одной из страниц которого были скрупулёзно, от руки, нарисованы какие-то растения, по всей видимости, полезные в медицине.       — Добрый день, господин Грин. Я привёл вам на осмотр господина Брандриса. У вас есть время его осмотреть? — Он отошёл немного в сторону и представил взору Гервиса Грина стоящего позади кота.       Гервис смерил его своим острым медицинским взглядом, затем отошёл к своему столу и осторожно положил на него фолиант.       — А почему ты обращён? — обратился он к Брандрису оскорблённым тоном. — Ты из какого-то народа, что считают приемлемым ходить в таком виде?       — Ох, нет. Вы не так поняли! — спохватился служитель. — Он не оборотень, он — монстр.       Гервис снова смерил стоящего перед ним кота, но уже с гримасой негодования на лице.       — И что же вы хотите, чтобы я сделал? — с искренним непониманием поинтересовался он у служителя. — Я не ветеринар, чтобы заниматься кошками. Да и с каких пор вообще в наших краях завелись монстры? Портал в Левитарион наконец открыли?       — Ну, понимаете, господин Гин, Шуйца Богов велела мне отвести господина Брандриса в больничное крыло, чтобы ему провели здесь осмотр.       Маленькие глазки Гервиса стали больше раза этак в два, когда он услышал о Шуйце.       — Что? Кейт вернулась?! — с неподдельным удивлением переспросил он, после чего взглянул на Брандриса уже как-то по особенному, словно перед ним теперь стояла древняя фарфоровая ваза с изображением сцен из периода правления первых Белокрылых. — Чего же вы сразу не сказали, что это её спутник? С такими гостями мы обойдёмся по высшему разряду!       Он подошёл к Брандрису и ещё раз осмотрел его с ног до кончиков ушей уже более внимательно. Затем он взял небольшой круглый табурет на резных ножках, поставил его перед котом, присел, чтобы оказаться с ним на одном уровне, и по-врачебному уверенно потянул свои руки с пальцами, похожими на большие сардельки, к морде монстра. Брандрису не очень понравилось, что его вот так бесцеремонно хотят потрогать, и он поспешил немного отстраниться.       — Да не бойся ты, пушистый зверь, больно не будет. В молодости, перед тем, как поступить в медицинскую академию, я на кошках тренировался и кое-чего да в твоём брате понимаю.       — Боюсь узнать, что вы с ними делали… — не скрывая своего лёгкого недоверия, ответил ему Бранд и прикрыл нос полями шляпы.       — Ого! Ещё и говоришь по-нашенски? Ну точно подружимся! — заулыбался лекарь во все свои два ряда ровных белых зубов. — Да я осматривал их, вшей выводил, уши чистил. Ветеринаром хотел стать, а видишь как оно вышло! Уже семьдесят… Да-а-а… Семьдесят три года как главный лекарь при храме! Думаешь, Кейт отправила бы тебя к кому попало, чтобы с тобой сделали непонятно что?       Бранд было задумался над его вопросом, но ответ был столь очевиден, что он лишь утвердительно помотал головой.       — А знаешь что? Мы тут тоже все немного на тебя похожи. Вот! Смотри! — Его внешность начала быстро преображаться: всё тело стало менять комплекцию на звериную и покрываться серым мехом, на голове выросли два круглых чёрных уха, лицо вытянулось в морду с чёрно-белым продольными полосами, руки стали лапами с длинными, как крючки, когтями, сзади повис толстый, средней длины, хвост.       — Господин Грин, — тут же отозвался служитель. — Вы же знаете, что неприлично вот так бесцеремонно обращаться.       — Ну так я ж для дела, — ответил ему сидящий на табурете гигантский барсук. — Тем более, кроме тебя, кто меня сейчас осудит? Верно, Брандрис?!       Но Бранд лишь удивлённо молчал, глядя на так внезапно переменившего свою внешность лекаря. Кейт ему, конечно, рассказывала о том, что этот мир населяют люди с такими способностями, но чтобы вот так легко и непринуждённо человек перед ним мог обратиться в монстра, он себе представить не мог.       — Ну что? Теперь ты меня не так сильно боишься? — поинтересовался Гервис.       — Я и не говорил, что боюсь вас, — признался Брандрис. — Просто вы мне не знакомы и я не люблю, когда меня пытается потрогать кто-то чужой.       — Прямо звериные нравы. Заботишься о чистоте своего меха, а сам-то погляди, какой пыльный.       Брандрис оглядел запачканный мех на своих лапах и впервые за всё время, что он находится в этом мире, ощутил себя жутко неухоженным.       — Вот что, давай мы твою одежду отправим прачкам, а для тебя я распоряжусь организовать ванную. Или ты, прости за нескромный вопрос, моешься языком?       — Языком у нас мыться не принято. Мы же не звери лесные.       — Ну вот и славно! Сейчас мы всё устроим по высшему разряду! — Гервис обратился обратно в человека, встал и проследовал к выходу из кабинета. — Пойдём, маленький монстр, займёмся тобой немного, пока Кейт занята своими делами.