Обреченные на поражение

      Луч солнца ласково касается ее лица. Скрежет пера прерван.       Утро? Вновь?       Тик-так, тик-так, тик-так.       Гермиона смотрит по сторонам, прекрасно зная, что часов в этой комнате нет, только… зачарованные. Все стрелки покоятся «дома», лишь Фред до сих пор в «смертельной опасности». Столько времени уже прошло, словно вечность.       Треск камина. Шорох. Она возвращается в реальность, в которой Гарри спит на соседнем кресле, приобнимая Джинни, сонно приоткрывающую глаза. Они опять просидели до утра с проектом, все ради одного дня…       Черт, завтра!       Часы на руке у младшей Уизли отражают попавший на них солнечный луч. Вот откуда этот звук.       Лицо рыжей девочки все покрыто веснушками, а волосы спутаны от недолгого сна на чужом плече. Это выглядит небрежно, но мило. Джинни, кажется, зовет подругу, но тщетно.       Тик-так, тик-так, тик-так.       Время все идет и идет, оно — вечно, в отличие от людей. Ничего — главное — ты с этим не сделаешь: сколько не старайся, все продолжит идти своим чередом. Говорят, время лечит, только в эти сказки оно само не верит, что уж говорить о других. Пора вставать, пускай и не ложившись.       — Доброе утро-о-о, Гермио-о-она, ты чего зависла? Так и не легла? — Джинни уже скрылась на кухне. Завтраки теперь ее забота.       — Доброе. И тебе, Гарри. Я же вижу, что ты уже открыл глаза. Джин, не поищешь нам бодрящего зелья?       — Неплохая идея, Миона. Так ты закончила с этим? — парень обводит стол рукой, прекрасно понимая, что ответ на вопрос уже знает.       Сова неожиданно влетает в приоткрытое окно. Гермиона тут же хватает свежий выпуск газеты.       Скиттер не унимается, ежедневно выпуская статьи, заголовки которых с каждым разом кажутся все абсурднее:       «Временный министр — шарлотан маглолюб?»       «Что на САМОМ деле произошло во время битвы 2 мая?»       «Северус Снейп: злодей или мученик»       «Известный во всем магическом мире Гарри Поттер снова сошел с ума».       Вся нора постепенно просыпается, вниз один за одним спускаются рыжие макушки Уизли.       Поттер и Грейнджер гостят тут больше трех недель, словно члены семьи. Они остались по просьбе Молли, та очень переживает.       Больше все равно некуда идти.

***

      Май был безнадежно потерян.       Кингсли Буствер, назначенный исполняющим обязанности Министра Магии, успешно справлялся с должностью. В скором времени после последних страшных событий бывшие Пожиратели были доставлены в Азкабан, ожидая там грядущие судебные слушания, на каждом из которых присутствовал не только полный состав Визенгамота, но и сам Кингсли в сопровождении Золотого трио и вездесущих журналистов.       Дела последователей падшего Лорда походили одно на другое, не вызывая бурного отклика. Лишь фразы: «Они этого заслужили!», «Передавайте привет дементорам!» — и пожелания смерти, звучали с рядов зрителей после оглашения приговора.       Все изменилось 28 мая.       Очередное слушание, касающееся семьи Малфоев, должно состояться в этот день. В зале также будет присутствовать их сын. Совместно с этим решалась судьба детей Пожирателей.       Седьмое и заключительное.       Зал номер десять был переполнен. Дело рассматривали не первый день, так как решение никак не могли принять. В этот раз сторону обвиняемых поддерживал сам Гарри Поттер:       — Все, что они делали, безусловно, неправильно. Но… все мы знаем, Драко Малфой — не убийца, ведь с роковым заданием Волан-де-Морта он не справился, — на этих словах волшебники, находящиеся в помещении вздрогнули. Слышать имя того, кто так долго держал их в страхе смерти, до сих пор казалось неправильным и опасным. — Альбуса Дамблдора убил никто иной, как ныне погибший Северус Снейп — шпион со стороны Ордена. Стоит отметить, что своим участием в рядах Пожирателей, Драко искуплял вину своего отца, Люциуса Малфоя.       Малфой-старший хмыкнул. Зря. Он единственный из семьи был верен Хозяину и не был достоин прощения. В старую версию с непростительным подчиняющим заклятием больше никто не верил, поэтому Люциус решил временно позволить себе просто плыть по течению. Азкабан казался ему сказкой после месяцев, проведенных под одной крышей с сумасшедшим темным магом и кучкой его соратников, убивающих забавы ради. Гарри Поттер продолжил свою речь:       — Именно Драко, под угрозой смерти, бросил мне свою палочку, благодаря которой я одержал победу над Волан-де-Мортом, — в зале снова раздались испуганные вздохи, — ДА ПЕРЕСТАНЬТЕ УЖЕ ЕГО БОЯТЬСЯ! — крикнул Гарри.       Нервы сдавали. Он не пугался Волан-де-Морта живого, грозящего убить и уничтожить. Он боролся против Лорда, сражался за их жизни… А все вокруг вздрагивают от произнесенного имени, словно не было никакой битвы, не было победы.       Не было, не было, не было…       Гермиона Грейнджер, до этого мирно сидящая рядом, осторожно коснулась его плеча и прошептала что-то едва уловимое.       — Мистер Поттер, можете продолжать, — размеренным басом сказал Кингсли.       — Прошу прощения… — парень замялся, — поговорим о Нарциссе Малфой. Только из-за этой женщины я сейчас стою перед вами. Не так важно, что сподвигнуло ее обмануть… Темного Лорда, если вам так угодно слышать, — выделяя последние слова, сердито произнес он, — но она сделала это. За что я выражаю ей свою личную благодарность, — Гарри слегка кивнул.       Даже сейчас миссис Малфой держалась уверенно: подбородок высоко поднят, взгляд направлен четко вперед. Лишь красные глаза выдают усталость, а их пустота — смирение. Ее семья уже была одной ногой в Азкабане, пока не появился Поттер, предложивший помощь.       Нарцисса кивнула в ответ, посмотрев прямо в глаза Гарри, а тот в свою очередь удалился.       — Мисс Грейнджер, Визенгамот готов выслушать Ваше предложение о дальнейшей судьбе детей Пожирателей Смерти. — Седой мужчина в мантии сливового цвета с гербом Визенгамота пригласил нового свидетеля.       — Спасибо, — уверенно произнесла Гермиона. Волнение выдавали лишь трясущиеся руки, но этого никто не замечал. — Как я уже говорила раньше, многие из них, — она кивнула в центр зала, где находилось около восьми человек, не считая Малфоев, — не представляют опасности. Некоторые вовлечены в ряды Пожирателей насильно, а некоторые… были глупы и не понимали, в какую дыру они угодили! — неожиданно для самой себя воскликнула девушка, выражаясь довольно меткими, но грубыми словами.       — Но это никак не освобождает их от ответственности за свои деяния! — В том же тоне произнес мужчина, пригласивший ее к ответу. Гермиона никак не могла запомнить его имя, хоть и встречала на судах раз за разом.       — Молестье, ты разговариваешь с умнейшей ведьмой своего поколения, уверяю, она отдает себе отчет в том, что говорит, — сквозь зубы процедил Кингсли. — Продолжайте, мисс.       Гарри заметил, что подруга задумалась.       Молестье, Молестье, Молестье…       Адверсариус*       Как она могла забыть? Он был членом Визенгамота почти 38 лет и славился любовью к ненужным комментариям, часто несоответствующим теме. Сейчас же под властным голосом исполняющего обязанности Министра он вжался в кресло. Гермиона продолжила:       — Итак, я считаю недопустимым оставлять произошедшее безнаказанным, но в качестве профилактики предлагаю вот что…       Вот он — проект. Столько усилий было вложено с целью найти способ обойти жуткий приговор.       Спасти.       Попасть в Азкбан — не то, что нужно юным волшебникам, учитывая непричастность некоторых из них, вроде Пэнси Паркинсон. Метки нет, участие в военных действиях не подтверждено, но родители-Пожиратели наложили определенный отпечаток на ее репутацию. Перебрав кучу вариантов, Гермиона нашла подходящий:       — Вы должны будете пройти некую реабилитацию, — она снова обращалась к обвиняемым, — уедете в магловскую деревню и проведете там время до начала восьмого курса, для вас обязательного. Жить будете среди простых людей. Без магии, — подытожила она.       Видеть лица этой кучки аристократов было истинным наслаждением в столь напряженный момент. Шок сменялся негодованием, затем благодарностью, но после осознания все вновь повторялось.       — Спасибо и Вам, мисс Грейнджер, — Кингсли поднялся с места.       — Суд удаляется на пятнадцать минут для принятия решения по делу номер 132 от 28.05.1998 года, — после этих слов полный состав удалился из зала. Звук пишущего пера прекратился, было прервано ведение протокола.       Тишину нарушало легкое ерзанье на стульях. Журналисты ждали решения больше всех присутствующих, увлеченно что-то обсуждая между собой. Гарри подошел к подруге, чтобы похвалить за выступление. Он гордился ей — смелой и сильной волшебницей. Гермиона спасала их трио все эти годы, помогала беззащитным, боролась за справедливость. Даже сейчас она была на стороне тех, кто обязательно убил бы ее, одержи темная сторона победу.       Но в каждом ее движении чувствовалась усталость. Этим утром они вновь повздорили с Роном, который в последнее время спорил с друзьями непрерывно. Сегодня причиной ссоры стало слушание, а именно — защита Грейнджер и Поттером «не той» стороны. Все время до их отъезда по всему дому раздавались крики об их «предательстве» и прочее, прочее, прочее…       Гарри не мог больше видеть разочарование на лице подруги и, в конце концов, молча трансгрессировал в кафе возле Министерства, ухватив ее за рукав пиджака. Благо, ему это было дозволено сделать даже около судного места. Сейчас Гермиона будто и не помнила об утренней перебранке, держалась уверенно и гордо.       — Ты умница, знаешь об этом? — Парень обнял ее. — У тебя все получилось.       — Спасибо, Гарри, рада это слышать, — девушка слегка улыбнулась. — Давай дождемся решения Визенгамота и… вернемся в Нору. Нужно поговорить с Роном.       Черт, ну конечно, все она помнит.       Драко Малфой держал мать за руку. Их жизнь рушилась на глазах, они сами разбивались на мелкие кусочки. Пока семья ждала это заседание уже неделю, для него решение больше не имело значения, лишь спокойствие матери было необходимо для жизни, не важно где: в одиночной камере Азкабана или в магловской деревушке.       Странная, но похвальная идея Грейнджер. Вот только зачем ей это?       Это же Грейнджер, как ты можешь такое спрашивать, все и так предельно ясно.       Блондин поднял глаза. Девушка стоит в обнимку с Поттером, ее руки дрожат, а в глазах сплошное разочарование.       Война всех помотала.       Парень вспомнил упомянутого Снейпа. На душе стало горько.       Крестный, крестный, ради чего ты погиб?       Глупая смерть, не нужная, как и десятки других.       Ради Поттера, ради всех нас…       Да неужели?       Тишина воцарилась в зале. Дверь распахнулась, полусотня человек, шурша подолами мантий, вернулись в зал, чтобы занять свои привычные места.       — Мы продолжаем судебное заседание по делу о Пожирателях Смерти номер 132 от 28.05.1998. Визенгамот готов вынести решение.       Журналисты затаили дыхание, Нарцисса вздрогнула. Драко сжал кулаки. Остальные подсудимые направили умоляющие взгляды в сторону присяжных. Только Люциус Малфой выражал полнейшее отчуждение, бросая презрительные взгляды на зрителей.       — Драко Малфой и другие несовершеннолетние подсудимые пройдут реабилитацию, предложенную мисс Грейнджер. Нарцисса Малфой вернется в родовое поместье, где будет находится под наблюдением авроров. Люциус Малфой покинет Британию на неопределенный срок. Решение вступает в силу незамедлительно. — Раздался громкий стук молотка.       Некоторые начали расходиться.       Что я только что услышал?       Малфой-младший оглянулся по сторонам. Репортеры задавали тысячи вопросов, вокруг раздавались щелчки от вспышек колдоаппаратов, потерявшие терпение волшебники спорили во весь голос, высказывая свое недовольство насчет решения суда.       Мама улыбается. Остальное неважно.       Кто-то дотронулся до его плеча.       — Нас оправдали, Малфой! — Пэнси явно рада такому стечению обстоятельств. — Пара месяцев в этой отстойной деревушке — и мы свободны! — он кивнул. На большее сил уже не оставалось. — До встречи, Драко, — спешно бросила она, а потом исчезла в толпе.       А дальше-то что?       Гермиона подпрыгнула от неожиданности.       Мы победили.       Кингсли размеренными шагами двигался в их с Гарри сторону, широко улыбаясь.       — Друзья, вы прекрасно справились с поставленной задачей. Отпразднуйте это как следует!       Отпразднуют они, конечно… В доме тех, чей сын погиб по вине их подзащитных. Смешно даже.       — Спасибо, Кингсли, обязательно, — ответил за нее Поттер. — Идем, Миона, нам пора.       Кто-то наблюдал за ними сквозь толпу. Девушка настороженно вертела головой по сторонам и вдруг замерла. Малфой.       Ну, давай, скорчи выражения лица как можно презрительнее, я жду.       Аккуратный кивок головой. Отворачивается и, поддерживая за руку мать, покидает помещение.       Что за новая традиция покачивания головой?       Почему мне благодарен Драко Малфой?       — Гермиона Грейнджер, выйди из транса. Сама же говорила, что нужно поспешить к Рону. Джинни должна была все уладить до тех пор, как мы вернемся, — парень отчаянно пытался достучаться до подруги, но та не отвечала, — пошли скорее.       — Ты прав, Гарри, прости. Нам пора, — глухо сказала она, лениво перебирая ногами.       Впереди вечер, который вновь пройдет по заученному сценарию: обвинения, слезы, мир, ужин, тихие разговоры на кухне, недолгий сон.       Сперва кажется, что это может продолжаться вечно. Неправда.       Жизнь любит закономерности, а не рутину.       Самые колоссальные перемены от нас никак не зависят — их никто не ждет, в этом весь смысл.       Но разве в этом есть что-то плохое?       В министерском камине веет прохладой. Прежде чем разжать ладонь с летучим порохом, в толпе она видит Ее. Страх окутывает с ног до головы, но через мгновение то место пустует.       Не может быть.       Тихий шепот «Нора» и языки зеленого пламени окутывают с ног до головы.       Когда-нибудь все пройдет.

***

      *Molestiae adversarium(лат.) — раздражающий оппонент.       Мой ОМП: волшебник-полукровка 65-67 лет. Среди известных членов Визенгамота многие умерли или подали в отставку, поэтому будут задействованы несуществующие персонажи.