Объект Х

Старскрим с грохотом бьется об стену, болезненно кряхтит и щурит оптику на темную фигуру Лорда, медленно шагающую в его сторону. Саундвейв останавливается на пересечении двух коридоров, смотрит на помятого сикера и фокусирует внимание на тяжелых шагах Мегатрона, опасно-медленно приближавшегося к нему - обыденная сцена, сикер снова довел главнокомандующего и теперь отдувается. Лорд сжимает кулак для очередного удара по коммандеру, но Саундвейв, совершенно не одобряющий стычку в данной ситуации, сразу его перехватывает и бьет Лорда по одному из слабых мест. Работа вент-системы сбивается и Мегатрон кряхтит на полученный урон, не успевает возобновить стабильный воздухообмен, как получает по шлему, к его очередному удивлению, и пятится назад, смахивая ошибки. Он ошеломленно фокусирует оптику на Саундвейве, который так и излучает сплошное поле неодобрения и гнева, чем почти душит что Мегатрона, что Старскрима. Связист шагает к Лорду и укоризненно тычет в него пальцем, словно он провинившийся кот. — Со всем уважением, Мегатрон, ты из ума выжил?! — Его вокалайзер скачет в тоне голоса и только так Мегатрон понимает, насколько Саундвейв был зол. Когда Лорд в последний раз видел хладнокровного связиста в таком заведенном состоянии? Саундвейв четко подчеркивал каждое слово укоризненным ударом пальца об корпус Лорда, словно отчитывал ребенка за плохое поведение, позволяя Мегатрону прочувствовать каждую секунду унижения, будучи отчитанным своим же подчиненным. Сцена была бы забавной и смешной, если бы не произошедшие ранее события, которые привели к ней. — Ты мог убить ее! — Не убил. — Пока. Ты не изучал людей, разумеется, ты не знаешь, что в данный момент она может умереть от потери крови, от болевого шока, от количества стресса, я уже молчу о нарушении ее психики. — Голос Саундвейва повышался с каждым сказанным предложением и Мегатрон все еще не решался выпрямиться в полный рост после его воспитательных ударов. Был бы здесь Оверлорд - смеялся бы во всю и катался по полу. Связист с отвращением выплевывает воздух из воздухозаборников и мотает шлемом, все еще не может поверить, что Лорд действительно поступил настолько безрассудно. — Ее состояние может ухудшиться вплоть до летального исхода. Чем ты вообще думал? Все молчали. Звук работающих турбин корабля гулял по тихим коридорам и Тандеркрекер неловко перевел взгляд на Слипстрим, озадаченно пожимая плечами: где Скайварп? Фем, видимо, поняла немой вопрос, но ответить на него не могла и лишь мотнула шлемом, возвращая взгляд на перепалку. Разгневанного Мегатрона они видели часто, потому прекрасно знали, что вмешиваться не стоит, но сейчас здесь был разгневанный Саундвейв - это действительно пугало своей неизвестностью, никто и представить не мог, что Мегатрон когда-либо может вступить в ссору с своим близким товарищем. Связист замахивается для очередного воспитательного удара, но Лорд перехватывает его ловким движением манипулятора. Виснет немая пауза. — Саундвейв, возвращайся к работе. Приказ режет упомянутого десептикона по аудиосенсорам и он с неприязнью вырывает манипулятор, отшагивает от Мегатрона. Саундвейв смотрит на него еще пару секунд, словно ожидает чего-то, но в итоге лишь мотает шлемом и уходит в сторону команд-центра. Мегатрон тяжело прогоняет воздух через вент-систему и смотрит ему вслед, затем щурит оптику на окружавших его подчиненных и те сразу же разбегаются. Старскрим стряхивает с себя невидимую пыль и, фокусируя оптику на серебристом мехе, осуждающе цокает в его сторону, после чего спешит удалиться, пока его не останавливает до боли знакомая фраза. — Тренировочный зал. Через десять минут. Старскрим дребезжит корпусом, уже предвкушая очередную взбучку. Мегатрон расслабляет плечевые сегменты и опускает их, пока вентиляция восстанавливает умеренные обороты. Он невольно косится на створки лаборатории, словно за ними скрыто что-то секретное, запрещенное и странно-соблазнительное. Он тяжелыми шагами направляется вдоль по коридору.

***

Лило не знает, сколько она пролежала без сознания. Первый день для нее пролетел как сон на глубине океана, под тоннами густой мутной воды: тяжело, удушающе страшно и равнодушно одновременно, в полном беспамятстве. Она лишь отдаленно слышала размытые разговоры и сразу же их забывала, снова падала в тьму бессознательности. Сны не снились, все тело ужасно болело и кислородная маска неудобно прижималась к лицу, но ни один из этих факторов не мешали ее сну. Лило не хотела просыпаться, она бы с радостью заснула здесь навечно.

Лило не хотела снова существовать в этой реальности, она хотела домой.

Мышцы по всему телу выли ноющей ползучей болью и, в то же время, она совершенно не чувствовала своих конечностей, вероятно, ее накачали обезболивающим и еще кто-знает-чем. Страха не было, Лило даже не помнила, что происходило в последние дни, знала лишь, что это было ужасающей ошибкой. Она не замечает тихих разговоров в лаборатории, совершенно не обращает внимания на едва заметные движения вокруг ее койки и игнорирует капающие с глаз слезы. Лило закрывает глаза и заставляет себя уснуть. Просыпаться не хотелось. Жить - тем более. Пошел второй день продолжительного сна.

***

База автоботов пребывала в мрачном молчании с самого их возвращения с миссии и первым, что сделал Прайм - позаботился, чтобы Кассандру никто и пальцем не тронул. Федералам не нравилось, что лидер алозначных оградил девушку и от них, и даже от двух конкретных автоботов, на всякий случай. Он попросил Браун и Рафаэля найти хорошего психиатра и проследить за ее реабилитацией на корабле, чем они и занимались. Людям он подобную заботу о пострадавших более не доверял, при этом лично проверял Кас каждый день. Прайм не мог полностью искупить своей вины и сейчас совесть сжирала его изнутри, стоит ему вспомнить тот ужасающий крик агонии. Кас волей-неволей приходила в себя, но от этого лишь сильнее осознавала, что произошло и происходит. Лило совершенно одна, вероятно, без ног - они все надеялись, что Мегатрон не настолько жесток, чтобы лишить ее конечностей. Кассандра восстанавливала порядок в голове, но каждый раз хватала панику, когда видела рядом любой транспорт или кибертронца - сцены с Немезиды горели в памяти и вырезали каждую частичку здравого мышления. Она все еще помнит каждую болезненную секунду ее плена. Дрифт и Джетфайер пребывали в еще более ужасающем состоянии, чем Оптимус, при этом еще и отходили от нанесенных ран. Однако, физическая боль не сравнится с той кислотной желчью глубоко внутри их души. Манипуляторы сводило каждый раз оттого, как сильно они их сжимали. Актив казался адом. Осознание произошедшей ситуации - кипящим котлом масла. Реальность безжалостно пожирала их изнутри, сжигала каждую драгоценную крупицу нервов и сил, Дрифт не мог медитировать, он отключал себя насильно каждый раз, когда возвращался в реальность. Джетфайер сидел в одном и том же положении сутками и, наоборот, не смел даже моргать, словно боялся упустить возможность выхватить Лило из плена.

Они сходили с ума без нее.

Рэтчет был напуган их состоянием - он не понимал, как им помочь. Уилджек так же бился в догадках и злоупотреблял подзарядкой ради того, чтобы выяснить, как решить проблему с вирусом, потому что состояние двух автоботов ухудшалось с каждым моментом. Им нужно к Лило. Им нужно ей помочь, ее могут мучать, пытать, ее могут убить. Эти мысли кругами вертелись в процессоре и болезненно давили на нейронные связи. Она в опасности, они могут ее больше никогда не увидеть и, не дай Праймус, это произойдет - нить последней разумности лопнет и разорвется, после чего последует лишь бешеный фонтан чистой ярости, сумашествия и безумия. Между этим десептиконы не жалели и саму планету. Громыхнуло первое очень нещадное событие - армия Мегатрона наступила на один крупный город и разнесла его в щепки за ночь, сразу после того, как автоботы покинули Немезиду. У них даже не было шанса помочь людям эвакуироваться, впрочем, никто и не смог сбежать. Все полегли холодными сожжёнными трупами, здания трескались, ломались и валились на землю. Царил полный хаос, как оказалось потом - под городом хранилось крупное месторождение энергона, теперь уже во власти десептиконов. Прайм был потерян. Проул строил неутешительные прогнозы на будущее. Дрифт и Джетфайер с каждой минутой теряли всякий смысл жить дальше, как бы сильно другие автоботы не старались приободрить. Все падало в глубокую беспросветную яму удушающего проигрыша и вера автоботов гасла, холодела и пеплом разлеталась по ветру. Ровно до момента, когда Уилджеку удалось починить коммуникатор корабля для вызова подмоги. Автоботы не знали, что к десептиконам так же следует подмога.

До безумия убийственная, разрушительная подмога.

***

Третий... Вроде бы? Третий день для Лило был более явным, чем прошлые два. Она с привычной тяжестью открыла глаза на плывущее окружение и томно промычала, съежившись от боли в носоглотке, словно она не пила уже несколько дней подряд и горло иссохло, при том расцарапано. Вероятно, так и было, особенно после пробежки по кораблю без лекарства. Шоквейв уловил тихий звук и почти сразу оказался рядом, смиренно окинув органику взглядом и сканируя ее плачевное состояние. Лило не могла разобрать его слов в океане глухих размытых звуков. Она тяжело моргала на его алый окуляр, освещающий бездну окружающей неведомости. Десептикон повторил свои слова, но девушка ему не ответила, она его не слышала. Шоквейв умеренно прогонял воздух через вент-систему и Лило показалось, что он напоминает ей что-то родное, теплое и нагло вырванное из рук - отобранное. Солнце. Его окуляр горел алым пламенем, как родное солнце на закате. — Показатели в норме. Тебе стоит отдохнуть, но ты уже можешь спокойно функционировать, боли не будет. — Ученый ненадолго замолкает, пока Лило вяло качает головой из стороны в сторону - она не хотела просыпаться, покидать лабораторию - тем более. Ее возвращение в сознание значило лишь одно - Лило перенесут в кварту к Мегатрону и там она совершенно лишится рассудка. Шоквейв перевел взгляд на медицинский аппарат, после чего пару минут ожидал итога своих мыслей и добавил дозу снотворного, побуждая Лило вернуться ко сну. Ничего не случится, если она еще немного полежит в лаборатории и окрепнет. Мегатрон сможет подождать ее возвращения, сейчас главное поддерживать ее стабильное состояние. Или ученый просто не хотел терять ее из виду? Шоквейв не думал об этом - оправдывал свои действия лишь тем, что так необходимо для ее здоровья, так как Лорд приказал ему вернуть Лило в стабильное функционирование. Ученый невольно косится на ее ноги и буркает скрипящим вокалайзером краткое "нелогично". — Она очнулась? — Комлинк пиликает и ученый еще раз сканирует Лило под озабоченный вопрос Лорда. Он звонил уже шестой раз за день и Шоквейву, отчасти, уже надоела такая озабоченность ее состоянием. Лило в надежных манипуляторах, Мегатрон должен знать это лучше, чем кто-либо другой, но все равно продолжает докучать ученому снова и снова, словно он способен в тайне погрузить Лило на свой корабль и смыться с этой планеты.

А Шоквейв может.

— Да. — Отвечает ученый и выжидает краткую паузу сомнения, но прерывает ее прежде, чем Мегатрон успевает заподозрить нотку лжи в его тоне. — Затем сразу потеряла сознание. Состояние все еще крайне нестабильное: тело не отошло от дозы анестезии, дыхание не нормализуется уже около нескольких часов с последнего приступа. Лорд Мегатрон, ей лучше побыть в лаборатории еще некоторое время. Ответа не следует. Комлинк отключается. Шоквейв претерпевает поражение в борьбе с самим собой и еще пару минут стоит у спящей измученной органики. Помещение тонет в музыке пиликанья приборов и томного гудения ученого. Лило неподвижно лежала, бледная кожа ее лица сигнализировала о полном истощении даже учитывая все необходимые препараты, которые в нее ввели. Органика чрезвычайно хрупкая, но при этом чрезвычайно заманчивая и Шоквейв не в силах контролировать свой манипулятор, направляющийся к ней. Звук разъезжающихся створок лаборатории прерывает мыслительный поток Шоквейва и он поворачивается на звук. В лабораторию неспешно входит Немезис, дребезжит своим всем корпусом и опрокидывает несколько болезненных рычаний, в очередной раз держится за свой пульсирующий от боли шлем и слегка шатается. Оптика десептикона отказывала фокусироваться и он невольно запнулся об стол, отчего часть приборов полетела вниз и разлетелась. — Снова? — Шоквейв все еще был абсолютно спокоен и отреагировал на ворвавшегося клона, как на обыденность, затем показал ему на медицинскую койку и Немезис покорно последовал на указанное место, лег, снова вздрагивая от боли. Это все из-за той странной органики, Немезис в этом уверен. Приступы мигрени и сбоя в системах усугублялись с каждой пролетевшей мысли о загадочной девушке, но мех, внезапно, успокаивается, заприметив ее на одном из столов, без сознания. — Сейчас проверю. Немезис смотрит на спящую Лило, пока мысли медленно приходят в порядок, а вент-система понижает обороты. Он успокаивался и ученый невольно покосился на его внезапно утихшее поведение. В миг одна из острых ошибок прошибла ему весь процессор и обожгла оптику, отчего десептикон схватился за шлем и болезненно закричал, медленно переходя на рычание. Шоквейв просто стоял рядом, после чего принял решение отключить Немезиса вовсе и осмотреть его, чтобы мех не рыпался лишний раз. Ученый никак не мог понять, что именно с ним не так, почему он исправляет каждый раз одни и те же ошибки, словно два программных обеспечения столкнулись друг с другом и мешают спокойному функционированию. Шоквейв подключает к Немезису соединения и продолжает изучение его состояния.

***

Мегатрон прекрасно видел, что с кораблем что-то не так - каждая мелкая несостыковка медленно собиралась в один большой паззл и Лорд невольно задумался, точно ли Немезида отключен? Заметил ли это Саундвейв? Без вариантов, Саундвейв знает, но почему не доложил об этом? Лорд направляет на связиста алую оптику и сужает ее, анализируя десептикона, мирно работающего у своего привычного места. Саундвейв не подавал ни единого подозрительного признака, даже если бы ему было что скрывать, на то он и лучший разведчик. Однако, Мегатрона волновало другое: мог ли он разочароваться в нем настолько, что решил умалчивать о корабле? Может он решил оставить Триптикона, как запасной план на случай, если Лило снова окажется в подобной опасности? — Саундвейв, что с кораблем? — Вопрос не дает ему возможности увернуться, Мегатрон ставит ему четкий ультиматум и прекрасно понимает, что врать ему Саундвейв не будет. Лорд поднимается со своего места и шагает к связисту, на что десептикон молчит. В воздухе витает нагнетающая опасность и предостережение, но Саундвейв спокойно игнорирует давящее угрожающее поле Мегатрона и поворачивается к нему. — Я проанализировал корабль ранее и составил несколько отчетов касательно его состояния. — Саундвейв действительно не собирался говорить Мегатрону об активности Триптикона, но теперь Лорд узнал все сам и врать ему связист не намерен. Немезида защищал Лило - Саундвейв был в этом уверен после анализа кучи видеозаписей, согласованной работы створок, маршрута побега девушки и прочих мелочей. Потому Саундвейв ему доверял, в отличии от Мегатрона, который невежественно предал его доверие одним необдуманным поступком. — И если бы вы думали процессором, вместо того чтобы ломать беззащитную органику - вы бы поняли, что Триптикон активен. — Активен... — Мегатрон игнорирует недовольный тон Саундвейва и его попытку опустить его, после чего поднимает взгляд куда-то к потолку команд-центра и упирает манипуляторы в бока. — Так значит темный энергон действительно вернул тебе актив, Триптикон. Ты помогал ей, не так ли? — Корабль молчит на риторический вопрос Мегатрона - он уже знал в ответ, просто сейчас решил язвить ему и злорадствовать. Триптикон знал его слишком хорошо, оттого игнорировал и не собирался отвечать. — Я оставлю тебя в сознании, только если- — Не смей ставить мне условия, ошибка конвейерного производства. Я еще на Кибертроне дал знать, что не буду иметь дело ни с вами, ни с автоботами. Мне плевать на всех вас, я не буду принимать участие в твоих идиотских планах. — Триптикон замолкает на секунду, убежденный, что этому туго-процессорному необходимо время для усвоения информации. — Я не собираюсь тешить тебя своим мнением насчет того, насколько низко ты поступил с Лило: ты - некогда великий гладиатор, восставший за свободу народа, с безоружной, слабой, больной органикой. Ты жалок, живи с этим клеймом сам. Тишина душит. Триптикон молчит, он еле заставил себя прекратить говорить - Мегатрон не стоит его времени, особенно после произошедшего. Лорд еще с пол минуты щурит оптику в пустоту, затем медленно поворачивает шлем к Саундвейву. — Отключай Триптикона. — Отключить получится, только вымыв весь темный энергон из топливной системы. — Саундвейв делает попытку докричаться до Мегатрона и оставить корабль в таком состоянии, чтобы не тратить в разы больше топлива на его снабжение, да и сам активный Триптикон мог быть преимуществом, но Лорд был непоколебим. Его гордость задета и он не позволит существовать Триптикону после таких громких слов. — Вымывай.

***

Спустя еще пару дней Лило была в полном "сознании". Насколько только было возможно описать это состояние "сознанием"... Она не концентрировала внимание на окружении, ни на чем. Вокруг нее ничего не существовало, ни десептиконов, ни автоботов, ни побега, ни Кассандры, ни самой Лило. Она ничего не чувствовала. Люди описывают данное состояние душевной смертью. В голове было пусто, абсолютно, лишь абстрактное голое серое пространство, которое глушило каждую проскальзывающую мысль еще до того, как она образовывалась. Слез не было и даже кричать не хотелось. Вообще ничего не хотелось. Лило даже не желала своей смерти - она уже была мертва. Может ли быть хуже? Она вяло переводит взгляд на небольшого дрона, которого собрал Шоквейв для ухода за ней: ходить Лило не могла, смотреть на свои ноги - тем более. Она боялась, что сойдет с ума если увидит обрубки вместо привычных стоп. Удушающе тошнотворное чувство несправедливости, просто омерзительное туго сжимало ее горло и Лило не знала, что с ним сделать, кроме как сожрать его с остальными своими чувствами. Она быстрее поглотит саму себя полностью и без остатка, чем позволит Мегатрону довольствоваться ею. Саундвейв не появлялся ни разу за все это время. Ни в лаборатории, ни в кварте Лорда Мегатрона, где она сейчас и находилась. Лило вспоминала его лишь раз, когда лидер, как обычно, принес ей еды и пакет, в котором находились продукты, был приятного глубокого синего оттенка, как корпус связиста. С тех пор Лило не думала о нем, она снова упала в беспамятство и выполняла рутинные дела вяло, машинально, словно ей вместо мозга вставили процессор и она, как робот, занималась бытовыми делами: спать, встать и умыться, поесть, выслушать Лорда, помыться, лечь спать. И так по кругу. Каждый день. Мегатрон был странно терпелив и любезен, но Лило совершенно не обращала на это внимания, машинно выполняла каждую его прихоть и возвращалась к своей рутине - ко сну. Она спала в любое свободное время, избегала этой реальности. Даже во сне мозг был пуст. Ни образов, ни мыслей, ничего. Лило не думала о Кассандре. Она сама не знала, что происходило в ее голове и не размышляла об этом, словно ее мозг очистили от всех файлов, как жесткий диск. В помещении было тихо, жилой блок отремонтирован и перенесен. Казалось, что кошмар давно пережит, но он только начинался. Лило сидела на диване, тупым взглядом прожигая точку где-то в пространстве. Створки с шипением разъезжаются, но она не реагирует на них.

***

Прайм тяжелой походкой выходит в командный центр - федералы собирались обсудить с ним нынешнее положение дел. Очень печальное положение. Десептиконы бунтуют, они зачистили город и близлежащие населённые пункты в своих лучших традициях - без капли сожаления выжгли абсолютно всё. Автоботам не хватает сил и ресурсов сдерживать их. Мир пал в животный страх, когда увидел, с кем они действительно имеют дело. Мир возненавидел их, но ещё больше он ненавидел неизвестную белковую, любимицу десептиконов, девушку, о которой ходили только слухи, потому что любая информация в сети о ней сразу подчищалась, пропадала. Народ паникует. Мир в хаосе. Помимо происходящего беспредела начали пропадать девушки и поначалу это не вызывало подозрений, пока власти не обнаружили их подозрительное сходство между друг другом, а затем поняли - они все были похожи на Лило по характеристикам: её группа крови, её телосложение, её раса, наличие астмы и других проблем со здоровьем - это лишь подожгло еще большую ненависть в людях Прайм ненавидел себя среди пепла сгорающих городов, люди ненавидели десептиконов за разрушения, ненавидели автоботов за их беспомощность и ненавидели Лило за то, что она оказалась на стороне разрушителей. Они не знали, через что Лило проходит, не знали, что она настолько же испугана и беззащитна, как они все. Народу было плевать, им нужно было найти лёгкую мишень для ненависти на творящееся беззаконие и несправедливость, и они её нашли.

***

Прошло полторы недели.

Лило молчала все это время. Она не могла говорить.

Мегатрон следил за ее состоянием, ее поведением и медленным пожиранием самой себя. Он наблюдал за ней каждую секунду, проведенную в кварте: Лило часто держала руки, сомкнутыми в ладонях, словно боялась, что и их ее могут лишить за любую незначительную оплошность; её взгляд в редкие моменты пугал даже Лорда: глубокий, желанный, но такой пустой и мертвый, Мегатрону казалось, что он мог утонуть в нём и позабыть себя; тем временем Лило не могла опускать взгляд к ногам - ее тошнило каждый раз, когда она замечала край бинта или концентрировала внимание на отсутствии ощущения стопы; она молчала круглыми сутками и издавала лишь приглушенное "угу", Лорд прощал ей такое - органика пребывала в состоянии шока, ей нужно было время на адаптацию, но его терпение не бесконечное. Лило слышит тяжелые шаги и едва поворачивает туманную голову на лидера фракции, замечает очередную коробку с продуктами в его манипуляторе, почему-то, только сейчас. Мегатрон обычно заносил ее утром, а сейчас уже конец дня, Лило в последний раз ела сутки назад и желудок неприятно тянуло. Он останавливается у жилого блока и смотрит на ее потерянный силуэт - абсолютно уязвимый, желанный и беспомощный, Лило, в какой-то момент, ощущает немое требование с его стороны, но оно сразу растворяется в ее внутренней пустоте. Она успела выстроить прочную скорлупу вокруг своего сознания, как психологическую защиту. Настолько крепкую, что сама не могла пробиться через нее. Коробку не ставят на платформу, вместо этого звучит его голос и Лило невольно вздрагивает. — Голодна? Лило не знает, к чему этот вопрос. Естественно, она голодна, зачем спрашивать? Возможно, он хочет начать диалог, но органика совсем забыла, как разговаривать с кем-либо. У нее совершенно нет сил и она молчит, ждет, пока еду поставят на жилой блок, как обычно, но в ответ на ее молчание слышит лишь уставшее недовольное вентилирование. — Попроси. Вот оно. Он побуждает ее умолять дать ей еды, заставляет ее разломать свой защитный барьер и вылезти из защитной скорлупы, взаимодействовать с Лордом. Лило не поднимает взгляда, ей тяжело дышать, ей тяжело сидеть на диване и складывать мысли в слова, она не знает, что ему сказать. Мысли сыпятся, словно песок. Она не может смотреть в его алую оптику - снова вспомнит количество пролитой крови и сблюет. — Ясно. — Он уходит к своей платформе вместе с коробкой и на этом моменте Лило понимает, что кошмар действительно только начался. Есть хочется, и Лило молча прикрывает глаза, фиксируя неприятное чувство в желудке. Есть хочется и либо она сейчас проглотит свою гордость, страх и заговорит с ним, либо будет дальше страдать. Девушка бы сопротивлялась ему, она бы плюнула в его сторону и предпочла сидеть голодной, но после произошедшего... Лило боялась, что Мегатрон может перейти к манипуляции с помощью ее близких людей. Она не собиралась рисковать и до ужаса боялась, не хотела его провоцировать. Почему автоботский вирус был нацелен на нее? Данный вопрос крутился в ее голове снова и снова, она не понимала, почему выбрали именно ее, когда вообще это произошло и чем она провинилась. Лило не знала и даже наедяться на спасение уже не могла, а умирать не хотелось, значить оставалось преодолевать себя и унижаться перед Мегатроном, угождать ему ради собственного выживания - именно этого он и добивался. Лило ничего не может с этим сделать.

Очисти разум, опустоши мозг и следуй указаниям. Запри, сожри все свои чувства и не позволяй Мегатрону ощутить их снова.

— Мой Лорд. — Ее голос неестественно скачет чистым страхом - это первые слова за последнее время, Лило не знала, сколько времени прошло. Неделя? Две? Может, около месяца. Она сглатывает от страха и кашляет, но к Мегатрону оборачиваться не смеет. Слова еле выдавливаются из ее рта и тянутся, казалось вечность. — Можно, пожалуйста, поесть. — Это не так уж и трудно, верно? — Она слышит сухую, едва ощутимую усмешку и довольство в его голосе, а затем знакомые шаги. Лорд подошел ближе к ней и Лило невольно напряглась, ожидая очередного подвоха. — Однако, непослушные питомцы не получают еды, не так ли? Она крутит его слова в голове, пытается думать, выстроить поток мыслей и лишь спустя несколько минут понимает, о чем он. — Простите...— Лило сглатывает и слово почти теряется в ее горле, тянется дрожащими буквами, она даже не уверена, правильно ли его произносит. — М-мне жаль. — Хорошая работа, Лило. — Он ставит коробку с едой на платформу и Лило кидает на нее взгляд. Защитная скорлупа треснула, позволяя потоку мыслей биться фонтаном в голове. Эмоции обжигают ее и как бы сильно Лило не старалась заделать эту трещину - нарастающая боль разламывала ее вновь. Ей стоило едва разломить свою скорлупу апатичного шока и теперь снова хотелось кричать и реветь, особенно, когда она чувствует омерзительное тошнотворное поглаживание по спине. Лило кашляет. — Давно хотел сказать, Лило, — Мегатрон протягивает ее имя блаженным гудением. — Я знал, что ты хитрая органика, но чтобы так ловко использовать мой же корабль в своих целях... — Он опасно гудит и Лило сжимает ткань своей одежды. О чем он говорит? Неужели Триптикона... — Не волнуйся, Триптикон тебя больше не побеспокоит. Он садится за стол, на котором и был установлен жилой блок и Лило пересиливает кипящий внутри страх, поворачивается и встречается с кровавой алой оптикой, пока металл с тошнотворной нежностью гладит ее тело и заправляет волосы назад. Мозг ломается от такого контраста ощущений и Лило вздрагивает на промелькающие кровавые сцены из ее воспоминаний. — Ты ведь этого хотела, не так ли? — Он глубоко усмехается, его тон остается таким же удушающе снисходительным, словно Лорд изображал милосердие к ней. — Кассандра в безопасности, автоботы ушли и всякая твоя возможность покинуть этот корабль утратила свою силу. Как жаль, что для осознания тебе пришлось заплатить такую цену. Лило совершенно опешила. Словно это не он приказал отрубить ей стопы. Она с неподдельным шокированным ужасом смотрит в его оптику и разум мутнеет от подступающего страха, окружение размывается и гул в ушах нарастает, размывая четкие слова Мегатрона до неразборчивой каши. — А ведь если бы Прайм был предусмотрительнее - этого бы не случилось. — Металл гладко скользит по ее спине, чуть задерживается на копчике, но Лило не замечает этих ощущений, она полностью сконцентрирована на его словах. Она ненавидит, что он прав. Мегатрон действительно был прав. — И вирус наслали тоже автоботы, как же сильно они тебя подставили... — Мурашки будоражат кожу с его наигранной досады и сильного давления, оказывающегося на ее мысли. Это - чистая манипуляция, но Лило не может с ним не согласиться, она кашляет себе в кулак и проклинает слезы, щипающие глаза. — Угу. — Наконец, вяло мычит Лило и опускает голову. Реальность медленно просачивается сквозь пальцы песком и ударяет прямо в глаза.

***

Проул сидел на своем рабочем месте и усиленно размышлял над текущей ситуацией. Весьма интригующей ситуацией - ее следовало развернуть в выигрышную сторону, чем он и занимался. Была нужна ловкая коварная стратегия, более хитрая, чем неадекватная недавняя вылазка Прайма и остальных на Немезиду. Проул с самого начала знал, чем это закончится, но Оптимус его предостережений не услышал - был ослеплен мотивацией вернуть две несчастные органики домой, чем, в итоге, жестоко поплатился. Мысли стратега сбиваются, когда створки резво расходятся и в помещение влетает Прайм. — У меня есть план! — Утверждает лидер алозначных и Проул тяжело выдыхает, словно вовсе не удивлен его действиями, а он не удивлен - уже знал, что Прайм совершенно точно зайдет к нему именно в это время и сообщит о новой стратегии. Оптимус еще не отошел от ран прошлых битв, а его команда - тем более, но он уже прикинул следующий ход. Целеустремленно... Стратег поворачивается к командиру и окидывает его привычным холодным взглядом. — В этот раз ты решил советоваться со мной? — Проул позволяет кинуть в сторону Прайма колкую шутку, на что лидер автоботов осуждающе моргает и подавляет желание закатить оптику на сложный характер стратега - он всегда был таким. — Не язви и слушай внимательно, — Игнорируя вопрос продолжает Оптимус, обходит стол стратега и опирается манипуляторами на него с противоположной от Проула стороны. Спустя небольшую паузу, он берет два датапада и ставит их на ребро на поверхность стола, параллельно друг другу, после чего продолжает. — Мне понадобится твоя помощь...

***

Прошло еще несколько дней... Или недель? На самом деле, для Лило время давно выстроилось лишь в один порочный круг и она не могла из него выбраться. Рутина уже сформировалась в четкий план ее действий и даже малейшее желание как-то высказать свое несогласие с действиями Мегатрона затонуло, оставив место чистому желанию угодить хозяину. Она действительно становилась его питомцем, отдавалась полностью его воле. Лило невольно поворачивает голову в сторону знакомого звука, замечает серебристый силуэт, сопровождаемый тяжёлыми шагами. Она наблюдает за его размеренным спокойствием, пока Мегатрон откладывает часть датападов на стол и подходит к её жилому блоку. Лило поднимает к нему голову, смотрит прямо в кровавую оптику и даже не вздрагивает, когда металл нежно касается её спины и гладит. — Рада видеть вас, мой Лорд. Улыбки от неё не следует - она забыла о ее существовании. Мегатрон благодарно гудит и поднимает органику ближе к фейсплейту, подносит к грудным пластинам и Лило цепляется за его корпус для поддержания равновесия. Она слышит в глубине десептикона довольное мурлыканье двигателей, но не обращает на него внимания, смотрит ему в оптику и ожидает его распоряжений, пока на фейсплейте Мегатрона читается лишь довольная улыбка.

Сломал.

***

— Это и есть та органическая планетка? — Оверлорд с интересом осматривает Землю и хмыкает, пока Тарн предпочитает концентрировать внимание на данных бортового компьютера. Земля медленно плывет в космическом пространстве среди других планет, кружащих вокруг солнца. — Миленькая. Ярко будет гореть. — Получается так. — Неохотно отвечает Тарн и направляет корабль в сторону Луны - спутника Земли, Мегатрон велел оставаться там на случай непредвиденных обстоятельств, как контратака на автоботов. — Путь занял несколько больше времени, чем мы планировали. — Да ты просто в очередной раз обсчитался. — Оверлорд сухо усмехается и Тарн в снова сверлит его недовольным взглядом, после чего вводит код и связывается с Немезидой для дальнейшей координации действий. Голубая обитаемая планета медленно огибает траекторию вокруг солнца, беззащитная и хрупкая. Плененная.