Объект Х

Энергон брызжет, и Лило ощущает на лице теплые капли топлива: она сразу же их вытирает, все еще продолжая трястись от страха и громких звуков. Очередной треск, до ужаса болезненный, за ним следует захлебывающийся крик агонии, и органике приходится рвать волосы на голове, чтобы держать сознание боле менее стабильным. Скрежет где-то поблизости привлекает ее внимание, пока крики все также глушат каждую мысль. Лило переводит взгляд на приземлившуюся рядом деталь и с тяжестью отмечает, что это вырванное с шарнирами и проводкой крыло сикера. Очередной вопль и тошнотворный запах горелого масла и энергона пробивают ее до желудка, отчего Лило сглатывает поступающую к горлу кислую желчь. — Где твой быстрый язык, Старскрим? — Лорд сухо усмехается, одним рваным ударом проламывает броню манипулятора и заламывает его, вслушиваясь в треск локтевого шарнира. Проводка лопается и искрит, горелый запах доходит до датчиков и раззадоривает Мегатрона еще сильнее. Сикер не успевает ответить, да и не в состоянии - его сначала прикладывают шлемом об пол, а затем швыряют в не менее избитого Скайварпа. — И это все? На задании вы были более говорливые, подставили всю операцию и теперь автоботы владеют половиной наших шахт. Ответа не следует. ТиСи дребезжит корпусом, когда слышит приближающиеся к нему шаги. Он с самого начала знал, что перепалка Скайварпа и Старскрима закончится ужасно, оттого пытался утихомирить их, разнять и настроить на выполнение миссии. Увы, он не справился, и теперь их троих ждал лишь медбэй, если не дезактив. — Я знаю, Тандрекрекер, — голос доходит до аудиодатчиков, но анализируется со скрипом и свистом, так как приемники звука были сломаны во время наказания. Лорд присаживается, как говорят на Земле, «на корточки», вяло стучит пальцем по шлему хрипящего ТиСи и цокает, — ты хотел их примирить, не так ли? Давай я предположу, как все было. Голубой сикер чуть громче выгоняет воздух из вентиляции, где-то внутри скрипит и обжигает одна из поломок, весь корпус ноет и каждая неисправность отдается изнуряющей болью. Лило со страхом оборачивается к подозрительно притихшему Мегатрону, после чего снова тяжело сглатывает и судорожно бегает взглядом по разбросанным деталям корпусов сикеров, невольно моргает в алые, бездушно мерцающие линзы Старскрима, устремленные на нее. Вид его был жалок, как и его сотриадников, и трясущейся Лило. — Старскрим, вопреки моим указам, начал приводить свои планы в действие, а Скайварп начал препираться, задетый данным своевольством. Ты, уже понимая, что все пошло под откос, начал их разнимать, но не успел - Прайм вас снес. Теперь значительная часть города в его власти, — Лорд медленно поднимается и ТиСи съёживается, ожидая очередной болезненный удар, но его не следует. Лило осторожно переводит взгляд на фигуру Мегатрона, пока катушка мыслей начинает медленно раскручиваться в ее голове. Город?.. Они напали на Землю. Сколько успели захватить? Сколько погибло? Что с автоботами? Вопросы. Сплошные вопросы бились об черепную коробку, подпитывали панику и крепко сжимали ее шею, кислорода стало не хватать и перед глазами поплыли томные круги. Мегатрон бегло осматривает сикеров и направляется к зажатой где-то в углу Лило. Манипулятор, пару минут назад разрывавший корпуса соперников, опускается к ней и девушка вздрагивает, как только видит его. Она не может контролировать поток своих мыслей, каждая кровавая сцена вспыхивает в ее голове достаточно ярко и болезненно, что у Лило пухнет голова. Она мотает ею, бормочет что-то под нос и отползает от металла, словно он снова собирается оторвать ей конечность. Лило в бреду — она уверена, что уже успела в чем-то провиниться просто сидя и наблюдая за происходящим наказанием. Возможно, ей следовало похвалить его или болеть за него, что угодно, чтобы показать всю ее верность, но она этого не делала и теперь, вероятно, он в ужасном настроении. Она задыхается в кашле, все еще не отпуская локоны уже вырванных волос, попутно отползая от Лорда. Мегатрону это не нравится и Лило это видит, что совершенно не помогает поддерживать спокойствие. Мир в глазах мутнеет, а затем вовсе рассеивается в беспросветной тьме.

***

Створки лаборатории расходятся перед очередным гостем, аудиосенсоры улавливают тихие дотошные органические вопли где-то в глубине помещения, затем разбирают уже кибертронские голоса: судя по всему Нокаута и полирующего его Брейкдауна. Шестифазник невольно хмыкнул и тяжело шагнул внутрь. Двери закрылись. Брейкдаун обернулся на звук, но натирать напарника не перестал - Нокаут вообще, видимо, пребывал в крайней степени блаженства, отчего притушил оптику и радовался своей обновлённой полировке. Оверлорд кидает взгляд на Брейкдауна, замечает его сомнение и напряжение, затем на расслабленного Нокаута, мурлыкающего на ловкие движения друга, а затем на Шоквейва, который, как обычно, не выражал ни одной эмоции. Он всегда был таким недосягаемым, в отличии от остальных. С первого шага на Немезиде шестифазник собирал каждый тяжелый взгляд в свою сторону и это было… Интригующе. На него всегда смотрели с опаской, ожидая непредсказуемого удара и остерегаясь его внезапной смены настроения - никто не хотел видеть Оверлорда в плохом расположении духа. Сейчас на Немезиде все смотрели на него, как на конкурента и, шлак побери, ему это даже нравилось. Эм-поля душили чистой враждебностью, где-то прослеживалось полное отвращение к нему, пренебрежение, и от этого коктейля эмоций десептиконов шестифазник лишь довольно улыбался. Ну и ну, что же тут успело произойти? Неужели это все белковая? — Чуть ниже, я чувствую там неровность, — алый мех практически мурлыкает. Брейкдаун выполняет просьбу, мотая шлем то в сторону подходящего Оверлорда, то в сторону не внимающего Нокаута - совершенно не знает как ему доложить, что в радиусе двух десятков метров находится один из шестифазников, причем именно этот конкретный шестифазник. Нокаут невольно оборачивается к напарнику, чтобы точнее указать место, активирует оптику. — Я же сказал, вот… — Бу, — голос бьет по аудиосенсорам, потому как звучит слишком громко и поглощающее в некогда тихом пространстве лаборатории. Нокаут встрепыхнулся и не сдержал писка от стоявшего рядом Оверлорда, после чего спешно попятился назад, Брейкдаун по-товарищески прикрыл его плечевым сегментом. Шоквейв, где-то в центре помещения в нескольких десятках метров от шестифазника и двух колесников, неохотно отвлекается от своего эксперимента и оборачивается на характерный Нокауту вскрик. Оверлорд гортанно гогочет, отчего его смех тяжело гудит где-то в корпусе, а не льется по помещению. — Где Мегатрон? — Вероятно, у себя в отсеке, — Брейкдаун невольно пожимает плечевым сегментом, не сводя оптики с красных линз десептикона-трехрежимника. Видит открытое насмехательство над собой, но спокойно его игнорирует, следом кидает встречный вопрос, чтобы разбавить напряжение в тишине. — Он не отвечает? — Нет. Саундвейв тоже, — безмятежно вентилирует мех в ответ и переводит взгляд на Шоквейва, после чего неторопливо направляется к нему, обходя двух колесников. Нокаут практически выдыхает все скопленное за пару минут напряжение, но вздрагивает, когда едва заметный укол электричества бьет его по датчикам. Благо, этого Оверлорду для забавы хватает и он шагает дальше, не особо концентрируя внимание на них. — С каких пор Мегатрон столько времени сидит в кварте? Он же, обычно, шастает по кораблю туда-сюда, бьет всех и раскидывается приказами. На повисший вопрос ему никто не отвечает. Вообще, что Шоквейв, что Нокаут с Брейкдауном думают лишь о том, как бы его спровадить отсюда. Ответа Оверлорду не дают, он находит его сам. — А-а… — он благодатно мурлычет двигателями. Шоквейв устало вентилирует, пока фокусирует зрение на одной очень надоедающей огромной проблеме, что ровной траекторией двигалась к нему. Оверлорд косится на вольеры с людьми, брезгливо цокает и почти сразу же усмехается: Лорд решил обзавестись целой партией? Нет, здесь что-то другое. — Вероятно, он веселится со своим питомцем, я угадал? На вопрос ему ответила очередная тишина и так шестифазник понял, что попал в точку. Оверлорд сдерживает смех, бегло окидывает органику взглядом, но ту самую не находит - действительно, с Мегатроном. Вид у белковых был крайне жалок. У их вольеров был внушительных размеров ящик, с пару кубов энергона и мех предположил, что в него складывали неудачные эксперименты, а затем, вероятно, сжигали. Органика хорошо горит, Оверлорд знает это не понаслышке. Вольеры были поделены и поначалу казалось, что в этом не было никакого смысла, а затем шестифазник проследил закономерность: в первом вольере находились нетронутые люди, вероятно, только доставленные, потому как вели себя более истерично и вечно ныли. Оверлорда это в крайней степени раздражало, но и просто хлопнуть их не мог и дело не в том, что ему потом настучат по шлему за расточительство материалом, а потому что интерес разобраться в происходящем брал вверх. Во втором вольере людей было меньше, но держались они тихо и скромно, хотя шестифазник мог предположить, что они претерпевают некоторую стадию шока к переходу в апатию - жизнь медленно гасла в их глазах. Более вероятной была теория, что на них проверяли медикаменты, потому выглядели они крайнее болезненно и Оверлорду ненароком показалось, что парочка людей из этой партии гниет заживо: по их коже ползли синие с переливами болезненно-зеленого цвета пятна, подводящие к неминуемой гангрене. В третьем вольере картина была еще хуже. Он был весь запачкан плохо оттертой кровью: люди там были неестественными, совершенно безобразными и омерзительными, все со встроенными механическими имплантами, которые организм белковых не принимал и агрессивно отвергал. Они выглядели бледными, костлявыми и забитыми. От вживления металла в кожу швы гноились, стык никак не срастался, что волновало Шоквейва в большей степени. Органика не принимала механизмы, наоборот, она проигрывала ему во всем и сгнивала, и ученый никак не мог решить эту проблему. Оверлорд, прослеживая взглядом линию от первого вольера до второго, только сейчас заметил в еще большем отдалении непонятную колбу, в которой плавал еще один человек, выглядящий уже менее болезненно. Колба, наполненная жидкостью, выглядела в данной мрачной композиции крайне лишней, потому как белая подсветка и чистая прозрачная жидкость внутри создавали ощущение полной стерильности. Шестифазник чуть склонил шлем, пытаясь разглядеть лицо человека в кислородной маске, что плавал внутри без сознания. Он ее видел ранее и он ее узнал, однако, с ней было что-то не то, впрочем, проанализировать в достаточной степени он не смог - маска закрывала пол-лица органики. Послышался мерзостный булькающий звук, отвлекающий Оверлорда от раздумий - кто-то не вытерпел подступающую тошноту: из самого горла хлынула только кровь вперемешку с желчью и Оверлорд проклял кибертронцев за чересчур чувствительные обонятельные датчики - кислый запах, с едкой ноткой железа, сразу ударил в фейсплейт, но ни одна эмоция у него не проскочила. Было мерзко, но в то же время до дрожи занимательно, чем тут занимается ученый. Чем тут все они занимаются. Органики Мегатрона здесь не было. Оверлорд прекрасно помнил ее лицо и даже если в колбе и плавала подозрительно похожая белковая - это была не она. — Тебе не разрешали пребывать на Немезиду, — Шоквейв констатирует неоспоримый факт, на что Оверлорд лишь давит лыбу. — Своей неосмотрительностью ты можешь подставить под угрозу все планы Мегатрона. — Да отработку я на них лил, на эти его планы, — воздух с вент-систем с насмешливым щебетанием выгоняется наружу, после чего мех указывает пальцем на вольеры. — Когда это вы решили ставить эксперименты над органикой? — Тебя это не касается, — ученый отворачивается от десептикона и спокойно возвращается к эксперименту. Снова звучит бурление захлебывающейся агонии, после чего - глухой шлепок с нотками сопливой разбрызганной жидкости. Шоквейв оборачивается к вольеру, пока шестифазник не особо впечатленно хмыкает на труп. Нокаут съеживается - ему с самого начала не нравилась эта идея с экспериментами над людьми - то и дело кто-то замарает его своей органической жидкостью и тому придется отмываться от этого чувства вечность. — Подопытный 124 не пережил вживления. Уберите тело и запустите кремацию отходов. Команда звучит не Оверлорду и даже не Нокауту с Брейкдауном, вместо них подлетают несколько дронов и послушно выполняют поручения. Одна из девушек не выдерживает открытой демонстрации смерти и, в ужасе представляя свою кончину в подобных мучениях, кричит навзрыд, хватается за голову и бьется ею об пол. Шоквейв ничего не предпринимает, только наблюдает, а затем, когда она размозжила голову об металл и перестала подавать признаки жизни, отдал такую же команду - убрать труп. Оверлорд с отвращением косится в сторону ученого. — Нервная система не выдержала вживления импланта, следует делать меньше подключений или минимизировать нагрузку на нервную систему, — Шоквейв вслух озвучивает пометку и шагает к терминалу. Шестифазник в задумчивой манере потирает фейсплейт, давит очередной насмешливый оскал: у Мегатрона органика, у Шоквейва - партии органики, на которых проводятся опыты, есть ли тут связь? Разумеется, есть. — Уж не для питомца Мегатрона это все? — Повторю: тебя это не касается, — Шоквейв спокойно отвечает, собранно и монотонно, как обычно. Ученый никогда не меняется, пройдет хоть век, тысяча лет, десятки тысяч, сотен - он всегда останется типичным Шоквейвом, со своими темными тайнами и секретами, а так же отдаленностью от других. — Вынужден попросить тебя покинуть лабораторию, ты пугаешь моего ассистента. — Нокаута, что ли? — Оверлорд оборачивается к колеснику и тот сглатывает. — Ничего подобного, я с ним хорошо лажу, верно? — Нокаут ничего не отвечает, а после ловит сигнал сикера и вслушивается в краткое хриплое сообщение, затем шустро удаляется, прихватив Брейкдауна. В одиночку чинить трех сикеров, собирая каждого из сотни деталей, тяжко. — Аха-ха, да-а… — он неловко прочищает горло и хватает напарника за манипулятор. — Сикерам требуется срочный ремонт, у них закончилась тренировка с Мегатроном, не скучайте! — Нокаут вылетает с лаборатории с такой скоростью и стремлением, что Брейкдаун еле за ним поспевает. Один Старскрим крайне привередлив в отношении к себе и чуть что - сразу начинает гундеть и ворчать, потому Нокауту была необходима помощь. Хотя бы моральная. — Стесняется, — шестифазник усмехается и если бы Шоквейв мог, то надменно цокнул бы на всю лабораторию. Он не знал, как еще более понятно дать Оверлорду знать, что видеть его тут никто не желает и шел бы он куда подальше, впрочем, шестифазник сам направился к дверям. — Не против, если оставлю тебя здесь одного с этими… Очень важными экспериментами? Ответа Оверлорд не дожидается и стремительно вылетает в коридор. Шоквейв с облегчением выдыхает и возвращается к эксперименту, невольно задерживая оптику на колбе с плавающим внутри человеком. Оверлорд, вероятнее всего, постарается спереть Лило. Не вероятнее всего, а точно — Шоквейв мысленно себя поправляет. Он всегда искал рычаги давления на Мегатрона, потому такую прекрасную возможность не упустит. Необходимо было придумать что-то на такое вероятное развитие событий. Ученый перекидывает взгляд на клона в колбе и удрученно гудит. Овер не выкрадет Лило у Мегатрона, если первым это сделает Шоквейв, верно? Можно было бы заменить ее клоном, выращенным из генетического материала объекта, вернее, из остатков ее ног. Однако, этот план не сработает, так как они спокойно могут различить клона и оригинал - это очень путает Шоквейва, ведь они полностью идентичны, тогда почему десептиконы чувствуют разницу? Экран терминала тихо вспыхивает и текст ровными строчками набирается в окне. Ученый косится на неизвестное сообщение, отвлекаясь от раздумий.

***

В кварте Лорда царила тишина, как и обычно. Температура в помещении была более чем комфортная для органики - Мегатрон все же потребовал установить отопление, чтобы Лило не нуждалась в костюме, потому его разработку предложил отложить. Вряд ли Шоквейв его вообще послушал, так как приоритеты у ученого были явно другие и мнение Мегатрона в них не входило. Одеяло не укутывало девушку полностью - вместо этого Лило чаще всего его обнимала, то ли утешала себя таким способом, то ли искала защиты в бездушном куске ткани, Мегатрон не знал и вряд ли его это вообще волновало, он больше акцентировал внимание на ее беззащитной усталой фигуре, бездвижно сопящей в кровати. В такие моменты она казалась такой умиротворенной, стоило ей проснуться, как дрожь пробивала все тело в очередной раз. Скорлупа треснула, реальность снова била по ее восприятию мира и перестраивала его, перестраивала саму Лило, вынуждала ее смириться, адаптироваться и вырабатывать тактику. Вынуждала ее думать, хоть сама Лило этого ужасно не хотела - осознание всего произошедшего и происходящего обжигало сознание каждый раз. Лило крепче прижимает к себе мягкий кусок согретого одеяла и прячет в нем лицо. Сон медленно уходит и в момент она дергается, внезапно просыпаясь. Боится, что снова проснется в том кошмаре - тренировочном зале, что снова будет оглушена воплем агонии и хрустом металла, что снова ее будет душить запах гари и энергона, смешанными в отвратной концентрации. Она моргает, вслушивается в звуки, царящие в кварте, после чего еле заметно съеживается с надеждой, что он не заметил ее пробуждения. Мегатрон заметил - она дернулась с такой силой, что Лорд испугался ее падения с кровати. Лило продолжала молча лежать. Может, он заскучает и уйдет? Вести с ним диалог, пропитанный чистой фальшью и лицемерием, вовсе не хотелось. Лило хотелось только провалиться сквозь землю, как жаль, что корабль парил высоко в небе. — Как ты себя чувствуешь? — десептикон шумно вентилирует, несколько недовольный ее нежеланием поговорить с ним. Видимо, для органики эта сцена была перебором, но с другой стороны, она оказалась на войне, тут без этого никак. Лило моргает на вопрос и зажимает зубами язык. Как она себя чувствует? Что за извращение? Это новые методы пытки людей, задавать им тупые неуместные вопросы совершенно не в то время и не в том месте? Он прекрасно знает, как она себя чувствует - беспомощно, жалко и отвратительно. — Я в порядке, — она тихо отвечает, вопреки всему бушующему негодованию внутри, после тяжело вздыхает и не смеет оборачиваться в его сторону. Ладони до боли сжимают в кулаках ткань постельного белья и только сейчас она замечает, что ее успели переодеть в атласную пыльно-фиолетовую рубашку для сна. Она возненавидела фиолетовый и с каждой секундой презирала его еще больше. — Спасибо за беспокойство. Лило не знает, что такое война. Она старается верить в лучшее даже среди полного хаоса. Ищет положительные качества что в людях, что в кибертронцах и Мегатрон, к сожалению, знает одного меха с такими же мыслями, отчего самому становится противно с такой аналогии. Лило нужно показать, что такое поле битвы. Ей нужно знать, что помощи ждать тут не от кого, кроме ее Лорда. Ей нужно знать, что весь мир враждебен и так или иначе схватит ее за глотку, прогнет под себя, заломит руки и ноги и тогда никто уже не поможет. Лило никто не поможет, кроме Мегатрона — идеальная концепция, которую он медленно вживляет ей в голову, и Лило поддается. Поддается, но не падает. Мегатрон вздыхает, прекращает поток мыслей и устало поднимается с платформы. Сердце громко стучит в ее ушах, когда тяжелые шаги направляются к жилому блоку, грохотом отзываясь в ее голове. Страх ползет вверх по кишечнику и комом упирается где-то в горле, Лило сглатывает, но это не помогает и она продолжает бездвижно лежать, остерегаясь следующих действий. Она точно уверена, что сейчас он вкинет угрозу, либо расскажет очередной ужасающий факт, но ни того, ни другого не следует - это пугает еще больше. В следующий момент Лило вздрагивает от инородного касания кабеля, гладко скользящего по ее бедру. Она невольно отстраняется, из-за чего хват вокруг ноги затягивается, вынуждая ее лежать на месте. Девушка все еще не оборачивается к нему, боится, что спровоцирует щелчок спускового крючка и тогда Мегатрон зайдет куда дальше, чем простые безобидные касания. Кончик другого кабеля мягко скользит по шее, очерчивает скулу и поворачивает голову за подбородок, приказывая ей посмотреть на него и Лило подчиняется. Красные линзы встречают ее взгляд с уже знакомой жадностью, но сквозь эту пелену проглядывается густой намек на нечто большее, пугающее своей неизвестностью. Тишина уже не душит. Кабели преумножаются в количестве и в своеобразной манере обнимают ее, затягиваются туже вокруг бедер и талии, отчего Лило приходится давить в себе очередной порыв панического приступа. Он склоняется к ней, тело приподнимает в воздух и одеяло соскальзывает - Лило не успевает опомниться и ухватить его обратно. Холод будоражит кожу и Мегатрон в обманчиво сладкой манере прижимается к ней шлемом, но Лило ему никак не отвечает. — Лило, — он вентилирует и переводит взгляд на зажившую часть ног. Действительно глупый поступок, он должен себе в этом признаться, но она и сама в этом виновата. Предупреждение было, следовало его слушать, а не устраивать суицидальный побег веры. Так или иначе, целые ноги на органике смотрелись симпатичнее уродливых обрубков, покрытых шрамами. — Ты хорошо ведешь себя в последнее время, но меня не радует твоя отреченность от меня. Лило блокирует мысль плюнуть ему в фейсплейт, вспыхнувшее в ней вместе с безудержными желаниями разрыдаться и рассмеяться одновременно. Каждая эмоция смешивается в кашу, но ни одна не вырывается наружу, вместо этого она понимающе кивает. — Извините, — она закусывает язык и почти сразу продолжает. — Я постараюсь вести себя прилежно. — Я уверен, ты можешь, — голос десептолидера убивает в ней каждую частичку разума. — И тогда, возможно, я подумаю над тем, чтобы вернуть тебе ноги. Ноги… Ноги? Лило встрепыхнулась и взгляд ее в мгновение сменился с полного равнодушия на озадаченность, она моргнула в алую оптику и так Мегатрон понял, что попал ровно в цель. — В-вы можете?.. — вопрос звучит жалко, но иначе ее голос не настроится, как и сама Лило. Сама мысль о возвращении конечностей на место даже не мелькала в ее голове, Лило не считала это возможным, но теперь… Теперь ей становилось еще хуже оттого, что он нашел еще один рычаг давления на нее, который, черт побери, хорошо работал. Становилось тошно, до ужаса невыносимо, потому как унижаться еще больше Лило не собиралась - сойдет с ума, но иначе ноги ей не вернут. Мысли словно делились на две стороны, суетились в голове и бились об черепную коробку. Мех глубоко усмехается, оптика довольно мерцает, пока кабели деликатно исследуют почти каждую часть ее тела. Страх в желудке затягивается сильнее, когда один из силиконовых кончиков ловко цепляет резинку трусов и подлезает под нее, затем уверенной траекторией движется выше. Лило не может отвести глаз от окуляров, прекрасно понимает его условия данной сделки, но согласиться с ними никак не может, сопротивляться - тоже. Воздух кажется тяжелым с каждым движением кабеля, особенно, когда один из них начинает приспускать ткань нижнего белья.

Лило казалось, что она вырвет свое сердце и сожрет его у Мегатрона на глазах.

— Не думал, что вы просиживаете все время в отсеке, Лорд Мегатрон. Это на вас не похоже, — неизвестный голос гулом звучит в помещении с тихим пиликаньем, активирующееся только при включении своеобразного «домофона» кварты. Лило машинально покосилась в сторону звука, озадачиваясь, кто же это мог быть? — На планету не пускаешь, комлинк отключил, тебе не стыдно? Может, я соскучился. В следующий миг Лило слышит лишь в секунду разгоняющийся гул вентиляции и хруст где-то в месте манипуляторов Лорда. Она мысленно благодарит неизвестный голос за помощь, но страх ее не отпускает, потому как теперь Мегатрон был в ужасном настроении и его можно понять, когда велишь шестифазнику одно, а он делает совершенно другое. Интересно, от кого эта привычка? Кабели неохотно опускают ее обратно на кровать, девушка с облегчением выдыхает, несколько удивленная такой резкой смене настроения. Мегатрон знал одно точно - если Оверлорду взбрела в процессор идея, его ничто и никто не остановит, потому вряд ли шестифазник добровольно отсюда смоется, значит, нужно ему доходчиво объяснить на кулаках. Лило не слышит их разговора, так как все стихает сразу после того, как Лорд выходит из отсека, причем ему явно хотели помешать это сделать, вероятно, десептикон пытался пролезть в его кварту. Лило выдыхает и валится на кровать, сильнее сжимая рубашку. Что это было? Вернее, она знает, что это была за попытка и к чему бы она привела, наглые кабели весьма настойчиво дали ей знать, какова была их цель. Страх отступил, сменяясь поганым густым гневом, а затем давящим отчаянием. Хотелось захлебнуться в слезах, но и их уже не было. Лило смотрит в потолок и медленно зажимает кулаки в волосах, тянет за локоны, чтобы отвлечься на физическую боль. Мегатрон скоро вернется, значит, попытки домогательства продолжатся и он, вероятнее всего, добьется своего. Лило боится, что этот момент станет точкой невозврата, что она окончательно потеряет себя и тогда уже серьезно пожелает умереть, лишь бы не находиться в одной кварте с ним. Где автоботы? Где Саундвейв? Где… Слезы все же остались - они хлынули ручьем, когда Лило вспомнила об отключенном корабле. Он жертвовал собой ради нее и теперь поплатился за это. Лило ничего не может поделать с чувством переполняющей вины, ей тошно от самой себя, от Мегатрона, от этого жилого блока и кварты, от десептиконов и автоботов. От всего. — Саундвейв! — кричит навзрыд и тянет волосы от переполняющей боли. Вопрос отбивается в голове: почему никого нет рядом? Почему она должна справляться с этим одна? Почему вселенная развернулась к ней под таким несправедливым углом? — Почему, Саундвейв?! Саундвейв… — рыдание переходит в жалобное хныканье и она снова зарывается в одеяло, пытаясь отыскать там свое утешение. — Триптикон…

***

Солнечный знойный день изнурял всех, но при этом жара побуждала людей искать способ развлекаться другими способами, например, у воды. Мико щурится на ясное небо, заслоняя ладонью яркое испепеляющее солнце, возмущенно хмыкает и оборачивается на задумчивую фигурку Джека. — Ты будешь доедать? — девушка навязчиво склонилась к парню, надавливая на него всем своим весом с явным намеком. Свое мороженное Мико давно уплела в два счета, потому решила устроить наглое покушение на десерт товарища средь бела дня, но Джек вовремя пресек это преступление. — Мико, ты уже съела свое мороженное, прекрати, — он отталкивает ее от себя и Мико с громким демонстративным фырканьем садится обратно, скрещивая руки на груди. Парень вздыхает и всматривается в окружение, возвращаясь к поеданию вафельного рожка. Мико всегда была немного… Странной, но Джек не возражал - это, в каком-то роде, позволяло ей выделяться среди всей серой массы людей. Не удивительно, что она вообще согласилась на эту весьма опасную просьбу их общего друга. — Где же Раф? Джек невольно поднимает взгляд куда-то к небу, вспоминая, когда они в последний раз видели Рафаэля? После ухода из школы они виделись с ним лишь пару раз и парень с трудом может представить, насколько он повзрослел. — Твоя сестра… Как там ее звали, Ева? Она, я так поняла, не присоединится к нам? — Мико одним глазом повела на парня, другой был прикрыт. Джек с сомнением покрутил рожок в ладони и тяжело вздохнул. — Не хочу впутывать ее в это, ты же понимаешь?.. — он и сам был полон сомнений, потому как водиться с инопланетными воюющими многотонными роботами было уже очень опасным делом, а теперь они решили согласиться помочь одной из сторон. Джек надеялся, что это не закончится плохо. Рафу больше некого просить - он и сам никому не доверяет, а теперь еще и вся планета знает Лило в лицо, причем не из хороших слухов. — Какая уже разница, Джек? — она упирается о футляр для гитары и тяжело вздыхает от палящего солнца. Жара изнуряла хуже волнения, потому Мико вообще ни о чем не парилась. Живет один раз и времени переживать не было, ей хотелось приключений, потому к ним она смело шла. Мико была готова поспорить, что Ева бы тоже согласилась принять в этом участие, просто, вероятно, Джек ей ничего не сказал. Гордо ушел в одиночку. — Нашу планету уже атакуют десептиконы и останавливают их только автоботы. Вряд ли люди тут что-то могут сделать. Вся надежда только на наших новых друзей. Джек тяжело вздыхает, косится на мороженное и доедает его. Не хотелось ему признавать, но Мико была права. Иногда она говорила действительно дельные вещи. Легкий трезвон велосипедного звонка привлек их внимание и Джек с Мико синхронно обернулись на звук, после чего резво поднялись с лавочки, заприметив Рафа и следующую за ним незнакомую девушку. Казалась она крайне вялой и суетливо осматривала местность, косилась на каждый автомобиль, словно они могли сожрать ее с потрохами. Впрочем, лица они ее не разглядели из-за натянутой на голову кепки, но что Мико, что Джек были уверены, паранойя явно читалась в ее лице. Уже по движениям она была отчужденной от мира, словно он отказался от нее и скинул в пропасть. — Раф! — Мико небрежно скидывает футляр с гитарой, обнимает парня и от радости почти фыркает, пока сам Раф тихо смеется. Он старается припарковать велосипед, а следом помогает и Кассандре - у нее самой вряд ли бы вышло, так как её руки тряслись и при любом шорохе нарушалась координация. Мико была громкой и энергичной, отчего Раф волновался, что Кас это только напугает, но ее необходимо было сводить прогуляться и парень не нашел варианта лучше, как встретиться всем вместе и отдохнуть. Быть может, Кассандре полегчает. — Ты так вырос! Я помню тебя совсем маленьким! — Да-да, прошло много времени с нашей последней встречи, — он поправляет очки, ненароком поглядывает за напарницей, чтоб та, не дай Бог, не сбежала от страха и не забилась в ближайший угол. Лечение шло на удивление благополучно, Кас отходила от произошедшего. Медленно, тяжело и очень болезненно, но отходила. Если бы Лило принимала участие в ее реабилитации - дело бы пошло быстрее, Раф в этом уверен. — Я так рад видеть вас, спасибо, что согласились приехать. Позвольте познакомить вас, — Раф оборачивается к Кас и та неловко взмахивает ладонью скорее из вежливости, чем из желания обзавестись новыми друзьями, — это Кассандра, я рассказывал вам о ней. Мико с большим энтузиазмом тянет руки к новой подруге и пожимает ее бледную ладонь. Молчаливая собеседница чуть попятилась назад, машинально пугаясь, но вовремя себя остановила и встала столбом на месте. Джек вежливо отвел Мико от Кас и качнул головой, с намеком не налегать на девушку слишком сильно. Без того было видно, как тяжело ей пребывать в городе, среди людей, шума и машин. — Я Мико, это - Джек, мы очень рады встретить тебя, — она снова развеивает все напряжение в воздухе, искрит, как оголенная проводка и Джек поражается, откуда в ней столько энергии. Благо, Кассандра, вроде как, не против такого энтузиазма. — Приятно познакомиться, — она звучит зажато. Это не стеснение и вовсе не неловкость, скорее страх вставить в диалог слово. — Раф попросил нас составить вам компанию в небольшой прогулке, — Мико резво накинула на себя футляр и шлёпнула ладонями по плечам Кассандры. Та встрепыхнулась, но в очередной раз подавила порыв сбежать отсюда. Это - люди, обычные и несуетливые, какими Кассандра их помнит до своего полета, отчего невольно успокаивается. Ей бы хотелось вернуться к жизни до встречи с кибертронцами, до своего полета или даже до поступления в университет на свою специальность. Все желание хоть как-то взаимодействовать с космосом и изучать его пропало в миг, ей хотелось только спокойствия. — Идемте, у нас впереди почти весь день и я обязана прокатиться на каждом аттракционе в аквапарке! Кас поражается настроению Мико, ее безрассудству и безразличностью к происходящему в мире хаосу. Она невольно вспоминает себя и прикусывает язык от обиды, что судьба ее сложилась именно так, но, может, сейчас ей удастся наверстать упущенное? Страдать всю жизнь из-за идиотских роботов, вторгшихся на их планету, значило лишь то, что она позволила им сломить ее окончательно, позволила иметь над собой власть. Кассандра не хотела мучиться из-за них и не собиралась терять даже маленькую каплю возможности жить безмятежно дальше. — Не обращай внимания, она всегда такая, — из мыслей ее выводит Джек, он добродушно хмыкает под тихий смех Рафаэля и недовольное возмущение Мико. К слову, ее недовольство сразу же пропадает и Джек только по выражению ее лица может сказать, что она что-то удумала. Снова. — Кто последний, тот вяленая рыба! — восклицает Мико уже после того, как дает деру со всей своей скоростью и мчится к голубым воротам аквапарка, откуда доносились многочисленные возгласы мирной толпы людей, отдыхающих у воды. День был жаркий, так что игры у воды были отличной идеей. Кас удивленно моргает на стремительную скорость Мико, затем рванувшего следом Джека, который скорее старался поддержать веселую атмосферу, а не глупую затею подруги с догонялками. — Так не честно! — он ворчит, Раф собирается бежать следом за ними, но Кас внезапно хватает его за рукав и со страхом в пустых глазах смотрит в сторону. — Что такое? — Он, — она указывает пальцем на полицейский автомобиль, припаркованный среди других гражданских машин, пока ее рука дрожит от ползущего по позвоночнику страха. Она его знает, она его помнит. Он точно один из них, Кас в этом уверена. Сквозь тонированное стекло Раф еле просматривает водителя - работника полиции. Он озадаченно переводит взгляд на Кассандру и дружески встряхивает ее, чтобы отвлечь от параноидальных мыслей. — Эт-то… — Просто полиция патрулирует, идем, — Раф отворачивает ее от машины и уводит вслед за друзьями, подальше от автомобилей и техники, подальше от ее паранойи и дальше от воспоминаний произошедших событий. Ей не нужно думать об этом сейчас — Кассандре нужно отдохнуть. — Раф, я уверена, что… — Ну чего вы там плететесь?! — Мико подбегает и хватает Кас под руку, не позволяя ей закончить предложение и сбивая все тяжелые мысли прочь. Она словно знойное солнце, которое выжигает червоточины тьмы на песке: Кассандра с удивления ойкает и продолжить свои опасения не успевает, Мико чересчур целеустремленно уводит ее к киоскам с игрушками и сладостями. Кас невольно оборачивается к Рафу, стараясь ухватиться за знакомого человека, боится, что он оставит ее с ними одну, но парень ее опасения не подтверждает и догоняет их с другой от Кассандры стороны, перед этим отправив на базу краткое сообщение: «Здесь Баррикейд» — Смотри, там ты! — Рафаэль указывает пальцем на игрушку касатки, висевшую в одном из киосков. Кас невольно моргает на нее, после чего Мико сразу утягивает их за собой еще более стремительно и Раф подхватывает ее волну энергичности. — Давай мы выиграем тебе ее. Кас собирается сказать, что не стоит. Собирается предупредить о наступающей, как ей казалось, опасности, но ей не позволяют. Лучезарность и оптимистичность их троих просто выбивают начисто всякую порочную мысль в ее голове, любой намек на тревожность. Кассандра даже не успевает уследить за их темпом: в один момент они скатывались с водных горок, а в другой уже Мико пародировала какую-то сцену из мультфильма, постукивая картошкой-фри по столу. День был энергичным, крайне насыщенным и стремительно двигался к концу. Кассандра не помнит, когда в последний раз она видела настолько счастливые лица: на Немезиде… Она кряхтит от боли, насильно блокирует каждое воспоминание и автоматически переключается на ее пребывание в больнице - там не было счастливых улыбок и шуток, не было даже разговоров. Все, что ее окружало в том месте - это страх и потерянность, утрата всякой надежды на людей, ведь больница та была не лечебницей. Это была лаборатория, базирующаяся на опытами над людьми с одной единственной целью - сделать скачок в развитии, по крайней мере, так они говорили. На самом деле это была клиника по созданию препаратов и вживлении механики в человека и Кассандра, к сожалению, была одной из лучших подопытных благодаря своему крепкому телосложению и неубиваемому иммунитету. Ей собирались вживлять какой-то имплант в мозг, но десептиконы выкрали Кас как раз перед самой операцией и как бы ей не было ужасно признавать, она благодарна, что они это сделали. Кассандра проваливается в мысли, вспоминая до боли мерзкого ей человека, который оборвал всем жизнь в один щелчок пальцами. Она сильнее сжимает стакан в ладонях, моргает на мирно беседующих новых друзей и не смеет их прерывать: кажется, Мико вспомнила какой-то смешной случай из школьной жизни, который смущал Джека, а Раф просто слушал историю и смеялся. Картина была приятной, только они, зонт над головой, скрывающий от палящих лучей солнца, и безмятежные люди. Она опускает взгляд к напитку и едва улыбается, превозмогая боль. Вот бы Лило была здесь. — Ты думаешь, Оптимус Прайм что-то может? Нашу планету ждет конец, автоботы ничем не помогут. Они себя уберечь не могут, только и делают, что кидаются благородными речами, а затем сразу проигрывают. Кассандра зажимается на месте и боится шевельнуться, вслушивается в окружающие ее диалоги неизвестных людей и тяжело дышит. У людей растет недоверие, озлобленность - привычное явление. Общество напугано, особенно после нападения на энский город совсем недавно. — Надо было сразу сообщиться с десептиконами, федералы выбрали не ту сторону! Эта девчонка правильно сделала, что сбежала к ним. Она то будет в порядке, пока нас всех здесь жгут! Я вообще слышал, что она отдалась Мегатрону, серьезно, я не шучу! И девушек похищают на нее похожих, как думаешь, почему? Потому что она уничтожает конкуренток! Кассандра нервозно дергает ногой, синхронно с веком глаза - нервы начинают сдавать. Лило тут ни в чем не виновата, людям лишь бы найти легкую жертву для битья и Кас это невыносимо раздражало. Руки чесались, она сжимала кулаки до боли в костяшках, отставив от себя стакан с напитком и вслушиваясь в очередной диалог, пропитанный ненавистью и желчью. Что эти люди вообще понимали? Они знают, с кем связались? С кем имеют дело? Кассандра ненавидела себя, но с каждым таким диалогом желала, чтобы каждый человек с подобным мнением лично оказался у Мегатрона под серво. — Иди проспись, у тебя беды с башкой. Не спорю, она удобно устроилась: и в тепле, и в безопасности, но не доводи все до абсурда. Как ты вообще представляешь соитие ее и Мегатрона? Бред, одним словом. Интересно, что он в ней нашел? Может, это просто их питомец. — Питомец для ксенофильской ебли. — Ты отвратительный. Кас хотела вырвать себе уши и проглотить их, чтобы ушные раковины встали поперек горла и перекрыли весь поток воздуха - задохнуться и помереть на месте, лишь бы не слышать этого разговора. От одного представления данной сцены ее тянуло блевать, потому что крик боли Лило трезвонил в ее ушах до гудения в висках, а хруст ее кости отдавался барабаном в затылке. Она не хочет знать, как люди вообще способны додуматься до такого, ее выворачивает, стоит лишь подумать, насколько Лило сейчас там тяжело. Если их предположения верны? Если Мегатрон действительно насилует ее, игнорирует каждый ее болезненный крик и любой всплеск крови, игнорирует ее вопли и тяжелое состояние, ее приступы кашля, ее порывы рвоты - что угодно. Кас опрокинулась со стула с булькающими звуками, кислый запах непереваренной еды сразу ударил в нос. Люди засуетились вокруг от предстающей сцены. Раф сел рядом с Кассандрой, Джек сразу помчался за водой, а Мико отогнала особо впечатлительных.

***

Стоило солнцу только укрыться за горизонтом, как температура воздуха начала стремительно падать - оно и к лучшему, на улице свежело и Кассандра приходила в себя после очередной истерики гораздо быстрее. В жару тяжело существовать. Она сидела на скамье с запрокинутой на спинку головой, смотрела куда-то далеко в небо - на едва мерцающие звезды. Под вечер дышалось легче, мозг остывал вместе с горячим асфальтом - Кас чувствовала через подошву обуви, как он был нагрет. Она невольно опускает взгляд, не вслушиваясь в диалог товарищей, осматривает автомобили и, казалось, вовсе уже не боится. Машины, как машины, вряд ли здесь кто-то прятался, - зачем? Кас находит взглядом уже знакомый полицейский автомобиль, но в этот раз Баррикейд не ловит на себе ее тревожного взгляда. Кассандра казалось абсолютно равнодушной и уставшей - истерика вычерпала все силы. Голо-аватар усмехается, подносит два пальца к виску и с насмешкой отдергивает с своеобразной манере поздороваться или отдать честь - Кассандра не поняла, да и не особо хочет. Электричество во всем городе внезапно пропадает. Фонари разом гаснут вместе с увешанными гирляндами и лампочками киосков. Связи нет и люди несколько напряженно осматриваются, словно это поможет им найти причину. — Арх, ну что опять? — Мико ворчит на телефон, машет им в воздухе в попытке поймать сеть. Кас выпрямляется, когда Кейд на секунду сверкает фарами в их сторону с неизвестным ей намеком. — Может, проверку проводят? Вышки, видимо, тоже отключили, — Раф проверяет свой телефон и убирает его в карман, затем смотрит на легкое нервное состояние Кас, устремившей взгляд на голо-аватар. — Не переживай, мы с тобой не раз встречались с проверкой электростанций в исследовательском центре, помнишь? — Да… Я просто… — она внимательно прослеживает траекторию движения полицейского авто, плавно выезжающего с парковки. За ним сразу же следует еще один автомобиль, так же полицейский и Кас успокаивает себя тем, что это действительно служители правопорядка и сейчас они поехали разгребать причину пропажи электричества. — Джек, доставай свой мега-набор, нам нужен фонарик! — Мико смеется и шлепает парня по спине, отчего Джек болезненно ойкает, чуть не выронив телефон из рук. Он с осуждением косится на подругу, пока Раф и Мико смеются. Кас судорожно поднимается со скамейки, чем привлекает всеобщее внимание - к ним подъезжал полицейский автомобиль, гладко плывущий по дороге. — Этот город следующий. Это были последние адекватные, не пропитанные агонией слова, которые слышала Кассандра за этот день, потому что следом, как только автомобиль рванул с места и умчался: прогремел взрыв где-то в отдалении, ближе к центру города, а затем оглушающе завопила городская сирена и в следующий момент они вчетвером уже спешно залезали в альтмод Проула, чтобы эвакуироваться из зоны нападения.

Безмятежное время слишком быстро сменилось кашей воплей, криков и слез, проклятий и ненависти и Кас боялась, что ее сейчас снова стошнит.

***

Мегатрон заходит с очередным пакетом продуктов, ставит их на стол, и дрон любезно подносит к ним Лило, усаживая её на стул. — Спасибо, — она без особого желания копошится внутри, разбирая продукты. Интересная закономерность, рацион был расписан на неделю и каждый день еда была разной. Удивительно, что им удавалось вечно доставать продукты хорошего качества и Лило задумывалась, как они их добывают. Помимо этого ее снабдили таблетками, изобретенными Шоквейвом. Лило не хотела их пить и думала, как бы обойти употребление сомнительных медикаментов, но дрон следил за ней особо тщательно - выбора не было. Впрочем, и после первого, и после седьмого употребления таблеток ничего плохого Лило не ощущала, ей, в какой-то степени, даже стало легче.

Испытывал ли Шоквейв таблетки прежде чем скармливать ей? Если да, то на ком? Лило боялась ответить на этот вопрос.

Крышка сока подозрительно легко открылась, Лило потянулась за стаканом, невольно остерегаясь напомнить Лорду об их прерванном занятии. Может, он был уже не в настроении, потому не лезет и не будет душить ее своим вниманием? Она на это сильно надеялась. Мегатрон, тем временем, опустился на платформу, обманчиво держа в ладони датапад, но сам следил за Лило и ее обыденными действиями. Крышка сока затягивается обратно на стеклянной бутылке, она берет в ладонь стакан, спокойно глотает сладковатую жидкость под внимательным взглядом Лорда, после чего приступает к трапезе. Через какое-то время реальность становится слишком туманной или это ее голова была такой тяжелой? Лило не могла достаточно четко проанализировать ситуацию, подозрительное спокойствие волной растекалось по телу и только когда она ощутила явный жар внизу ее живота, картинка начала медленно складываться. Знакомое ощущение концов кабелей коснулись ее спины. Она сглатывает, не в силах бороться и почти не в состоянии сидеть ровно, даже на панику не было сил - только убийственное спокойствие и легкое растущее возбуждение. Она вяло моргает в кровавую оптику, пока осознание ноющей червоточиной обжигает ей корку мозга: в этой несправедливой реальности ей никто не поможет, кроме нее самой. Спасение утопающего - дело рук самого утопающего.

Как жаль, что Лило не чувствовала ни рук, ни ног. Тонула.