Объект Х

      — Что это?       Слабое пищание приборов, спустя долгое время, уже звучало подобно колыбели. Лило спала, ела, училась и развлекалась под работу различных механизмов и гул корабля. Корабль Шоквейва — Ордо, гудел значительно тише Немезиды. Интересное название для корабля… Если Немезида была Богиней возмездия, то Ордо был порядком.       Напротив стоял сам ученый с протянутой ладонью: на ней лежала небольшая капсула. Больше походила на шприц с толстой пугающей иглой и с инъекцией внутри, прямо как из фильмов ужаса. Оттого и доверия она не вызывала. Органика с опасением смотрела на жуткий подарок.       — У тебя низкий уровень топлива, — голос Шоквейва звучит обыденно. Под его речи обычно клонило в сон, хоть и много он не говорил. Сам десептикон терпеливо ждал, когда Лило осмелеет и все же возьмёт капсулу. Он не спешил. Никогда. И присутствие Лило это качество возвело в абсолют — с ней спешить не хотелось еще больше. — Это для заправки.       — Заправки?.. — сколько бы она на капсулу не смотрела, сомнений меньше не становилось. Лило всё же взяла её, оценила по весу, осмотрела. Острое жало на одном из концов было коротким. И широким. Его же не надо втыкать в плоть, да?.. — И как мне это сделать?       — Есть специальное отверстие, — десептикон бережливо обернул органику спиной к себе, кабели мягко скользили по оголенным плечам. Один из них надавил на пластины, что располагались на задней стороне шеи, — здесь. Заправку выполняй медленным нажатием на упор, здесь, — и снова указал на капсулу. Да, принцип работы был схож с обычным медицинским шприцем.       Лило неуверенно завела ладони за голову, прицелилась. Промахнулась… Жало едва царапнуло металлическую обшивку. Со второго раза, и с помощью Шоквейва, удалось попасть в заправочное отверстие.       — А почему медленно?..       — Тёмный энергон крайне взрывоопасен, — больше всего Шоквейву нравились ее вопросы. Он всегда на них отвечал, но не всегда честно. Поощрял ее любознательность, но не всё органике стоило знать. — При резком сжатии может сдетонировать.       Вот тут Лило уже было не до заправки. Та развернулась и с пугливым выражением уставилась в чужой окуляр. Шоквейв поспешил её успокоить.       — При должной осмотрительности этого не произойдёт, — кабели с тела не спускались, но двигаться перестали. — Темный энергон больше полезен, чем опасен.       — Вряд ли мне полезно инопланетное топливо, — Лило настроена скептически, но угрозы не чувствовала. Шоквейв не тот, кто мог бы нанести ей вред, значит, и темный энергон опасности не нёс… А откуда он вообще его взял? — Ты с Немезиды забрать успел?       — Не совсем, — после загадочного молчания Шоквейв всё же ответил, — темный энергон можно добыть не только на вашей планете.       — Интересно… И как он мог попасть на Землю? — капсула медленно опустошалась и вскоре заправка была завершена. Лило вытащила жало. Перед глазами всплыл ползунок загрузки и почти сразу пропал. Забавно, теперь можно чувствовать себя полноценным автомобилем на заправке. — С метеоритами?       — Почти, — после недолгой паузы мех ответил. И вновь замолчал, почти натурно впитывал заинтересованный взгляд Лило. — Тёмный энергон — один из моих проектов. Миллионы лет назад я разрабатывал топливо, превосходящее обычный энергон. Ему потребовалось много времени, чтобы созреть.       Лило хмыкнула.       — И Мегатрон об этом, конечно же, не знает? — вполне резонный вывод. Ученый многое скрывал как от лидера десептиконов, так и от всех окружающих. Лило всё ещё билась в догадках, почему именно с ней учёный был так разговорчив. Неужели Вирус провоцировал болтовню? Навряд ли. Может, самому Шоквейву было интересно с кем-то делиться своими научными достижениями? Тоже нет, это же Шоквейв. Он молчалив, логичен и безэмоционален.       — Я не вижу необходимости вводить Мегатрона в тонкости моих лабораторных достижений.       Да, всё у десептиконов было именно так. Губы дрогнули в легкой улыбке.       — Шоквейв… — Лило промямлила, упомянутый обернулся, но мысль уже не продолжилась. В одну секунду хотелось высказать целую подготовленную речь, но… — кхм. Ничего, забудь. Спасибо тебе.       — Возвращайся к изучению Кибертронского, — после краткого кивка ответил он.       — Хорошо.       Нет никакой необходимости в её словах. Было чувство, словно учёный понимал её и без них.       Понимал, но принимал ли?..

***

Синхронизация 76%…

      — Идеи есть?       — Я не советник.       — Нет, как раз наоборот, — Лило, подперев голову рукой, наблюдала за беспокойным, как ей казалось, Проулом. Тот таковым не был, просто ходил из стороны в сторону. Может, так было удобнее придумывать «гениальные» стратегии? — Ты мой советник.       — Тогда позволь узнать размер оплаты моего труда, — тактик не сдерживал сарказма в своих словах. Он, конечно, мог быть советником, но проблема в том, что одна глупая, но крайне привлекательная органика, его вовсе не слушает. И даже словосочетание «мой советник» скепсиса не убавило, однако звучало крайне… приятно. — У автоботов было приличное финансирование.       — Ты прекрасно знаешь, что денег у меня нет, — та в ответ закатила глаза, задорный пыл поубавился.       — Знаю, — повёл плечевыми сегментами, скидывая морок. — Вот тебе мой совет: ломай трекер и уходим отсюда.       Лило молчала. Надула нижнюю губу в крайне задумчивом выражении, покосилась на Проула. Тактик уже знал, к чему это ведёт. И отношение к этому выразил выражением фейсплейта. Лило показалось, что тот сейчас убьет ее одним взглядом.       — Нет, мы не будем заниматься расследованиями, попытками вразумить идиотов, психотерапией и прочим шлаком, — чуть ли не ткнул в неё пальцем. Ткнул бы, будь материален, — мы возвращаемся обратно.       — Да ну тебя, — махнула ладонью и тихо посмеялась. — Я даже ничего не предлагала, но твои предложения занятные, — и после этих слов взгляд меха стал еще более суровым. Лило наигранно улыбнулась, подалась ближе к чужому фейсплейту. Почти чувствовала исходящий холод, но списала это на самовнушение. Проул даже не дёрнулся. — Хорошо, поступим, как ты предлагаешь. Всё же, не просто так ты главный автоботский тактик.       Выдержать столь маленькую дистанцию между ними было тяжело. Автобот чуть ли не утонул в своих бесстыдных мыслях. Росло желание податься еще ближе к ней, но… Прикосновений он все равно не почувствует.       — Я снова слышу твоё сомнение касательно моих навыков, — он сделал шаг назад, скрестил манипуляторы у честплейта и притушил оптику.       — Сам говорил: мы всё и всех должны подвергать сомнениям.       — В моём желании твоего благополучия можешь не сомневаться.       — М-м, — Лило повела носом, прищурилась, погружаясь в воспоминания, — знаком мне один мех, который считал, что в его отсеке мне будет безопаснее, чем бродить по кораблю или жить среди людей.       — Я не Мегатрон.       — Я знаю, Проул, — но иногда… Лило казалось, что он может быть даже хуже. — И хорошо, что ты с автоботами.       Повисла тишина. Оба наблюдали за сияющим Иаконом и не могли найти подходящих слов. Проул вновь и вновь прокручивал в процессоре ее лицо, а Лило тайком поглядывала на меха. И все же… Он ее обманывал. Интересно, почему? Боялся за себя или за нее?       — Ладно, — ладони звонко хлопнули о металл на бёдрах. Лило чувствовала мнимый прилив сил, — давай сломаем эту штуку.       — Для удара тебе не хватит веса.       — Я вешу достаточно…       — У тебя центр тяжести в другой точке. Будем взламывать иначе. Нам нужен плоский крепкий инструмент.       — Э… — Лило осмотрелась, а затем взгляд опустился к ладоням. На механических пальцах блестели острые когти. У многих десептиконов они были. И не только у них. Интересно, чем руководствовался Шоквейв, когда их делал? Может, как раз для подобных задач? Или это было еще одним десептиконским изломом, как и фиолетовый цвет? — Это подойдёт? — вытянула она указательный палец вверх. Автобот с неподдельным интересом осмотрел предложенный Лило вариант, прикинул, еще раз глянул на трекер. Грубо, конечно, но должно сработать.       — Вполне. Сможешь дотянуться?       — А у меня есть выбор?       Оба переглянулись и, придя к общему выводу, что нет, выбора не было, кивнули друг другу. Теперь в помещении стояли звуки возни, кряхтения и немного чётких слов. Проул старался направить ладонь Лило в нужное место, а та, изогнувшись, насколько позволял экзоскелет, следовала его инструкциям. Спустя кучу попыток Лило всё же скинула с себя крышечку трекера, осталось разорвать провода и…       — Тебе запрещено открывать телепорт и покидать башню, — в такт словам об пол громко и четко отбивался каждый шаг внезапно пришедшей фем. Сердце Лило бешено колотилось в груди. О да, Эрахнид. Глаза и уши Сентинела. А ещё правая рука и, возможно, даже немного больше… Следовало ее ждать. Ладонь в тот же миг дернулась, когти все же зацепили провода. Треск, и трекер вышел из строя, но вот проблем от этого меньше не стало.       — Я забыл, что ты притягиваешь проблемы, — Проул иногда мог бы и помолчать.       — Ой, иди ты.       Эрахнид покосилась на неё, кажется, приняв грубые слова Лило на свой счет. На её спине заворошились… сервоприводы? манипуляторы? Лило не была точно уверена, как назывались её паучьи «лапки», но одно знала точно: если они стали активны, то ей придётся плохо.       — Ой! — Лило активно замахала руками, попятившись назад. — Это я не тебе. У меня просто голоса в голове. У нас бывают такие заболевания, знаешь…       — Сэр, органика дезактивировала трекер, — но фемма ее не слушала. Сразу оповестила начальство.       Лило кинулась в сторону, ища глазами выход. К несчастью, Эрахнид закрывала собой единственную дверь, а позади были лишь арки и долгий самоубийственный путь вниз… И пока Лило мысленно отсчитывала, сколько ей падать и с какой скоростью, в её голове мелькнула мысль, что она уже не раз попадала в подобные ситуации, угрожающие ей смертью. Лишь бы и сейчас пронесло.       Отходить назад было решением проигрышным. Как не посмотри — полный тупик. Времени не было, а «паучиха» уже двинулась ближе. Собьёт с ног — и всё, пиши пропало. И всё же от одного удара удалось увернуться. Правда, криво. Лило споткнулась о металл сервопривода и плашмя упала на пол. Перед глазами плыла знакомая рябь. Аудиосенсоры фиксировали быстрый свист и спасти протезы ног от перелома удалось в последнюю секунду. На одном дыхании Лило раздвинула ноги, как между ними воткнулась одна из «лапок». Опять по ногам!       Опять?..       Перевести дух не удалось, в голову ударила горячая кровь и, скрипя пальцами по глянцевой отделке пола, Лило кинулась ровно к краю этажа.       Координаты. Цифры. Точки. Активация не удалась. Ошибка.       — Ты, в отличии от неё, летать не умеешь! — Проул поспешил озвучить простую истину. Вот умел он болтать под руку. Лило и без того это знала. Знала и то, что попытка у нее была лишь одна, но если сейчас ее схватят, то ограничитель нацепят в разы хуже обыкновенного трекера. А может, действительно следовало переждать?       Нет.       Надоело. К черту.       Желание прыгнуть вниз, с этой огромной башни ровно в нутро планеты, сбежать от очередных сумасшедших перебило весь здравый смысл. Ей и в своём мире их хватает!       Подошва скользнула по краю. Всего секунду назад под ногами была ощутимая опора, а сейчас… Сейчас тело стремительно рухнуло вниз.       — Лило!       — Что?! — в воздухе сильно мотало, и поверхность приближалась гораздо быстрее, чем предполагалось. Ничего, сейчас стоит лишь перезаписать координаты и…       — Сверху!       Эрахнид уже летела следом. Лило не была этому удивлена, а вот если бы она увидела Сентинела — удивилась бы. Этот мех не любил делать грязную работу своими манипуляторами.       Секунда: тело всё ниже, а Эрахнид ближе. Проул молчал, волновался. Она, конечно, не видела его фейсплейта, но тактик совершенно точно за нее переживал. Еще бы…       Цифра. Цифра. Окно заполнено.       Было тяжело следить за своим положением в воздухе, за преследователем и вводом координат, за Проулом и стремительно помелькавшими уровнями различных башен. Последняя цифра оказалась в строке, когда Лило накрыла тень от еще одного здания, когда Эрахнид приблизилась настолько, что спёрло грудь. Нет. Не сегодня. Теперь это не бездумный побег, это дело принципа.       Поле всё же окутало тело. Свободное падение плавно перетекало в вязкое и ленивое. Можно выдохнуть. Можно… А нет, нельзя. Воронка телепорта бесконечной не была и, как только тоннель окончился, тело грубо выкинуло на пол. Вернее, сначала на какой-то угол, затем ниже, потом ещё… И заключением стал именно пол. Или почва? Нет, просто металл.       Тишина… Гул ветра, шелест растений, — его то Лило узнает везде. Чистые звуки полного одиночества. Уединения.       И свое кряхтение, потому что надо было как-то пережить боль от падения.       Лило так и продолжала лежать на полу, боясь открыть глаза. Знала, что увидит — снова другой мир, неверные координаты, фейсплейт Проула и его нотации, очередных одержимых роботов, конечно же… Это уже даже не смешно.       — Лило?       — Порядок, дай полежать немного… — махнула ладонью. Глаза всё же открыла. И снова это не было Землёй. Совсем скоро её начнёт натурно тошнить от всего инопланетного перед глазами. Иронично, а ведь раньше она мечтала изучать необъятные просторы космоса.       Увы, космос надежд не оправдал.       — Лило, сейчас не время, — Проул потёр переносицу, пропустил цикл вентиляции. Осмотрелся. Да, они на той же планете, но в другой координате.       — Ох, — ладони упёрлись в твёрдую поверхность, тело подъёму поддавалось вяло. Лило села, шикнув от боли не то в животе, не то в позвоночнике. Лениво задрала голову вверх, к загадочным теням, что над ней нависли. — Да вашу мать…       — Это кто? Вернее, что? — Элита опомнилась первая, еще пару раз моргнула, дабы убедиться, что у нее нет помех в оптике. Только потом выпрямилась, выдерживая приличную дистанцию. Мало ли… — Я таких форм жизни ещё не видела.       — Может, они обитают на поверхности?.. — Орион мягко обернулся к фем, но в тот же миг попятился назад, стоило неизвестному существу закричать.       — А! — Лило в тот же миг вскочила, замахала руками в преддверии истерии и хаотично зашагала из стороны в сторону. — Да сколько можно! Твою-то мать. Как только вернусь обратно, потребую у Шоквейва подробное пособие как, мать его, телепортироваться!       Никто не понимал, почему маленький организм ворчал и ходил кругами, но сцена менее интересной от этого не становилась. Лило что-то нервно щебетала, кажется, даже ругалась. Ругалась на таком прекрасном языке…       Лишь Проул отмалчивался в стороне.       — Что не так на этот раз? — Лило грубо махнула рукой, открывая голограммы. Проблема вышла сразу. Увы, это вывело из себя еще больше. Чертова физика! Или математика? Без разницы — вся инопланетная наука!       — И? — призрак аккуратно подлетел ближе, искоса наблюдая за четырьмя молчаливыми кибертронцами. Надо же, в каком удивлении они пребывали. — Что там?       — Дура, — снова пнула какой-то булыжник. Затем пнула другой… Третий. Пока бессилие не заменит злость, пока сил беситься не останется. Пока кровь в жилах не перестанет кипеть.       Лило просто хотела домой. Хотела к своим. Хотела вернуться туда, где она не была помощником, жертвой озабоченных, животным или рабом. Где она просто могла быть собой, но… Силы быстро иссякли, тело обмякло и теперь на душе вязло липкое чувство досады. И усталости. А ещё хотелось есть, пить… И кислород скоро закончится! — Какая же я!..       И рухнула на пол. — Если твои эмоциональные всплески закончились, может, объяснишь в чем проблема? — автобот наблюдал за этим концертом со скепсисом. Чужой истерики он не понимал — Лило следовало привести мысли в порядок и дальше решать проблемы, а не устраивать представление. Иначе она не сдвинется с мёртвой точки, — возьми себя в руки.       — Не могу. Не хочу. Как же мне все… — колени прижались ближе к груди, Лило обняла их, опустила тяжёлую голову. Та нещадно гудела. — Не важно. Я снова ввела не те координаты, вот и все. Можешь начинать свою речь.       — Ты в порядке? — но вместо Проула ответил кто-то позади нее. На том же кибертронском. Сил обернуться не было. Лило буркнула краткое «да», а затем вздохнула ещё громче — точно, они не знали ее языка. Не хотелось ничего. Не объяснять, не вводить в курс дела, не знакомиться — вообще ничего. Хотелось впервые, хотя бы один раз за все долгое время, наконец-то побыть в одиночестве и отдохнуть.       Разве она многого просила? Хотя бы пять минут…       — Может, она не хочет с нами разговаривать? — голоса позади не стихали.       — Отлично, — снова фемский. Жёсткий, командный тон. Таким голосом только бы и отдавать всем приказы… — тогда мы уходим.       — Стой, ты предлагаешь оставить ее здесь? — а этот был мягче. И задорнее. Обычно так звучали идейные оптимисты, которые доставляли всем массу проблем. — Тут корабль квинтессонов летает. Если заметит ее — конец.       И снова квинтессоны. Вот же космические узурпаторы. Лило вздохнула. Еще раз, но уже медленнее, стараясь успокоить мысли в голове. Все в порядке. Проблемы были и будут всегда, надо просто отдохнуть и успокоиться.       Руки опустились, нога подалась вперед. Металлический сегмент на подошве протеза вбился в жёсткую почву. Раз не может говорить — напишет. На грубой почве начали вырисовываться символы.       — Не тот иероглиф, — Проул, не раздражай. Только удалось притупить всплеск каждого негативного чувства, как этот снова лезет…       — Ну и пусть, — Лило натурно выплюнула эти слова. Безразлично, насколько грамотно она сейчас писала.       — Просто добавь изгиб слева к нему.       — Вот же… — и всё же Лило его просьбу выполнила. Теперь все четверо могли прочитать надпись. Весьма недружелюбную:       «Я в порядке, идите куда шли».       — Видите? — Элита хмыкнула и направилась дальше, как ни в чем не бывало, заманивая остальных ладонью. Не было желания расследовать и еще одно странное происшествие. Странностей и так было много. И чем дольше она возилась с Орионом — тем больше их становилось. Ей хватало сил игнорировать и заманчивое поле этого неизвестного существа, и ее откровенные просьбы помощи. — Все, пошли.       — Как тебя зовут? — а вот Орион мнения Элиты не разделял. Склонился над органикой, что задрала к нему голову. Теперь Лило видела каждого из них. Было нетрудно догадаться, кто перед ней сейчас стоял. И сбоку от Ориона — тоже. — Мы ищем Матрицу…       — Ты уверен, что она нас понимает? — серый мех слегка дёрнул Пакса за манипулятор.       — Если написать смогла, значит и язык понимает, нет? — Орион пожал плечами. — Так вот, мы ищем Матрицу и почти дошли до указанного места. Не хочешь присоединиться?       — Откуда у вас к ней столько доверия? — и снова Пакс действовал Элите на нервы. Би сразу просек, что фемма не в настроении, оттого спрятался за Орионом, поглядывая то на Элиту, то на Лило. — А вдруг она квинтессонский шпион? И появление их корабля это объясняет.       — Она маловата для шпиона… — версия Элиты для Ориона убедительной не казалась. Квинтессоны, каждый из них, отличался крайней уродливостью. А существо перед ним таковым не было, скорее наоборот. К тому же — на ее груди была знакомая эмблема. И не абы кого, а самого Мегатронуса.       — В этом и суть шпионов.       — И почему тебя вечно обвиняют в шпионаже… — Проул зевнул. Нет, серьезно, Лило даже попыталась протереть глаза (что не вышло, потому что шлем все еще закрывал голову). Настолько обомлела с его скучающего вида, что кулак чесался тому ударить в самую паховую.       — Нет, Орион, — фемма грубо дёрнула ладонями, словно отрезая все варианты, что Пакс предлагал. — Проблем мне хватает и ещё одна того не стоит!       — У неё эмблема Мегатронуса, — а вот, как Лило предполагала, Мегатрон сразу нашёл оправдание, правда звучал тише Пакса. Да и выглядел скованным или стеснительным?.. Вот это разнообразие мультивселенной. — Может, она знает, что случилось с Праймами?       И этот вопрос теперь сидел в процессоре каждого. И каждый из четверых уставился на Лило. Та шумно вздохнула, намекая на свою усталость и отсутствие желания что-то объяснять, но их пыл невозможно было убавить.       — Какой же ты догадливый, Мегатрон, — Лило с последних сил поднялась на ноги. В отличии от органической части механическая была полна сил. Ещё бы, её заправляли совсем недавно. — И это не эмблема Мегатронуса, а твоя инсигния. Но ты, конечно же, меня не поймёшь… Может, это и к лучшему, — посмотрела вновь на двух мехов, приподняла ногу и звонко вбила той же деталью в поверхность, вновь вырисовывая символы.       Все впились взглядами в надпись. Даже Проул.       — Снова ошибка… — тихо пробормотал, Лило шикнула.       «Ладно, я пойду с вами.»       В конце концов, телепорт снова остывал. А раз тут летает еще один инопланетный корабль, то лучше держаться рядом с теми, кто, в крайнем случае, сможет оказать сопротивление.       — Видишь, понимает, — Орион улыбнулся. Элита закатила оптику и пошла дальше. — Идём, мы почти пришли.       — Подождите… — раз уж Лило собиралась идти следом, надо было обзавестись общим языком. О, да, фейсплейт тактика уже говорил за него самого. Лило на его выражение никак не отреагировала. Скорее настроила свои системы, чтобы без проблем поделиться необходимыми файлами. Первым был Орион, затем Мегатрон, Би… Элита невольно сопротивлялась, но под конец все же сдалась. А стоило всего лишь начать диалог на неизвестном ей языке. Фемма решила, что за каждым в этой неудачной компании нужно следить в оба окуляра и лучше бы понимать, о чем они говорят.       И вот, когда очередное подключение завершилось, Лило вновь осмотрела каждого.       — Я Лило. Органика. Да, я была знакома с Праймами, правда недолго.       — Орион Пакс, — протянул ладонь и пожал крошечную руку. — Это Элита, Би, и моя группа поддержки — Д-16.       — Д-16?.. — Лило своего непонимания не скрывала. Так и щурилась на серого меха, а тот, кажется, вновь испытывал смущение. Может, это и не Мегатрон вовсе?       Её задумчивость вызывала ещё больше вопросов. Лило приложила ладонь к шлему, даже надула губу, пытаясь разглядеть в сером корпусе хотя бы намёк на лидера десептиконов.       — Ладно, — Лило махнула рукой и направилась в сторону, — куда вы там шли?       Путь действительно был недолгим. Занимал где-то около получаса, но даже за это время Лило успела услышать кучу догадок касательно себя и всей ситуации в целом.       — Так, — Пакс никак не мог подобрать подходящую скорость. То обгонял, то вовсе отставал. Би шел рядом с Элитой и толкал ей задорную речь. Элите это, определенно, не нравилось. Ди от Ориона не отходил не на шаг. — Что же случилось с Тринадцатью Праймами?       — А что обычно случается на войне? — встречный вопрос. Отчего-то погружать этих бедолаг в суровую реальность не было желания, но и врать смысла нет.       — Не могли же все Праймы разом умереть, — Ди продолжил доводы Ориона. Они оба обсуждали это не раз и не два. Бывало, Пакс будил его по ночам и вновь осыпал бедного шахтёра своими догадками. — Это же… Это Праймы! Не Мегатронус точно.       — А если действительно мертвы? — к разговору подключилась Элита, даже обернулась в их сторону, но шага не сбавила. — Что, если среди всех Праймов выжил только Сентинел?       — «Среди всех Праймов»? — стоило уточнить. Сентинел никогда не был наравне с Праймами. Не в ее, не в этом мире.       — Сентинел Прайм долго работал с Тринадцатью, неужели ты его не знаешь?       — Сентинел… Прайм? — Лило остановилась, привлекая к себе всеобщее внимание. Оно и без того было на ней. Надо было видеть их удивлённые фейсплейты, когда органика звонко рассмеялась. — Я же говорила! Вот Старскрим, наверно, удивился.       А был ли тот жив? Сентинел говорил, что каждый член той операции мёртв. Определённо, врал. Слишком много вопросов: Старскрим не организовал сопротивление? Если организовал, то почему никто о них не слышал? Сентинел хорошо скрывал их от общественности? А как новому «Прайму» удалось обмануть всю планету? Сколько времени прошло? Неужели уже успело смениться поколение кибертронцев? Вряд ли, они живут чертовски долго. Тогда как? Ну и бардак же в голове.       — Что смешного? — по спине пробежали знакомые мурашки, Лило даже выгнулась, расправила плечи, стоило услышать позади знакомый тон. — Сентинел Прайм рискует собой каждый цикл ради народа и планеты, — Ди шагнул ближе, жёлтая оптика целилась ровно в ее мутные глаза. — Не относись к нему пренебрежительно.       — Не стоит так грубо, Ди, — Орион всё напряжение сразу разрулил, похлопав товарища по плечу. — Лучше узнать…       — Ты хорошо дерёшься? — Лило осмотрела меха с шлема до серво, склонила голову то в одну, то в другую сторону, пожала плечами и шагнула дальше. Нервозность удалось скрыть, но сердце продолжало тревожно биться о ребра.       — Что?.. — вопрос сбил меха с толку. — Ну, могу прописать пару ударов Паксу.       — Хей!       — Значит нет, — это плохо. Такими темпами никакое «освобождение Кибертрона» может не произойти. А должно ли? Как же увлекательно размышлять и додумывать сценарии разных миров. Главное — не спутать со своим. Вернёмся к реальности этой. Помимо их общей наивности Лило замечала и иную деталь — все четверо были похожи друг на друга. Корпуса одного типа. И дыра в груди. Там же располагалась Искра? — Можно неловкий вопрос? — впрочем, она дозволения не ждала. — Почему вы все как под копирку?       — Так мы же шахтёры, — Пакс качнулся, упёр одну ладонь в бок, а второй задорно мотнул в воздухе. — Шестерни трансформации может у нас и нет, но есть неумолимая воля к великим свершениям!       — Снова он за своё, — Д-16 его энтузиазма не разделял.       — Аха, — Элита тоже.       — А я считаю, что у нас все получится, — Би к настроению Пакса был ближе всего. Возможно, он просто был глупее остальных. Лило именно на этой мысли и остановилась.       — И где же ваши шестерни?..       — Их никогда не было, — серый мех скрестил манипуляторы. Не в задумчивой манере, скорее в попытки спрятать себя от чего-то неосязаемого. Переживал, что может показаться неполноценным? Лило испытывала честное сочувствие — легко предположить, как относились к подобному слою общества в социуме. Примеров тому достаточно. — С самого своего рождения мы живём без них.       — Бред какой-то. Когда я работала с Праймами — никаких шахт не было. Не было и шахтёров. И все, — Лило чётче выговорила это слово, даже выделила его жестикуляцией, — каждый ходил с шестерней. Вы просто не могли родиться без них, но не могу понять с какой целью их забрали. Работа в шахтах шла бы эффективнее, будь у вас альтмоды, — а кого это могло волновать? Сентинела? Сентинела волнует лишь собственный бампер на троне и принятие ванн по выходным. Тяжёлый вздох сдержать не вышло. — Предупреждала ведь его. Так нет, он снова за своё.       И тут мысли вернулись к реальности. Тишина вокруг напрягла, и Лило пришлось вновь поднять голову, чтобы понять, почему каждый из ботов замолчал. Все четверо удивлённо и в то же время со страхом во взгляде смотрели на неё. На самом деле, на их лицах отображался целый спектр смешанных чувств.       — Стой-стой-стой, — Элита замахала ладонью, даже попятилась назад. — Ты хочешь сказать, что кто-то забрал у всех, повторюсь — у всех, — сказала она еще громче, словно Лило могла ошибиться в словах, — шахтёров шестерню?       — Да, — вышло на одном выдохе. Органика кивнула головой. — Странно, что вы до этого не додумались.       — И кто мог? — Пакс погрузился в думы. И пока он и Элита прикидывали варианты, Би и Ди пребывали все в том же шоке. На Бамблби Лило внимания не обращала, главный интерес сейчас принадлежал альтернативному Мегатрону.       — Откуда я знаю? Спросите у Сентинела Прайма, раз уж он глава планеты… — догадки были, но озвучивать их было бы сравнимо с выстрелом себе в голову. Эти четверо слишком боготворили Сентинела. Никто ей не поверит, а видео или аудиозаписей у нее не было. Сейчас это все растянется, надо вернуть их к первоначальной задаче. — Давайте вернёмся к вашей Матрице. У вас есть координаты? Можем сразу телепортироваться.       Орион смотрит на Элиту. Та — скептически на него. Лило ждет, пока их перепалка взглядом закончится. Осматривается, так как давно не слышала ворчания под ухом и… Да, Проул снова куда-то пропал. Это нервировало. Он сам уходил или что-то мешало ему оставаться в материальном мире?       Элита, фыркнув, все же опустила записанное послание и активировала голограмму. Их единственная карта, улика и шанс на спасение Кибертрона от голодной смерти сейчас могла стать их концом. И прищур Лило опасений не убавлял. Особенно, когда та их все же ввела и впала в ступор.       — Что-то не так?       — Картина нам не понравится, — то были координаты, куда Праймы ушли во время задания. Координаты их вечной могилы. А, может, и нет. Кто знает? Кибертронцы выносливы, при худшем раскладе могут уйти в стазис и пробыть в нем десятилетиями. Портал открылся, но Лило не спешила идти первая.       — Будем оптимистами, — Орион зашагал первый. С сомнением за ним направился и Ди. Кто-то же должен прикрывать его спину от очередных проблем? Дальше шагнули остальные. — Даже если там будет сотня Дарквингов и одна Матрица, то я только обрадуюсь… — не обрадовался. И лучше бы это действительно была орда Дарквингов. Впереди открылась не самая приятная картина: тёмная пещера, пыль, мутный свет сверху, и множество трупов… Разных. Лило замечала знакомые корпуса, шлемы, видела и останки квинтессонов. Тех тоже было множество. Здесь творился полный хаос, была настоящая бойня. Во рту осел горький привкус жёлчи.       — Нет… — Орион шагнул быстрее, стараясь уцепиться взглядом за любую возможность найти кого-нибудь живого. Тщетно. Может, хотя бы Матрица осталась?       — Говорила же… — было… плохо. Просто плохо смотреть на трупы. Легче, чем раньше, но… Всё ещё дурно. На душе оседала липкая субстанция из обиды, беззащитности и досады.       — Давайте осмотримся, — Элита двинулась в сторону, но тоже чувствовала, как внутри что-то оборвалось. Была надежда, а теперь… Теперь осталось лишь сухое желание доказать себе, что они не напрасно проделали такой путь, — Матрица может быть где-то здесь.       — Думаете, Сентинел бы не проверил это место? — лишь Лило осталась твердо стоять на месте. Сверлила взглядом пустоту и давилась вязким чувством злости. Густым и в то же время невесомым. Оно скрывалось от нее, но совершенно точно теплилось в душе.       — Он мог о нем просто не знать, — Пакс осматривал один из безжизненных корпусов, но прикасаться к ним не спешил.       — М-м…       Лило мрачным взглядом вонзилась в отрубленный шлем Мегатронуса, что лежал поодаль и сиял в бледном свете. Так и бывает: около суток назад — для Лило — они сидели и мирно беседовали в башне, а теперь перед ней лежал обветшалый потёртый шлем, лишённый жизни множество циклов назад. И ведь… больно не от того, что это был кто-то близкий. Нет. Больно просто от несправедливости и чего-то еще, что было трудно объяснить. Лило его чувствовала. Чувствовала изнутри: Мегатронус был удивительным. Под стать настоящему Прайму. Вероятно, каждый из них внутри был удивительно прекрасным. Даже Лидж Максимо, что относился к ней с подозрением.       Они больше всех остальных хотели для планеты и своего народа лучшего.       Со стороны зазвучали шаги, к ней подошёл тот, кого Лило и предполагала увидеть. И как бы сильно не горело желание игнорировать чужое настроение, она чувствовала, какая буря бушевала в его душе. Мегатрон… Нет, Д-16, пребывал в опустошении, медленно переходящее в озлобленность. Всё вставало на свои места…       — Он был хорошим Праймом, — прервать внезапно накатившее желание пооткровенничать у Лило не вышло. — Помогал мне настраивать телепорт, поддерживал… — и подключиться успел, жаль, что не успел научить её тонкостям интерфейса. И прочим интересным вещам.       А может это и к лучшему? Праймы, как оказалось, даже несмотря на свои лучшие пожелания к этому миру, все же вели себя странно. В чем же была причина…       — Это квинтессоны?       Лило долго молчала. А стоило ли говорить? Что будет, если она промолчит? А если расскажет? Нет, скорее всего её сочтут невменяемой. Слишком сильно Сентинел промыл всем мозги, но… Будущего знать она не могла, только догадывалась. Каждая прошлая вселенная вертелась вокруг войны. И эта, скорее всего, не будет исключением. Получается, это лишь дело времени…       —… И они тоже, — Лило неловко ковыряла носком протеза рыхлую почву. — На самом деле, если я расскажу вам всю историю, вы мне не поверите.       — Так ты всё же знаешь, что случилось? — Орион вылез из глубины пещеры. Очередная попытка обыскать площадь успехом не увенчалась. Матрицы просто не было.       — Знаю, — но говорить не спешила. — Выживших нет? Давайте поищем ещё раз, может, кто-то смог впасть в стазис? — убегала от разговора. Нет, не ей об этом всем рассказывать. Точно не ей. Надо найти кого-то, кому точно поверят. И это, разумеется, Праймы. Лило стала цепляться за каждый труп, испытывая внутреннее содрогание каждый раз, когда взгляд падал на потухшую оптику.       Зета Прайм мёртв. Матрица отсутствовала. Мегатронус Прайм — мёртв. Солус Прайм, Вектор Прайм, Амальгамус Прайм, Нексус Прайм, Лидж Максимо, Оникс Прайм, Микронус Прайм, Квинтус Прайм, Алхимист Прайм — каждый из них мёртв. Прима… Душа болела, стоило посмотреть на его все такой же белый чистый корпус. Золото блестело даже ярче брони Мегатронуса. Ладонь опустилась на светлый металл. Лило точно знала, этот мех внутри мог быть прекраснее всех Праймов вместе взятых. Прима Прайм мёртв.       Альфа Трион был последним, кого обнаружили мёртвым.       — Тщетно, — Элита слабо пнула булыжник, тот отлетел в сторону, звонко ударился о ещё один обездвиженный корпус. Лило моргнула, поспешила рассмотреть знакомый силуэт.       — Что-то нашла? — и ее интерес заметили остальные. Надежда все еще теплилась в их Искре, но точно не в душе самой Лило.       — Нет, просто… — и всё же она его узнала. На душе стало ещё противнее. — Джетфайер, — озвучил Проул, чем и напугал. Лило дернулась. Да, точно. Он появлялся так же внезапно, как и пропадал. — Надо же, — прыснул воздухом, — в этом мире он даже не застал войну.       — Мне страшно, — было больно. Десептиконы редко уходили к автоботам, Джетфайер и Дрифт — лучшие примеры. Несмотря на свои ошибки они нашли силы исправить себя, перестроить внутренние укоренившиеся устои. Даже с учётом того, что их мораль подкосил вирус, Лило подобных личностей любила и уважала. Они многому могли научить и малого боялись. — Каждый, кто убивает, готов отдать и свою жизнь. И если я хоть как-то причастна к чужой смерти, выходит…       — Я с тобой не согласен, — Проул перебил. Не было настроения для философских разговоров, — твоя жизнь для меня ценнее, чем каждого, кого мы с тобой встречали. Мне нет дела до них. Но я могу тебя понять.       На Проула Лило не смотрела. Удалось лишь еле выдавить печальное хмыканье. Да, точно. Он ведь тоже.       — Я помогала Праймам организовать засаду для командования квинтессонов, — сил прикладывать не пришлось. Слова лились сами по себе, слишком легко и четко, — с помощью телепорта у них было преимущество, но… Сентинел оказался предателем. Я так предполагаю, что он сговорился с квинтессонами, вследствие чего все были убиты.       Молчание. Долгое.       Да. Зря она это сболтнула. Теперь их системы гудели громче.       — Что за бред? — Элита высказалась первой. — Арх, просто чудесно. Матрицы мы не нашли, а вот непонятное существо, полную пещеру трупов и боль в процессоре — да!       — Нет, постой, — Пакс вновь старался разобраться в ситуации. Старался откинуть худшие варианты произошедшего. Верить в предательство доблестного лидера всегда тяжело. — Сентинел не мог так поступить. Зачем?       Д-16 вовсе стих. Смотрел на эмблему на груди Лило и натужно, почти скрипя дентопластинами, молчал. Даже оптика не сдвинулась ни на миллиметр. Пребывал в глубоком раздумье, глушил кричащие мысли.       — Зачем ты нам врёшь, — и это все, что он сказал.       — Я не вру.       — Я ни за что не поверю, что Сентинел Прайм мог…       — Не верь. Мне-то какое дело, — Лило всплеснула руками. В каждом мире ей не верили. Кибертронцы, оказывается, такие пугливые. Почти каждый из них, кто ее встречал, сразу думал, что Лило какой-то вражеский босс, готовый всех убить. Вот только все было совсем наоборот! — Вы предложили сходить с вами и рассказать, что случилось — я это сделала. То, что вы недовольны правдой, не моя проблема. То, что ваши «герои» вас бросили и угодили в ловушку, не оставив на крайний случай хотя бы одного настоящего Прайма, тоже не моя проблема. То, что Сентинел Упырь назвал себя Праймом и радостно сидит на троне — не моя проблема! И вновь воцарилось молчание. Гнев и обида лишь сильнее жевали плоть изнутри.       — Я не успела близко познакомиться с каждым, но Мегатронуса я чувствовала изнутри. Мне тоже больно, что его нет.       — У тебя же был телепорт, — а Ди все цеплялся и цеплялся. Искал виноватого. Нет, искал того, кого легче всего обвинить. Ведь предательство того, в кого ты верил всей душой, ранит сильнее оружия, — почему ты не вывела их? Почему…       — Плохой из меня помощник, — голос надломился, — я хотела, но моего желания оказалось недостаточно, — и в головах каждого сейчас висел лишь один вопрос: что дальше? Что делать сейчас? Как поступить? Лило смотрела лишь на Д-16, вспоминала своего лидера десептиконов. — Знаете, власть туманит разум. Возможно, он на фоне Праймов чувствовал себя ущербно. Чувствовал, что не получал от них должной благодарности и уважения, которое сам к ним проявлял. Отсюда зародилась обида… И по накатанной, как снежный ком. Не могу сказать точно, но мне кажется, что Сентинел…       Гул. Сверху прозвучал жуткий, пробирающих до самых костей, гул. Одного звука хватило, чтобы представить масштабы нависшего над ними корабля. Все в ту же секунду подняли взгляд наверх, но встретила их только пещера. Стоило выбраться наружу и узнать, что происходит. Выбрались. Густые заросли, благо, укрывали их от чужих оптик. И пока все четверо кибертронцев прятались в кустах, Лило хватило для прикрытия одного листа. Большие же здесь растения! Откуда тут они вообще?       И какого же было всеобщее удивление, когда среди полотна таких же плотных зарослей показался отряд кибертронцев, направляющихся именно к квинтессонскому кораблю. Стоило поблагодарить «Прайма», он лично доказал этим четверым, что Лило не лгала. Иначе все сложилось бы куда хуже.       Переговоры длились недолго. Вот вышла уродливая тварь, Сентинел продал им целые поезда энергона, затем квинтессоны не то угрожали Сентинелу шипом, не то его порту странными гибкими отростками. Щупальцами? Тентаклями? В строении квинтессонов Лило не разбиралась. Подалась скорее в пещеру, как только встреча завершилась.       И теперь в пещере гудело молчание. Было тихо, лишь иногда шумела листва, осыпалась хрупкая порода и что-то капало. Даже вентиляция каждого члена самоубийственного отряда стихла. Однако, атмосфера удушала. Именно потому молчание было гудящим: вопреки тишине в головах каждого царствовал хаос.       Идиллия звуков прервалась звоном, а затем грохотом — Ди топтал свой номерной знак. Бил сервоприводом снова и снова, пока от таблички не останется ничего, кроме пыли.       — Тебе ведь нужно было это сделать, да?! — к кому именно обращался Д-16 удалось понять не сразу.       — Что? Ты меня в этом винишь? — Орион обвинений не понимал. Знал, что его другу сейчас тяжело, но и ему легче не было. Никому из них. — Сентинел нас обманывал, он нас продавал! Только он виновен во всем, что случилось с нами и Кибертроном. Нам нужно…       — Что-то с этим сделать?! Отлично. Прекрасно! Очередной крутой план Ориона Пакса, который приведёт нас всех в могилу! Вот только проблема в том, что мы ничего сделать не сможем, — и начал отсчитывать по пальцам, — нам не поверят. У нас нет шестерни трансформации. Нас и вовсе собираются убить, как свидетелей! И ничего бы не было, не сунь ты свои антенны, куда не просят!       Никто в их спор не лез. Лило даже не двигалась, почти не дышала. Следила за каждым их движением и считала секунды. Страшно.       — Я здесь ни при чем, — Пакс пыла не сбавлял, — я старался ради нас. Ради Кибертрона! Разве ты не хочешь его остановить?       — Нет, я хочу его убить! — вырвалось на одном выбросе воздуха из вентиляции. Вырвалось, и эхом трубило в помещении и еще больше разжигало внутри безудержную ненависть, — я хочу, чтобы он страдал! Хочу, чтобы медленно умирал во тьме, в которую окунул всех нас!       И пока буря в Искре Д-16 разгоралась сильнее, Ориона окутывал страх. Страх, что нечто важное он пропустил мимо себя.       А все исправить может быть поздно.       — Ну и шуму навели, — Проул закатил оптику, Лило покосилась в его сторону, — идиоты. Главная проблема этого Кибертрона не в Сентинеле. Свергнуть правителя — плевое дело, важнее всего — поддержать мир. Основная задача — разобраться с Квинтессонами, но, разумеется, никто о них сейчас вовсе не думает, — каждый тонет в своих негативных эмоциях и забывает о главном. Да, Шоквейв поступил мудро, удалив эмоциональный блок. — Они могут этим воспользоваться: пока происходит переворот власти проще простого взять Кибертрон под свой контроль. Никто из этих глупцов не знает, что такое война, потери и холодный расчет. Им конец.       Лило сглотнула.       — И что теперь, Пакс? — Д-16 вновь заговорил. Если еще хоть одно слово будет сказано его басистым хриплым голосом, Лило подорвёт каждого к чертям. Паника мешала думать. — У нас есть план?       У Ориона Пакса плана не было. Все казалось тщетным, но надежд что-то придумать тот не терял.       — Заберите шестерни у Праймов, — Лило кивнула в сторону трупов, — они им больше все равно не нужны. Просто вскрываете честплейт, вынимаете и вставляете, я полагаю? Нам повезет, если это будет так просто.       — Это уже расхищение гробниц, — вопреки своему тону Элита поддерживала идею. Иных вариантов у них не было, — гробницы самих Праймов, но мне уже без разницы. Есть задачи важнее, — и направилась к выбранному корпусу. Каждый из них вновь разбрёлся по пещере, только Орион и Ди еще долгую мучительную минуту сверлили друг друга взглядом, а после все же разошлись.       — Ее нет, — тишина была не долгой. Д-16 долго возился с корпусом Мегатронуса — конечно, какую же еще шестерню ему брать? — но в итоге узрел лишь пустой честплейт. Лило спустилась с булыжника, подошла ближе к Мегатронусу, но от Д-16 держалась на расстоянии. Тот это заметил. Боялась? Его? После сказанных слов?       — Видимо, ее уже кто-то забрал, — шестерни действительно не было, а догадок касательно ее пропажи было слишком много, — может и Сентинел, а может кто-то из Верховной Стражи забрал как расходник.       — Нет, — Проул сразу этот вариант пресек, — Верховная Стража чтила Праймов чуть ли не больше, чем самих себя. Они не стали бы вскрывать их трупы ради детали.       — Поищешь другую? — ответа Лило не дождалась, серый мех молча развернулся и направился дальше. Мрачный. Все действительно вставало на свои места. А может… — Ди?       — Что? — не оборачивался. Пытался раскрыть очередной честплейт.       — Ты сказал, что хочешь убить Сентинела, — и снова она пытается отговорить десептикона от убийства. Тщетное дело. Да, Д-16 пока что не десептикон, но совсем скоро им станет. Уже становится.       — Есть возражения? — а вот теперь обернулся и все тело в тот же миг бросило не то в жар, не то в холод.       — Нет, просто… — возражения были, но Лило хватило ума прикусить себе язык, — неважно.       В конце концов, это не имело смысла.       Шестерни трансформации сели в каждый корпус как родные. Лило, глупо моргая, наблюдала за причудливыми движениями каждого крохотного сегмента их брони. Та перестраивалась, адаптировалась и… Да, теперь они стали выше. Вот только хотела порадоваться, что на них стало чуть легче смотреть, как они уже получили свой первый апгрейд и теперь шея снова будет болеть. Мысль прозвучала странно настолько, что Лило усмехнулась.       Теперь они вернулись к разработке плана. Органика сидела чуть дальше от четвёрки, наблюдала за ними, но в диалоги не вникала. Кажется, они пытались собрать по крупицам план атаки. Здесь она уже ничем не поможет… А почему на нее в тот же миг все уставились? А, да, видимо, телепорт. И, вероятно, эта идея пришла сразу к Ди, потому что тот с непривычной для него твёрдостью вновь направился ровно к ней.       — Может все же уйдём? — Проул скучающе напоминал, что им не стоит задерживаться.       — Не могу.       — Телепортируй нас, — Д-16 сразу выдвинул требование.       — Нет, — а Лило сразу отказала. И мех явно этого не ожидал. Никто из них, потому все быстро подскочили ближе. Пакс уже открыл энергоприемник, как Лило перебила очередную речь. — Я уже телепортировала Праймов с их «гениальным» планом. Чем это закончилось?       — Праймы не справились, но я… — и с каждой минутой его оптика все больше темнела. Лило плотнее сжала губы, — Я не Прайм.       — Да, верно, — страх душил. Бояться было нечего, но Лило противиться этому чувству не могла. Даже несмотря на желание вернуться к Мегатрону она все еще его боялась. — ты шахтёр.       — Лило, умоляю, следи за своим языком, — Проул шикнул, но остановить чужого напора так и не смог. Однажды она наговорит себе на могилу, усыпанную голубыми цветами.       — Вы все шахтёры. Вы даже с трансформацией не разобрались, а просите сразу закинуть вас в башню Праймов, где на каждом этаже с десяток стражей? Нет, я не хочу быть замешанной в очередном несчастном случае.       — Я о том же, — Пакс щёлкнул пальцами, — нам нужно найти единомышленников. Одни мы не справимся, а вот с толпой — другое дело.       — И где мы их найдём? Нам никто не поверит без доказательств, — в словах Элиты тоже была правда. — Твои пламенные героические речи может и сработают на шахтёрах, но с ними мы далеко не продвинемся.       — Верховная Стража?       — Да! — Би вытянул оба указательных пальца на Лило. Д-16 почти сразу отодвинул его ладони от органики, поощряя общее чувство неловкости. — Я имею в виду, если они живы, конечно… Тут я узнал только Праймов и пару младших лейтенантов Верховной Стражи, если здесь нет главнокомандующих, значит, они еще живы.       — Или словили дезактив из-за нехватки топлива, — Проул пожал плечевым сегментом, — или угодили в другую засаду квинтессонов и Сентинела. Или…       И, к счастью для Лило (потому что Проул сразу замолчал), со стороны входа прозвучал шум. Все напряглись. Враг все же их нашел. Удивительно, какой у Эрахнид был обзор. Вероятно, на все 360 градусов и километры вперед. Пока вся компания «мирно» обсуждала план, пещеру успели окружить и теперь всем приходилось ютиться в маленьком кругу. Повсюду стояла стража.       — Я должна была догадаться, что это твоих манипуляторов дело, — Эрахнид не торопилась, медленно продвигалась на «лапках» вдоль хаотично уложенных трупов, — Ты поступила глупо, не покинув этот мир при первой возможности.       — Есть такое, — вопреки своим словам Лило не жалела. Процессор уже привыкал вводить координаты, вот только один мех даже не думал уходить. Стоило Эрахнид кинуться в их сторону, кинулась и вся стоящая стража. Секунды хватило, чтобы гробница снова превратилось в поле боя. Лило в последний момент успела спрятаться за одним из трупов от манипуляторов паучихи — та встретила сопротивление в фейсплейте Д-16 и, впрочем, быстро с тем разобралась. Говорила же, что вступать в лобовое столкновение с опытными бойцами чревато!       Разгромлены были все. Бойня не длилась долго, но Пакс успел скоординировать действия и разработать план побега. Элита была рядом, Би вовсе удивлял своей смехотворной удачливостью. На нем не было ни царапины! Д-16 пытался встать, ему тут же пришёл на помощь Орион. Вот только… путь назад был перекрыт. Лило сидела в противоположной от них части пещеры. Сидела недолго, стоило паучихе расчистить путь, как органика оказалась в ее манипуляторах.       Эрахнид обернулась к ботам, намереваясь отдать приказ и об их задержании, но было поздно: все четверо скрылись.       — Куда они направляются?       — Откуда мне знать? — чужая хватка была достаточно твёрдой для вздымающейся паники, но та так и не наступила. Лило слишком часто хватали и сжимали именно так, но каждый контролировал силу, чтобы не сломать органику пополам. Вряд ли Эрахнид от них отличалась.       — Продолжить поиски, — отдала она приказ страже, — я доставлю пленницу Сентинелу Прайму и вернусь.       Кажется, вернуться к этому кибертронскому павлину все же придется.       — Есть план, как снимать новый-совершенно-точно-антивандальный-трекер с себя? — сарказм Проула только питал раздражение.       Нет, плана не было.

***

      — Почему мы ушли?! — Д-16 бился в попытках вернуться в пещеру и лично сорвать шлем каждому, кого видела оптика. Вот только Орион этому желанию препятствовал. Почему? Считал его неразумным? Так и Ди считал каждую идею Пакса таковой, но разве тот его слушал? Нет.       Однако, Орион Пакс никогда не ставил мнение Д-16 в приоритет. Никогда.       — Би и Лило правы, нам нужно найти Верховную Стражу, — Пакс старательно держал оборону, отрезая друга от пути к глупым решениям, — в одиночку мы все еще беззащитны.       — Не хочу это признавать, — Элита поймала себя на мысли, что все больше соглашается со словами бесполезного Ориона, — но Пакс прав. Нам чудом удалось выбраться оттуда.       — Я не собираюсь оставаться в стороне, пока единственной, кто открыла нам оптику на правду, угрожает опасность.       — Или нет, — Элита хмыкнула. В небе пронесся силуэт — Эрахнид. Направлялась ровно в сторону Иакона. И даже без стражи. Видимо, везла пленного. — Пригнитесь.       Стоило той скрыться среди пустующих полей, и их системы расслабились. Почти. В пещере все еще была стража, от которой предстояло сбежать. Фем молча направилась вглубь зарослей, остальные последовали за ней, сверив горизонт немым взглядом.

***

Синхронизация 81%…

      — Как же долго мы не виделись, Лило! — Сентинел начал торжественно, хлопнул в ладони и вальяжно зашагал по помещению. Улыбался. Даже новый ограничитель на шее так не давил, как его присутствие. Лило впервые была в ошейнике. Даже десептиконы, даже чертов Мегатрон не допускал такой мысли. — Правда, я думал, что больше тебя не увижу. Приятная встреча, не так ли?       — Мхм, — и помимо ошейника на шее ее посадили в самую настоящую клетку. Видимо, учли свои прошлые ошибки. С другой стороны, ей даже повезло… С какой именно стороны?       — Ты извини, если тебя смущает эта клетка и ошейник, — мех с деловым видом очертил решетку пальцем в воздухе, — мера безопасности, понимаешь?       — Понимаю.       — Не хочешь рассказать мне, куда делись твои новые друзья? — и все же он подошёл к клетке вплотную, опустил на нее ладони, — я был бы весьма признателен. Кибертрон не готов к очередной бойне, ты же понимаешь? Если они постараются организовать переворот, то все равно ничего не выйдет. Только погибнут бедные кибертронцы. Я знаю, ты этого не хочешь.       — Не хочу.       — Тогда?..       — Я не знаю.       Цокнул. Затем снова, но уже с наигранным разочарованием и качая шлемом.       … А в следующий момент аудиосенсоры пищали из-за громкого лязга. Тело ударилось о прутья и дыхание сбилось. Сердце больно ударилось о ребра, Лило чуть не выплюнула свои лёгкие. Пыталась сфокусировать зрение, но окружение продолжало рябить.       Лезвие с лёгкостью прошло между прутьев. К груди плотно прижали наконечник меча. Острый. Не проткнуло лишь благодаря лёгкому весу, только теперь позади нее была опора, а значит и проткнуть может насквозь…       — Мне бы очень не хотелось этого делать…       — Верховная Стража! — из груди вырвался судорожный вскрик. Голова была пуста, и двигал ею лишь животный страх. — Они ищут Верховную Стражу! Я не знаю, где они сейчас, клянусь!       — М-м, сразу бы так. Этого мне достаточно, — и в тот же миг блеск лезвия пропал. Лило медленно сползла на пол клетки, шумно глотая воздух. Перед глазами вспыхнуло предупреждение — кислорода хватит лишь на пару часов. — Не пугайся, я бы в любом случае тебя не убил.       Попалась. Ладонь крепче сжимала ткань на груди. Это была обманка, просто запугивание без реальной угрозы и Лило все же клюнула на крючок.       — Эрахнид, займись ими.       — С удовольствием.       Дыхание никак не возвращалось в норму. Тело болело.       Проул в этот момент умер во второй раз. Молчал, не спуская оптики с «Прайма». Может он и будет рад понаблюдать, как Сентинел умирает. Может быть, даже порадуется… Может быть.       Лило пребывала в мрачном безмолвии.

***

      — Ого, — восторг Сентинела эхом бился о стены. Вопреки его торжественному настроению в зале витало уныние. Будь Лило одна, с этим еще можно было смириться, но не когда перед тобой стояла целая толпа захваченной Верховной Стражи, и Ди с Би в придачу. И каждый из них сидел на коленях в ожидании казни. Что за тошнотворное зрелище. — Ты даже Старскрима поймала!       — С лёгкостью, — Эрахнид хитро улыбнулась, мягко продвигаясь вдоль ряда пленных.       — О, Д-16, — мех остановился у бывшего шахтёра. Тот выглядел жалко. Сам Ди на Сентинела не смотрел и скорее еще больше взращивал ненависть к нему в своей Искре. С самой первой секунды, как его сюда доставили. С той самой секунды, когда Лило снова была в поле зрения. В безопасности, но все же… В клетке. В клетке, как самое настоящее животное. А животное, на самом деле, здесь было только одно. Оно ходило и довольно ухмылялось каждому в фейсплейт — это не просто раздражало, а выводило из себя. — Какая трагичная история получится. Был шахтёром, а стал предателем.       — Я не предатель, а вот ты — да, — он натурно рычал. Сентинел сейчас совершал одну из самых глупых ошибок в своей жизни.       — Я? О, нет. Предатели все вы, — пренебрежительным жестом очертил он сидящих пленных, — вы мешали искать Матрицу своим саботажем, обрекая Кибертрон на гибель. Разве я не прав, Лило? — обернулся к ней мех. Голубая оптика тут же впилась в ее глаза. В горле в миг пересохло, теперь перед ней словно сияло то острое лезвие, что недавно чуть не проткнуло тело насквозь. Вслед за Сентинелом на нее посмотрели и остальные. Вся толпа.       И что ей говорить? Согласиться — это подставить себя под удар и всех будущих десептиконов. Высказать несогласие, значит, вновь попасть под удар Сентинела. Промолчать — все и разом. В горле осел плотный ком.       — Я не могу с тобой согласиться.       — О, тогда зачем же ты их всех сдала?       А, так вот в какую игру этот павлин играл. И срабатывало. Ужаса накатило еще больше. Лило откровенно морозило от каждой оптики, что пыталась разглядеть ее нутро.       — Ты… — Д-16 пытался перевести дух, за последние дни все что можно пошло не так. — Это правда?       — Он мне угрожал. Иного выхода я не нашла.       — Так вы все же сблизились? — «Прайм» продолжал улыбаться, но теперь звучал вкрадчиво. Встал между ними и чуть склонился вперед. Было нетрудно разглядеть между ними тонкую связь. — Интересно, что этому поспособствовало? Ваша общая любовь к Мегатронусу? Праймус, какие вы забавные. Надеюсь, ничего дальше диалогов не зашло? Д-16, ты не только предатель, но и ксено…       Продолжить Сентинелу не дали. Будущий лидер десептиконов подорвался с места и, не жалея сил, звонко ударил своим шлемом ровно Прайму меж оптик, еле держа равновесие на своих серво. Би шарахнулся в сторону, что-то тихо забормотал, но серый мех его вовсе не услышал.       — Замолчи.       — Вы посмотрите… — Сентинел вяло провёл ладонью по фейсплейту, словно проверял, на месте ли его челюсть. Выпрямился, расправил плечевые сегменты. Гордость определенно была задета. Это было зря, ситуация и без того тупиковая, Д-16 сейчас все усложнял. Лило вцепилась руками в прутья клетки. Бегала взглядом по помещению в попытке найти хоть что-нибудь, что могло бы помочь. Хотя бы маленькую зацепку. Хотя бы крошечную подсказку… — Кто осмелел. Пародируешь кумира?       Сентинел медленно зашагал в его сторону, предварительно отдав приказ страже одним жестом. Д-16 моментально скрутили и прижали к полу.       — Не против, если я увековечу твой фанатизм? — наклейка была содрана. Попытки Д-16 выбраться из хватки стражей успехом не увенчались. Сентинел быстро кивнул в сторону клетки. — Будете ходить парой, как тебе идея? — и приклеил эмблему ровно на честплейт.       Сразу после этого зал заполнил оглушительный крик.       — Сентинел, хватит! — Лило не билась. Не металась и даже не искала выхода. Просто прижимала к телу руки и боялась двинуться с места. — Пожалуйста, прекрати! Этого уже достаточно, к чему представление?       — А к тому, — когда с фирменной гравировкой на серебристом металле было закончено, Прайм выпрямился, любуясь своей работой, — что я могу. Разве этого недостаточно?       Недостаточно. Этого, очевидно, было недостаточно, потому что глупый, несчастный и обиженный шахтёр Д-16 все еще поднимался на сервоприводы. Даже через боль, даже через ослепительную ненависть — поднимался. Это уже не забавляло, нет, скорее раздражало. Манипулятор потянулся к рукояти меча.       — Ди, не надо… — Би не мог решить, следить ему за Сентинелом или за самим Ди. Сейчас он мог видеть его в последний раз. Мир вокруг застыл.       Не было слышно города за стенами. Не было слышно писка сломанного вокалайзера Старскрима. Не слышно даже вентиляции множества мехов, сидящих рядом. Только рев двигателей Д-16, свист выдвигающегося лезвия Сентинела и…       Взрыв.       Тишина разлетелась, как сотня осколков. Гул плотно осел в ушах. Сверху сыпались крупицы мусора, а перед оптикой оседала темная фиолетовая пыль. Густая и спокойная. Такая… Приятная и манящая. Вентсистемы поглощали ее с превеликим удовольствием, датчики вопили от вожделения. Вся гидравлика, каждый канал нейроцепи — все естество каждого в зале пребывало в глубочайшей эйфории.       — Что ты сделала?! — Проул не знал, вцепиться ему в свой шлем или в прутья клетки, или в саму Лило. Вот ведь идиотка! Взяла и подорвала свой последний запас топлива! Кто занимается таким расточительством и ради чего? Ну помер бы, и Праймус с ним, какое ей должно быть дело? — Лило, ты в своем уме?       — Помоги выбраться, быстрее! — Лило намертво сжала ладони вокруг металлических труб, пыталась не то согнуть их, не то раскачать клетку, но тщетно. — Вот же черт!       В фиолетовом дыму медленно поднимались те, кого отбросило взрывной волной. Шаткие, неустойчивые. Видимо, их ударило с достаточной силой, чтобы…       — Поезд! — Эрахнид крикнула первой, как толпа, не успев отойти от первого взрыва, погрязла во втором. Стены разлетелись, словно мел. Среди общего шума, треска и криков Лило не сразу поняла, что и сама кричала. Один из булыжников ударил ровно в клетку, та слетела со стола, с грохотом опрокинулась вниз.       Удар пришелся сильным. Достаточным, чтобы разбиться насмерть. Последним, что регистрировал процессор, была боль. Боль, от которой хотелось свернуться, съежиться в позе эмбриона и вопить. Кричать, как дикий зверь. И Лило кричала, надрывала горло. Поднять себя, несмотря на все усилия, не выходило. Над головой все еще грохотали выстрелы и рычали кибертронцы. Каждый. Творилось сущее безумие.       Это была не война, не битва и даже не бойня. Больше походило на столкновение стай бешеных собак. Те цеплялись клыками друг другу в глотки, разрывали на части всех, кто попадался им на пути.       Писк в аудиосенсорах стоял долго. Ладони тверже уперлись в пол. Твердый пол. Минутой ранее он казался плавающим. Тело попыталось подняться, процессор вновь и вновь отдавал приказы в протезы ног, но те не отвечали. Голова раскалывалась от напора системных ошибок. Но прутья клетки всё же погнула. Ползком, рыча от боли, из нее удалось вылезти.       Тень. Вторая. Десятки. Все носились. Обезумившие. Ни одного внятного слова не было слышно. Да что тут вообще происходит? Где Проул? Кто кричал? Ничего не было видно в этом дыму и пыли, а осколки продолжали разлетаться в разные стороны. Иногда попадали и в саму Лило.       Жутко. Страшно. Мозг отказывался понимать, что происходит. Отказывался анализировать. Было лишь одно стойкое чувство — спрятаться. И оно успокоилось, как только над телом нависло что-то темное и гораздо более мрачное, чем последние пару минут.       — Еще, — Мегатрон впивался в жалкий силуэт кровавой оптикой, — мне нужно еще.       — Беги! — Проул пытался в очередной раз достучаться до пропитанного страхом разума. Тщетно. И поздно.       Тень от манипулятора, медленно возвышающегося позади, ознаменовала собственную смерть. Лило наяву чувствовала, как жизнь ее покидает. Уже покинула. Покинула, как только острые когти рванули вниз и тело снова пронзила боль.       Мир потух.       Странно…       Почему так сильно болели протезы?..

***

Синхронизация 89%…

      Вентиляция никак не могла прийти в порядок. Перед оптикой все еще рябили причудливые узоры, рисовались смешные искривлённые силуэты. Аудиосенсоры регистрировали насмешливые голоса. Каждое из этих явлений было галлюцинацией. Кроме одного — органики, что мирно спала напротив.       Что же она взорвала? Мегатрон с трудом помнил, что было после взрыва. Не помнил вовсе. Никто не мог достоверно сказать, что за хаос там происходил. Все опомнились чуть позже, когда ветер смог рассеять темный фиолетовый пепел по воздуху. А затем возобновилась бойня с Сентинелом, перешедшая в битву между Д-16 и Орионом Паксом.       Орион Пакс и Д-16 пали в том бою и возродились, как Оптимус Прайм и Мегатрон.       За стенами шумела толпа. Очень громко. Звуки были повсюду.       Лило что-то вяло промычала. Просыпалась.       Не успев отойти от сна все тело обдало болью. Еще и знатно мутило. Так, словно ее сильно укачало и сейчас каждый кусочек пищи собирался вырваться наружу. Вот только желудок был пуст. Жажды и голода не было, но процессор исправно сообщал, что ее силы на пределе. Удивительно, что она вообще очнулась… удивительно?       Не успела Лило открыть глаза, как перед ней уже висел знакомый фейсплейт. И смотрел. Смотрел так, словно готов был поглотить ее полностью, не оставив даже костей.       … И только сейчас Лило заметила чужие кабели, что намертво вцепились в ее разъёмы.       — Очнулась, — басистый голос звучал отовсюду. Лило сглотнула, но во рту все еще оставалось сухо. Горло першило. — Я уже думал, что ты собиралась отправиться вслед за Сентинелом — в могилу. Пришлось будить тебя, — кивнул в сторону подключённых кабелей.       Но органика на его слова ничего не ответила. Постаралась встать, да кабели этого не позволили — натянулись. Приказывали лежать смирно. Чуть потупив взгляд, она все же посмотрела ровно в оптику тому, кто ее удерживал.       Проула рядом не было. Он снова пропал. Может, изучал территорию? Придумывал план побега?       А что случилось?.. Сентинел уже в могиле? Сколько она успела пропустить, пока была в отключке? А почему вообще она потеряла сознание?       Так… Бомба, взрыв, все сошли с ума. Дальше был поезд. Нет, он был чуть раньше. Где-то там она и отключилась. Вроде?       — Ты убил его? — слова выдавливались совсем неохотно, голос хрипел.       — Да, — пауза давила сильнее, чем близкий контакт. — Я в этом убедился. Ничего не хочешь мне рассказать?       Лило вновь попыталась встать, но снова безуспешно. Что рассказать? Между ними могло остаться что-то недосказанное? И на что этот мех злился на этот раз? Лило путалась в догадках. Вернее, их и не было: либо абсурдные фантастические идеи, либо причины, по которым злиться на нее было попросту глупо.       — Можно я хотя бы сяду?..       — Пока я говорю, ты будешь лежать.       Теперь сил, чтобы сглотнуть, не осталось. Лило опустила голову на поверхность.       — Ты обманывала меня. Это не эмблема Мегатронуса.       Лило молчит. Мегатрон тоже. Легкое движение все еще отзывалось в сдавленных конечностях. Кабели давили сильнее. Похоже, он все же догадался.       Лило не последователь Мегатронуса. Даже не его поклонница. Между знаком на ее груди и шлемом одного из Тринадцати никакой связи не было.       — Это моя инсигния.       Слов подобрать не удалось. Понять, к чему Мегатрон ведёт — тоже. Его мотивы так же были не ясны. Лило не понимала, почему ее здесь держат. Взгляд, наконец, опустился ниже. И встретили его не привычные протезы, а пустота и аккуратный срез бедра. Та же металлическая плашка, что была вживлена в плоть.       Протезов нет. И в первые минуты Лило своим глазам не верила. Вцепилась ладонями в остатки ноги, насколько позволило ее положение, и долго прожигала пустоту взглядом, молилась, чтобы они появились. Забытое чувство в очередной раз кололо сердце, голова шла кругом.       Где-то уже это было. Ужас, из-за которого стыла кровь в жилах, точно был не первым. Оттого казался еще тошнотворнее.       — Н-ноги… — даже активное моргание не заставило протезы появиться. — Где мои…       — Они здесь. При… — запнулся. Нет, истинную причину называть не обязательно. Мегатрон что-то утаивал, но эта деталь осталась незамеченной. Мысли были не в порядке. — При крушении поезда их повредило. Шоквейв смог их восстановить, но он не уверен, что ему удалось привести их в первоначальное состояние.       Мегатрон поднес один из протезов к месту соединения, но Лило резво дернулась в сторону. Все же боится.       — Я сама.       Худшей идеей Шоквейва было изобретать съёмные протезы! Да, конечно, при поломке можно заменить на временные, тем самым, не теряя возможности передвигаться, но все же. Каждый, кто захочет, может их просто снять.       Мегатрон продолжал сидеть напротив, а кабели все еще были в ее разъёмах.       — Ты со мной уже знакома, — не вопрос, а утверждение. Лило плотнее сжала губы в тщетной попытке вернуть протез на место. Тяжелый… — Старскрим рассказал мне, что ты сбежала от кого-то из другого мира.       — Сам или ты надавил? — Старскрим, конечно, мог быть тем еще болтуном. Но, зная отношения между ним и Мегатроном, не трудно догадаться, как именно лидер десептиконов добывал информацию.       — Пришлось, — тот в ответ многозначительно хмыкнул. Ну, конечно. Первый протез наконец-то встал на место. — Это они так с тобой?       Второй протез никак не хотел подключаться.       — Это была плановая операция, — и силой тоже не вставлялся. Может, разъёмы повредились? Плохо. Очень-очень плохо, если нога сейчас не встанет на место. — Ничего необычного или крайне жестокого. Просто опыты.       — Опыты? Над тобой?       — Ради лучшего блага, — и не верила, что сама это говорила.       — И кто же это был?       Почему-то на этот вопрос ответить не вышло даже самой себе. Шоквейв отрезал конечности — это правда. Ноги были потеряны еще на Немезиде, тоже правда. Тогда почему в груди елозило такое чувство, будто где-то ее все же обманули. Ах, да, десептиконы…       Второй протез все же подключился.       — Несчастный случай.       Мегатрон, разумеется, ей не поверил. Протезы встали на место, Лило постаралась подняться на ноги, но шаталась, как тонкая береза на ветру. И как только выпрямилась, её начало мутить сильнее. Все органы внутри разболелись, голова вовсе пошла кругом. Десептикон успел подставить манипулятор, чтобы Лило не рухнула вниз. Ей пора было уходить. Органика не может жить на одном энергоне, так или иначе.       — Прежде чем ты телепортируешься, могу я задать вопрос?       И зачем он спрашивал, если уже знал ее ответ?       — Конечно.       — Кем я стану?       Лило прикинула в голове целые миллиарды возможных ответов, но ни один из них не подходил. Было нетрудно догадаться, что Мегатрон хотел от нее услышать. Еще легче было вспомнить, кем он являлся на самом деле.       — Я не знаю, — и то было правдой. Будущее знать никто не мог. Лило уверена, раз альтернативные вселенные существуют, значит, каждое действие одной вселенной запускает цепную реакцию по созданию массы других альтернативных вселенных. Можно постараться высчитать, но это работа Проула, а не ее. — Я не смогу предсказать тебе твоё будущее. Это невозможно. Оно всегда меняется.       — Ты мне лжёшь, — вопреки столь серьёзному обвинению мех зол не был. Понимал, почему Лило так старается все скрыть. Жаль, что не получится. Теперь та вновь сидела с задумчивым выражением лица. Снова придумывала ложь?       — Символом, — подобрать нейтральное слово всё же удалось. — Самым настоящим символом. Разных событий и значений, но поверь мне, каждый будет знать твоё имя, — стоять было тяжело. Легче не становилось, скорее наоборот. Надо было с этим скорее заканчивать и телепортироваться на какую-нибудь Землю. Подышать свежим воздухом, добыть еды и воды… Черт, такое чувство, словно с момента побега из лаборатории прошло не пару дней, а целые недели. Лило хрипло прочистила горло. — Но раз уж ты спросил, то позволь мне дать тебе совет: не теряй себя и всё то, ради чего ты начинал.       Кажется, зря она это ляпнула. Теперь в воздухе витала недосказанность. Теперь в его взгляде четко можно прочитать подозрение и догадки. Плохо дело.       — Ты…       — Мне уже пора, — перебила, стараясь тверже наступать на поверхность. Ни одна конечность ее не слушалась, так еще и какой-то нерв в груди защемило… Паршиво. Десептикон в ответ снисходительно вздохнул. Спасибо, что не выпытывал у неё информацию, как у Старскрима. — Рада была со всеми вами познакомиться.       — До встречи, — но в ответ Мегатрон едва заметно улыбнулся. «До встречи»? Он же не думал, что Лило вернётся, верно? Конечно нет, с чего бы… Это было адресовано не ей, а той маловероятной возможности встретить Лило этого мира. Вот черт, надо было сказать Ориону, чтобы тщательнее следил за Проулом и Уилджеком в будущем!       Диалог все же оставил неприятный осадок на душе. Входить в воронку среди гробовой тишины было тяжелее обычного. И физически, и морально. Рука плотнее прижималась к животу, но боль не унималась. Да и идти не хромая было невозможно — один из протезов все же не сел так, как следовало. Такими темпами в свой мир она вернется только по кусочкам…       Перед глазами нарисовались стены Немезиды. Уже стали родными — Лило благодарно выдохнула. Такое облегчение, снова оказаться… Не здесь.       Внимание сразу привлек шум со стороны.       — Какого хрена?       Лило медленно обернулась к источнику звука и лицезрела картину великих извращений. Буквально. В помещении пахло смазкой, потом и… много чем, на самом деле. И перед ней расположились целые четыре причины этого запаха.       Первым был Мегатрон, Лило узнает его везде. Он казался удивлённым, даже опустил чужие бедра, отчего девушка шумно повалилась на кровать. И лицо ее Лило помнила — то была Ева. Неужели занесло во вселенную, где под вирусом она? Нет… Третьим был Прайм. Именно Прайм. Очень похож на Немезиса, но тот был в тёмных серых цветах да и красовался инсигнией десептиконов, а здесь и корпус фиолетовый и знак автоботский…       Четвёртой была она сама. На краткий миг душой овладел жуткий стыд, затем шок, затем животный страх. Да такой, что кишки, казалось, давили на желудок и лёгкие, норовились вырваться наружу. Даже боль притупилась на фоне шока.       Координаты — кто бы мог подумать! — снова были неверными. И ее закинуло не просто в какой-то вновь странный мир, а в самый центр хаоса. В мир настоящего разврата, ее голой альтернативной версии, с какого-то перепугу голой версии Евы, так еще и Прайма с Мегатроном, задорно их коннектящих. Вот блевотина.       Что, блядь, здесь происходит?       — Какого шлака?! — Проул подал голос и звучал так, словно вся душа его в тот же миг испарилась. Секундой ранее он уже подготовил лекцию на три часа с анализом всех глупых действий Лило, а сейчас… Сейчас другая Лило была на чужом коннекторе совершенно голая. Нет, к такому его жизнь… Послесмертие, не готовило.       — Эт чё, — Ева махнула головой в сторону своей Лило, затем в сторону новой. Та была не то, что потрепана, скорее избита, заморена голодом и, возможно, даже страдала какой-то смертельной болезнью. — пополнение? Кто из вас это придумал?       — Точно не я, — Мегатрон покосился на Прайма.       — Почти расстроен, что это и не я, — Прайм же смотрел, стараясь выпытать всю душу. Лило натурно чувствовала, как бежал холод по спине.       Проул в этой казусной ситуации опомнился раньше всех. Приметил закрытие воронки. Не-ет. В этом шлаке, извините, даже разбираться не хочется. Даже мысли такой не было. И Лило, с ее маниакальным желанием вечно лезть в чужие дела, точно попадёт в великую беду. И если тактик хотя бы еще раз увидит, как она участвует в разврате — воскреснет и умрёт вновь.       — В воронку!       Лило дернулась, попятилась назад со смехотворной скоростью, прихрамывая и ругаясь себе под нос.       — Стой!       … И голоса остались в том мире, воронка в последние три секунды стянулась в горошину и хлопнулась.       — А ты быстро, — Мегатрон позади тихо хмыкнул. Кажется, Лило встретила еще один неудачный мир.       — Не туда попала… Попробую телепортироваться чуть позже.       Ну и жуть.

***

      — Надеюсь эта вселенная без одержимых органикой… — воронка позади скрылась. Теперь Лило окружали густые зелёные заросли.       Шлем сразу раскрылся, в лицо ударил прохладный свежий ветер, приятная влажность в воздухе и множество ароматов зелени и цветов. Пахло настоящим лесом. Не хвойным, конечно, но все же лучше, чем стойкий запах металла и энергона под носом. Вокруг не было ни души: ни разрушений, ни роботов, ни космических кораблей. Просто лес. Обычный земной лес.       — Прошлая вселенная тоже была без одержимых органикой, — Проул не терял времени — осматривался. Изучал местность и старался прикинуть, куда их занесло на этот раз. И все же на Лило поглядывал, та выглядела шаткой. Шагала через силу и стояла — тоже.       — Что? — Лило искренне казалось, что тактик над ней насмехался. Да, в том мире все были не такими сумасшедшими, как обычно, но они все еще испытывали к ней странное влечение. Праймы так точно.       — … Сколько раз я тебе говорил внимательно следить за деталями? — мех пропустил цикл вентиляции, — Они были одержимы не тобой, а тёмным энергоном. Стоило достать капсулу — у всех процессоры сносило. А ты еще и додумалась его подорвать… Спровоцировала настоящее безумие, каждый бегал в галлюцинациях и кричал сущий бред. Чудо, что тебя не раздавили.       — Чего?.. — мысль никак не доходила.       — Для них темный энергон был самым настоящим наркотиком, — теперь Проул пояснял медленнее, — Это объясняет, почему они так к тебе липли. Чувствовали от тебя лишь слабое излучение, которое не сможет полностью удовлетворить, но и в спокойствии не оставит. Однако, — тактик вышел на поляну. Кромки деревьев наконец перестали скрывать чистое голубое небо, — привыкания за одно принятие он не вызвал, так что все закончилось как нельзя лучше.       Лило молчала. Молчала долго.       К черту.       — Ясно.       Проул двинулся дальше, стараясь разыскать выход из леса. Лило, прихрамывая, следовала за ним. У автобота был чёткий план: найти людей или иную помощь и подлечить Лило. Совсем скоро та и вовсе может потерять сознание, вопрос лишь от чего: обезвоживания или ранения.       — Проул?       — Я слушаю, — но не оборачивался.       — Ты говорил, что при интерфейс подключениях Шоквейв мог форматировать мои данные, так? — пора было разобраться со всем, что творилось в спутанных мыслях. Лило часто прерывалась между слов, легким не хватало кислорода. Отдышка все чаще прерывала ее монологи. Дело шлак. — Мне стёрли память?       — Да, — ни секунды колебания. Автобот, на самом деле, скрывать этого не хотел. Чем больше Лило сомневается в десептиконах — тем для него лучше. Тем больше доверия она испытывает к нему. Да, раньше этого требовали обстоятельства, но сейчас Лило сможет эту правду принять. — Не уверен, что ты захочешь знать или помнить удалённые отрезки.       — Я хочу, — Лило не двигалась. Припала к дереву и медленно опустилась на землю, шумно дыша. Надо передохнуть. — Расскажи…       — Лило, нет! Поднимайся, — мех бросил попытки выстраивать путь, сразу же появился напротив органики. — Тебе нельзя расслабляться. Не сейчас.       — Я устала, — голос хрипел. Лило пропустила сухой кашель. От повышенного тона тактика заболела голова. И зачем так кричать?.. — Просто, — и снова отдышка, — говори.       — Глаза не закрывай, — вот теперь это начинало пугать, потому что Лило действительно моргала все ленивее и неохотнее. — Не смей закрывать глаза.       — Я не сплю, — та в ответ вздрогнула, но веки не подняла. Они казались слишком тяжёлыми. Ничего не случится, если она немного вздремнёт. Слишком долго не удавалось хорошо отоспаться. — Пожалуйста, расскажи.       — Только… — автобот пропустил цикл вентиляции, — хорошо, но не смей засыпать.       Пожалуйста. Только не засыпай. Не сейчас. Не в таком состоянии.       — Лило?       Уснула.

***

      — Ты видишь его? — детский голос разрезал лесную тишину. Листва продолжала играть с летним ветром. Вечерело, красное солнце уже пряталось за горизонт. — Нам уже домой пора, я не хочу опоздать к ужину?       — Сейчас! Он где-то тут, — задорный ответил второй, но звучал иначе. Это уже был не человек. Проул, что весь день, с самого утра, сидел рядом с Лило, наконец испытал хотя бы жалкую толику облегчения. Сверху доносилось жужжание моторов. Дрон? Да, действительно. Красный, юркий и быстрый. — О, нашла!       — Чуть левее, — скоро автобот начнет скрипеть дентопластинами от ожидания. Слишком долго они здесь просидели, — да посмотри же чуть левее.       Дрон, ловко петляя в воздухе, поднял с куста потерянный мяч и взмыл в воздух. Только там, развернувшись обратно к дому, распознал на траве нечто необычное. Вернее, обычное, но…       — Робби, тут человек! Позови маму!       — Не представляешь, какое облегчение я сейчас испытываю, — Проул благодарно выдохнул. Остальное дело за людьми. Надеялся, что те попадутся достаточно порядочными. Тактик смотрел в умиротворённое лицо напротив, на волосы, что едва плавали по воздуху. На едва заметное движение туловища — Лило еще дышала. — И надо было тебе сотворить такую глупость? Я не хочу понимать, чем ты вечно руководствуешься.       Лило не отвечала. Автобот тяжело принимал тот факт, что был от нее, зависим. Все еще.       Вскоре дрон и ребёнок привели подмогу. Лило относили куда-то сквозь густой лес. Проулу оставалось лишь наблюдать.       — … Однажды я смогу оградить тебя от всего, что может нести хотя бы малейшую опасность.       Даже от нее самой.       Однажды.