Публичный секс
19 июля 2021 г., 10:03
Ох уж эти лагеря.
Множество детей, отдыхающих от своих родителей и прочих родственников. Детям сложно привыкнуть к особым условиям и порядкам. Поэтому уже на следующий день плачут, звоня своим мамочкам и папочкам и прося забрать их домой.
Но опытные ребята, бывалые, так сказать, ловят особенный кайф. От того, что наконец-то остались без присмотра родичей и счастливо машут им рукой в окне автобуса, мысленно говоря: «Прощайте, ублюдки».
Ко второму звену в основном относятся подростки. Мало у кого в таком возрасте хорошие отношения с предками. И на то есть разные причины: неправильное воспитание, нет взаимопонимания, уважения, у детей нет личного пространства, неприятие родителей и т.д, и т.п.
У нашего героя Гриши примерно такая же ситуация. Он с недавних пор понял, что относит себя к людям с нетрадиционной ориентацией. Только вот родители с вопросами:"Это что? Ты типо пидарас?» и тому подобное, били и оскорбляли, а после и вовсе игнорировали, не признавая, что это их ребёнок такой. Для Гриши уехать на 3 недели в лагерь было облегчением.
Он понимал, что наконец-то его не будут гнобить на завтрак, обед и ужин, тут он может быть собой. Всем абсолютно плевать. Единственное, он надеялся, что все эти три недели ему, «горе-сыну» не позвонят предки.
Недавно в мае ему исполнилось шестнадцать. Поэтому, проходя на территорию лагеря, он мог спокойно предоставить свой паспорт.
— Пожалуйста, проходите во второй корпус, — сказала миловидная девушка и отдала ему в руки документы.
— Спасибо, — буркнул Гриша и пошёл на поиски второго корпуса.
Стоит сказать, что в этом лагере он второй раз и уже примерно догадывался где что находится.
Этот домик был внизу склона. Рядом был забор, ограждающий территорию лагеря от леса.
Вид высоких и могучих деревьев завораживает. А особенно покачивающиеся верхушки от сильных порывов ветра.
Домик был маленький совсем.
Комнатки были стремноваты. Больше всего бесил тот факт, что туалет был на улице за хрен пойми сколько метров от корпуса. И знаете, это ещё не всё. Помимо того, что он находился далеко, так там ещё и не было привычных унитазов. Вместо них были дырки в полу. И стрёмные стенки кабинки. А стрёмные они потому что чаще всего измазаны чьим-то говном. Представьте себе, некоторые дети считают это смешным.
Зайдя в корпус его встретили ребята, которые приехали раньше. Они провели его в комнату, где оставалось место. Там уже было два парня. Видимо друзья, потому что когда Гриша зашёл они весело смеялись над чем-то.
— О, привет, сосед, — сказал один из парней, увидев Гришу.
— Привет, — скромно сказал Гриша, пожимая протянуть руку, а затем и руку второго парня.
— Я Макс, а это мой друг Саня, — говорит, улыбаясь блондин.
— Я Гриша, можно Гога, но так меня только друзья называют.
— Ну что же Гога, будем друзьями, — смеётся уже зеленоглазый с рыжим волосами.
Комната была на четверых человек. То есть скоро подойдёт ещё од…
— Здарова! — послышался звонкий голос сзади. Гриша резко развернулся и увидел солнечного парня, который широко улыбается.
— П-привет, — запнулся Гриша.
— Антон, — представился парень и протянул руку близкостоящему парню.
— Г-Гриша или…
— Гога, — продолжил за него Макс и протянул руку парню. — Макс, а этот рыжик Саня — продолжил блондин.
— Ну что же будем соседями.
Нужно сказать, что планировка комнаты была странная, кровати стояли парами. Вплотную друг другу и их ограждала, только невысокая перегородка. У каждой такой пары кроватей рядом стояла тумбочка на двоих. Был балкон и окно. Напротив кроватей был деревянный почти под потолок шкаф. Около шкафа через сантиметров тридцать была раковина с зеркалом. И небольшое местечко на полу предусмотренное под обувь.
Макс и Саша, так как они приехали раньше всех, заняли кровати у окна. А Гриша соответственно будет делить место с Антоном.
Будни проходили как обычно. В 7:00 подъём, умыться, на зарядку, пробежка, линейка, завтрак, свободное время, в которое обычно проводились разные конкурсы и т.д, обед, тихий час, полдник, снова свободное время, ужин, дискотека, и в 22:00 отбой.
И так изо дня в день.
Ребята были в самом старшем отряде. Достаточно взрослые. И понятно, что их организм в молодом возрасте реагирует соответствующе.
Вот только соседи по комнате Гриши не знают о том, что он гей.
В очередной раз ему приснился мокрый сон с участием Антона. Этот улыбчивый, лучистый парень всё никак не даст ему покоя.
То он его хлопает по плечам якобы «Так держать», когда он участвует в каком либо конкурсе. То в силу своего роста целует его в макушку, а потом загадочно уходит. То странно приближается сзади и шепчет что-то типо: «Гришка, дурак», убегает и смеётся. А однажды настолько взбесил Гришу, что тот схватил его за руку и отвёл за корпус. Прижал рукой его к зданию и злобно зарычал:
— Ну и зачем?
Антошка на это только посмеялся, но после заметив, что Гриша не намерен смеяться, стал серьёзным. Гриша увидел, как тот смотрит на его губы и покусывает свои. Брюнет лишь разъярённо посмотрел и отпустил Антона, уходя в корпус.
***
Антон тянется ко мне за поцелуем, но тот лишь улыбается уголком губ. Он всё же прижимает меня к кровати и нависает. Дышит мне в шею, притирается своим стояком к моему. Поднимает голову и смотрит мне в глаза. Улыбается и, схватив меня за шею, чтобы не уворачивался, вжимается мне в губы. Его губы грубые, обветренные, но они так нежно целуют мои, что я начинаю таять. Он разжимает руку на моей шее и ведёт ей по груди, животу и дальше. Сжимает твёрдый бугорок в штанах. Я чуть шиплю в его губы. Он начинает поглаживать ствол через штаны, ощупывая его. Поднимается рукой, отодвигает край чёрных спортивок. Антон берёт мой член в свою руку, прерывает жаркий поцелуй наших губ и шепчет, почти задыхаясь: — Такой грязный извращенец… — Ч-что?***
Открывает глаза и видит перед собой, ту самую перегородку между кроватями. — Бля-ять, — шепчет в пустоту и закрывает глаза ладонью. — Это опять просто сон… — от безысходности ему хочется плакать, потому что влажный стояк снова упирается ему в шорты. Он берёт с общей тумбочки телефон и видит «2:43». — Бля ещё столько времени можно поспать, но этот чувак, видимо не хочет, — разговаривает он не пойми с кем, но обращается к своему члену, как к «чуваку». Он понимает, что спать охота, но если он будет ждать, пока член сам опустится, пройдёт уйма времени. Поэтому выдыхает и поднимает голову смотря, спят ли все. Вроде спят. Он зависает на лице Антона, чей рот так призывно открыт, а из него течёт слюна. Русоволосый снова не укрылся одеялом и руку закинул выше головы. Его голова лежит затылком на подушке. Другая рука лежит на животе голого торса. Его мышцы слегка напряжены и при вздохе его живот втягивается и проявляются кубики пресса. Глаза Гриши идут дальше и от его глаз не укрывается та самая блядская дорожка волос, которая уходит под край шорт. И у Гриши руки чешутся её отодвинуть, потому что спускаясь глазами он видит вполне торчащий себе бугорок. Нога Антона согнута в колене и облакачена на эту перегородку, ведь кровать не очень рассчитана на таких высоких. Гриша не удерживается и трогает безволосую коленку друга. И только от мысли, что он вот так к нему прикасается, заставляет его бабочками затрепетать в животе, а член дёрнуться. Он чувствует, что возбуждается сильнее. Смотрит на блаженное лицо Антона, как сведены его бровки, как тот жмурится от сна. Гриша положил голову на эту деревянную перегородку, подкладывая под щёку руку. Чуть садится и впивается взглядом в фигуру Антона. Запускает руку в шорты и берёт член, пережимает его у основания. Ему придётся быть тихим, чтобы никого не разбудить. Он чувствует какой влажной стала его головка, водит рукой по стволу и ласкает большим пальцем уздечку. Смотрит на такого красивого Антона. Он так сладко спит. Такой расслабленный, уязвимый, невинный, нетронутый. Он смотрит на его белоснежную грудь. На коричневые сосочки, что стали твёрдыми из-за неожиданного дуновения ветерка из приоткрытого окна. Один ореол соска вытянулся из-за поднятой руки Антона. Грише нравится смотреть, как его грудь спокойно вздымается. Ему нравится думать о члене Антона. Наверное он очень красивый, как и сам Антон. Среднего размера и с крупной головкой. Он представил, как берёт в руку его разгорячённый член и ласкает. А Антон громко вздыхает ему в губы. И возбуждённо смотрит в глаза своими голубыми. Гриша надрачивает свой член, начиная чуть поскуливать от того, что чувствует приближение оргазма. Он чуть прикрывает глаза, но продолжает упорно смотреть на лицо русоволосого. Вдруг глаза Антона приоткрываются и тот улавливает голову Гриши, который смотрел на него. Гриша сразу отскочил, вынул руку из шорт и прикинуться спящим. Но учащённое сердцебиение, часто вздымающаяся грудная клетка и стоящий член в шортах палят его со всех сторон. — И что же мы тут делаем? — чуть приподнимаясь и заглядывая за перегородку, спрашивает у Гриши голубоглазый. Он поднимается и странной походкой из-за стояка идёт к кровати Гриши. Тот всё же открывает глаза, понимая, что его уже спалили и притворятся сейчас выглядит глупо. — Двигайся, — уже подойдя, шепчет Антон. Гриша двигается на одноместной кровати ближе к перегородке. Антон ложится рядом к нему лицом и наконец, удобно уложившись, утихомирился.Тот в темноте смотрит ему в глаза. Антон положил свою руку на щёку Гриши. Большим пальцем он поглаживал загорелую кожу. После палец спустился к губам, на которые давно запал Антон. Он чуть надавил на нижнюю и посмотрел в глаза Гриши. — Хочешь меня поцеловать? — спрашивает Антон шёпотом. В ответ получает кивок и видит дёрнувшийся кадык от сглатывания. Русоволосый смотря на губы, облизнул свои. И приблизился к губам напротив. Его рука опустилась на подбородок и он придвинул голову несопротивлявшегося Гриши. Их губы соприкоснулись в пробном поцелуе, а брюнет уже затрепетал от блаженства. Антон чуть отодвинулся и посмотрел в карие глаза, в которых мигало красным светом: «Ещё.Ещё.Пожалуйста.Я весь твой». Он улыбнулся, а после снова прижался губами к Гришиным. Гриша тоже начал действовать и углубил поцелуй, сминая желанные губы. После Антон чуть оторвался, вдыхая кислород, а после вернул поцелуй. Запустил язык в такой невинный ротик Гриши. А тот робко пустил в ход и свой язык. Рука Антона провела по голой груди Гриши. Он был очень горячий. Он слегка провёл по горошинкам сосков. И Гриша сладко промычал в его губы. Они так блаженно целовались, будто ждали этого всю свою жизнь. Антон кончиками пальцев вырисовывал узоры на торсе Гриши, тем самым распаляя его. Так и случилось. Гриша не выдержав, своей рукой схватил ладонь Антона, не разрывая поцелуй, положил её на свой бугорок. Тот сжал рукой мокрый ствол. Все шорты Гриши промокли. Свою же руку Гриша положил на бугорок Антона. А после, отдвинув пальцами край шорт, запустил руку. Русоволосый чуть приподнял бёдра и приспустил шорты. Их губы продолжали сладко впиваться друг в друга с перерывами на вздох, но никто не хотел отрываться, так что таких моментов было мало. Гриша обхватил ствол Антона и начал надрачивать возбуждённую плоть. Русоволосый проделал тоже самое с Гришей и оба приглушённо мычали в поцелуй. Нельзя было издавать громких звуков поэтому им приходилось глушить их из-за спящих соседей. Они обоюдно ласкали стволы друг друга. А после Антон прижался сильнее к брюнету. И соприкоснулся с ним стволами. Разгорячённые ребята, лишь ахнули от восторга. Им было так хорошо, несмотря на то, что постель под ними была мокрая, с них лил пот, они оба задыхаясь в душной комнате. Но это всё было мелочами, по сравнению с тем, что они делают друг с другом. Антон, не переставая, целовал истерзаные красные губы Гриши. Они тёрлись стволами друг о друга. Их руки вместе двигались на членах. Их общий темп накрыл с головой. Гриша оторвался от губ Антона и опустил голову, смотря вниз на происходящее. — Все-таки красивый, — прошептал, срываясь, Гриша. — Что? — не понимая, спрашивает, русоволосый. Гриша снова поднимает голову и смотря в голубые глаза напротив, шепчет: — У тебя красивый даже член… — улыбаясь, еле шёпотом проговаривает в губы Антона. Они смотрят друг на друга и улыбаются. Ласкают друг друга. Антон опускается губами к шее Гриши. И целует в кадык. Нежит поцелуями всю шейку и опускается на ключицы. Стягивает рукой шорты Гриши. Оглаживает бёдра, а после ягодицы. — А у тебя красивая задница… Не могу перестать думать о ней с тех пор как увидел тебя, — он поднимает взгляд на удивлённого Гришу. Тот закусил губу на слова русоволосого и следил взглядом за действиями любовника. — У нас мало времени… — шепчет Гриша. Антон возвращает голову на подушку. Показательно облизывает пальцы, от чего брюнет сглатывает, и рукой возвращается к заднице Гриши. Он чуть отодвигает ягодицу и пальцами поглаживает дырочку. Гриша всё ещё надрачивает их стволы, пока любовник дразнил его прикосновениями в укромном месте. — Я уже, — беспомощно скулит Гриша. — Т-тоже, — шепчет Антон, закусывая губу. Их обоих уже потряхивает. Они мокро уткнувшись лбами, дрожали, выплёскиваясь друг на друга. — Да вы трахнитесь или нет сегодня?!
Примечания:
Опять же жду отзыв🐝
