Не в своем времени

1878 Баттосай стоял возле дверей Аойи. Саноске и Яхико до сих пор не вернулись, и, судя по звукам, продолжали ругаться там, за углом. У него создалось впечатление, что этот спор не предназначался для его ушей. и поэтому он старался их не слушать. - Кеншин? Баттосай обернулся и увидел девушку, стоящую на верхней ступеньке крыльца. Теперь, находясь в здравом рассудке и, увидев ее совсем близко, он понял, , что на Томоэ она совсем не похожа. - Каору-доно… Она улыбнулась, но как-то нервно…Поскольку было видно, что она встревожена, он тоже изобразил подобие улыбки. - Я обещала Мисао и Окине, что схожу за рисом и тофу, а потом приготовлю обед… - Окине?- удивленно переспросил он. Каору нахмурилась: - Ну да. Деду Мисао, хозяину Аойи - Ну да… Это имя Саноске точно не называл…Интересно, о ком еще он забыл ему рассказать? Каору снова попыталась улыбнуться. чтобы скрыть свою тревогу, при этом совершенно позабыв. что он умеет читать Ки… - Может, сходишь в лавку вместе со мной. Кеншин? Мегуми-доно говорила. что свежий воздух будет тебе полезен… Кеншин не знал, что ответить, и посмотрел в ту сторону. куда удалились Саноске и Яхико..Ну где они там..? - Но если тебе еще трудно, то лучше не надо! Покупки не тяжелые, так что я могу справиться и сама…Я просто подумала….Ладно, не волнуйся, я сама прекрасно схожу… Она спустилась вниз с крыльца..Баттосай чувствовал в ее Ки разочарование, к тому же, он чувствовал дискомфорт от того, что она почему-то волнуется за него…И вместе с разочарованием и волнением, он почувствовал какое-то подозрение….Похоже, эта девушка знала его ближе, чем остальные. Что же делать?..В конце концов, это всего лишь поход в лавку..Он вполне в состоянии пройтись по Киото с этой девушкой и купить рис и тофу…И, может быть, потом она оставит его в покое… Он сбежал с крыльца и догнал ее: - Давайте я понесу рис. – сказал он , - Вы же не сможете донести всё… Даже не глядя на нее, он мог сказать, что она обрадовалась. - Хорошо, - сказала она, - Тогда я понесу тофу…И еще нам нужно купить соль, и соевый соус. и… Она что, весь магазин скупить собралась?! Баттосай не ответил. Они шли по оживленной улице, и все смотрели на него. Впрочем, это было понятно – рыжий парень в розовом, да еще и с запрещенным мечом за поясом…Но все еще было трудно не представлять себе. что вот-вот из-за угла покажется патруль Шинсенгуми. Машинально он прибавил шагу и пошел впереди, выискивая места для отступления и стараясь затеряться в толпе. Каору молча шла за ним, пока он не оказался на небольшой улице, почти пустой, и не осознал, что понятия не имеет, где расположены лавки в этом Киото… Расстроенный этим, он повернулся к Каору, и та удивленно посмотрела на него. - Простите, Каору-доно. Кажется, я куда-то не туда зашел… Она улыбнулась, но не смогла скрыть беспокойства. - Ничего страшного . Кеншин. Мы только чуть-чуть сбились с пути… Она попыталась взять его за руку, чтобы показать, куда идти – но он дернулся от ее прикосновения, словно обжегшись… - Кеншин?! Он едва не схватился за катану, снова ощутив полузнакомый Ки поблизости. Он излучал одновременно агрессию и любопытство…но однозначно враждебным его нельзя было назвать… Вспомнив, что он обещал Саноске, Баттосай заставил себя не трогать меч…Сейчас не время разбираться с этим….. - Кеншин?! - Пожалуйста, идите вперед, Каору-доно, - сказал он Она молча кивнула, и на этот раз не стала прикасаться к нему, а просто пошла по улице в строну лавки. А он, так же молча, последовал за ней." Сано, наконец, показался из-за угла. - Извини, Химура, нам надо было кое-что обсудить… Мрачный Яхико плелся за ним. - Ага, конечно, «обсудить»….-ворчал он себе под нос. Он не смотрел, куда идет, и поэтому налетел на Сано, который ни с того ни с сего остановился , да так и стоял столбом. - Где он?! – Сано крутил головой туда и сюда, но Баттосая и след простыл. Даже сидя на крыльце, на виду у людей, тот явно испытывал дискомфорт, так что вряд ли ему пришло в голову прогуляться по Киото в одиночку…Во всяком случае, Сано на это надеялся… - Химура! – позвал он на всякий случай еще раз, но, понятно, никто ему не ответил. - К’со! – выругался Сано и побежал внутрь Аойи…может быть, он где-то там? В кухне никого не было, так что Сано побежал прямо в комнату Кеншина и отодвинул дверь…И тут никого! Это было плохо. Может, посмотреть в других комнатах? - В чем дело? – недовольно спросил Яхико, встав в дверях - Отойди с дороги, чучело! – рявкнул Сано. Яхико стиснул зубы, но не стал возмущаться, а вместо этого спросил: - Чего это с тобой такое? - Он исчез, бака! Ты не понимаешь, как это плохо? - Ну и что такого? – спросил Яхико, - Может, просто пошел прогуляться? Раз он родственник Кеншина, то, наверное уж, может за себя постоять, если что. А Мегуми сказала, что свежий воздух ему полезен… Сано закатил глаза и сполз по стене на пол: - Ты в своем уме? Он пошел прогуляться по Киото? Подышать воздухом? Яхико захлопал глазами.Он совершенно ничего не понял. - Яхико, ему не нравится находиться среди толпы, понимаешь? Он неуютно себя чувствовал, даже сидя тут, на крыльце. Он не пойдет гулять по городу… - Но почему? – допытывался Яхико - Потому что он еще болен, бака! И с головой у него не все в порядке. он все время думает о Бакумацу, и к тому же, он не давал клятвы не убивать..Так что он, похоже, сейчас ходит по Киото с катаной за поясом. - А, - до Яхико , наконец, дошло. Они переглянулись. - Надо его найти, - сказал Сано Яхико кивнул и пропустил Сано вперед, к выходу: - Ты думаешь, он..может кого-нибудь убить? Сано обернулся: - Если ему придется кого-нибудь защищать, то может… Баттосай стоял в одиночестве возле лавки…Кто-то всю дорогу следил за ними, и у него было ощущение, что именно он является главным объектом этой слежки… Темно-фиолетовые глаза Баттосая внимательно изучали толпу…Ни у кого за поясом не было запрещенных мечей. Ни у одного не было. Они все были хорошими, законопослушными гражданами…Но что они будут делать, если вдруг кто-нибудь решит напасть? Он перевел взгляд на Каору, которая в данный момент покупала тофу…А что он сам будет делать, если кто-то нападет? В эпоху Мэйдзи, несмотря на то, что мечи запрещены, я нарушаю закон и ношу сакабато…Почему? Какой смысл в катане с обратной заточкой? В чем смысл, если я не смог защитить тех, кого люблю, даже обычной катаной? Он попытался прогнать из головы мысли о Томоэ. Нет. Это Мэйдзи, а не Бакумацу. Никто не нападет на меня из засады. Никто не похитит Каору-доно и не попытается использовать ее. чтобы добраться до меня..Те времена прошли, наступила мирная эпоха…. Но раз так, для чего мне сакабато? Так и не найдя ответа, он продолжал стоять у дверей лавки, наблюдая за Каору – или, скорее, охраняя ее… 1865 Кеншин быстро шел по тихим полутемным коридорам. Было уже поздно, и те из постояльцев, кто не был на задании, тихо сидели в своих комнатах. Это было условие хозяйки. Она предоставляла им кров до тех пор, пока они не начинали привлекать внимание посторонних к ее гостинице. Шум, особенно в ночные часы, мог стать серьезной проблемой, и она требовала тишины, и не раз говорила, что у нее приличная гостиница, а не бордель. Это было негласное правило, но все люди Кацуры знали, что если ты не на задании, то изволь по вечерам сидеть в своей комнате и не шуметь. Самого Кеншина это правило особо не касалось, поскольку он очень редко бывал здесь в ночные часы. Но сейчас он был благодарен своему командиру – вероятность кого-то встретить, пока он идет к Кацуре, была намного меньше. Он быстро дошел до комнаты Кацуры – и остановился, не решаясь войти… Кеншин на секунду закрыл глаза, пытаясь собраться с мыслями… С одной стороны, именно Кацура послал Кеншина убивать. Именно Кацура сделал его Баттосаем. Но, с другой стороны, он не принуждал Кеншина к этому – тот согласился добровольно, а Кацура лишь принял его на службу…И, к тому же, он не мог сказать, что Кацура просто использовал его. Ведь это он дал Кеншину Томоэ….и он был достаточно мужественным человеком. чтобы признать свои ошибки и извиниться за них…Поэтому Кеншин относился к Кацуре с уважением, и очень расстроился, узнав о его смерти (хоть и не показывал этого)… Он не был уверен, что готов вновь увидеть своего командира живым…Но некогда было стоять возле двери и заниматься самокопанием . И Кеншин постучал в дверь… - Войдите, - послышалось из комнаты. Кеншин вошел , закрыв за собой дверь. Кацура был один. Его женщина, Икумацу, которая часто приходила к нему, уже ушла… Кацура поднял глаза от своей тарелки , и увидел Кеншина. И тут же забыл про ужин. - Химура! – воскликнул он, - Ну наконец-то! Проходи, садись… Кеншин поклонился и опустился на татами напротив Кацуры. - Юсиро уже доложил о том, что случилось, - сказал Кацура, - Я рад, что ты жив. Мы боялись, что…. Он замолчал и покачал головой: - Я вижу, Юсиро не преувеличивал, когда сказал, что ты серьезно ранен… Кеншин отвел глаза: - Ничего страшного, - сказал он, - Бывало и хуже. Кацура кивнул: - Да, конечно… - Как Юсиро? – спросил Кеншин - Он освобожден от заданий на несколько дней…и просто счастлив, что остался в живых. ..Мы должны были предвидеть, что можем попасть в засаду…Как я понимаю, тот шпион, которого ты убил позапрошлой ночью, был не единственным.. Они знали о сегодняшнем задании. - Но это не повредит Оками-сан? – спросил Кеншин, все еще не глядя на Кацуру. - Нет. Не только у них есть шпионы…Они до сих пор не знают, что в этой гостинице живут наши люди, потому что по вечерам все тихо сидят по комнатам…Это нас вполне устраивает, только надо быть осторожнее… - Так вот как Сайто узнал, что я исчез..- прошептал Кеншин себе под нос Кацура внимательно оглядел своего хитокири. Что-то показалось ему странным. - Химура. – вдруг сказал он, - А почему ты не смотришь на меня? - Кацура-сан? – Кеншин попытался изобразить удивление и перевел взгляд с пустой миски на мотылька, кружащего над лампой. - Ты ни разу не взглянул на меня с того момента, как вошел сюда… Кацура еще раз пристально посмотрел на него: - С тобой что-то не так…Ты какой-то..не такой, Химура. Мотылек подлетел близко к лампе, и его крылья вспыхнули. Кеншин наконец взглянул прямо Кацуре в глаза: - Я не уверен, что смогу это объяснить, Кацура-сан,…И даже если смогу. вряд ли вы поверите мне… В тусклом свете лампы Кацура увидел, что глаза его хитокири изменили цвет…Да не только цвет – они были..другими…И почему-то за поясом у Баттосая был всего один меч. Он еще долго разглядывал Кеншина, а потом, наконец, сказал: - И все же-попробуй объяснить…