Право выбора

Когда Драко пришёл в себя, за окном снова стемнело. Настолько уязвимое положение его начало доставать. Нужно будет поговорить с Грейнджер, что ли. Не то чтобы хотелось жаловаться, но позволять Поттеру копаться в своих мозгах он не собирался. Пусть разбирается со своими разногласиями с Уизли сама, раз решила не говорить рыжему болвану, что не он один в ней заинтересован. Раздавшееся у окна шуршание привлекло его внимание, и он повернул голову. Увиденное поразило его. За столом сидела Грейнджер, что-то проделывавшая с галлеонами волшебной палочкой. Свет от лампы слабо освещал её сосредоточенное лицо, на щеке красовалось пятно от чернил, волосы традиционно растрёпаны, несмотря на героическую попытку связать их в хвост. Повсюду были разбросаны свитки, перед ней лежал учебник по чарам, который Драко сразу узнал. Ни одна из студенток Слизерина никогда не позволила бы себе предстать перед кем-либо в подобном виде. Драко вспомнил, сколько раз сам получал по пальцам тростью Люциуса за малейшую кляксу на пергаменте или пятно чернил на мантии. Волшебнику не пристало выглядеть небрежно, об этом он знал с раннего детства. А вот Грейнджер не знала. Она не любила использовать перья для письма, они были ей непривычны. Иногда он видел в её руках какую-то щёлкающую штуку, которую использовали для письма магглы. И когда Гойл и Забини подняли её на смех за это, Грейнджер высокомерно ответила, что это странное нечто намного удобней пера. Она, нисколько не смущаясь, брала лучшее из магического и немагического миров. Она сама была воплощением их пересечения. Она была тем, что Лорд Волдеморт желал уничтожить. Тем, против чего и сам Драко согласился сражаться в этой войне без права изменить сделанный год назад выбор. Отметина на его руке была тому подтверждением. Пусть на время она перестала его терзать, он давно свыкся с тем, что отныне ему суждено постоянно ощущать её безмолвное присутствие в своей жизни. — Как ты? — тихо спросила Гермиона, заметив, что он пришёл в себя. — Миссис Малфой вряд ли планировала, что побег с нами обернётся тем, что тебя постоянно нужно будет лечить. — В мэноре в этом году тоже приходилось часто, так что не комплексуй, — хрипло отозвался он и закашлялся; Грейнджер быстро наколдовала стакан воды и левитировала ему. — Собрания Пожирателей, Тёмный Лорд, Круциатус и все прелести сделанного выбора. Спасибо, — кивнул он, взяв подлетевший стакан в руку. — Слушай, прости, что так вышло с Роном и Гарри, — она виновато посмотрела на него. — Эта моя прямолинейность… Рон спросил, о чём мы с тобой говорили, когда я ночевала в твоей комнате. Мне следовало соврать. Я же просто отказалась отвечать. Не думала, что это заставит его переступить черту. Ещё и Гарри втянул в это… — она укоризненно покачала головой. — Уизли можно понять. Полагаю, ты его заинтриговала, — пожал плечами Драко. — Ему следовало просто доверять мне, а не опускаться до низости наподобие чтения мыслей! — повысила голос Гермиона, чувствуя, что вновь начала злиться. — Или ты могла бы сказать правду, Грейнджер, — фыркнул Малфой. — У нас и без этой правды достаточно проблем, — отрезала та, на корню закрывая неудобную для неё тему чувств Драко. — Вообще, я бы хотела с тобой поговорить, — продолжила она, — но, если ты плохо себя чувствуешь, то разговор можно перенести. — Всё в порядке, — кивнул Драко. — Я тебя слушаю. — Твоя мать попросила забрать тебя из поместья, чтобы ты мог увидеть, что означает быть на другой стороне, — начала она, решившись раскрыть ему истинные мотивы леди Малфой. — Как она выразилась, рассмотрел варианты. Так вот, полагаю, ты видел достаточно. Что бы ты ни думал, мне не доставляет удовольствия наблюдать за твоими мучениями из-за метки, Малфой. Она заправила за ухо выбившуюся прядь волос. Драко жадно проследил за её жестом, прекрасно осознавая, куда она клонит. Гермиона собирается вернуть его в мэнор. И ему никогда не будет суждено узнать, каковы всё-таки её локоны на ощупь. А ведь Драко имел возможность провести по ним рукой, когда она уснула в его комнате… Тогда она казалась ему такой маленькой на его огромной кровати… Как же хотелось просто погладить её по голове, прошептав, что весь этот кошмар закончился, что он больше никому не позволит причинить ей боль… Вот болван, почему он этого не сделал? Стало грустно. — К чему ведёшь, Грейнджер? Погостил, пора и честь знать? — усмехнулся Малфой, как всегда в подобных случаях подключив свою браваду, чтобы голосом не выдать внутреннего разочарования. — Как только твоя нога будет в порядке, у меня не будет поводов больше тебя здесь удерживать. Твоя мать выполнила свою часть договорённости, я — свою, — продолжила Гермиона, не подозревая о буре чувств, что вызвали в его душе эти слова. — Я могу отпустить тебя вместе с вашей книгой, в любом случае в моих руках она немногим полезней справочника по травологии, — вынуждена была признать она. — Палочку Нарциссы тоже верну, чтобы ты смог трансгрессировать. Прости, но мне придётся скорректировать твои воспоминания, ты слишком часто пересекаешься Сам-Знаешь-С-Кем, мы не можем так рисковать. Ты будешь помнить, что тебя якобы похитили, чтобы ты снял с меня отслеживающее заклинание, и что как только ты это сделал, мы тебя отпустили. — Звучит очень разумно, — кивнул Драко. — Полагаю, ты уже за меня всё решила о том, что, рассмотрев варианты, я сделал выбор в пользу Тёмного Лорда? — Я не знаю, — Гермиона опустила глаза, в свете лампы тени ресниц на её щеках казались неправдоподобно длинными. — Мне подумалось, что после того, что с тобой сделали Гарри и Рон… Ты вряд ли ощутил разницу между двумя сторонами, — она судорожно сглотнула и решилась поднять на него подозрительно заблестевшие глаза. В ответ Драко расхохотался так громко, что Гермиона порадовалась, что предусмотрительно поставила на комнату заглушку. В противном случае он перебудил бы весь дом. — Грейнджер, ты про то, что гриффиндорские котята умеют царапаться? — он продолжал смеяться. — Да после этого я на самом деле начал верить, что Поттер способен победить! Говорят, Шляпа предлагала ему Слизерин? Теперь я действительно думаю, что он бы потянул! — Гарри не думал, что всё так обернётся, — почувствовала себя обязанной заступиться за друга Гермиона. — Он… Он не сведущ в колдомедицине и не мог знать, чем при твоём состоянии может закончиться подобное вмешательство. — О том, что ваш Избранный не обременяет себя теорией, я догадался уже после Сектумсемпры, — легко отмахнулся Драко от её слов, словно давно простил Гарри ту дуэль. — Дело не в фактическом вреде, но то, что Святой Поттер полез читать чужие мысли… Раньше я не думал, что он на такое способен. Тёмный Лорд его недооценивает. Помню, они с отцом смеялись над тем, как он пытался выиграть дуэль Экспеллиармусом. Так что это шанс, Грейнджер. В самоуверенности Риддла ваша сила. Гермиона открыла было рот, но не нашлась, что ответить. Драко меж тем продолжил. — Да, кстати, тебя тогда в подвале не было, уж поверь, я наговорил такого, что то, что Уизли не задушил меня ночью подушкой, уже огромный успех! — продолжил ёрничать он. — Прекрати! — воскликнула Гермиона. — В этом нет ничего смешного! — Слушай, как бы мне ни было приятно, что ради меня ты, по всей видимости, устроила Поттеру и Уизли взбучку, но ей-Мерлин, до Круциатуса Долохова им далеко! Я не хочу воевать на стороне Тёмного Лорда. Но, если вернусь в мэнор, иных вариантов не будет, — Драко отмахнулся. — Если у меня на самом деле есть право выбора, я предпочёл бы остаться с вами… — внезапно серьёзно проговорил он, неожиданно для Грейнджер резко сменив тон. — Ты действительно этого хочешь? — изумлённо посмотрев на него, Гермиона перевела задумчивый взгляд на лежащие на столе галлеоны, словно вновь мысленно возвращаясь к какой-то задаче по нумерологии, которую она пыталась решить; Драко хорошо помнил этот её взгляд со времён Хогвартса. — Я была бы не против. Ты мог бы нам помочь. Уникальная книга из вашей библиотеки слушается тебя… Проблема в метке, — продолжила она, словно вновь и вновь рассуждая вслух. Так, словно обдумывала уже достаточно долгое время вариант того, что он может захотеть остаться и помогать в их миссии. Словно хотела на самом деле дать ему право выбора. — Пока она на твоей руке, держать тебя здесь — просто садизм. Я на подобное не соглашалась, — протянула Гермиона. — Тогда ты сама всё понимаешь, — Драко горько усмехнулся. — Я иду с ней в комплекте. — А что, если нет? — задумчиво произнесла она так буднично, словно рассматривала возможность выпить послеобеденный чай, а не сделать то, чего никому и никогда не удавалось. Малфой замолчал, анализируя услышанное, после чего вновь расхохотался. — Конечно, ведь так элементарно — убрать то, что создал Тёмный Лорд! — он понимал, что это истерика и вряд ли он станет более привлекательным мужчиной в глазах Гермионы после такого, но, Мерлин, как иначе реагировать на тот бред, что она несла, просто не знал. — Игорь Каркаров, профессор Дурмстранга, блестяще владеющий Тёмной магией, не нашёл способа её убрать, зато Гермиона Грейнджер, хогвартская недоучка, справится! — продолжал потешаться Драко. — Если мыслить примитивно и полагать, что от тёмной магии поможет только тёмная магия, то, разумеется, шансов нет, — Гермиона предпочла проигнорировать издевательский тон Малфоя. — У меня другая идея. Если ты готов попытаться, конечно. Решать тебе. — Снова право выбора? — криво усмехнулся Драко. — Полагаю, что да. Или можешь и дальше оправдывать себя тем, что у тебя не было вариантов, кроме как слепо следовать выбору отца, — Гермиона снова склонилась к свиткам, отвернувшись от него. — Это был билет в один конец, Грейнджер, — резко перестав смеяться, серьёзно проговорил Драко. — Ещё никому не удавалось от этого избавиться. Своё право выбора я давно использовал. Если тебе интересно, в тот момент я был в восторге от того, что вошёл в круг Пожирателей Смерти. — Мне хочется верить, что должен быть шанс что-то изменить для подростка, сделавшего неверный выбор в шестнадцать лет! — горячо воскликнула она, резко соскочив со стула, отвернувшись от него и подойдя к окну. — Единственный мой шанс — победа Поттера, — не согласился Драко. — Тогда некому станет меня призывать. А пока можно просто пережидать плохие периоды. Паршиво, конечно, но перетерпеть реально. По крайней мере, это более адекватный план, чем пытаться свести Метку, — парировал он. — Кстати, справедливости ради, не только мой Лорд использует подростков в своих целях. — Профессор Дамблдор всегда нам помогал! На Рождественских каникулах на шестом курсе он уничтожил один из крестражей! И продолжал бы помогать, если бы не предатель Снейп! Тебя же отправили на верную смерть! Если бы Дамблдор попытался защищаться, мы бы с тобой здесь сейчас не спорили! Тебя просто уже не было бы в живых! — горячо воскликнула Гермиона, вновь повернувшись к Малфою и смело встретив его насмешливый взгляд. — Грейнджер… — практически с жалостью посмотрел на неё Драко. — Если бы не Северус, Дамблдора убил бы кто-то другой. Пусть не я, ты права, у меня кишка тонка. На Астрономической башне в ту ночь было полно Пожирателей Смерти. Пожирателей, которых я впустил в замок, — исподлобья посмотрел он на Гермиону. — Туда, где полно беззащитных детей, я впустил кучу подонков, в том числе Сивого! Действительно всё ещё считаешь, что я заслуживаю второго шанса? Что можно стереть метку, будто ничего этого не было? — Ты опустил палочку! Я это знаю, Гарри говорил. Ты бы не убил его! — не согласилась Гермиона. — И нас ты не выдал. В поместье ты не сдал нас Беллатрисе. — Слушай, Гермиона… — вырвалось у Драко, от чего он запнулся, поразившись тому, насколько непривычно прозвучало её имя из его уст. — В любом случае мы ведь просто обсуждаем гипотетическую возможность якобы избавиться от метки. Не вижу смысла спорить, — он сглотнул, чувствуя, что в горле вновь пересохло. — Если ты хочешь, я останусь и буду вам помогать. Просто не всегда буду в форме, так сказать. — Как думаешь, сколько ты пролежал без сознания, Малфой? — внезапно задала она вопрос. — За окном ночь. Несколько часов, наверное, — пожал плечами Драко. — Три дня! — Гермиона продолжала смотреть ему в глаза, практически сверлила взглядом. — Одно Протего лишило тебя сознания на три чёртовых дня! — он с изумлением услышал, что её голос дрожит. Она что, переживала за него? Посмаковать эту мысль не удалось — Грейнджер продолжила говорить: — Как ты собираешься нам помогать, если эта мерзость настолько сильно карает за неподчинение приказу?! Крыть было нечем. Драко чётко осознал, что сейчас у него только один выбор: метка или Гермиона. Точнее, возможность хотя бы некоторое время продолжать быть рядом с ней. Смотреть на её непослушные волосы, испачканные чернилами щёки, дышать одним воздухом. Полное безумие. Младший Малфой не был готов к тому, что ему доведётся вновь рассматривать подобную альтернативу. Это было просто нечестно. Для него всё стало решено в конце пятого курса, когда по вине Поттера и его грёбаного отряда Дамблдора, к которым присоединился весь Орден Феникса, отец Драко загремел в Азкабан. У того не было иных вариантов, кроме как стать главой семьи и взять на себя ответственность за провал Люциуса и Беллатрисы. Лелеемая в глубине души надежда на то, что однажды Гермиона посмотрит на него другими глазами, была слишком эфемерной, чтобы сравнивать её с теми проблемами, которые сулил бы отказ принять метку. Да и, чего уж там, тогда Драко ещё наивно полагал, что Риддл, в отличие от ненавистного Дамблдора, действительно в него верит, считает Избранным, а потому доверяет столь сложное задание. Он обязан был заботиться о матери и вернуть семье расположение Тёмного Лорда. Драко искренне гордился тем, что получил метку приближённого последователя, а все глупые мечты следовало оставить глубоко в подсознании, что он с успехом и сделал. Впрочем, не это ли тот шанс, о котором он так мечтал? Если Драко нужен Гермионе в этой миссии, он там будет. Кроме того, это наверняка просто безыскусная проверка на вшивость с её стороны. Она явно лишь хотела убедиться, что он на самом деле готов воевать на другой стороне. — Грейнджер, ты действительно предлагаешь попытаться избавиться от этого? — он поднял левую руку, демонстрируя предплечье. — Если ты готов попробовать, то да, безусловно, — решительно кивнула та, отметая все его надежды на то, что ею рассматривалась эта возможность лишь теоретически. — Правда, это будет весьма рискованно, не говоря о том, что мы можем погибнуть в процессе. Но если ты готов, я попытаюсь тебе помочь. Гермиона судорожно вдохнула, закончив эту фразу. Она ещё не оправилась от страха из-за магической комы, которую Малфою случайно устроили её друзья, а потому действительно готова была рисковать. Он спас ей жизнь, хотелось отплатить той же монетой. — А ты умеешь уговаривать, — усмехнулся Малфой. — Давай излагай свой гениальный план. Поведай мне, что я упустил, когда перерыл всю библиотеку мэнора, посвящённую магическим татуировкам, но не нашёл ни одной малейшей возможности даже попытаться. Я сотни раз просматривал в Омуте Памяти церемонию посвящения. Это заклинание слишком мощное и тёмное, практически невозможно найти контрзаклятие. — Ты и раньше искал возможность убрать метку? — удивлённо подняла брови Гермиона. — Но почему? Настала очередь Драко замолчать и отвести взгляд. Пауза в разговоре затянулась, когда он, наконец, решился ответить: — Потому, что это был неверный выбор…