Право выбора

Едва их ноги коснулись земли, тишину Хогсмида разрезал резкий звук Оповещающих чар. Из «Трёх Мётел» моментально выскочили Пожиратели Смерти, вооружённые палочками. Рон направил на них отобранную у Хвоста палочку в ответ, но Гермиона быстро перехватила его руку, помотав головой. Их было слишком много, пытаться устроить магическую дуэль было равносильно самоубийству. — Поттер, выходи, мы знаем, что ты здесь! — раздался крик одного из Пожирателей. — Акцио, мантия! Все четверо вцепились в мантию-невидимку, однако оказалось, что эта мера была излишней: Призывающие чары не сработали, оставив им слабую надежду выпутаться из этой передряги. Ребята, пятясь, быстро свернули в переулок. Пожиратели Смерти сновали повсюду, чувствуя близость перспективы выполнить приказ Тёмного Лорда, который до этого с треском провалили лучшие из его последователей. — Надо трансгрессировать… — едва слышно прошептала Гермиона. — Это очень опасно, их слишком много. Нам необходим новый план. Ей стало очевидно, что Малфой не преувеличивал, говоря, что их будут ждать. Признаться, Грейнджер рассчитывала, что трусоватый слизеринец перестраховывается, рассказывая о потенциальной опасности попытки прорваться в школу, но теперь она в очередной раз убедилась, что он был прав. — Поздно, Грейнджер, наверняка они поставили барьер, — также едва слышно покачал головой Драко. — Ты в ловушку нас привёл? — сердито прошептал Рон. — Как и с заклятием Размножения? Про этот барьер тоже «забыл»? — Я как бы с вами здесь застрял, параноик чёртов! — прошипел в ответ Драко, смерив Уизли презрительным взглядом. — Я наложу Силенцио на вас двоих, ни одного заклинания нормально выполнить не сможете! — сердито вклинилась в очередную их перепалку Гермиона. — Нашли время спорить! — Нужно добраться до потайного хода в Хогвартс, — после лихорадочных попыток переиграть план, высказал предложение Гарри, вглядываясь в темноту ночной деревни и полностью игнорируя переругивания Драко и Рона. — Может, попробуем через «Сладкое королевство»? — Пусть сначала эта суета прекратится, — покачал головой Драко. — Пока лучше затаиться, не то налетим на кого-то из них впотьмах. — Давайте позовём дементоров! — донеслось до их ушей предложение одного из Пожирателей. — Они их вмиг найдут! — Тёмный Лорд хочет сам убить мальчишку! — прозвучал ответ. — От поцелуя никто не умирал! Зато потом Тёмному Лорду убить его станет легче! Если он или кто-то из дружков вызовут Патронуса, опять же — себя обнаружат! — А если это будет Патронус кого-то из жителей деревни? — продолжал спор другой. — Они тут только и делают, что дементоров гоняют, сами себя собьём! — Да прекрати, мы узнаем! — не согласился первый. — У Поттера это олень, у предателя крови Уизли — собака, у грязнокровки крыса какая-то вроде! — Выдра… — едва слышно пошевелила губами Гермиона, за что теперь уже все трое сердито уставились на неё. Гермиону затрясло. Они не смогут вызвать Патронуса, не выдав своего присутствия. Она понимала — им нужно исчезнуть. Никак иначе не спастись: — Выхода нет, надо пробовать трансгрессировать, придётся рискнуть… — прошептала она снова. — Если стоит барьер, нас расщепит, схватят всех тёпленькими и беззащитными! — не согласился с ней Драко. — Не паникуй, Грейнджер, дементоры чувствуют страх! В этот же момент по улицам пополз холод, стало тоскливо, будто вся радость пропала из этого мира. Казалось, даже звёзды исчезли с неба, сделав его серым и внушающим ещё большую безнадёжность. Дементоры приближались, они всегда особенным образом реагировали на присутствие Гарри, он был их лакомым кусочком. Этот факт, усиленный страхом Гермионы, не оставлял молодым волшебникам ни шанса на спасение. Их было не меньше десятка, они с хлюпаньем всасывали воздух, начав окружать ребят. Драко судорожно вдохнул. Потешаться над страхом Гарри перед дементорами было гораздо веселее, чем на своей шкуре ощущать их неминуемое приближение. Когда он был Пожирателем Смерти, то игнорировал их присутствие, будучи уверенным, что ему не причинят вреда. Он и сейчас мог запросто применить окклюменцию, запечатав свои эмоции, тем самым не представляя никакого интереса для охранников Азкабана. Проблема в том, что гриффиндорцы так не могли. Даже якобы обученный Поттер. Они привыкли рассчитывать на светлую магию Патронуса, вот только вызывать его сейчас было ни в коем случае нельзя. Если любой из Золотого трио попытается отбиться, они сразу себя обнаружат. Он же не умел этого. Заклинание Патронуса у него ни разу не выходило. В голову пришла шальная мысль о том, что можно вытолкнуть Уизли из-под мантии, чтобы выиграть время. Пока дементоры отвлекутся, он успеет наложить на шокированных Поттера и Грейнджер Империус, а потом заставить их бежать к тому потайному ходу, о котором ранее говорил Гарри… Не было другого выхода, чтобы спастись всем, а значит, попробовать стоило. На войне без жертв не обойтись. Объективно ведь это самый оптимальный выбор, Драко не лукавил, говоря, что Рона не жалко, он искренне считал, что именно им можно пожертвовать в случае крайней необходимости. Он не Избранный, не герой, не самый умный, даже не единственный наследник чистокровной фамилии, уж чего-чего, а сыновей у Артура Уизли хватало… Нужно было выбирать меньшее из зол. Это ведь ради Гермионы, он не позволит мерзким тварям высосать её душу. Рука Драко словно сама потянулась за палочкой… «В нынешние времена приходится выбирать из того, что легко, и того, что правильно», — зазвучал в его ушах голос Дамблдора. И тут Малфою-младшему пришлось признаться себе, что час назад он ляпнул про отравленную медовуху просто для красного словца, в пылу ссоры. Да, пока Гермиона не определилась, но Драко внезапно отчётливо осознал, что не желал Рону Уизли смерти. По всей видимости, гриффиндорцы с ним что-то сделали, раз он не мог себе позволить избавиться от двух своих проблем одним движением руки… Не мог обречь на жуткую смерть человека, с которым они ещё утром вместе ограбили Гринготтс. А ещё понимал, что если сейчас у него есть маленький шанс, что Гермиона выберет его, то в случае гибели Рона она ни за что не останется с Драко, даже если он сотрёт воспоминания о том, что стал тому причиной. Просто-напросто потому, что невозможно конкурировать с покойником. И раз Золотое трио не сможет вызвать Патронуса, чтобы не выдать собственного присутствия в деревне, это придётся сделать ему. Закрыв глаза и очистив разум, он вспомнил поцелуй Гермионы, её пальчики, запутавшиеся в его волосах, прикосновение к бархатистой коже её спины… — Экспекто Патронум! — произнёс Драко еле слышно. Серебристая львица, вырвавшаяся из палочки Нарциссы, бросилась на дементоров. — Эй, вон там! — раздались крики Пожирателей. — У кого это Патронус — кошка?! — спросил кто-то, подбежавший совсем близко. — Это явно местные, не обращайте внимания! Пожиратели пробежали буквально в нескольких дюймах от жавшихся к стене какого-то паба молодых волшебников. Внезапно где-то рядом заскрежетали задвижки и раздался голос: — Поттер, сюда, быстрее! За неимением лучшего варианта все четверо без промедления пошли на голос. Гриффиндорцы поспешили выбраться из-под мантии, Драко же счёл за благо пока не обнаруживать своё присутствие. Если окажется, что спасший их незнакомец на самом деле враг, то у Золотого трио останется в его лице дополнительная надежда на спасение. Бородатый мужчина, быстро впустив их, плотно закрыл дверь. — Ты заметила? — шёпотом спросил Рон у Гермионы. — Он похож… — На Дамблдора, да, — согласилась та. — Драко, оставайся под мантией,— попросила она, поддержав его идею, но не по той причине, о которой думал он сам, а потому что беспокоилась о нём. — Мы не знаем этого человека. В ответ Драко кивнул, хотя смысла в этом не было — Гермиона его не видела. Если этот неожиданный спаситель имел отношение к погибшему директору Хогвартса, вряд ли будет хорошей идеей бывшему Пожирателю Смерти после нескольких покушений на жизнь Дамблдора попадаться ему на глаза. Место, куда они пришли, как выяснилось, было баром «Кабанья Голова». Бородач, оказавшийся барменом, оглядев их, сердито пробурчал: — Как вы сюда попали? Зачем вас понесло в Хогсмид? — сердито спросил он. — Совсем головы потеряли?! Жить надоело?! — Спасибо, — проговорил Гарри, никак не отвечая на справедливые упрёки. — Вы спасли нам жизнь. Бармен хмыкнул, бросив на Мальчика-Который-Выжил пронзительный взгляд голубых глаз из-под очков. — Это вы послали Добби нам на помощь? — уточнил Гарри. — Я видел ваш глаз в зеркале, но помощь долго не приходила, уж было подумал, что мне померещилось. — Признаться, это было непросто, эльф не мог пробиться через антиаппарационный барьер. Благо его брат смог помочь, — заметил мужчина. — А где сам Добби? — Он был ранен, поэтому мы оставили его в безопасном месте, — пояснила Гермиона. Бармен кивнул, начав зажигать лампы палочкой. — Я вас знаю, — констатировал Гарри, вспомнив, отчего мужчина кажется ему знакомым. — Вы — Аберфорт Дамблдор. Бармен не подтвердил его слов, но и отпираться не стал, левитировав на столик перед камином незамысловатый ужин и пригласив ребят к столу. Драко в тот момент возненавидел гриффиндорцев всей душой. Могли бы отказаться от еды хотя бы из солидарности. Словно прочтя его мысли, Гермиона, изловчившись, умудрилась просунуть руку под мантию-невидимку и вложить ему в ладонь зелёное яблоко, когда Аберфорт отвернулся. Рон, проследив за этим жестом, лишь усмехнулся и внимательно посмотрел на Грейнджер, словно сопоставляя частицы пазла. От неё этот взгляд также не укрылся. В глубине души она понимала, что стоило давно обсудить с Роном их не сложившиеся отношения, однако, зная его вспыльчивый характер, опасалась начинать столь непростой разговор. С присущей ему горячностью Уизли мог не только наломать дров с заданием Дамблдора, но и подвергнуть себя опасности. А ещё, вспоминая историю с легилименцией, она не доверяла Рону. Раньше она была уверена, что тот никогда не нападёт со спины, а теперь сомневалась и боялась за то, что Уизли способен сделать с Драко, если она признается. Гермиона чувствовала себя очень паршиво, но понятия не имела, как в сложившейся ситуации безболезненно разрушить этот совершенно неуместный любовный треугольник. — Что ж, — сказал Аберфорт. — Теперь стоит крепко подумать, как вам выбраться из деревни. Ночь придётся провести здесь, пока не закончится комендантский час… — начал он рассуждать вслух. — Мы не уйдём, — перебил его Гарри. — Мы не из праздного любопытства пришли сюда. Нам нужно в Хогвартс. — Не дури, парень! — воскликнул Аберфорт. — Давно прошли времена, когда эта школа была безопасным местом! Снейп, предатель, теперь там директор, а Кэрроу — его заместители, — продолжил он, подтверждая озвученные ранее слова Драко. — Упаси Мерлин им попасться! Возвращайся домой, мальчик, поживи ещё! — Я не могу всё бросить и уйти, — продолжил настаивать на своём Гарри. — Дамблдор дал мне задание, и мы во что бы то ни стало его выполним! — А с чего ты взял, что всему, что говорил мой брат, стоит верить на слово? — насмешливо посмотрел на него Аберфорт. — Профессор Дамблдор заботился о Гарри, — вмешалась в их спор Гермиона, посчитав себя обязанной заступиться за покойного директора. — Он любил его! — И что же за задание на вас повесил такой любящий покровитель, девочка? — поинтересовался бармен, прищурившись. — Оно достаточно простое, что могут справиться даже подростки? И оно действительно стоит того, чтобы вы рисковали своими жизнями? — продолжал он. — А, может быть, если бы он любил Гарри, то посоветовал бы скрыться, а не жертвовать собой ради какой-то миссии? Стоя под мантией и слушая старика, Драко сделал вывод, что ему, пожалуй, тот даже нравится. Правда, толку в его увещеваниях точно не будет. Гриффиндорцы пойдут до конца с этим заданием, и доводы разума на них не подействуют. — Существуют вещи поважнее! — горячо воскликнул Гарри, и Гермиона энергично закивала, соглашаясь с другом. — Мы все здесь совершеннолетние, участвовать в этой миссии, в этой войне — наш осознанный выбор. Это важнее личной безопасности каждого из нас! Это для общего блага! Вздохнув, Аберфорт подошёл к портрету молодой девушки, в которой ребята узнали сестру Дамблдора Ариану: — Ты знаешь, что нужно делать, — произнёс он, и та ушла по тоннелю, нарисованному за её спиной. — В Хогвартс можно попасть только по одному тоннелю, остальные отслеживаются, — пояснил Аберфорт. Они увидели, что Ариана возвращается. Внезапно картина открылась, а за ней обнаружился тайный ход, из которого появился отчаянно хромающий, с синяком под правым глазом Невилл Долгопупс. — Я так и знал, что вы вернётесь! — обрадованно воскликнул он. — Мы так вас ждали, Гарри!