На дне Марианской впадины

— Сделай это! Убей её, Арс! — кричит Антон, направляя на мужчину пистолет. Он в отчаянии. Из глаз ручьём льются слёзы, которые подросток размазывает по лицу грязным рукавом. — Я, я… Я не могу! Боже, Антон, я не могу, как ты не понимаешь, что это убийство! — Ты не можешь всё бросить сейчас! Ты обещал мне! — рука с пистолетом дрожала. — Ты обещал, что будешь со мной, что не бросишь!       Арсений дрожит. Арсений загнан в угол. Он боится. И за себя и за свою подругу, всхлипывающую рядом. Антон сумасшедший. Чертов псих. Ему нужно к врачу. Арсений злится на глупого подростка. В руках у Арсения пистолет, как и у него. Оба на грани. Оба себя не контролируют. — Антон, прекрати свои игры! Это уже не смешно! — Ты ничего так и не понял!       Раздаётся выстрел. Затем второй. Криков больше не слышно. Только приглушенный скулёж.

«Я свободен: в моей жизни нет больше никакого смысла, все то, ради чего я пробовал жить, рухнуло, а ничего другого я придумать не могу. Я еще молод, у меня достаточно сил, чтобы начать сначала. Но что начать?» (Тошнота. Жан-Поль Сартр)

･━━･ • ✙ • ･━━･

      Арсений Попов был простым учителем в общеобразовательной школе. Преподавал обществознание да историю, и был классным руководителем одного из выпускных классов. Размеренная тихая жизнь, в которой всё время занимала работа, а дома ждала тишина и бесконечные стопки тетрадей на проверку. Ни семьи, ни домашнего животного. Кроме него в квартире на постоянной основе жили лишь кактусы да суккуленты.       Сентябрь только начался, но по окну уже бил промозглый дождь. Арсений медленно потягивал кофе, поправляя очки на носу. Он уже больше часа корпел над работами учеников, согнувшись над столом, но, казалось, нисколько не продвинулся — ворох оставшихся тетрадей был несоразмерно огромный доле проверенных.       Сквозь шум дождя и негромкое бормотание послышался телефонный звонок. Арсений вскинул удивленный взгляд на стрелки часов и обнаружил, что они стремились к полуночи. «И кому я мог так поздно понадобиться?».       — Слушаю, — мужчина поднял трубку домашнего телефона.       — Привет, Арс, прости, что так поздно! Не разбудила? Тебе кстати стоит поставить мобильный на зарядку, он видимо сел, я не смогла дозвониться, — раздался взбудораженный женский голос.       Арсений улыбнулся, устало потирая виски и зарываясь пальцами в и без того растрепанные волосы. Он всегда был рад звонкам близкой подруги, даже если она звонила не потому, что соскучилась, а потому, что собиралась в очередной раз напрячь его с чем-нибудь. И, судя по всему, это был один из таких случаев.       — Нет, Окс, всё хорошо. Что-то случилось?       — Нет, то есть да, то есть… Ах, Арсений, мне нужна твоя помощь, — виновато начала девушка.       — И почему я не удивлён? — с лёгкой усмешкой отметил мужчина. — Ну что там у тебя на этот раз?       — Да у нас тут опять ребёнка деть некуда. Мальчишка, почти взрослый, он был в приёмной семье, но сегодня, буквально вот несколько часов назад произошла авария. Может ты даже по новостям видел. Тут такой ужас, Арс. Они все… Ладно, я не об этом. Мальчишка в порядке, только вот что делать с ним понятия не имею. Мест в приютах и так нет, ты знаешь, а семьи его брать не хотят — слишком взрослый, всем бы малышей. Да и понимаешь, ему совсем скоро восемнадцать стукнет, и тогда…       Арсений отлично знал эту Оксанину песню. Она работала в отделе опеки и попечительства, и по совместительству являлась лучшей подругой Арсения. Милая, немного взбалмошная девчонка, с которой они знакомы чуть ли не с детства, и которая за это время стала сестрёнкой, которой у Арсения никогда не было. И за все годы их дружбы у него, с лёгкой подачки Оксаны, неоднократно оказывались дети на временном попечительстве, пока не находили приёмную семью или место в детском доме. Он был просто подарком для подруги — ответственный учитель с пусть и небольшой, но стабильной зарплатой, не пьёт, не курит, пустая квартира, слишком просторная для одного, в которой уже давно выделили одну комнату как раз на такие случаи.       — Окс, я понял, — перебил бесконечный поток её слов мужчина, — я помогу. Когда его привезешь?       — Завтра вечером его выписывают из больницы и мы сразу к тебе, — девушка помолчала какое-то время, явно чувствуя себя виноватой за причинённые ею неудобства. — Спасибо, Арс. Для меня это очень важно, ты знаешь. Правда, спасибо.       — Не за что. Но с тебя кофе с пончиками, — сказал Арсений притворно серьезным тоном, на что Оксана весело захихикала. — Ну всё, ты заработалась — иди спать. Мне тоже уже пора.       — Да. Да, спокойной ночи, Арс.       — Сладких. Завтра увидимся.

･━━･❪✧❫･━━･

      Всё утро Арсений приводил квартиру в порядок. Вытер пыль в гостевой комнате, постелил чистое постельное, убрал засохший цветок. Предусмотрительно сходил в магазин, закупив полный пакет разной еды. Он не знал что мальчишке придётся по вкусу, нет ли у него аллергии, нужны ли стопки книг ему в комнате, или Арсению их лучше убрать в свою. Он не знал совсем ничего. Оксана, конечно, была хорошим, преданным своему делу работником, но иногда до жути невнимательным к мелочам. Вполне в ее духе было не уточнить ни имя, ни пол, ни возраст ребёнка, так что Арсения чаще всего ждал сюрприз.       Мужчина и не заметил, как пролетел день. И вот теперь он готовил ужин — больше, чем обычно, чтобы сразу накормить мальчишку и, может, и Оксану, если та решит задержаться. Телефон пиликнул от очередной, пришедшей на него смс. «Антона из больницы забрала, едем к тебе», — гласили буквы на экране.       — Антон значит, — пробормотал мужчина, словно пробуя это имя на вкус.

･━━･❪✧❫･━━･

      Раздался звонок в дверь. Арсений нервно вытер руки о полотенце, пригладил волосы, поправил очки на носу и побежал открывать. Конечно, он волновался. Это всегда волнительно — принимать нового человека в свой дом. Особенно, если этот человек несовершеннолетний и только что из аварии, в которой потерял прошлую семью. Удивительно, что его не оставили в больнице на более долгий срок, в каком-нибудь психдиспансере, как минимум, под присмотром врачей.       Арсений открыл дверь, приветливо улыбаясь Оксане, обнимая её и приглашая войти. По привычке он опустил голову вниз, в попытке увидеть лицо ребенка, но, к своему удивлению, наткнулся взглядом лишь на тёмную ткань толстовки. Антон оказался чуть выше, чем он привык.       — Арсений, — протянул руку мужчина, — ты должно быть…       — Антон, — парень не дал ему договорить и наскоро пожал руку, высовывая озябшие, увешанные кольцами пальцы из длинных рукавов.       Какое-то время в прихожей стояло молчание. Мужчины испытывающе оглядывали друг друга. Антон кутался в объёмную одежду, чуть сгорбившись и сверкая пытливым взглядом из-под тени капюшона. Он оглядел Арсения, встречающего его в льняных домашних брюках и светлой майке, сверху-вниз с неким налётом насмешки на искривленных губах. Арсений чуть не поперхнулся. Мальчишка выглядел нагло и чуждо в стенах его дома. Высокое черное пятно, почти достающее до потолка небольшой светлой квартирки, заваленной книгами и цветами. Он смотрелся тут абсолютно не к месту, неправильно.       Но Оксана будто этого и не замечала.       — Познакомились? — миролюбиво спросила она. — Ну и отлично. Пойдём, Арс, тебе ещё нужно документы подписать, — она похлопала по тяжелой папке, которую держала в руках, — а ты, Антон, раздевайся, проходи. Судя по запаху, Арсений приготовил нам ужин, поверь моему опыту, весьма вкусный, — девушка ободряюще улыбнулась Антону и принялась снимать верхнюю одежду.       Все трое прошли на кухню. Арсений слегка нервно заламывал руки. Он теперь нес ответственность за этого пусть рослого, но всё равно несовершеннолетнего мальчишку, и ему было важно, чтобы тот чувствовал себя хорошо.       — Антон, ты голоден? — не особо на что-то надеясь, спросил мужчина. Многие дети в первый день довольно стеснительны, неразговорчивы и упорно отказываются от ужина, телевизора или чего ещё, вместо этого запираясь в своей комнате.       — Да, я бы поел, — неожиданно бодро ответил парень, — где тут руки помыть?       — По коридору и напр… — Арсений махнул рукой, не договорив, потому что его собеседник сразу после своего вопроса скрылся в нужном коридоре. — И зачем спрашивал, если сам решил найти, — пробухтел Арсений себе под нос.       Оксана рассмеялась.       — Да, с ним тебе явно придётся повозиться. У него жизнь была непростая, ему вечно не везёт с опекунами.       — В смысле? — нахмурился мужчина.       — Ай, не важно. Я знаю, он выглядит слегка агрессивно, но не суди по обложке. Характер у него не самый приятный, но я бы не сказала, что сложный. По крайней мере, в общении со мной он всегда довольно лестен и чаще шутил, чем дерзил или был недоволен, что обычно свойственно подросткам его возраста. Я-то с ним давно работаю, Арс.       — Это хорошо, — выдохнул Арсений чуть устало и почесал заднюю часть шеи. — Ужинать будешь?       — Ой, прости, времени нет, мне уже дома давно пора быть. Но там шаром покати, ты знаешь, так что буду о-о-очень благодарна, если ты мне с собой завернешь мою порцию, — улыбнулась Оксана, открывая один из кухонных ящиков Арсения и выуживая оттуда большой ланчбокс. — Кстати, вот твои пончики!       Арсений закатил глаза от умиления, принимая чуть промокшую от дождя коробку с вкусно пахнущими разноцветными пончиками, и принялся паковать часть ужина подруги. Девушка в то время по-хозяйски села прямо на стол, свесив ноги, и принялась просматривать документы.       — Там есть что-то, что я должен знать? — Арсений кивнул на стопку листов в её руках.       — Всё как обычно, ты разберешься. Только вот…       — Что?       — Надеюсь, ты не против, я перевела его в твою школу. Если ещё конкретнее, то в твой класс, — виновато закончила Оксана, уводя глаза.       Арсений замер.       — Спасибо, конечно, что предупредила. А можно узнать, почему? Ты раньше так не делала. И вообще, разве у него нет своей школы, где его друзья, преподаватели и зн…       — Вообще-то мы это обсуждали, и мне всё равно, — вмешался в разговор появившийся из-за угла Антон, чем заставил Арсения вздрогнуть. — Меня постоянно куда-то переводят, я привык.       Оксана закивала.       — Да, и я подумала, год всё равно только начался, да и он как раз по возрасту подходит в твой класс, вам только удобнее будет. Ну и… Новые стены, новая жизнь. Меньше, эм…       — Воспоминаний, — закончил за неё Антон с кривой улыбкой.       Он мельком оценил обстановку, посмотрел на Оксану, и тоже сел прямо на стол, упираясь ногами в спинку стула, заставляя тот раскачиваться. Фраза «чувствуй себя, как дома» уже была ни к чему. Арсений закатил глаза.       — Вот, — он протянул Оксане ланчбокс с ужином и забрал документы на подпись.       Через десять минут девушка попрощалась и ушла, не забыв перед этим обнять Арсения и чмокнуть Антона в щеку.

･━━･❪✧❫･━━･

      Мужчина вернулся на кухню и присоединился к уже уминающему свою порцию Антону. Парень ел с каким-то зверским аппетитом.       — Тебя совсем в больнице не кормили? — спросил он, лениво гоняя мясо по тарелке. Голод притупился от количества забот, разом свалившихся на него.       — Кормили. Но только там такое дерьмо, знаешь, каша всякая, — Антон скорчил рожицу, обнажая ряд зубов.       Арсений зацепился взглядом за сильно выпирающие клыки. «Длинные. Нарастил что ли?» — подумал мужчина.       — Нравятся? — Антон перехватил взгляд и провёл языком по клыкам, слизывая остатки соуса.       — Глупо как-то. Тебе удобно-то с ними хоть?       — А то! И девчонкам нравятся. Да и… не только девчонкам, в общем, — подмигнул Антон.       Арсений хмыкнул. Может Оксана права, и характер у парня действительно приятный. А за всей этой чёрной одеждой с цепями и кучей карманов скрывается вполне дружелюбный подросток.       — Готов завтра идти в школу?       Антон скривился.       — Опять эта школа, — тихо проворчал он, будто для себя, а не для Арсения. — Каждый раз одно и то же. Надоело.       — Понимаю, мне тоже.       — Да-а-а? — лукаво протянул Антон, мигом вернув себе хорошее настроение и подперев щеку кулаком. — Ты же теперь мой классный руководитель, получается?       — Получается так. И твой учитель общества и истории.       — Это ж мы будем много времени вместе проводить. И как мне тебя-вас называть? — Антон улыбнулся, забавляясь.       — Арсений Сергеевич, — серьезно ответил мужчина, поправляя очки.       Антон потянулся, отставил от себя пустую тарелку и широко зевнул.       — Ну ладно, Арс, я пойду спать, устал.       — Помыть посуду за собой не забудь, — сказал мужчина и проследил, как тарелка мирно перекочевала в раковину. — И Оксана написала, что у тебя послезавтра встреча с психологом. Ну, знаешь, авария, переезд в новое место — много потрясений.       — Знаю, — равнодушно отозвался парень, будто это ничего не значило.       — Тебе показать твою комнату?       — Нет, спасибо, я уже нашел. Даже сумку туда занёс.       — Ну ладно, — слегка удивлённо согласился Арсений, когда понял, что часть его процедуры по заселению нового ребенка просто отняли и перечеркнули.       Уже на пороге кухни Антон приостановился и бросил через плечо:       — Спасибо за ужин, препод.       — Вообще-то учитель!       — Да какая разница, — махнул рукой Антон и растворился в глубине квартиры.

･━━･❪✧❫･━━･

      Антон буквально выглядел, как ходячая проблема. Только он зашёл в класс, как приковал к себе все взгляды. Высокий, с ног до головы одетый в черное, полностью игнорируя школьную форму. Спортивные штаны, с протянутой через них цепочкой, массивные кроссовки со светоотражающими вставками, толстовка, рукава которой задраны для демонстрирования вороха браслетов и колец.       Лениво поприветствовав свой новый класс, он сел за первую парту, вытянув длинные ноги вперёд. Одной его кривой улыбки и сверкнувших клыков хватило, чтобы расположить к себе одноклассников и завладеть их вниманием. Им было интересно. Новая диковинка разнообразила их монотонные школьные будни и предвещала интересный год.       Наиболее смелые и уверенные в себе девочки тут же стайкой расселись вокруг Антона. Они кокетничали, закусывали полные губы и наматывали блестящие локоны на пальчики. Образ нагловатого плохого мальчика их пленил. Антон улыбался, переключая внимание с одной девчонки на другую, отпускал шуточки, заставляющие его стайку заливисто смеяться, а сам в это время лукаво поглядывал на Арсения, готовящего материалы за учительской партой. От этого взгляда дрожь пробегала по позвоночнику мужчины и он отводил глаза, утыкаясь в кипы бумаг. Если бы Арсений встретил подобный взгляд в баре, то решил бы, что его хотят пригласить не то что выпить, а сразу в тёмную кабинку туалета.       Но это был Антон. Который, очевидно, в лучших традициях неприкаянных бунтующих подростков, испытывал своего нового опекуна на прочность и пытался вывести из себя. Чтобы спокойный и рассудительный учитель сорвался, а Антон мог триумфально позлорадствовать и рассказать Оксане, что ее любимый дружок не такой уж и хороший и очень её подвёл. Ну или что там еще любят выкидывать подростки.

･━━･❪✧❫･━━･

      Прошла почти неделя занятий. В стенах дома Антон был довольно ненавязчив, помогал с готовкой, стиркой и уборкой, если Арсений его просил. Мало говорил, не приводил друзей, хотя сам любил куда-то выходить по вечерам. Но Арсений не допытывался, потому что возвращался мальчишка вовремя. Да и ему самому было нужно спокойное время наедине с собой и с тетрадями на проверку.       А в школе разговор был совсем другим. Антон будто задался целью выбесить Арсения и, видимо, именно для этого и садился за первую парту на его уроках, потому что, как учитель успел выяснить у коллег, на других уроках он со скучающим видом располагался в конце класса и никому не мешал.       Антон всё время язвил. Отпускал пошлые шуточки, заставляя полюбивших его одноклассников заливисто хохотать. Он срывал занятия глупыми выходками и вопросами. И постоянно, после каждого своего действия, прожигал Арсения этим блядским взглядом. Будто они играли в какую-то игру, где он походил в свой ход, а теперь наблюдал, чем ответит новоявленный опекун.       Антону было будто смешно. Что он мог получить? Фраза «Родителей в школу», сказанная Арсением на автомате после очередной выходки, прозвучала забавно и жалко. Арсений пробовал провести дома воспитательную беседу, но дома Антон и так вел себя как сущий ангел, согласно кивал на всё и покорно шел в свою комнату после ужина. Арсению было даже нечем его наказать, кроме лишения прогулок. Отстранять от ужина или ругать, а то и бить, было непедагогично. А всё остальное мальчишка делал и сам. Даже к учебе ни у кого из учителей претензий не было.       Один раз после урока несколько девчонок задержались в классе. Они неловко кучковались и шептались, пока учитель, закатив глаза, наконец не спросил:       — Девочки, вы что-то хотели?       Одна, наиболее бойкая, вышла вперёд, сжала перед собой сумочку и смущенно спросила на одном выдохе:       — Арсений Сергеевич, вы простите, если я лезу в личное, но это правда, что Антон живёт у вас?       Арсений удивлённо потёр переносицу, не ожидая подобного вопроса.       — Кто вам это сказал?       — Сам Антон, — неуверенно протянула девочка, уже сомневаясь в сказанном.       — А что он вам ещё рассказал?       — Ну… Что он давно без родителей, был в множестве приёмных семей, а его последняя разбилась в автокатастрофе. И теперь он у вас… Так это правда?       Арсений ещё больше удивился. Он понимал, что до учеников когда-то дойдёт эта информация, но скорее ожидал это вследствие неосторожных обсуждений учителей или прилюдном выговоре директора. Антон активно строил себе образ «крутого парня», и в голове Арсения это несколько не вязалось с тем фактом, что главный бунтарь класса живёт вместе с классным руководителем, ещё и не являющимся его кровным родственником. По его опыту, дети склонны скрывать подобное.       — Ну Арсений Сергеевич, — протянули девушки разом, — расскажите.       — Да, это правда.       Их глаза тут же загорелись каким-то азартным блеском. Арсений уже успел пожалеть, что не опроверг слова Антона, потому что теперь у него была высока вероятность стать почтовым ящиком мальчишки.       — Арсе-е-ений Сергеевич, — мило улыбнулись девушки, — а вы не передадите ему это?       Что, собственно, и произошло. В руках у учителя оказался увесистый конверт.       — Передам. А теперь бегите на следующий урок, у вас две минуты до звонка.       — Спасибо, Арсений Сергеевич, вы просто душка, — хихикнули девушки на прощание.

･━━･❪✧❫･━━･

      Антон сидел, отклонившись, на краю стула, вальяжно закинув ногу на ногу, а локоть на спинку. В руках он держал письмо девочек, вынутое из конверта, и яркую бумажку. Небрежно пробежав глазами по строчкам, Антон ухмыльнулся.       — Что тебя так рассмешило? — спросил Арсений, разливая чай по кружкам.       — Они выражают мне свою глубочайшую заинтересованность, бла-бла-бла, и приглашают на крутую закрытую вечеринку, — Антон помахал перед Арсением цветным листком, который оказался именным приглашением. — Как будто в интернете написать не могли, какая официальность, боже!       Арсений расслабленно улыбнулся и поставил на стол чай да блюдце с эклерами. Даже несмотря на то, что Антон стал его персональной занозой в заднице на уроках, он был рад, что у мальчишки всё сложилось с одноклассниками.       — Что за вечеринка? Алкоголь, наркотики и пьяный секс? — последовал добродушный вопрос.       — Видимо, — хмыкнул Антон, подтягивая к себе чашку, и наклоняясь к мужчине, чтобы заглянуть ему в глаза. — Ты скажешь мне что-нибудь родительско-преподское? В стиле: «возвращайся не позже 12, ничего не употребляй, и не садись в машину к пьяным»?       — Нет, — Арсений устало покачал головой, — ты взрослый мальчик, да и не особо меня уважаешь, видимо. Тебе нужны презервативы?       Антон чуть не поперхнулся чаем. Отдышавшись, он скосил глаза, хитро улыбаясь, и обнажив клыки.       — Это вы с какой целью интересуетесь, Арсений Сергеевич? Вообще не нужно, у меня свои есть. Но если хотите мне предложить провести с вами ночь, то я и без презервативов согласен.       Арсений закатил глаза. Антон в своей наглости уже переходил границы.       — Интересуюсь с целью обезопасить себя от возможных приёмных внуков и походов по венерологам. А без презерватива я бы с тобой спать не стал, — скорее на автомате, чем осознанно, ответил Арсений.       — То есть с презиком бы стали, получается.       — Что? — мужчина ещё раз прокрутил в голове свою последнюю фразу и мысленно ударил себя за такую формулировку. — Так, Антон, я устал и уже не поспеваю за твоими бурными мыслями. Так что иди в свою комнату, мне ещё презентацию вам на завтра делать, — немного подумав, он добавил. — А с тобой бы я вообще спать не стал, я твой опекун и учитель.       — А если бы не были? Если бы вы меня встретили в баре, например?       — Я не знаю. К чему вообще этот разговор?       — То есть то, что вы гей, вы и не отрицаете.       — А ты и не спрашивал.       — А по вам видно, Арсений Сергеевич. И я бы поспорил.       — Насчет чего?       — Насчет того, что вы со мной не переспите, — улыбнулся Антон и ушел в комнату, захлопнув за собой дверь.       — Вот засранец, — прошептал мужчина пустоту.       Арсений не привык к подобному отношению. Часто после времени, проведенным с Антоном в одном помещении, он чувствовал себя выжатым, как лимон. «В конце концов, почему я должен это терпеть? Он не только портит моё самочувствие, но и срывает мне занятия. Сейчас напишу Оксане, что больше с наглостью Антона я мириться не намерен, и пусть забирают его куда хотят», — сновали наполненные злостью мысли в голове Арсения. Он уже заранее чувствовал облегчение, когда представил, что Антона, вместе с его дрянным характером, увезут из его дома, его школы. Мужчина потянулся к телефону, открыл переписку с Оксаной, но увидел последнее сообщение, где она в чувствах благодарила его за то, что согласился подержать мальчишку у себя.       Арсений выругался и отложил телефон.       Может его прошлой семье и повезло, что они разбились. Не самый плохой вариант, если это позволяет избавиться от Антона…