Так... ты тоже с ними заодно?

Ночь... Одни только звёзды освещают округу. Холодный, пронзающий ветер разносит по старой дороге крошечные пылинки. Посаженные рядом деревья склоняются под его силой. В этой части города всё кажется каким-то мёртвым. Лишь несколько частных домов чуть вдали иногда подают знак, что тут вообще кто-то живёт. Тусклые, мрачноватые стены психушки встречают каждого, кто набирается смелости сунуться в эту часть городка. В основном, сюда ходят только неместные. Ну, Байрон и Амбер – исключение. Ребята стоят у высокого, массивного забора, что ограждает участок больницы. Мужчина поставил свою тяжёлую сумку на грязную траву и потянулся, разминаясь. Девушка же задумчиво смотрела на ограду, вспоминая что-то из своей жизни. — Ну... Вход закрыт, похоже, придётся перелезать, — увидев закрытые ворота, произнёс Байрон. Амбер вздохнула, так как поняла – это делать ей. Она подошла к препятствию почти впритык, вытянула руки вверх и подпрыгнула настолько высоко, насколько смогла. Но этих усилий не хватило, девушка не дотянулась. — Давай помогу, — мужчина резко подошёл сзади и обнял Амбер за талию, после чего поднял. Она такого вовсе не ожидала, думая, что Байрон просто подсадит. Пару секунд девушка просто тупила, застыв и не двигаясь, но быстро опомнилась. С огромным стыдом и смущением Амбер таки оказалась на территории психиатрической больницы и тут же понеслась к воротам, которые были закрыты. Она открыла задвижку и толкнула их, послышался дикий скрип. Байрон прошёл через теперь уже свободный проход, и оба направились к абсолютно случайному окну, которое просто попалось им на глаза первым. Оно было распахнуто, но заблокировано металлической решёткой. Амбер глянула на сумку, которую мужчина держал в руке, вспоминая, какие вещи он брал с собой. — Слушай, у тебя есть зелье уменьшения или что-то подобное? — Да, имеется. Делает любой объект меньше в три раза, — он достал нужную бутылочку и подал девушке. — Ага, отлично, — она выпила всё, что было и мгновенно стала похожа на маленькую девочку. Мужчина как-то странно глянул на Амбер. Та аккуратно начала лезть между решётками, делая максимально медленные движения, чтобы не застрять и не упасть. Не прошло и пяти минут, и вот она стоит в пустой и довольно тёмной палате. Кожу мигом атакует холод, получше, чем на улице. — Ух, ну что ж, я пойду соберу всех, кто тут живёт. Кроме работников этой психушки, естественно, — тихо сказала Амбер, обращаясь к Байрону. Он в ответ кивнул и посмотрел на девушку серьёзным взглядом, было видно, что мужчина готов действовать более решительно и быстро. — Удачи.

***

Опять это жуткое местечко... Подвал. Последние два дня Спайк почти всё время проводит здесь. И это потому, что тут галлюцинации не возникают. Именно в этих коридорах, освещённых тусклыми, моргающими и старыми лампами, с ужасным запахом сырости, ржавчины и чего-то гнилого, ему удаётся ощущать комфорт. Отчасти, из-за Колетт. Он часто начал общаться с ней, от чего беловолосая гораздо легче себя чувствовала взаперти. Ребята успели немножко сблизиться. Кактус устроился в соседней комнате, которая ничем не отличался от комнаты девушки. Сейчас зелёноволосый в очередной раз идёт к своей близкой подруге, чтобы поболтать о чём-то не особо важном. Парень постучался, хоть и знал, это уже, в принципе, не обязательно. — Спайк, ты? — спросил голос беловолосой по ту сторону двери. — Естественно, — дружелюбно ответил кактус. В дверном окошке показались бело-серебристые волосы Колетт, а затем и она сама. Увидев друга, её лицо сразу стало радостнее. — Привет! — широко улыбаясь, поприветствовала она. — Ага, привет, ещё раз. Как ты? Не мало сидишь там всё-таки... — Благодаря тебе, всё не так плохо, было бы хуже. А... И есть ещё кое-что, что меня тревожит...