Учихи спасут мир (и Какаши)

Ещё до рассвета они направились в сторону страны Гор. — Пусть будет очень долгим, и часто нам придётся скрываться, особенно мне, ведь я числюсь в списках нукенинов многих деревень. Ещё нам порой придётся красть еду и обманывать людей, чтобы выжить, — рассказывал своей маленькой спутнице Итачи. В первом же селении они прикупили Изае неприметный плащ и соломенную шляпу. Синеволосая усмехнулась и сказала: — Одеваешь меня в униформу Акацуки, Ита? — Просто соблюдаю меры предосторожности, чтобы тебя никто здесь не увидел и потом не запомнил, — не поддержал шутки брюнет. Они шли через страны травы, земли, Когтя и Клыка. Итачи был прав, как только у них закончилась провизия, порой приходилось воровать еду, так как денег было не так уж и много. Они оставляли их на крайний случай. Часто на них нападали глупые бандиты, думающие, что молодой человек с ребенком — лёгкая наживка. Когда впервые Изая увидела, как её старший соклановец расплавляется сразу с пятью вооруженными громилами, она была поражена до глубины души, что даже потеряла из виду их главаря, который схватил её, думая использовать в качестве заложницы. Но Итачи не пришлось помогать куноичи, потому что та буквально в несколько приёмов — укус в руку, удар в затылок и между ног — обезвредила захватчика. Тот, не успев взвыть от боли, уже лежал на земли и скулил, скрутившись калачиком. — Оу, — брюнет подошёл, чтобы взглянуть на дело её рук, — ты и правда быстро учишься, Иза-чан. Даже шаринган не использовала. Они забрали все деньги, что были у бандитов и спокойно пошли дальше. За почти месяц пути до страны Гор синеволосая куноичи освоила стихию огня, первую из которых учил её нукенин. В самой миссии Итачи запретил ей участвовать, так что когда они прибыли на место, то разбили лагерь недалеко от города, где должна была ждать его Изая. Мужчина отсутствовал пару дней, и всё это время Учиха оттачивала свои новые техники, которые получались у неё всё лучше. А когда он вернулся, то нёс пакет с чем-то на плече. — Ты уже закончил? Что тебе нужно было делать? А что это у тебя там? — тут же засыпала его вопросами девочка. — Да. Убивать. Голова, — ответил по очереди на все брюнет. — Ч-что? — осеклась она. — Зачем? — Это и было задание. Сейчас мы отнесём голову в Суну, а потом мне дадут следующую миссию, — Итачи равнодушно собирал вещи. Куноичи вздохнула и тоже стала собираться. Это был уже не первый раз, когда она столкнулась с этим жестоким миром шиноби. Пора бы и привыкнуть. Когда они шли обратно, младшая Учиха обнаружила, что знает кое-какие техники воды, хотя она никогда их не изучала. Нукенин объяснил ей, что это её шаринган скопировал техники, которые она когда-то видела. Изая тут же вспомнила, что Кураре как-то применяла при ней техники воды. И хотя Уокки в силу своего строения тела не могли складывать печати, она знала их. Итачи усмехнулся и показал ей пару новых техник, чтобы она могла учиться создавать их сама, а не копировать шаринганом. — Ита, а сколькими стихиями может владеть один шиноби? — внезапно спросила синеволосая, тренировавшаяся на глади воды. Они сделали небольшой привал у реки, и куноичи решила не терять время, а осваивать новую технику. — Да хоть всеми, — ответил Учиха, отдыхавший в тени деревьев. — Но ты представляешь, сколько есть произвольных, неклассических стихий? — Эмм, ну две-три, наверное? — с полувопросительно сказала она. — Хмм, ну и какие же эти две-три? — Ну, я думаю, лёд точно, ещё, может, техники взрыва? — Глупенькая, их намного больше! — мягко усмехнулся брюнет, смотря в шаринган напротив. — 10 или 15, я думаю. Всеми известными владеть точно невозможно, потому что неклассические стихии ты не сможешь освоить без генетической предрасположенности к этому. Есть стихия кристалла или, допустим, жуков. Ты сможешь вызвать хоть что-то из этого? Вряд ли! — он поднялся с земли, чтобы немного размяться. — Запомни, чем большим количеством стихий владеет ниндзя, тем больше его чакра и тем опасней он, — старший Учиха подошёл к девочке на середину реки. — Ну, что, потренируемся? Используем только тай-дзюцу. Пока что Изае не удавалось даже сбить с ног своего противника по спаррингу, но всё было ещё впереди. С местными бандитами и генинами, решивших напасть на Итачи, она расправлялась легко. Они довольно быстро добрались до Суны отдали голову убитого шинобт, и там же член Акацуки получил новое задание Лидера.

***

Никто так и не узнал, что Итачи передвигается и выполняет миссии не один. Изая не заметила, как прошло её 12-летие, наступила весна, а потом снова лета. Нукенин как-то спросит, когда у девочки день рождения, и она ответила, что оно уже было этой зимой. Брюнет удивился, почему она ничего не сказала ему, но потом решил, что, возможно, у куноичи были свои на то причины. За то время, что они путешествовали вместе по миру шиноби, между ними не осталось почти никаких секретов. Итачи знал, что его синеволосая девочка тоже родилась в деревне, но он совершенно не мог вспомнить ни одну из семей с таким необычным цветом волос. Видимо, один из её родителей не был Учихой. Он знал всю её историю, даже про старуху-целительницу и поселение Уокки. Знал всё, кроме того, что она думает сейчас. Повзрослев, Иза перестала быть восторженно-наивным ребенком. Даже рядом с ним. На её лице будто появилась маска и прочитать по нему какую-либо эмоцию теперь было сложно. За ещё полгода в пути зеленоглазая овладела стихией ветра и начала уже осваивать молнию. В этом Итачи был ей не помощник, но девочка и сама прекрасно справлялась, копируя техники у других шиноби и начиная изучать их самостоятельно. Они часто захаживали в лавки за свитками с различными техниками. А вот Дотон (стиль Земли) ей никак не давался. В отличие от Райтона (стиль Молнии), который был похож на Суйтон (стиль Воды) и Фуутон (стиль Ветра) по своей лёгкости и стремительности. Но тем не менее приходит время и для изучения этой стихии. К своему следующему дню рождения Изая справилась и с Землёй. — Поздравляю тебя, Иза! Освоить все базовые стихии — не всем дано, — Итачи приобнял повзрослевшую девушку. У него самого праздник должен быть летом, как сказал сам Учиха, но число он называть отказался, объяснив это тем, что не празднует его уже давно. Девушка понимала: его родители мертвы, а брат ненавидит — какой тут праздник? Но она всё же собиралась сделать ему подарок в отместку за то, что он подарил ей дорогую подвеску в виде голубой орхидеи. — Ох, спасибо, Ита! Не стоило тратить деньги на всякую… — хотела она сказать «ерунду», но осеклась, заметив лицо мужчины. — Прости, прости, я не имела ввиду, что мне не нравится! Подвеска потрясающая, но я буду теперь бояться потерять его! — воскликнула она, пытаясь исправить ситуацию. Брюнет развернулся и буркнул: — Можешь выкинуть тогда эту побрякушку, чтобы не бояться потерять. — Да постой же ты, Ита! Мне правда нравится! — она дёрнула того за плечо, но это не возымело никакого эффекта — Учиха увернулся от её руки и скрылся за деревьями. Сейчас они находились в стране Водопадов, и разбили лагерь недалеко от обрыва реки вниз — на поляне, скрытой лесами с одной стороны и ограждённой высотой скалы с другой. Когда её напарник скрылся, — она больше не чувствовала его чакру поблизости (или он её скрыл, засранец!) — куноичи решила выместить свою злость тренировками. Когда брюнет вернулся, уже смеркалось, и он увидел, что часть скалы обвалилось вниз, а на самом краю, в лунном свете, сидела синеволосая. Он подошёл к девушке и сказал: — Надеюсь, никто не пострадал, когда всё это падало вниз, — Итачи глянул туда. — Прости меня, Ита-кун, — только и сказала она и ушла в палатку. Этот небольшой раздор немного повлиял на их слаженность работы, а потому старший Учиха подумал, что пришло время Изае отделиться от него и стать самостоятельной, пройти все тяготы жизни в одночку и прочувствовать их на своей шкуре. Но при этом он не хотел, чтобы она погибла, а потому нукенин решил, что есть одно место, где девочка точно справится. Но перед тем, как рассказать ей всё это, отступник провёл самый настоящий бой с куноичи. — Давай, Иза-чан, покажи мне всё, на что ты теперь способна. Можно использовать любые приёмы. Сражаемся до первого ранения, — объявил он правила. — Тогда начнём, Ита! Честно, дуэль далась старшему Учихе тяжело. Хоть и у девчонки было мало опыта, но она превосходила его силой и запасами чакры. Нукенин уже выдыхался, а потому хотел поймать синеволосую в Цукиёми, и ему это удалось. Девушка очнулась в красном мареве. Всё объекты и она сама были чёрно-белыми. — Добро пожаловать в Цукиёми, Изая. Здесь ты в моей власти. Один порез — и ты уже проиграла, — усмехнулся владелец техники. «Ну нет уж! Я тебе не попадусь!», — та улыбнулась и, посмотрев на Итачи, затащила того в своё подпространство. Теперь битва шла на её условиях. Этот мир был таким, как и сама девушка: розовое небо и синяя бесконечная дорога. — Это, что, твой Цукиёми? — удивленно оглянулся вокруг брюнет: мир вокруг казался игрушечным, что ли..? — Нет, не Цукиёми. Это моя реальность, в том мире тебя больше нет, — он посмотрел на синеволосую и увидел в её правом глазе интересный рисунок шарингана. — И как давно у тебя проснулся он? — поинтересовался соперник. — Я не знаю, — та легкомысленно пожала плечами. И они снова столкнулись кунаями. Только вот Итачи выяснил, что его ниндзюцу здесь не работают: ни стихия воды, ни воздуха, ни любимый Катон (стиль Огня) не проходят в этом мире. Изая, увидевшая его удивление, вызвала технику Огненного Шара, и нукенину пришлось уворачиваться. — Я вижу твоё удивление, но, мне кажется, всё очевидно — это моя реальность, и здесь мы играем на моих условиях, — она вновь задействовала огонь. Девушка видела, что долгий бой выматывает старшего Учиху, значит нужно совсем немного, и она сможет коснуться его кунаем. Но эта надежда не оправдалась. Хоть и не владея здесь ниндзюцу, Итачи смог использовать здесь Сусаноо, которое было пока не подвластно ей, ведь она пробудила только один Мангекё. Своим мечом он задел ногу противницы, которая не успела увернуться. Бой был окончен. Они вернулись в мир шиноби. — Что ж, я хочу сказать, что ты молодец, но тебе нужно научиться теперь стилю боя, где ты меньше расходуешь ресурсы и изматываешь противника, — учил её мужчина, — а сейчас ты так устала, что еле стоишь на ногах. — Но мне ещё ни разу не доводилось перемещать никого в Мезураши*, — ухмыльнулась зеленоглазая, залечивая свой порез на лодыжке. — Я должен рассказать тебе об одной миссии для тебя. Я думаю, что теперь ты готова… — он взглянул на куноичи, ожидая её реакции, но та ждала продолжения. — Ты согласна? — Я пока даже не знаю, что мне нужно делать — на что я должна соглашаться? — картинно приподняла бровь. — Это специальная миссия, — ничуть не прояснил Ита. — Ладно, я полагаю, я могу только согласиться? — Да. С ней сможешь справиться только ты, поэтому тебе придётся, — отступник выждал паузу. — Ты отправишься в Коноху и будешь добывать для меня информ… — Погоди, что?! — воскликнула ниндзя-медик. — Почему это я должна идти туда? А где всё это время будешь ты? — Я буду продолжать выполнять глупые задания Лидера и пытаться остановить эту войну. И ты будешь мои помощником на второй её стороне. Война рано или поздно будет, а старейшины и Пятая даже не подозревают об этом и в ус не дуют. А Пейн собирает силы ужа давно, — рассказывал Учиха. — Послушай меня внимательно, план такой… Итачи объяснил девушке, что нужно будет сделать. Она должна сыграть постановку для одного единственного человека — Хатаке Какаши. Должна снова вернуть в свой домик, находящийся на границе деревни и часто гулять по лесу в окрестностях Конохи, чтобы джоунин её заметил. Когда он увидит синеволосую и поймёт, что она куноичи, то начнёт наблюдать за девчонкой. И поняв, что о ней никто не знает, доложит нынешнему Хокаге, что недалеко от их деревни живёт маленькая ниндзя, а никто и ни сном ни духом про неё. А судя по оценке Хатаке, она довольно способный шиноби. — Тогда за тобой придут, — закончил брюнет. — И что будет потом? — Ну, за тобой придут, скорее всего, АНБУ, и тебя поведут в резиденцию, Хокаге посмотрит на тебя и будет допрашивать, как ты можешь жить в землях Конохи и не числиться ни в одних списках. Тогда ты попросишься стать частью жизни Конохи, скажешь, что ты сможешь выполнять миссии и быть полезной. И тогда тебе проверят сенсоры. И, возможно, Ибики Морино. На различные угрозы, так сказать. Ты должна будешь вытерпеть всё, а потом тебя проверит какой-нибудь джоунин на твои способности и госпожа Пятая присвоит тебе ранг шиноби. Я думаю, что тебе дадут чуунина. — Хмм, и это всё? Но это было отнюдь не всё. Изае ещё предстояло подготовиться к проверке сенсора. Но она пока умела скрывать мысли, и Итачи сказал, что наложит ей блок на всю память и нём. Одну из разновидностей Цукиёми на её воспоминания. Он поместит её память в своё гендзюцу, и тогда даже самых хороший сенсор ничего не увидит. Куноичи нужно будет лишь прокручивать в себя в голове историю её жизни в путешествиях. Как она сама училась всему и тренировалась. И тогда ей поверят. А через полгода-год, когда всё уляжется, и Изая обвыкнется в своей новой команде, они встретятся где-нибудь на границе барьера, и она расскажет Учихе всё о его брате, о её наблюдениях за Хатаке и общей политической обстановкой. — Я же не могу не согласиться? — жалобно посмотрела на него зеленоглазая. — Нет, потому что шиноби не должен избегать трудностей, он должен их преодолевать, — отрезал брюнет. — Но я так не хочу расставаться с тобой. Тем более на целых полгода! — воскликнула девушка, схватив за одежду нукенина. — Иза, ты же понимаешь, что наш путь не будет лёгок, — не спрашивал, а утверждал он. — У шиноби нет другого выхода, кроме как идти по пути боли. Тот, кто выбирает лёгкий путь и живёт на всём готовом — не шиноби, а жалкое подобие. Только через боль ты сможешь достичь результатов. — Я понимаю это всё! Я и не предлагаю тебе отказаться от этой идеи, просто не понимаю, почему мы не можем предотвратить войну, не расставаясь так надолго? — юная девушка жалобно взглянула на высокого мужчину. — Потому что я не знаю другого пути, — вздохнул он. — Мне в деревне появляться нельзя. Медик вздохнула. Она ужа давно предчувствовала, что нукенин что-то замышляет и наверняка отправит её подальше, как в Акацуки запахнет жареным.

***

Они дошли до границы страны Дождя вместе и там разделились. Итачи пошёл к Лидеру, а Изая отправилась дальше, в Коноху. Она вернулась в свой маленький домик. Он был в некотором запустении, покрылся пылью. Как же давно куноичи не было здесь. Почти два года! Итак, синеволосая засучила рукава и начала уборку. В конце концов, ей здесь жить ещё хотя бы неделю-две. Когда жилище вновь засияло чистотой, она направилась в лес, погулять и собрать что-то перекусить. Там-то она и заметила беловолосого мужчину, одетого в форму ниндзя. Он сидел на ветке огромного дуба и читал книжку. Она осторожно активировала шаринган и прочитала надпись на обложке: «Приди-приди, Рай». «Пффф, какую пошлость он читает!» — мысленно усмехнулась девчонка и прошла прямо под веткой дерева. Она почувствовала, что джоунин обернулся и посмотрел ей в спину. Так, начало было положено. Если он приходит сюда регулярно, то ей тоже придётся регулярно прокладывать маршрут через это дерево. А потом, когда он пойдёт за Изаей, увидит, что она куноичи, и тогда план Итачи пройдёт, как по маслу. Так и случилось. Каждый день Иза ходила к реке собирать ягоды и ловить рыбу и проходила мимо старого дуба. Но Какаши Хатаке сидел там не каждый день. Может, через день-три. Иногда его не было целую неделю. Если честно, медик уже устала каждый день там нарезать круги, а чёртов джоунин даже и не думал идти за ней. Но однажды по этой поляне пробегал отряд АНБУ, и девушка, сама не зная зачем, спряталась за дерево, играя испуганного ребёнка. Только вот она прокололась в одном: обычный ребёнок не мог заметить АНБУ при свете дня. А она увидела их ещё издали. Точнее, почувствовала приближение нескольких шиноби. И Хатаке тоже наверняка их заметил — Итачи говорил, что у него тоже есть шаринган. Но ещё он заметил, что голубоволосая девчонка, чуть ли не каждый день проходящая мимо него, заметила АНБУ тоже, а вот его — нет. Почему она пряталась именно от АНБУ? Мужчина посмотрел на неё: она хорошо спряталась в дупле большого дуба, и ниндзя, бегущие наверху, не могли заметить её, только почувствовать. Но сам Какаши сидел так, что видел её, а она словно не замечала мужчину. Это было странно. Когда шиноби были уже далеко, синевласая испуганно выглянула из своего убежища и направилась в привычном направлении — к реке. На этот раз джоунин поднялся и решил посмотреть за ней. Что за странный ребёнок? Когда они вышли к водоёму, седоволосый с удивлением увидел, как та спокойно идёт по воде на середину реки и ловит там рыбу. Она тоже шиноби! Тогда почему она пряталась от АНБУ и так упорно не замечала его? Какаши уже хотел бы ринуться и спросить у неё, но это было бы не в его стиле, а в стиле Майто Гая. Он так делать не станет! Он проследит за это куноичи до конца дня. Хатаке с удобством устроился на ветке, вновь открыв книжку и изредка наблюдая за синеволосой. Когда девушка наловила рыбы, она отправилась обратно по той же дороге. Джоунин проследил за ней до самого дома. Её жильё находилось на самой границе деревни, где мало кто проходил. Она отнесла рыбу в дом, а потом вышла уже переодетая в одежду ниндзя: обьягивающая майка-сетка, перчатки, короткие лосины, а поверх — сиреневое платье, которое не сковывало движений. Так обычно одевались куноичи любой скрытой деревни. Какаши уже хотел уходить, когда девчонка вышла на полянку. И тут он заметил, что все деревья вокруг выглядят так, будто на них отрабатывали удары. Это было действительно так. И сейчас маленькая шиноби собиралась делать тоже самое. Только теперь у неё были сюрикены и она тренировалась метать их. Хатаке с удивлением заметил, как именно она это делает. Синеволосая попадает в цель по всем восьми мишеням, одна из которых была в слепой зоне. Какаши почему-то привиделся Итачи Учиха в её лице, вещь она делала это точно так же, как он! Закончив с мишенями, шиноби отработала пару приёмов тай-дзюцу на уже пострадавших деревьях, а потом скрылась в своём домике. Седоволосый только сейчас заметил, что уже стемнело и отправился в деревню. Ему нужно было переварить увиденное. Возможно ли, что прямо рядом с деревней жил шпион, и все жители могли быть в опасности. Первым делом Какаши направился к своему знакомому другу из АНБУ, который имел доступ к архивам и мог узнать, что это за девушка такая. — Фудзу-сан, пожалуйста, узнайте, кто она. Может, информация о ней сохранилась в старых досье. Если она вообще местная. А если не местная, то как она могла жить всё это время под носом у деревни, и никто не знал бы про неё? Наверняка, кто-то видел девочку хоть раз! — говорит джоунин ниндзя в маске. — Хорошо, Какаши-сан, я посмотрю и поспрашиваю среди командиров, — АНБУ кивнул и растворился в ночи. Мужчина же ещё долго сидел на крыше одного из домов, смотря на звёздное небо и размышляя о его новой знакомой. Сама Изая тем временем уже спала, но была очень довольна своим представлением и тем, что наконец смогла привлечь внимание Хатаке. Она надеялась, что уже через пару дней её приведут к Хокаге. Конечно, все эти прятки от АНБУ были лишь уловкой. Они часто пробегали по лесу днём и ночью, и куноичи никогда от них не пряталась, потому что умела подавлять свою чакру, и те обычно не чувствовали её. Через несколько дней, когда Какаши понял, что о синеволосой куноичи, живущей у них под носом, нет вообще никакой информации ни в досье шиноби, ни в архивах, он отправился прямиком к Пятой. Та была удивлена и задействовав уже свои силы, ещё раз перерыла архив и нашла одну старую запись о голубоволосой девочке, родившейся как раз в период Третьей Мировой Шиноби в Конохогакуре. Последние данные были, что она в возрасте трёх лет проживала в приюте для сирот шиноби, а потом данные о ней оказались утеряны. Девочку уже и не искали спустя десять дет. — Значит, она всё-таки из деревни… — задумался джоунин. — Да, но ни её имени, ни имени клана не сохранилось, — сказала Пятая. — Я пошлю отряд АНБУ завтра утром, они приведут её, и мы всё узнаем. Не опаздывай, Хатаке, завтра в десять, — усмехнулась Цунаде смотря уже в спину подчинённого, который по своим обычаям покидал её кабинет через окно.

***

На следующее утро двое специально обученных шиноби появились у её дома. Изая почувствовала их ещё издали, а потому просто сидела за котацу, спокойно доедая свой завтрак. Те, на удивление, постучались. Куноичи пришлось подняться и открыть. — Здравствуйте. Кто вы? — спросила зеленоглазая девушка двух людей в фарфоровых масках. — Пятая Хокаге хочет видеть вас, вы должны будете отправиться с нами, — ответил мужчина в маске зайца. — А если я не хочу идти ни к какому Хокаге? — решила поупрямиться Изая. Ей было интересно, что они предпримут. Заставят её силой? — Вы проживаете на территории Конохогакуре и обязаны подчиняться приказам Хокаге-сама, — сказала женщина под маской обезьяны. — Но я не являюсь жителем деревни, — продолжала упрямиться девочка. — Тогда вам придётся покинуть это место, но вы в любом случае сначала должны идти с нами, — безэмоционально, но жестко припечатал АНБУ, и Учиха поняла, что они достигли точки кипения. Ей нужно идти в деревню. — Ладно, — просто согласилась она, — ведите, куда нужно. И они втроём направились в Коноху в резиденцию Хокаге. Но на входе в деревню караульный спросил её имя, и ей пришлось назваться: — Изая. Учиха, — она мягко улыбнулась, когда джоунин вскинулся. Она почувствовала, что за её спиной АНБУ тоже странно переглянулись. А потом она всё-таки встретилась с главой селения, где она родилась. Пятая, хмм… Была интересной женщиной. Ну, всё-таки Хокаге она или кто? Высокая блондинка на каблуках на вид лет 30. Но Изая чувствовала, что она была опасным противником и очень опытным. Ей было явно не 30. К тому же, как рассказал ей Итачи, она была одной из трёх легендарных Саннинов, которым было уже по полтиннику. К тому же эта отметка Бьякуго говорила всё о Цунаде-сама, которая была сильнейшим ниндзя-медиком в настоящее время. — Итак, Изая Учиха, я правильно тебя понимаю, дорогая? — Пятая сидела за столом и явно искала какую-то бумажку. — Да, Хокаге-сама, — девочка чуть поклонилась, а потом заметив листок на полу сделала шаг вперёд и… Она спиной почувствовала, как охрана сзади неё напряглась. Впрочем, Цунаде тоже. Но синеволосая тут же выпрямилась и протянула женщине документ с печатями страны Ветра. — Вы не это искали, Пятая-сама? Куноичи заметила, как напряжение тут же покинуло лицо блондинки. Она поблагодарила её, забрав листок, и отозвала АНБУ. — Изая-чан, ты же шиноби, не так ли? — девушка кивнула. — Тогда почему ты, живя около Конохи, ни разу не появлялась в Академии? Последний раз по моим сведениям, ты находилась в приюте для сирот. — Да, Хокаге-сама. — Тогда почему ты ушла оттуда? И где ты пропадала всё это время? В том домике на опушке? — Я ушла оттуда, потому что была намного способнее остальных детей там и могла самостоятельно о себе заботиться. После приюта я отправилась в лес и жила некоторое время у одной целительницы, пока она не умерла. Потом я нашла этот домик, — рассказала почти правду Учиха. — Тогда почему ты не ходила в Академию? — ещё раз повторила вопрос Цунаде. — Мне это было не нужно. Я сама научилась всему. — Что ж, а теперь ты хочешь быть частью деревни? Работать, как все шиноби или и дальше будешь прятаться в лесу? Выбор за тобой, — слегка улыбнулась женщина. — Я могу проверить твои способности, присвоить тебе ранг генина и дать тебе миссии. Ты будешь зарабатывать деньги и жить в квартире, которую тебе выделит фонд Конохогакуре. Как тебе такая идея? — Хм, я должна принять решение сейчас? — девушка посмотрела на Пятую. Та кивнула. — Тогда… Я соглашусь. Я хочу участвовать в жизни деревни, — она улыбнулась, потому что была счастлива, что план Итачи работает идеально. — Хорошо, тогда у меня остался лишь последний вопрос к тебе, Иза-чан. Знала ли ты, что случилось с твоим кланом? — блондинка явно провоцировала девушку. Хокаге была уверена, что эта синевласая не так-то уж проста, но не могла понять, что именно в ней задевает. После этого вопроса лицо молодой куноичи помрачнело. — Да, я знаю о резне. Но Учихи больше не волнуют меня, — она явно была на кого-то зла. — Где был мой клан, когда я осталась без родителей? Я даже не знаю, кем они были! Вместо того, чтобы приютить одного из членов своей семьи, меня запихнули в приют! И теперь мне абсолютно всё равно, что там с ними случилось, потому что это меня больше не касается, — говорила она, прямо смотря на Пятую за столом. Нужно было, чтобы та почувствовала боль девушки, чтобы поняла, что её бросили, но она не погибла, а осталась жива и прошла через этот путь боли и отчаяния, чтобы вернуться сюда снова. Да, прав был Ита-кун, что неудачи и потери только закаляют нас.