13 глава
19 января 2021 г., 16:37
Мальчишкам сидеть за столом с двумя темными лордами немного боязно. Если к деду они привыкли, то темноволосый парень, которого представили, как Томас Гонт, вызывал недоверие. Гарольд часто поднимал глаза на свою старшую копию, встречаясь с немного насмешливым взглядом синих глаз. Томас прижился в семье Гриндевальдов. Геллерт взял его под крыло, сводил в банк, помог с вступлением в наследство, сделал документы. Конечно, все было не за просто так.
Томас Гонт должен был пойти учиться на седьмой курс в Хогвартс, присматривать за мальчишками и Розалиной, заодно спровоцировать директора, чтобы снять его с должностей. Весь попечительский совет с лордом Малфоем и лордом Гриндевальдом занимались вытягиванием на свет тайн Великого светоча. Геллерт лично знал о многих преступлениях Альбуса и щедро делился ими с прессой. Начали они с иностранных издательств и плавно перетекли на Англию.
- Пора сменить директора. Абраксас, есть у вас какие-нибудь идеи? — спросил лорд Гриндевальд у задумчивого Малфоя.
- Легально скинуть Дамблдора почти невозможно, он пользуется слишком большим авторитетом. Но есть у меня одна идея… Если он сам уйдёт по состоянию здоровья, то все будут довольны. Пожилой человек желает отдохнуть на старости лет, кто ж ему запретит? — усмехнулся тот в ответ. — Мы же не хотим, чтоб Светлейший погиб в сражении с очередными силами зла и стал героем?
- Нет, пусть спокойно живёт где-нибудь подальше и поправляет пошатнувшееся здоровье, - предложил Мордред. — Хотя не такой он и старик, вы же на здоровье не жалуетесь.
- Скоро начнет.
Оба лорда рассмеялось.
Директор со злостью отшвырнул от себя газету. Журналисты снова поливали его грязью, вытягивая на свет грязное прошлое. И очень подробное прошлое. Некоторые факты про Ариану и Геллерта никто не знал. А эти двое были мертвы. Самым большим ударом за лето стало для Альбуса Дамблдора, что его сняли с поста председателя Визенгамота. А ещё через неделю пришло письмо с печатью международной ассоциации магов. И остался только пост директора. И то попечительский совет как-то активизировался: то проверку проведут, то какие-то указы выдвинут. И Альбус стал понимать, что его авторитет в обществе стал пропадать. Он решил исправить положение и нашептал Фарджу, что стоит провести турнир трёх волшебников с участием иностранных школ. Корнелиус поддержал его инициативу, министерство выделило деньги и разослало приглашения в Думстранг и Шармбатон. Министр помнил, что на следующий год будут перевыборы и хотел задобрить волшебников перед своим уходом. Мужчина больше не хотел плясать под дудку директора, но выпутаться из этой паутины самостоятельно не было сил.
Лето пролетело быстро. Дети учились тому, что не давал им Хогвартс. Рикхард и Томас вникали в дела своих родов, как наследники. Гарольд тоже много времени проводил с личными учителями, ведь на малое совершеннолетие в пятнадцать готовился принять род Поттеров. Не забывали дети и про отдых.
Первого сентября дети заблаговременно прибыли на вокзал. Томас с восторгом осматривался по сторонам. С его детства многое изменилось, но сама атмосфера наполняла сердце радостью. Рикхард и Гарольд стояли рядом с Драко и обсуждали летние каникулы. Розалина, которая собиралась поступать на первый курс, держала за руку Томаса. Парень никак не мог привыкнуть к этой необычной девочке. Еще при первой встречи Розалина сказала, что хочет стать его женой. Тогда все взрослые посмеялись, а Томас от радости пообещал, что согласится, если к концу Хогвартса девочка не передумает. Магия приняла его обещание. Потом уже было не до смеха. Мордред волком смотрел на юношу, Петунья была более снисходительна. Они хотели счастья для их дочери. Если Розалина будет счастлива рядом с Томом, то они поддержат решение малышки, когда придет время.
Поездка в поезде прошла быстро и не отложилась в памяти. Ученики переоделись в мантии. Их ожидали кареты с фэсталами. Томас затормозил возле карет. Он не первокурсник, но в новом теле впервые появился в Хогвартсе. Он обернулся к здоровяку Хагриду, который вел первокурсников к лодкам. Томас махнул рукой младшим братьям и Драко и отправился за Розалиной к лодкам. Его подкупало то, что белокурая малышка решила стать его семьей.
Рискованно наклоняясь под порывами ветра, кареты миновали ворота Хогвартса со статуями по бокам и заскрипели по длинной дороге к вершине холма. В окно Гарри видел все ближе и ближе надвигающийся замок, множество его освещенных окон расплывались и мерцали за плотной завесой дождя. Когда их карета остановилась перед громадными парадными дверями резного дуба наверху каменной лестницы, небо перечеркнула вспышка молнии. Мальчишки вышли из кареты. Рикхард наложил отталкивающие чары, но они все равно побежали к школе.
После распределения, на котором Томас и Розалина попали на Слизерин, всем ученикам объявили о предстоящем турнире Трёх волшебников.
- Турнир Трёх Волшебников был основан примерно семьсот лет назад как товарищеское соревнование между тремя крупнейшими европейскими школами волшебства — Хогвартсом, Шармбатоном и Дурмстрангом, - рассказывал Рикхард. - Каждую школу представлял выбранный чемпион, и эти три чемпиона состязались в трёх магических заданиях. Школы постановили проводить Турнир каждые пять лет, и было общепризнано, что это наилучший путь налаживания дружеских связей между колдовской молодёжью разных национальностей — и так шло до тех пор, пока число жертв на этих соревнованиях не возросло настолько, что Турнир пришлось прекратить.
- Похоже, наш министр хочет угробить кого-то, - сказал старшекурсник с конца слизеринского стола.
- Странно, я думал, что в этом году у нас будет новый преподаватель ЗОТИ, - перевел тему в другое русло Драко.
Гарольд обежал глазами профессоров — точно, ни одного нового лица. Малютка-профессор Флитвик, преподаватель заклинаний, сидел на высокой стопке подушек рядом с профессором Стебль, преподавателем травологии, чья шляпа сидела набекрень на копне седых волос. Она беседовала с профессором Синистрой с кафедры астрономии. С другой стороны Синистры восседал профессор Снейп.
Как раз в этот момент грянул оглушительный громовой раскат, и двери Большого зала с грохотом распахнулись. На пороге стоял человек, опирающийся на длинный посох и закутанный в черный дорожный плащ. Все головы в зале повернулись к незнакомцу , неожиданно освещенный вспышкой молнии, он откинул капюшон, тряхнул гривой темных с проседью волос и пошел к преподавательскому столу. Глухое клацанье отдавалось по всему залу при каждом его шаге. Незнакомец приблизился к профессорскому подиуму и прохромал к Дамблдору.
Дамблдор кивнул и жестом пригласил его на свободное место по правую руку от себя. Незнакомец сел, отбросив с лица сивые волосы, и пододвинул к себе тарелку с сосисками; поднял к тому, что осталось от его носа и понюхал, после чего достал из кармана маленький нож, подцепил сосиску за конец и начал есть. Его нормальный глаз был устремлен на еду, но голубой без устали крутился в глазнице, озирая зал и студентов.
- Позвольте представить вам нашего нового преподавателя защиты от темных искусств, — жизнерадостно объявил Дамблдор в наступившей тишине. — Профессор Грюм.
По обычаю новых преподавателей приветствовали аплодисментами, но в этот раз никто из профессоров или студентов не захлопал, если не считать самого Дамблдора и Хагрида. Их удары ладонью о ладонь уныло прозвучали при всеобщем молчании и скоро затихли. Всех остальных, видимо, настолько поразило необычайное появление Грюма, что они могли только смотреть на него.
- Наверно, хуже уже не будет, - озвучил общую мысль Гарольд.
Как же он ошибался...
***
Дальше потянулись скучные учебные дни, наполненные ожиданием гостей из других школ. Главы участвующих школ совместно с Министерством магии договорились о возрастном ограничении для претендентов на участие в турнире. Студенты в возрасте семнадцати лет и старше получали разрешение выдвинуть свои кандидатуры на обсуждение. Директор обещал лично проследить за тем, чтобы никто из студентов моложе положенного возраста не подсунул свою кандидатуру для выборов чемпиона. Делегации из Шармбатона и Дурмстранга появилась в октябре. Замок подвергся генеральной уборке. Несколько потемневших портретов хорошенько почистили и помыли, к их вящему недовольству. Портреты ежились в своих рамах, сердито бурчали, кривя влажные розовые лица. Рыцарские доспехи заблестели и задвигали руками без скрипа и скрежета. А Аргус Филч в ярости кидался на ребят, забывших вытереть ноги, и даже довел двух девочек-первоклашек до слез. В Большой зал на стены вывесили огромные флаги всех факультетов: Гриффиндорский — красный с золотым львом, Когтеврана — бронзовый орел на синем фоне, желтый с черным барсуком пуффендуйцев и зеленое знамя с серебряной змеей Слизерина. Позади профессорского стола развевалось невероятных размеров полотнище с гербом Хогвартса: большая буква «X» в окружении льва, орла, барсука и змеи. - Красота! – восхитился Гарри. - Раньше они всегда здесь висели, - грустно сказал Томас. За полтора месяца обучения он сильно разочаровался в когда-то любимой школе. Ученицы Шармбатона прибыли первыми, они сплясали и расселись по местам. Их директор – огромного роста женщина – тепло поздоровалась с Дамблдором. Сопровождала мадам Максим худенькая брюнетка, которую Гарольд и Рикхард сразу узнали. Профессор Снейп сразу напрягся , увидев давнюю знакомую по переписке вживую. Женщина, скорее всего, тоже узнала мужчину, ведь тепло улыбнулась ему. Потом в зал зашли представители Думстранга. Человек, шедший первым, был одет в меха — гладкие, блестящие, серебристые, под стать волосам. Томас сразу узнал его. - Дамблдор! — радостно воскликнул он, поднимаясь по склону. — Как поживаете, любезный друг? - Благодарю, прекрасно, профессор Каркаров. Голос у Каркарова бархатный, с льстивой ноткой. Высокий, худой, как и Дамблдор, но седина короткая, а козлиная бородка с завитком на конце едва скрывает безвольный подбородок. Подойдя к Дамблдору, он взял его руки в свои и крепко тряхнул. - Старый добрый Хогвартс, — смотрел он, улыбаясь, на замок. Зубы у него желтоватые, а улыбка не вяжется с холодным проницательным взглядом. — Как хорошо снова быть здесь... Как хорошо... Виктор, иди сюда. В тепло. Вы не против, Дамблдор? Виктор немного простыл... Каркаров поманил одного из учеников, тот подошел. Крупный, с горбинкой нос, густые черные брови... Драко дернул друга за локоть, что-то зашептал на ухо. Но Гарольд и сам узнал гостя. Это был Крам. Почти все ученики Думстранга уселись за стол Слизерина. - Торжественный миг приблизился, - Дамблдор оглядел, улыбаясь, обращенные к нему лица. – Турнир Трех Волшебников вот-вот будет открыт. Перед тем как внесут ларец... - Что-что внесут? — не понял Гарри. - …я хотел бы коротко объяснить правила нынешнего Турнира. Но прежде позвольте представить тем, кто не знает, мистера Бартемиуса Крауча, главу Департамента международного магического сотрудничества; Людо Бэгмена, начальника Департамента магических игр и спорта. Бэгмену достались щедрые аплодисменты, наверное, благодаря его славе загонщика, а может, просто потому, что вид у него был куда приветливее: Бэгмен оценил аплодисменты, осклабившись и помахав залу рукой, а хмурый Бартемиус Крауч и бровью не повел, когда Дамблдор назвал его имя. В мантии волшебника мужчина выглядел как-то нелепо. Его усы щеточкой и аккуратный пробор странно контрастировали с длинными белыми волосами и бородой Дамблдора. - Мистер Бэгмен и мистер Крауч, организаторы Турнира, без устали работали несколько месяцев, — окончил директор Дамблдор. - Они войдут в судейскую бригаду, которая будет судить состязания.***
В субботу, когда закончилось время, в которое можно было опустить свое имя в кубок, стоявший все это время в Большом Зале, за ужином стоял галдеж. Но все смолкли, как только со своего места поднялся директор Хогвартса. - Кубок огня вот-вот примет решение, - начал Дамблдор. — Думаю, ему требуется еще минута. Когда имена чемпионов станут известны, попрошу их подойти к столу и проследовать в комнату, примыкающую к залу, — он указал на дверь позади профессорского стола. — Там они получат инструкции к первому туру состязаний. Он вынул волшебную палочку и широко ею взмахнул. Зал погрузился в полутьму. Кубок огня засиял ярче, искрящиеся синеватые языки пламени ослепительно били по глазам. Дамблдор, протянув руку, подхватил пергамент, освещенный огнем, опять синевато-белым, и громким, отчетливым голосом прочитал: - «Чемпион Дурмстранга — Виктор Крам». Зал содрогнулся от грохота аплодисментов и восторженных криков. Троица за столом воронов тоже хлопала, как могла. Виктор Крам поднялся с места и, ссутулив плечи, вразвалку двинулся к Дамблдору, повернул направо и, миновав профессорский стол, исчез в соседней комнате. Пламя вновь покраснело, и Кубок выстрелил еще одним куском пергамента. - «Чемпион Шармбатона - Флер Делакур!» — возвестил Дамблдор. Со своего места за столом Когтеврана поднялась красивая девушка (Панси шепнула всем кто был рядом, что ее бабушка была вейлой, но откуда она это знает, не просветила), чеканя шаг, она прошла к двери за профессорским столом и скрылась там. Все опять повторилось. Огонь покраснел, посыпались искры. Из Кубка вылетел третий кусок пергамента. Дамблдор поймал его и прочитал: - «Чемпион Хогвартса — Седрик Диггори». Аплодисментами взорвался стол барсуков. Всех чемпионов поздравляли и под бурные овации провожали в отдельную комнату. Внезапно кубок снова вспыхнул и вылетела еще одна бумажка. Все с недоумением смотрели на клочок пергамента в руке директора. - Гарри Поттер, - прочитал Дамблдор, пряча довольную улыбку за длинной бородой. - Я Гарольд! – возмутился слизеринец. – Я не бросал свои имя в кубок! - Мальчик, я ничего не могу сделать. С кубком заключается контракт… - начал говорить Альбус. - На правах старшего родственника, - встал с места Томас, загораживая мальчишку собою, - я заменю Гарольда на турнире. - Но… - хотел возразить директор. Томас произнес формулу палочкой и имя на записке в руке директора поменялось. Парень поправил мантию и направился к указанной двери. Гарольд с облегчением сел рядом с братом. Драко схватил его за руку, даря тепло и поддержку.***
24 ноября было первое состязание - сражение с драконом. Каждый участник должен был забрать у «своей» драконихи золотое яйцо, в котором было закодированное описание второго задания. Седрик Диггори вытянул Шведского тупорылого дракона. Он превратил камень в собаку, чтобы отвлечь внимание драконихи, но она в последний момент кинулась всё же на юношу и обожгла его. Судьи поставили ученику 38 баллов. Флёр Делакур ввела валлийского зелёного дракона в транс, но дракон всхрапнул огнём и опалил юбку девушке. Виктор Крам наложил заклятие Коньюнктивитус на самку породы Китайский огненный шар. Золотое яйцо он забрал без проблем, но дракониха заметалась от боли и передавила половину настоящих яиц. Оценка судей — 40 баллов. - Тебе не страшно? – спросил Гарольд, смотря за тем, как Томас одевает броню под мантию. - Я совру, если скажу, что нет. - Почему ты занял мое место? – слизеринца давно мучил этот вопрос. - Гарольд, - положил еу руку на плечо Томас. – У меня не было нормального детства, пусть у тебя оно будет, - и вышел из палатки. Томас заговорил с драконом и попросил забрать лишнее яйцо. Дракониха выкатила ему золотой предмет, и парень покинул арену без единой царапины. Многие возмущались его способом добычи яйца. Томас игнорировал всех, кроме Крауча-старшего. Этот мужчина был ему неприятен, а еще Грюм пялился на него, как наркоман. Судьи поставили Томасу 40 очков. - Второй этап турнира будет после рождества, - сказал Людо Бэгмен. После первого тура учеба не сразу вернулась в привычное русло. Гарри, Рикхард и Драко ходили на уроки и задумывались над парами к Рождественскому балу. Малфою с парой было легче всего, ведь он собирался пойти с невестой. Рикхард тоже присмотрел девушку из Когтервана. Наследник Гриндевальдов заглядывался на странную блондинку с фамилией Лагвуд. Луна и правда была красива, вот только никто почему-то не обращал на это внимания, зациклившись на том, что девочка видела мир немного иначе, чем остальные. Рикхарду она сразу понравилась своим спокойствием и тем, что с удивительной точностью знала, что происходит с человеком. А когда он понял, что третьекурсница не поддаётся массовым течениям, то вовсе проникся к ней симпатией. Один только Гарри остался не у дел. У него было много поклонниц с его статусом героя и победителя темного лорда, но никто из девушек пока не цеплял юное сердце. Со своей проблемой Гарри пришел к Томасу. Несмотря на то, что в прошлом они были врагами, мальчик тянулся к старшей копии и принял его в близкий круг. Томас сидел у Снейпа. Они оживленно про что-то говорили. - Я ощущаю троих подданных в замке. А еще меня тревожит Грюм, - наверно не в первый раз повторил Томас. - Что вы от меня хотите? – хмурился Северус. - Можно? – просунул голову в дверь Гарольд. - Проходи, - вздохнул Снейп, призывая еще одну чашку для нежданного гостя. Томас перестал сверлить зельевара хмурым взглядом и перевел его на Гарольда. Юный слизеринец уже привык в долгим, порой пугающим взглядам, Томаса. - Я помешал? – несмело спросил Гарольд. Снейп вздохнул. Томас едва заметно улыбнулся. Ему сложно было проявлять эмоции, только рядом с будущей невестой его лицо озаряла искрения улыбка. Как Розалине это удавалось, никто не понимал. - Я по поводу бала… - Гарольд, с твоего года еще не приглашены Дафна и Панси, - сказал Северус. - Как вы догадались, о чем я хочу спросить? - У тебя на лице написано, - ответил за зельевара Томас. – К тому же поверхностное чтение мыслей никто не отменял. Гарольд немного покраснел и опустил глаза. - Спасибо за совет. Он вышел из комнаты, а взрослые вернулись к разговору.***
После бала, когда все ученики разьехались на каникулы, Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор пребывал в состоянии когнитивного диссонанса. В его седой голове не укладывалась мысль, что его тоже можно обмануть, обвести вокруг пальца. Милый мальчик Том, знакомый до последней родинки, устроил ловушку. Старик не помнил, зачем ему понадобилось проверять разрушенную лачугу Гонтов. Та вылазка обернулась против него. Чарами заставил взять в руки свой крестраж, на котором лежало проклятие. Да не одно. Директор узнал проклятие Гниющей Плоти, странно модифицированное и усиленное. Проклятие Подвластия, которое вынудило взять кольцо голыми руками, позабыв про защиту. Оно создавало ощущение расплавленного свинца, текущего по венам. Были и другие чары, но распутать их клубок старик не сумел. Так странно было ощущать себя неопытным юнцом, неспособным противостоять чужой магии. Величайший Светлый маг Британии попался в капкан, как неразумное дитя. Попытка переложить проклятия на другого особым успехом не увенчалась. На Хагрида, в силу его великанской крови, чары Переноса просто не подействовали. Будь у него Старшая Палочка, все было бы проще. Но она так и не нашлась. Прелесть Бузинная. Кто ее выкрал и как, узнать так и не удалось. И это пугало до дрожи в коленях. И не только самим фактом кражи. Кто-то проник в его святая святых. И остался незамеченным. Ненайденным. Ненаказанным. Этот кто-то мог узнать и другие тайны доброго дедушки. К примеру, о финансовых вливаниях в бюджет школы со стороны Попечительского совета и Министерства Магии, которые он тратил на свои желания. А всем говорил, что денег не выделяют или выделяют недостаточно. Еще здоровье стало подводить. Старый волшебник стал рассеянным и часто забывал обо всем. В своих мыслях и мечтах он выпадал из реальности. У проклятия на колечке было несколько подводных камней, которые постепенно сводили с ума директора. - Со мной всё прекрасно, — с усталой улыбкой бормотал он, наверное, в сотый раз, но окружающие, напротив, убедились, что на самом деле директор совсем не в порядке. Обычно ярко-голубые глаза словно подёрнулись мутноватой пеленой, волосы и борода не сияли, как прежде, а просто выглядели тускло-седыми. Да и морщины на лбу и вокруг глаз обозначились чётче, добавляя облику лишний десяток лет. Феникс на его плече тихонько насвистывал лёгкую мелодию, которая успокаивала нервы всех окружающих, и иногда дёргал «хозяина» за пушистую кисточку на феске. Остальные деканы только ухмылялись, спокойно попивая чай. Все давно уже привыкли, что великий волшебник живёт в своих реалиях, мало кого слушая и строя планы по спасению мира при помощи добра. Видно, слава победителя Тёмного Лорда Гриндевальда не давала ему покоя, побуждая причинять счастье всем британским волшебникам. Геллерт держал в руках свою палочку и с любовью полировал её. Он вернул себе свою собственность, которую из-за подлой дуэли на долгие годы лишился. Украсть старшую палочку у директора из-под носа оказалось трудно, но выполнимо. Проклятие на подкинутой приманке постепенно иссушат ядро директора, а через год, максимум два, и вовсе убьет. Геллерт умел мстить со вкусом, не пачкая свои руки. Осталось продвинуть Малфоя второго на пост нового министра и подождать пока подрастёт Томас, на которого у темного лорда были большие планы. Люциус Малфой, с подсказкой Геллерта, предложил в министерстве несколько новых законопроектов, которые сильно контрастировали с политикой Дамблдора, но имели шанс получить развитие. Одним из таких проектов стало предложение о просвещении магов о Магических Законах в степенях, равных с другими законами и правилами. Он начал просветительскую работу и в правящих кругах, давая понять, что ни о каком притеснении чистокровными полукровных и магглорожденных магов речи не идет. Кроме того, племянником Малфоя оказался никто иной, как Избранный, что давало ему еще несколько очков форы. Репутация Сиятельного Лорда росла на глазах, а потому он уже всерьез задумывался о министерском кресле.***
В конце февраля прошел второй этап турнира - спасение узника. В озере на территории Хогвартса были помещены друзья или родственники каждого из участников. «Чемпионам» давался один час, чтобы найти «своего» узника и освободить его. Флёр Делакур применила заклинание головного пузыря, но не смогла прорваться через засаду гриндилоу и сошла с дистанции, так и не добравшись до своего «пленника» — младшей сестры Габриэль Делакур. Оценка за это задание — 25 очков. Седрик Диггори также воспользовался заклинанием головного пузыря и освободил Чжоу Чанг на минуту позже установленного срока. Его оценка — 47 баллов. Виктор Крам продемонстрировал неполное превращение в акулу и освободил Гермиону Грейнджер намного позже отведённого времени. Оценка судей — 40 очков. Томас воспользовался родовым артефактом и прибыл в деревню русалок первым, поторговался с местным населением. Он первым покинул озеро и вытащил Гарольда. Юного слизеринца долго приводили в себя после такого заточения. Томас со злостью смотрел на директора, который явно приложил руку к тяжелому состоянию Поттера. Судьи поставили Томасу 45 очков. Парня не особо волновали баллы, а вот Грюм под обороткой – очень даже. В тот же вечер он изловил старого аврора и притащил его в Тайную комнату. Он с первого дня учебы наведывался к василиску, иногда компанию ему составляли Гарольд или Рикхард. Отправив сообщение Снейпу и лорду Гриндевальду, Томас стал ждать, когда кончится действие оборотного. Лицо мужчины исказилось и вернуло прежний облик. - Крауч, - узнал его Снейп. - Предатель! - дернулся в путах волшебник. Северус не слушал ругань, а залил зелье мужчине в рот. Томас наблюдал за ними. Под действием сыворотки правды Барти рассказал о том, как покинул Азкабан; как, сбросив на время отцовское заклятие, вызвал Тёмную метку на Чемпионате мира по квиддичу; как стал «Грозным Глазом Грюмом»; как подкинул в Кубок огня имя Гарри Поттера; как убил собственного отца и как приятно было сделать это; как собирался превратить Кубок в портал, чтобы преподнести Волан-де-Морту Поттера, кровь которого понадобилась Тёмному Лорду для возрождения. - Зачем мне его кровь? – не понял Томас. - Повелитель… - осенило Крауча. Он свалился на колени и уткнулся носом в начищенные ботинки Томасу. Парень с брезгливостью отошел от последователя. Он не вспоминал, как раньше ему нравилось это раболепие. Снейп поднял Крауча и встряхнул, потом влил ему антидот. - И кто же меня собирается воскресить? - Питер Петигрю, - лепетал Барти, севшим голосом. - Криворукая крыса! Даже не представляю, что у него получится, - возмутился Томас. - Из чего он собирается вас воскрешать? – спросил Северус. - Значит, был еще один осколок моей души. Методом исключений Томас понял, что из медальона крыса собирается вернуть его подобие. Эту вещь он отдал на сохранение Регулусу Блэку. - Он пропал без вести в начале 1981, - сказал Северус. - Да? Северус кивнул. Юный лорд Гонт с огорчением отвел глаза. Томас снова посмотрел на Крауча-младшего, который сумасшедшим преданным взглядом смотрел на молодого повелителя. - Северус, отправь этого на лечение за границу, а я свяжусь с лордом Гриндевальдом. Ни мне, ни Англии агрессивный лич не нужен. На том и решили. Крауча-младшего отправили на лечение в Швейцарию. Он на все был согласен, если приказы отдавал Томас. У волшебника качественно поехала крыша на почве длительного нахождения под империусом. Оставив последователя в надежных руках целителей, Томас с другими взрослыми занялся насущной проблемой с Петигрю. Авроры и невыразимцы по анонимной наводке нашли живого Петигрю и недоголема, которого тот выращивал из котла. Скримджер понял, откуда растут ноги у этой анонимки. Пока он имел выгоду от сотрудничества с Гриндевальдом и Малфоем во благо страны, он готов был закрывать глаза на их прегрешения. Голема уничтожили, Петигрю отправили в Азкабан. Медальон вернули Томасу Гонту. Профессор Снейп, как опытный легилиминт, выпотрошил мозг подсудимому, вытягивая на свет связь с директором. Суд приговорил внезапно воскресшего волшебника к поцелую дементора. Общественность осведомили о грязных делах Дамблдора. Министр Фардж под давлением временно убрал Альбуса с поста. Англия постепенно приходила в себя, успокаивалась и задумывалась. Буквально за полгода все перевернулось с ног на голову. Профессор Дамблдор, лидер Светлой стороны, директор школы чародейства и волшебства Хогвартс, отмеченный многими наградами, имевший высокий авторитет и уважение, теперь был буквально никем. Его сместили, люди перестали верить в него, перестали верить ему. Теперь он был просто очень старым магом, без репутации, без власти, без поддержки. Теперь он действительно был никем. Его собирались судить. Директором в школе назначили профессора Флитвика, который с удовольствием взялся за возобновление забытых курсов и уроков, внесение корректив, которые всегда считал уместными, но которые не имел шанса продвинуть. Теперь его деятельная натура настоящего когтевранца, которая стремилась получать и давать другим как можно больше знаний, обещала превратить магическую школу в действительно стоящее учебное заведение. Под его руководством прошел третий этап турнира, который выиграл Виктор Крам. Томас был сильно занят судом, и для победы ему не хватило каких-то нескольких балов. Но парень не переживал. Его больше заботила будущая учеба на мастерство, политическая ситуация в Англии и снятие меток и освобождение соратников из Азкабана. Люциус Малфой уверенно лидировал в предвыборной компании на новых выборах Министра Магии. Фадж уже никому не казался сколько-нибудь значимой персоной. Кто он такой? Люциус же теперь имел куда больший вес. Он продолжил продвигать важность распространения знаний о законах Магии, сам проводил встречи с желающими, вел небольшие семинары, где рассказывал о законах, объяснял их важность и правильность. К нему прислушивались, и чем больше слушали, тем больше понимали и ужасались, насколько далеко общество отвернулось от самой Магии. Учебный год впервые для Гарольда окончился спокойно. Он вернулся в семью с родными и больше не переживал, что его возносят на пьедестал избранности. Слизеринец был рад стать обычным учеником. Он ведь подросток, у которого на уме не спасение мира. Эту миссию должны выполнять взрослые, как Томас, отец или дед. Гарольд доверял им собственное благополучие и страну тоже. Мир менялся. Менялся быстро, возвращаясь в верное нужное русло. Магия, перетекая среди волшебников и ощущая, как все возвращается на круги своя, ликовала. Для того, чтобы быть Героем, совершенно не обязательно кого-то убивать. Иногда достаточно просто показать остальным, что они были не правы.
Примечания:
Нет слова пригрешения, есть прегрешения. См.словарь.
