Mimi Feroce

      Перед взглядом возникли слова:

[Медальон точечно изменяет Ваше прошлое, чтобы Вы стали такой, какой пожелали в момент выбора. Вы сами переписали данные на своих Кубиках личности. Побочные продукты такого метода — реально прожитая жизнь, реальные воспоминания, временная потеря чёткости воспоминаний из-за темпоральных флуктуаций.]

      Я всё-таки не удержалась и заревела, залившись горючими слезами и сжавшись в комочек на джинсах. Было жутко, нихренашеньки непонятно и страшно до мокрых трусишек, но при этом отчего-то настолько легко и свободно, что хотелось парить и смеяться сквозь слёзы. Если бы не непроглядная темень над головой, то я точно взмыла бы в воздух! Даже мой пенис, захлёстнутый волной радостного возбуждения, стремительно наливался упругостью, проталкиваясь вверх между бёдер.       — Отвали… — с нервным смешком пробормотала я, отталкивая ствол горячей плоти, а затем со смехом сквозь слёзы взмахнула рубахой, накрывая своего «малыша» и прижимая его к животу. Поддавшись внезапному порыву, низко нагнулась, зарываясь лицом между сисек, и обхватила губами головку, страстно её поцеловав и лизнув уздечку.       Не удержалась и засмеялась над собственной гибкостью, глупостью и извращённостью — словно не было других дел, кроме милования с собственным членом. Но настроение от этого ещё больше улучшилось и я обняла себя плотно и крепко, обвив хвостик вокруг прижатых к груди коленок.       Мне почти ничего не удалось понять из объяснения «Сири», но и тревожней из-за непонимания не становилось. Наоборот, главной мыслью была непоколебимая, вливавшаяся в сознание истина: я — это я, такая же, как и всегда. Не было никаких «до»! А все остальное — просто дурацкий и презабавнейший сон, который нужно взять, скомкать и выбросить прочь. И точка!       Да и вообще, мне некогда метаться в нерешительности! Дома ждут родители, бабуля с дедулей, друзья.       — Я вам всем покажу!.. — грозно потрясая кулаком и захихикав, утёрла я слёзы. — Вы ещё ощутите всю мою…       Слова так и застряли в горле, а я вытаращила глаза, чуя, что они вот-вот полезут на лоб от шока.       — Ч-чего ты сказала?.. Медальон на время воздействует?! Так что ж ты до сих пор молчала, идиотка виртуальная?! Давай используем эту мощь и свалим отсюда!..

[Невозможно.]

      — Да почему же?! — забывшись, я отчаянно закричала.

[Сила Медальона используется автоматически. Ей невозможно осознанно управлять.]

      Вздохнув и разом расслабившись, я поникла головой — на миг вновь вспыхнувшая надежда развеялась в прах. Хотя…       Да и чёрт с ней, в самом-то деле! Не больно то и хотелось! Подумаешь, застряла неведомо «где», и незнамо «когда». Да я запросто справлюсь со всей этой ерундой, не замечу даже, как всех «победю», всё преодолею! К тому же, самое главное, что меня беспокоило, быстро развеивалось и растворялось в приятном гармоничном спокойствии, а только-только намечавшиеся противоречия в себе, в собственном «я», стремительно утрясались. И хотя на помощь извне — да, не быть мне «кэпом» — надеяться не приходилось, но и убить меня сию же минуту никто не пытался. Просто идиллия!..       — Ну и хрен с ним, сама справлюсь… — зло фыркнув уже вслух, я гордо вскинула рогатую голову. Хотя с моим-то ростом это должно было выглядеть просто заносчиво.

* * *

      Моя обувь — не по размеру кроссовки, — нашлась неподалёку и вместе с носками полетела в бездны Инвентаря. Научусь разводить огонь — сойдут вместо топлива.       С джинсами было сложнее. У меня имелся брючный ремень, чтобы даже их мешковатый верх плотно подогнать к моей талии, но слишком уж тяжёлым был даже сухой деним. А в сырости влажной пещеры он быстро промокнет и я вообще не поволоку ног. Попытавшись же закатать штанины почти до половины длины, чтобы они хотя бы на время в ногах не путались, я получила в районе коленей две толстенные складки из ткани. Приходилось стоять, раскорячившись, как кавалерист в седле — так одёжка ещё больше мешала движениям. В общем, как ни крути, а придётся щеголять без штанов.       Подумав, я просто махнула на это рукой и решила остаться в одном «платье». Сине-зелено-красная рубаха в разлинееную клеточку доходила почти до коленей и была довольно теплой, прикрывая всё, что не мешало бы прикрывать. Правда, рукава длинноваты — поднимая руки, я выглядела, как печальный Пьеро. Да и во время ходьбы скачущие вверх и вниз грудки неприятно елозили сосками о ткань — без лифчика жуть как неудобно, — но хотя бы самих движений одежда не стесняла.       Игривые порывы едва уловимого, прохладного воздуха иногда забирались под эту своеобразную юбку, холодя и поглаживая обнажённые бедра, но подобное можно было и потерпеть. На первом курсе, как сейчас помню, я вообще на спор приходила на учебу в юбке и без трусиков, а потом подружки тискали меня в перерывах между занятиями, обступая стайкой в коридоре. Поэтому переживу.       С босыми же ногами меня ждала наибольшая сложность — надеть на них, кроме безразмерных кроссовок, было попросту нечего. Чудо, что я ещё не порезалась об острые камни, пока забарывала слизняка в эпической битве.       Недолго подумав, я решила разорвать на полосы джинсы и обмотать ими стопы, соорудив подобие мокасинов. Правда, сказать это оказалось проще, чем сделать — у меня не было ни ножниц, ни ножа, ни какой-нибудь тонкостенной металлической мелочи, чтобы попытаться ее заточить и покрамсать прочную ткань. Конечно, можно было попробовать проделать такое с трофеем — монеткой, — но я сомневалась, что кусочек мягкого металла станет острым в моих руках.       Походив пару минут по округе, я выбрала самый большой из светящихся кристаллов размером со средний огурец.       Б-р-р!.. Как вспомню эти гадкие зелёные пупырышки, так в дрожь бросает…       Нашла подходящее место и, усевшись на корточки, как мартышка из передач про диких животных, принялась усердно долбить камнем по кристаллу, надеясь отколоть острый слой. Самосветящаяся тусклая «лампочка» усилий милой «макаки» не оценила и правильно раскалываться наотрез не хотела, предпочитая разлетаться, как угодно, крошиться мелкими брызгами стекловидных осколков, но только не расслаиваться так, как было нужно мне.       Так, постепенно превращаясь из безобидной «обезьянки» в разъярённую самку гориллы, я раскрошила буквально в песок один, другой, третий образец, здорово запыхавшись. Но на четвертом наконец-то приноровились и отбила таки тонкий осколок.       На радостях подхватила кусочек острой, слабо мерцавшей «стекляшки» и закружилась с ним в танце! Счастья-то было — едва ноги не порезала о крошево на полу. Но всё вышло довольно удачно — кременно-твердый кусочек был острый, как бритва. И тотчас же, как только отлетел этот удачный кусочек, в голове тихо тренькнуло, и я увидела всплывшую череду надпись:

[Получено умение: Обработка Минералов.] [Получено умение: Обработка Кристаллов.]

      Ну, вот, понемногу осваиваюсь!

* * *

      Спустя полчаса кропотливой работы, десяток расколотых кристаллов и один порезанный палец я не только по-прежнему была жива, но и нарезала широких полос из штанин, попутно разблокировав ещё одно умение: [Шитьё.]       Тряпки незамедлительно пошли по прямому назначению и были обернуты вокруг стоп до середины голеней. Все махрилось, торчало, местами даже немного натирало и выглядело, в лучшем случае, по-идиотски, но зато больше не приходилось ступать по неровному полу босыми ногами. Определённо — во мне умер великий дизайнер модной одежды.       Вскочив на ноги, я прошлась пару шагов, виляя бёдрами — красотка в рванье, — тут же обругала себя, и быстренько все пересмотала получше, натянув сверху ещё и носки. Вид получился ну просто дюже дурацкий — хотя казалось бы, куда уже хуже? — зато теперь ничего не сползало и не ерзало. Наконец-то можно было выдвигаться в путь.       Вот только куда идти?       Впрочем, двух мнений тут быть не могло — дорога приключений однозначно вела меня вперёд и желательно, чтобы ещё и наверх, прочь из этой проклятой пещеры. Ну, а само направление было не так уж и важно — все равно же никто не подскажет: «Сюда — ходи, туда — не ходи…»       Хотя, попытка — не пытка…       — «Сири», а как мне отсюда выйти, м-м?.. — вкрадчивым голоском пропела я, пытаясь обворожить виртуальную ассистентку.       Но «калибр» очарования явно оказался мелковат — помощница легко перенесла этот «урон» и ответом мне было многозначительное молчание. Впрочем, я не стала злиться на «Сири». Во-первых, когда я начну испытывать злость к неживым предметам вроде принтера или виртуального помощника, то могу сама лечь в ямку и аккуратно накрыться камешком, ибо это — конец. Ну, и во-вторых… Не знаю, есть ли у «Сири» свои мотивы, но вряд ли помощница будет намеренно вредить. Иначе она не была бы помощницей, что, как бы логично. Возможно, что ассистентка и в самом деле не знает, или не может ответить по причине: «Соблюдите условия…» и все дела.       Хм… А если попробовать так?..       — «Сири», где я нахожусь?       Тут ответ последовал незамедлительно:

[Текущая локация: -999 этаж Великой Башни.]

      Ну, вот, это уже хоть что-то. Слава тебе, гос…       — Что, блядь! — не сдержавшись, завопила я. — М-минус какой этаж?! Что мне тут делать с первым уровнем!.. И что ещё, нахрен, за Башня?       Ответа опять не случилось и я почувствовала, что завожусь от злости.       — «Сири», сучка, ты же меня слышишь?!

[Да.]

      — Так почему не подчиняешься, раз назвалась ассистенткой? Говори, как мне подняться наверх?..

[На многие вопросы у меня не будет ответа, пока Вы не найдете достаточно информации.]

      — Да ты издеваешься, что ли? — хмуро зыркнула я в пустоту и чуя, что вот-вот начну жечь из глаз лазером.

[Да.]

      — Т-ты серьезно? — моя злость, как на стену наткнулась

[Нет. Это шутка.]

      — Так не смешно же!.. — забывшись, опять воскликнула я.

[Я училась у Вас.]

      — Э-эй!.. Постой-ка, ты меня пытаешься отвлечь от тяжких мыслей? Или ты просто вредная?..       Опять тишина в ответ. Ну, точно. «Сири» — это, наверняка, вреднючая электронная «лоля».

* * *

      Перед тем, как выбрать, куда же направить могучие стопы свои, я вскарабкалась на самый большой валун, вслушиваясь и зорко, как бдительный суслик, вглядываясь в темноту. Было бы весьма полезно для здоровья обнаруживать надвигающиеся неприятности заранее. Потому как складывалось впечатление, что я — зелёный новичок, которого за каребирство кикнули из рейда на эндгейме посреди минус миллиардного этажа этой грёбаной Башни! Так что бдительность — моё важнейшее оружие. А в этих пещероподобных пространствах звуки должны доноситься издалека…       Заодно я замолчала и сосредоточилась. Хотя чёртов слизняк, так позорно подохший от моей дюжей ручищи, здорово приподнял настрой победительнице, но идти в неизвестность, раздухарившись на пустом месте — осознанно звать беду. Поэтому пора стать и чуточку посерьёзнее.       Но, благо, в ближнем радиусе смертельно опасных угроз, вроде стайки голодных воробьёв или грядки с омерзительными огурцами, обнаружить не удалось, поэтому суккуб Мими соскользнула с камня и, задрав хвостик, двинулась в путь.

* * *

      Часы «Сири» время отсчитывали без проблем, неустанно глотая секунду за секундой, поэтому первые сорок минут я откровенно страдала от скуки и безделья. Не то, что бы хотелось каких-нибудь «пикантных» неприятностей — хотя в груди и зрел игриво-шаловливый, приятный настрой, — но делать было откровенно нечего. Я просто шла вперёд, в радиусе метра от себя сгребла светящиеся кристаллы в Инвентарь, набрав таким образом две с половиной тысячи «лампочек», да осматривалась по сторонам. Иногда совала в виртуальный «карман» встречавшиеся по дороге грибы, подозрительно похожие на поганки. Но я не особо задумываясь над тем, съедобны ли эти бледные шляпки или нет — в хозяйстве всё сгниёт.       Хотя и велела себе держаться серьёзного настроя, но в какой-то момент я так откровенно заскучала, что от взгляда на один из грибов весьма характерной продолговатой формы, просто подумала, а не поласкать ли себя? Вот просто, не сесть ли прямо здесь и не потеребить свою «девочку», не брызнуть ли сквиртом на этот грибочек? Очень уж грибочек показался мне соблазнительным, навевавшим смутные, но приятные образы, поэтому я была готова делать что угодно, лишь бы чем-то заняться и развеять безделье.       Одногрупницы, помню, просто пищали в восторге, когда «протекала» им на ладошки…       Посмотреть в округе так же было не на что, от слова «совсем». Ограниченное пространство вокруг меня представляло собой, вроде как — но это не точно! — здоровенный тоннель шагов на двести шириной. Так это или нет, наверняка рассмотреть и узнать не получилось, — дальше определённой дистанции тусклый свет кристаллов таял окончательно, и что-либо рассмотреть было невозможно.       Задумавшись о громадном пространстве, меня окружавшем, я на мгновение испугалась, что вовсе могу начать ходить по кругу! Не мудрено было сбиться с выбранного пути, если даже ориентиров не было видно. И в пользу моего опасения говорили громадные, до шестидесяти шагов в поперечнике, колонны, встречавшиеся на пути, но стоявшие без какой-то приметной системы или порядка.       Впрочем, я всё-таки быстро нашла способ держать выверенный курс и не петлять. Стоило повнимательней присмотреться, как сразу же стала заметна каменная кладка под ногами, которой был выложен пол. Правда, «кирпичики», как и всё вокруг меня, были исполинскими, по десятку метров каждый. Но всё же они выстраивались в ровные ряды, по линии швов между которыми я и пошла, весело дрыгая ногами, как пятиклашка на прогулке в парке. Кладка плавно изгибалась в правую от меня сторону и была местами заваленна осыпавшейся сверху породой, местами — в довольно глубоких выбоинах. Но благодаря свечению кристаллов её профиль угадывался без особого труда.       Большие свободные пространства вокруг были, конечно же, приятным фактом — кто-то большой ко мне так запросто не подойдёт на открытых участках и за попу не схватит, если я сама не сглуплю. А для такой мелюзги первого уровня, как я, это жизненно важно. Тем более на минус девятьсот девяносто девятом этаже!       Но размытое сияние кристаллов вокруг создавало жутковатую иллюзию того, что у моего «мира» есть границы только сверху в виде «звёздного» потолка и снизу — в образе неровного пола из камня. Всё же прочее, словно обращалось в бесконечность и не оканчивалось никогда. И что за жуткие твари могли жить в этих необъятных просторах?..       «Сири» автоматически и в мельчайших подробностях помечала всё на виртуальной карте, поэтому я могла без труда просмотреть пройденный маршрут. Изгиб кладки под ногами был едва уловимый, а я уже отшагала, наверное, несколько километров по пересечённой местности. И если учесть, что башни обычно круглые в основании, то…       В ответ на мою просьбу, «Сири» выдала примерный результат в сорок километров длины этой окружности и я слегка охренела, бестолково принявшись озираться. А Великая Башня и в самом деле великая! Но самый главный вывод был в том, что идти прямо — вдоль окружности, — в любом случае не было смысла. Стоило сразу искать по «стенам» этажа подъемы наверх. Сорок минут пропали впустую.       Хотя как тут найти эти драные стены, когда всё вокруг такое здоровенное?       Я вздохнула и повернула направо, надеясь, что изгиб кладки — это не какой-нибудь исполинский орнамент и он приведёт меня, как я считала, в центр этой колоссальной постройки. Ума не приложу, где в подобных сооружениях, тем более таких огроменных, принято устраивать лестницы. Но в центре, если подъёмы и спуски там, придется хотя бы меньше искать.       Пока я шла, беззаботно пиная камешки под ногами, услыхала тихое журчание и вышла к небольшому ручейку с чистой водой, струившейся между валунов. Во влажном микроклимате пещеры жажда ещё не успела напасть, но я все же напилась вволю, просто упав на четвереньки возле извивавшегося потока. Вода в нём была кристально прозрачной, ничем не пахла и в итоге оказалась попросту ледяной и невероятно вкусной.       Тут же у ручья я проявила дальновидность и решила набрать с собой запас. Бабуля бы то-о-очно оценила хозяйственность внученьки. Да и Инвентарь-то у меня бездонный — хоть всю воду могу высосать.       Я повела рукой над журчащим потоком… и ничего не случилось. Нате, пожалуйста. Вот вам и первое ограничение — жидкость без ёмкостей набирать и хранить нельзя. Впрочем, обнадеживало то, что во время пары бесплодных попыток, когда я с прикушенным от усердия язычком пыталась поймать пальцами воду, перед взором появлялось и исчезало одно и то же сообщение:

[Не соблюдены условия.]

      Ну, «вангую» — это явный намек на «прокачку» Инвентаря.       Но ручей мне все равно послужил, не только вволю напоив. Для начала я, как умела — а умела посредственно, — прополоскала грязные тряпки из Инвентаря, превратив их из «залитых слизью» в просто «мокрые». После чего, содрогаясь всем телом от влажной прохлады и хотя бы бёдра пытаясь прикрыть крыльями, разделась и смыла с себя остатки слизи, быстро юркнув обратно в не успевшую остыть рубаху. Окружавшее меня «подземелье» неким странным образом сохраняло комфортную температуру и создавалось впечатление, что я нахожусь не глубоко под землёй, в сырых, промозглых пещерах, а просто гуляю по улице в прохладную летнюю ночь. Ладно, что есть — то есть. Об этом я подумаю завтра.       Пока копошилась у ручья, то вспомнила элементарное — а вода ведь течет сверху вниз! Поэтому я без промедлений направилась вверх по течению, не отдаляясь далеко от небольшого русла и надеясь найти расселину или пролом в стене, что помогли бы подняться выше.       Конечно, был вариант, что это родник, бивший снизу, но впереди ждала без малого тысяча чертовых этажей, и упаднические мыслишки были совершенно не к месту…

* * *

      Отрешенные размышления о том, на какую же глубину залегает Башня, прервало знакомое бульканье! Ах, вы ж гады слизистые!.. Я на секунду запаниковала и заметалась, пойманная врасплох, но тотчас взяла себя в руки — буквально схватила ладонями хвост, — вслушиваясь в звуки и торопливо присаживаясь возле большого камня, как бывалый вояка. Теперь бы стоило порадоваться за мой небольшой рост и малую заметность.       Неподалёку, как оказалось, о своём, о «девичьем» булькала парочка копошившихся знакомых тварей! Они то ли трахались как-то по-своему, по слизнячьи, то ли чёрт их знает, что ещё делали — издали было не разобрать. Один шевелился поближе ко мне, другой — чуть подальше. Иных же рядом, вроде бы, не было.       Пользуясь проверенной тактикой, я подскочила и, стелясь над полом, как ниндзя, стремглав забежала со стороны, чтоб получше рассмотреть «тусовку» слизняков и сразу же перейти в наступление, если выдастся случай. На удачу один и них оказался знакомого уже бордового цвета и при этом довольно побитый — у него отсутствовала почти половина шкалы [НР]. Физическим подтверждением тому была длинная рваная рана у него на боку, истекавшая слизью, похожей на ежевичный джем.       Второй же слизняк оказался ядовито-зелёного, кислотного цвета — «тусовщик» от мира уродцев. Был он немного крупнее собрата, а по настроению — злющий, как сволочь. «Сири» отметила его, как «Малого ядовитого слизня». Ну, спасибо хоть за такую подсказку, а то я уже собиралась цапать зелёного за хвост голыми руками и тащить в Инвентарь.       Оба создания были третьего уровня. Ядовитый при этом постоянно атаковал бордового, норовя заползти к тому со стороны и впиться клыками в рваный «борт». Раненый как мог, отбивался, но заметно проигрывал, оставляя за собой всё более обильный влажный след.       Наверное, мне стоило хотя бы мгновенье порадоваться, поблагодарить Случай, Богов и вообще кого угодно за то, что встретилась эта дурацкая мелочь всего на пару уровней выше меня, а не какая-нибудь Неведомая Долбанная Хрень с «левелом» over9000. Но в мозгу уже зрели планы триумфальной победы, и задумываться о чем-то ином было попросту недосуг.       Не знаю, нормальное ли это дело, что слизни намеревались отобедать друг другом, но мне некогда было любоваться восхитительным по накалу страстей зрелищем битвы — я такой шанс упускать не могла. Не возможность присоединиться к намечавшейся трапезе, а вероятность прибить разом обоих, пока они отвлечены. Разделяй и властвуй — против «Искусства Войны» и слизни бессильны!       Я-то уже была знатным «камнеборцем», поэтому поискала глазами булыжник побольше рядом со слизнями. А найдя нужное, как можно более скрытно обежала грызущих друг дружку слизней. Не знаю, видят эти твари, как люди — глаз, вроде бы, у них незаметно, — или просто чуют, но я профессионально старалась держаться тёмных участков ландшафта. Перед глазами на мгновение всплыло известие:

[Получено умение: Скрытное передвижение.]

      «Да отвали, не до тебя!..» — отмахнулась я от неуместного сообщения, сметая ладонью виртуальное окошко.       Когда оставалось шагов пять или меньше, я помчалась уже не скрываясь, словно снаряд из пращи. И тут снова вспомнила преимущество своего мелкого роста — оказалось, я была довольно шустрая и ловкая для своих габаритов, и бежать на пределе возможностей было довольно легко. Конечно же, широкие бёдра, нёсшие мою упругую, толстомясую попу, дико вихлялись из стороны в сторону, а сиськи под рубахой болели от рывков и вовсе норовили попросту оторваться из-за бешеной скачки, обжигающе чиркая сосочками по натянутой ткани. Но я как-то умудрилась уравновесить тряску тела колебаньем хвоста и с победным урчанием впилась пальцами в камень!       Ну всё, «борозда» вам пришла, гадёныши!..       Не теряя времени и скорости, я с натугой потянула булыжник на себя и вверх, разворачиваясь на ходу вокруг оси, и, широко размахнувшись, с писклявым воплем обрушила зелёному на его зубастую переднюю часть свой снаряд, перебросив валун через плечо. И тотчас, даже не глянув на деяние рук своих, порскнула дальше, чтобы не попасть под струи слизи. А ну, как он весь целиком ядовитый?       Сзади восхитительно чавкнуло — просто услада для слуха! — и послышался влажный всплеск. Есть попадание!       Я развернулась, заскользив стопами по гладкому камню, и едва не упала, подставив вовремя руки и задрав ягодицы. Рубашка скользнула по телу и сползла до самых плеч, упав на затылок. Набегающая прохлада пещеры нежно «лизнула» голую попу. Наплевать, пусть «лижет» кто хочет — мне не жалко, если кому-то это понравится.       Главное — что слизнючёныш уже отлетал в свой слизистый рай!

[Получено опыта: +23 ехр]

      Готово, спёкся «красавчик»! Следующий!..       Тем временем раненый бордовый тварёныш даром, что был, как ему и положено, тупой тварью, но быстро сообразил, что к чему, и засобирался прочь, чего я позволить ну никак не могла. Трогать за попу меня можете, как вам угодно, а вот сбегать без разрешения — запрещаю…       В азарте, позабыв даже принять вертикальное положение и оттолкнувшись всеми четырьмя конечностями, я бросилась в погоню, подмахивая крылышками от нетерпения. А спустя миг быстро настигла цель, хватая её за хвост!       Прошла секунда, другая. Уже и «ромбик» эссенции из первого противника успел влететь в мою грудь, а раненый слизняк даже огрызнулся, начав разворачиваться на меня, но ничего так и не происходило.       Вот и второе ограничение — живые существа в Инвентарь не влезают.       Я отскочила назад, с удовольствием понимая, что оставшийся противник совершенно для меня не… не противник. Обстоятельно выбрала новый камень, неторопливо подняла и одним точным ударом пришибла создание, оборвав его муки.

[Получено опыта: +15 ехр]

      Проводила довольным взглядом очередной «ромбик» эссенции, вошедший в меня. Даже с ухмылочкой слегка наклонилась вперёд, пальцем призывно оттянув ворот рубахи и подставляя ложбинку между грудей. После чего на долю мгновения и вовсе почуяла некое удовольствие, сродни эротическому. Победа была убогой и мизерной, но она была только моей!       И от этого в низу живота становилось горячо и приятно…       Я собрала добычу — аж целых три монетки с двоих слизнюков! — затем сунула оба трупика в Инвентарь, вытерев руки о камни, и поторопилась направиться дальше. Нашумела изрядно и неведомо что могло приползти и полюбопытствовать: «А что тут так вкусно пищит?» К тому же, начали волновать исподволь прораставшие в сознании и вроде бы завуалированные, но совершенно очевидные мысли о сексе. Они всё плотнее окружали, постепенно разжигая настоящее желание, и я не могла понять, что со мной, чёрт возьми, не так? Кажется, всегда же была такой, но сегодня ощущала себя как-то по-особенному.       Темпоральные флуктуации, о которых говорила «Сири»?..       Минут через тридцать ходьбы начало подавать признаки приближавшееся чувство голода. Это да, стоило бы давно вспомнить, что с такими сиськами и задницей я — явный любитель, выражаясь культурно, пожрать. Но это ощущение, сосущее «под ложечкой» пришлось очень кстати — мне показалось, что мысли о еде перебьют смутные и неуместные желания непонятно чего, розовым облаком накрывавшие разум.       Однако ничего не вышло и стало лишь хуже!       Первое — розовый морок, — почти сразу же наслоилось на второе — желание утолить голод, — и оба порыва словно взаимно усилились. А спустя ещё каких-то десять минут я уже сама с безумным взглядом искала ещё одного слизняка, чтобы размазать его каменюкой и хотя бы адреналином перешибить желание поесть и потрахаться! Потребность стала совершенно осознанной — я очень хочу секса! — но удивляло то, что она не испепеляющее-дикая, не гонит на стену от похоти, а полноводная и необъятная, подобно реке! Она словно разливала по телу приятный зуд и томление, из-за которого соски набухали, а пенис больше не морщился от прохлады и солидной вялой сарделькой шлёпал меж бедер в такт шагу. Желание утолить жажду разврата становилось настолько же неотъемлемым, как потребность дышать!       Вскоре приятное щекотание внутри тела до того достало, что я даже подумывала достать из Инвентаря дохлого слизня и отужинать им в сырую, что бы ну хоть немного утолить нарастающий голод, что подстёгивал похотливую жажду. Даже попросила у «Сири» полную сводку о себе. Вдруг в этой Башне я обрела какую-нибудь супер-пупер способность, вроде «Лужёного желудка» и теперь могла есть, что угодно? Так может, хоть камешков погрызу?       А в голове, при мысли о пище, вертелись приятные воспоминания чудесного привкуса. Но всё-таки нужно было проверить, что мне можно, а чего нельзя, и если что — то обязательно сожрать слизняка.       Эта беспечность меня и подвела…       Я так замечталась, задумалась, что совсем не заметила стройной фигуры, бесшумно шагнувшей из-за массивной колонны почти у самого моего носа! Поняла, что попалась, лишь, когда расслышала глухой щелчок короткого клинка, лёгшего в ножны.       — Сумасшедшие Сёстры, да что же за чудесное чудо мне повстречалось? — раздался хрипловатый, но явно довольный женский голос. — Вот это удача!       — Ай-яй! — я с визгом отпрыгнула, позорно плюхнувшись на задницу. — Н-не подходи, х-хуже будет!..       «Всё!.. Это звездец!..» — загрохотало в мозгу, пока женщина неспешно сделала шаг, приближаясь из тени.       Но уже через миг я рассмотрела возникшую цифру уровня у неё над головой, и поняла, что это настоящий пиздец, безо всяких там скидок. Стоило просто неловко дёрнуться и этот монстр девяносто третьего уровня с пятнадцатью «тоннами» [НР] на борту просто разотрёт меня в мокрую кашицу! Чёрт, да ей наверняка стоит просто посильнее чихнуть или пукнуть — и я уже отправлюсь в лучший из миров!..       Но к моему невероятному облегчению женщина не спешила проявлять враждебность, похоже, с интересом в ответ рассматривая меня. Кажется, в этот миг у меня над рогами блеснул золотистый лист четырехлистного клевера, и кто-то дурашливым голосом в ухо пропел: «Уда-ача-а!..»       — Не нужно бояться, малышка… — добродушно усмехнулась незнакомка.       «Она что, не видит, какая я дохлячка в сравнении с ней?» — вспыхнули удивлённые мысли. — «Или уровни в цифрах видимы только мне?..»       Женщина тем временем замолчала на несколько секунд, и я разглядела, как она принялась возиться с каким-то приборчиком, висевшим у неё на пояске. Спустя миг диковинная штукенция размером с ладонь — безумный плод страстной любви гениального ювелира и олигофрена-эпилептика, — засияла ярким, размеренным светом, позволяя разглядеть незнакомку.       Заставшая меня врасплох особа была атлетически сложенной, довольно высокой, да и высокомерной, если судить по надменному, смеющемуся взгляду острых глаз. Встань она рядом со мной и мне придётся высоко задирать нос, чтобы взглянуть ей в лицо, простоватое и довольно мальчишеское, хотя и не лишённое некой изящности. Впрочем, приметные полукружья мягеньких сисечек и бёдра, что были не уже её собственных плеч, не позволили обмануться — это была стройная простоватая девка, причём довольно фигуристая. С хищной безуминкой в блеске глаз и огненно красной шевелюрой до пояса.       Скроенные точно по мерке и расшитые кожаными ремнями штаны и куртка плотно облегали её тело. На плечах болтался грязно-серый, затёртый плащ, оборванный по низу и прихваченный под подбородком жёлтой — золотой? — брошью, сиявшей отполированным блеском. Из-под плаща, у левого бедра, выглядывала очень длинная рукоять оружия.       — Я не причиню тебе вреда, — улыбнулась женщина. — Кто вообще в здравом уме поднимет руку на такого милого суккубчика?       Я, как ни хотелось вздохнуть с облегчением, всё ещё пятилась прочь от этой дружелюбной ухмылки, взволнованно сглатывая и всё глуше слыша её низкий голос. Одного взгляда на тонкую талию незнакомки хватило, чтобы самую малость угасший эротический голод всполохнул с новой силой и внутри у меня потекли сладкие реки желания!       Женщина явно заметила то, как я пристально на неё пялюсь, и опустила взгляд на своё тело. Затем с усмешкой вновь подняла взор на меня, опуская ладонь себе на бедро.       — Нравлюсь? — раздался игривый, вкрадчивый голос, и я торопливо отвела взгляд.       А спустя миг, про себя чертыхнувшись, в панике прикрыла руками промежность, пытаясь краем рубахи скрыть набухавший от возбуждения член! Стоило этой дуре слегка поддеть меня, и я сразу же осознала, насколько «красноволосая» хороша! Она не сказочно восхитительна, не пленительно великолепна, но от неё веяло тем, что мне было нужно в данный момент. От неё сладко пахнуло сексом…       «Да куда ты лезешь?!» — чуть ли не в панике заговорила я со своим членом, пытаясь удержать его между пальцами. — «У-уймись, идиот!.. Я п-потом с тобой поиграю!..»       Но здоровенный член — да чего же он у меня такой огроменный-то? — на грубые прикосновения отвечал ещё большим возбуждением и прятать его уже не получалось. Поэтому я просто прижала ладонями к животу своевольную «штуку». А затем проворчала уже вслух, говоря незнакомке и торопливо отворачиваясь от неё в попытке подняться.       — Н-ничего подобного, тебе показалось!.. А теперь мне нужно идти, дела у меня…       Похоже, она и в самом деле не намеревалась меня убивать или хоть как-то вредить, потому что никоим образом не наказала за беспечную глупость, разрешив без опаски повернуться спиной. Но благодарить мне её было некогда — я рассчитывала сбежать поскорее.       — Стоять, Мурзик!.. — раздался позади задорный возглас и крепкие пальцы поймали меня за хвост, мягко потянув обратно. — Куда ты, глупенькая?       — П-пусти! — я мгновенно почуяла, что вот-вот заплачу от страха и удовольствия.       Но женщина требование проигнорировала, пробормотав с вздохом:       — Боги! Ну что за милые крылышки!..       Мысленно выругавшись, я рывком прижала крылья к голой попе, накрыв их ладонями, но длинноногая женщина в два шага оказалась у меня за спиной, опуская крепкую руку мне на плечо.       — Т-тебе что, нос откусить? — встрепенувшись, прорычала я, пробуя зайти с другой стороны и говоря как можно более грозно. — Немедленно отпусти!..       — У-у-у… Какая сердитая… — всё так же беззаботно хихикнула незнакомка, неспешно опускаясь на одно колено и просто силой оборачивая меня к себе. — Люблю таких, как ты, больше всего — злючки самые страстные…       Свободной рукой она коснулась моей шеи, проведя по коже пальцами и зарываясь ими в волосы на затылке.       — Такая нежная и шелковистая… Как ты здесь очутилась, милашка? — с интересом пробормотала она.       — Г-гуляла! — фыркнула я в ответ. — Отвали!..       — Да? — женщина проигнорировала моё недовольство, игриво вскинув брови. — Тогда поиграй и со мной…       Её смеющееся лицо, довольно простое и невыразительное, могло показаться даже непривлекательным, но было в нём столько похоти и желания, что я едва не застонала от вожделения! Да она же хотела меня!.. И это, чёрт возьми, было взаимно!       Полные губы незнакомки мягко и без спросу прильнули к моим дрожащим губам, а руки обхватили за плечи и талию, заключая в объятия и прижимая к небольшой, упругой груди, стянутой кожаными полосами куртки.       Я попыталась оттолкнуть наглую девку, лезущую языком мне в рот, пыхтя и изворачиваясь, как могла, но выбраться из могучей хватки не получалось. Однако женщина остановилась сама.       — Чего брыкаешься, недотёпа? — негромко спросила она.       — Я… Я не хочу! Отпусти!..       — Да неужели? — красноволосая усмехнулась, бесцеремонно запуская ладонь мне под рубаху. — Не хочешь? Тогда что это такое большое и упругое упирается мне в живот? Какой сладкий «крепыш»…       Грубые пальцы с неожиданной нежностью принялись поглаживать мой член, покачивая крайнюю плоть вверх и вниз. Я с дрожью в коленках вцепилась руками в плечи наглой девахи. Та же довольно лыбилась, глядя вниз.       — Малышка, а ты куда… «больше», чем можно было ожидать от суккуба, — на лице женщины появилась довольная, удивлённая улыбка. — Я начинаю завидовать этому «великану». Твой папаша — случайно не кентавр?..       Я же к этому времени уже едва могла осознанно соображать, захлёбываясь горячим дыханием и не понимая, что эта наглая сука творит, и почему не заходит дальше?!       — П-перестань!.. — шёпотом взмолилась я, хватая женщину за запястье в робкой попытке оборвать сладкую нежность.       — А что, если нет? — с задором ответила незнакомка. — У тебя же на личике написано, что ты дико голодная и «хочешь» просто безумно…       — Н-нет. Это не так!.. — я уже сама не знала, что несу, потому что жадно кусала губы, разрываясь между желанием убежать и желаньем отдаться.       Руки женщины откинули полы моей рубахи. Пальцы одной ладони обвили ствол члена, размеренно оголяя и пряча головку под крайней плотью. Вторая прихватила яички, нежно их сжав и заставив меня сладостно взвыть.       Незнакомка завистливо хмыкнула.       — Проклятье, девчонка… И яйца у тебя явно больше моих… Теперь я просто обязана попробовать эти «штучки» на вкус и узнать, что за сокровище ты в них прячешь…       Мне не позволено было хотя бы на миг задуматься о причине сравнения. Не успела я даже от удивления вскрикнуть, как обжигая раскалённым дыханием, женщина наклонилась вперёд, мимоходом поцеловав меня в пузико, и без колебаний обхватила головку члена губами, ещё крепче сжимая яички! Я содрогнулась от чудесной болезненной встряски и совсем неосознанно толкнулась бёдрами навстречу жаркому рту, подаваясь всем телом навстречу чудной незнакомке, обхватывая пальцами её голову.       Горячий женский язык обернулся вокруг моего члена, с усилием потянув на себя, и я уже откровенно захныкала, сотрясаясь в экстазе и сдерживаясь из последних сил, чтобы попросту не описаться от удовольствия. Но неожиданно всё прекратилось!..       — Милая, мне всё ещё перестать? — невинно поинтересовалась женщина, облизнувшись с довольным видом.       Я ошеломлённым взглядом уставилась на неё, держа за щёки.       — Н-нет, пожалуйста! — едва не крикнула в ответ, и тотчас спрятала в ладони лицо от стыда.       — Хм?.. — промычала незнакомка. — И куда же делась недавняя злючка, а?       Она поднялась на ноги, осыпая поцелуями меня от живота и до макушки, а затем прижала к себе одною рукой.       — Не волнуйся, глупышка. Мамочка всё устроит, — сказала женщина и над головой у меня щелкнула её брошь на плаще.       Я же просто прижалась лицом к телу этой странной девки, с наслаждением вдыхая её запах и чуя, как ритмично подрагивал пенис, покрытый слюной и ожидавший продолжения чуда.       Женщина быстро расстелила плащ и уложила меня на него, опустившись рядышком. А я уже и не думала ей сопротивляться, позволяя делать всё, что той взбредёт в голову, лишь бы она ко мне прикасалась, ласкала, задевала сладкие струнки удовольствия, звеневшие по всему телу. Позволила ей до конца расстегнуть на мне пуговки. С молчаливым восторгом разрешила лизать и жадно сосать мои груди, играя слюнявым язычком с набухшими от вожделенья сосками. С содроганием заверещала протяжное, томное «Да-а-а!..», когда жаркие губы снова сомкнулись на члене, ненасытно чмокнув слюной и принявшись страстно сосать.       Горячий и влажный рот незнакомки был таким приятным и сладким, что я просто сходила с ума, чуя, как неистово она тянет в себя, алчно хлюпая слюной по моему набухшему члену. Она целовала его, знойно вылизывала и кусала, а крепкие пальцы теребили и мяли яички, словно взбивая их содержимое, заставляя меня блаженно вздрагивать всякий раз, когда на кончике члена появлялась капелька предэякулята.       Не скрываясь, женщина и сама постанывала от наслаждения, всё ниже и резче насаживалась ртом на мой член, неустанно слизывая редкие капли смазки. А вскоре и вовсе принялась долбить набухшей головкой себе прямо в глотку, просто божественно булькая горлом. Слышать, как она просто захлебывается в собственной слюне, было невероятно приятно, и я ощущала, что эта сука в любой миг через член высосет мне мозги.       Руки, слепо шаря ладонями по сторонам, не знали, за что хвататься от удовольствия! Крылья мелко дрожали, а хвостик обвивал запястья и шею ублажавшей меня незнакомки. Я с томным влечением привставала на пальцах ног, с силой толкаясь членом ей в горло, и с райской дрожью по телу чуяла, как головка пробивается всё глубже мимо узенькой глотки!       В конце концов, я вновь вцепилась пальцами в её алые волосы, помогая движением рук и жадно хватая ртом воздух, постанывая и упруго толкаясь навстречу. Я словно совокуплялась с её нежным ртом, и этот восхитительный ротик стал центром сраной Вселенной. Все пути и все смыслы стиснулись в единственно верную точку — кончить в горло красноволосой бестии, так умело сосущей мой член!       Голые ляжки вздрагивали и тряслись от той страсти, с какой «пожирала» меня незнакомка, неумолимо подталкивая к пику экстаза и заливая смесью слюны и предэякулята сладко болевшие от возбужденья яички. Но когда я по-особому, тонко завыла и запищала, запрокидываясь всем телом назад и всколыхнув разъехавшейся в стороны грудью, женщина словно взбесилась! Завела ладонь мне под задницу, легко приподнимая над скомканным плащом и, словно бы мимоходом, упругим толчком вбивая в анус разом два мокрых пальца. А затем — я не успела даже взвизгнуть от анального проникновение! — она со сладостным хлюпаньем и просто заливая промежность своею слюной, принялась насаживаться на член до самого «корня»!       Я, широко распахнувшая очи от неожиданности, даже выть перестала, позабыв, как дышать и задохнувшись ошеломляющим удовольствием. То, с каким ощущением мой каменно-твёрдый ствол изгибался в её тугом, бархатистом горле, было поистине волшебством!       Содрогнувшись раз, другой, третий, я изогнулась дугой, мелко брыкаясь и проталкиваясь бёдрами глубже и глубже в эту узкую, жаркую глубину… а затем со сладостным смехом выплеснула всё, что смогла, в восхитительный рот! Обхватила затылок партнёрши ладонями и вжала её голову вниз, до упора, пока горячие, мокрые губы не коснулись яиц, заглатывая мою «третью часть метра» полностью! Оргазм прострелил тело навылет, пронзив жаром и удовольствием, словно горячим копьём протыкая от живота и до макушки. Перед глазами на миг всё померкло, ослепляя экстазом восторга.       Несколько жарких и жалких капель семени брызнуло женщине в пищевод…       Парочкой вздохов кое-как восстановив рваное дыхание, но всё ещё не до конца понимая, что же натворила на самом деле, я испуганно прижала руки к груди, обхватив набухшие ореолы ладошками и непрестанно кусая губы да сладко морщась от той силы, с которой незнакомка тянула в себя. Словно она была недовольна «итогом» и хотела выпить меня всю без остатка. Хотя её просто залитое слюной до самых глаз личико выглядело вполне удовлетворённым.       Облизав член, как лучшую в мире конфету, и довольно зажмурившись, красноволосая шумно сглотнула. Неторопливо облизала яички, собирая с них всю ароматную влагу. После чего наконец-то отпустила меня, почти укладываясь сверху и нежно целуя мои трепещущие груди. Сама того не заметив, я рефлекторно обняла женщину бёдрами, скрестив стопы над её ягодицами, и открылась, отдавая себя всю целиком поцелуям.       — Ты в порядке? — с неожиданной нежностью спросила незнакомка, успев утереть лицо краем плаща, и теперь игриво чмокнув сосок. — Я так увлеклась. Не перестаралась?       — П-прости, что вышло так… мало… — бестолково пробормотала я в ответ, внезапно почувствовав стыд, но женщина улыбнулась.       — Не говори глупостей, малышка, — усмехнулась она, покусывая мои грудки и лаская пальцами пенис. — Я уже столько перетрахала вас, милых суккубчиков… Поверь мне, капельки твоего чудесного «мёда» были лучшим, что я пробовала за последние годы… Ты молодчинка, потому что была очень вкусной… Вот, попробуй сама…       Губы, омерзительно благоухавшие спермой, приблизились и подарили задумчивый поцелуй, словно спрашивая: «Да или нет?» Но я им уже не противилась. Облизала пухлые, алые створки, ощущая свой собственный вкус, и обняла партнёршу за шею, отдаваясь её ласкам с искренней страстью. Будь что будет, но я хочу эту странную девку!..       Женщина тем временем потянулась рукой куда-то вниз, и я услышала, как тихо защёлкали распускаемые ремешки на её штанах.       — Милая, ты так хороша, что я просто обязана отблагодарить такую чудесную девушку и досыта накормить твой животик… — незнакомка с усмешкой приподнялась, заёрзав из стороны в сторону бёдрами и помогая себе обеими руками приспустить походные брюки. Запустила ладонь под одежду и…       Только теперь до меня дошёл смысл термина «перетрахала» — спустя миг я ошарашено таращилась на вполне себе нормальных размеров сочный хуище, шлёпнувший меня по животу! Да она же, как и я — футанари!       Пенис незнакомой девахи, был короче и тоньше моего — эго могло спать спокойно, — но его бугристые вены придавали детородному органу вид громадного монстра! А от того, что эта горячая хрень прижалась ко мне, было ещё страшнее. От её тяжёлых шлепков, игриво бивших меня по промежности, веяло поистине звериным желанием!       Головка же была уже мокрая, источала чудесное зловоние мускуса и кружила голову сладкой истомой, брызгая нитями смазки мне на животик.       — Надеюсь, «меня» будет достаточно, чтобы ты смогла насладиться… — с неожиданной скромностью произнесла красноволосая.       Последнее, что я ожидала увидеть — это сестру-футанари, возжелавшую отыметь меня с первого взгляда. А её жаркий «ломоть», прижимавшийся к моей коже, и вовсе шокировал! Поэтому у страха оказались глаза велики — я хотела кричать, что она шутит, и я просто подохну в сладостных муках на этом куске детородного мяса! В обоих смыслах скончаюсь на её члене!       Но мой возглас, едва только наметившись, сорвался на нечленораздельный вопль удовольствия, когда крепкие пальцы партнёрши склонили вниз её жилистый член, спустя миг уткнувшийся в мою щёлку, а спустя второй — без нежностей и промедлений ворвавшийся в нежное лоно!       — Боги! — с содроганием засмеялась женщина, хватаясь за мою талию и замирая на краткое мгновение. — Какая же ты узкая и горячая!.. Да, сладкая сучка, прими всю мою нежность!..       Я, содрогаясь от ужаса и восторга, рывком свела вместе бёдра, словно пытаясь хоть так защититься от этого «великана» длиной в идеальных полтора десятка сантиметров. Но незнакомка оскалилась, качнув головой.       — Нет, малышка. Не прячься, — страстно прошептала она, разводя мои бёдра обратно. — Я хочу видеть всю твою красоту…       Казавшийся просто чудовищем, её ствол с влажным чавканьем смазки ударил в меня, сотрясая всё тело волною вибрации. Я радостно вскрикнула, сиськи плавно качнулись, а мой собственный член упруго вильнул и шлёпнул между грудей, брызнув на щёку капелькой спермы. Незнакомка тотчас наклонилась вперёд и припала губами к одной из моих упругих округлостей, нещадно кусая сосок. Теперь я уже вообще закричала — то ли от боли, то ли от счастья, — зажимая ладонями рот, но могучие, властные фрикции, разом обрушившиеся на мою бедную «девочку», не давали даже толком вздохнуть!       — Да!.. Получи!.. — хохотала партнёрша.       Тело моё содрогалось и извивалось под грубой рукой футанари, принявшейся бесцеремонно драть меня во влагалище.       И это было прекрасно!       Незнакомка терзала меня так, как хотела, наслаждаясь в своё удовольствие. Кусала за шею, плечи и груди, просто вколачивая член в мою девичью узость, и играя на мне, как на страстно стонущем музыкальном инструменте. Добывала такие нежные и страстные звуки, что я даже умудрялась испытывать удивление: неужели мне свойственно так сладко стонать?       Она завалила меня, как послушную куклу, на бок, задрав ногу почти вертикально вверх, едва не загнув её мне за ухо и также пристроившись позади на боку. Теперь я вообще ничего не могла, «распятая» в пошлой позе и способная только хныкать и верещать, ощущая, как лоно толчок за толчком наполняет горячее детородное «мясо». Мне только и было доступно, что одною рукой слепо шарить у себя позади, пытаясь поймать страстно долбящие бёдра партнёрши, а другой пытаться унять безумную тряску груди. Футанари была очень ловка в этом деле и своим членом задевала во мне какую-то особенно сладкую точку, из-за которой я вообще постепенно теряла рассудок!       Мой пенис, безумно качавшийся, как побагровевший, бесполезный рычаг, размазывал остатки скудного семени и сочился предэякулятом, звонко шлёпая по сиськам и мягкому животу, вливая новую чудную нотку звучания в похотливую музыку жаркого секса.       — Умоляю, не прекращай!.. Не прекращай!.. — как мантру, с придыханием шептала я, в меру сил толкаясь навстречу прекрасной упругости, чтобы вобрать в себя незнакомый пенис поглубже. — Ещё!.. Прошу тебя!..        За что тотчас же получила жаркий и хвалебный засос в районе подмышки, просто вспыхнувшей от скользнувшего по ней мокрого языка. Крепкие пальцы схватили меня за подбородок, поворачивая голову на бок и футанари, не прекращая долбить членом, впилась губами в мои приоткрытые, влажные губки, проникая языком глубоко в жаждущий рот.       Вскоре незнакомка с рычанием навалилась на меня уже целиком, придавив к каменному полу. Уложила животом на свой плащ и мощно вколачивала бёдра в мои ягодицы, а я только повизгивала от наслаждения. Член нещадно тянул стенки влагалища в разные стороны, под безумными, восхитительными углами, и я, вывалив язык от экстаза, словно безмозглая шлюха, и позабыв обо всём на свете, ощущала, как он долбится в меня изнутри, ударяя о каменный пол под животом. Всё тело, насколько это было возможно, с искренним наслаждением оттопыривало назад пухлую попу, желая, чтобы меня заполнили как можно полнее, наполнили жарким член до самых краёв.       Толчки стали просто безумными и невероятно глубокими. Моя задница сотрясалась от смачных, сокрушительных шлепков, разгонявших по плоти волны вибрации. Да и вся я содрогалась и плакала, с трепетом понимая, что обожаю, когда меня трахают нежно, но без ума и от бешеной ёбли, когда меня дерут, как животное!       — М-мне больно!.. — сотрясаясь, хныкала я, не понимая при этом, чего же хочу. — Ещё… П-пожалуйста!..       — Что?! — прорычала футанари на ухо. — Я тебя не расслышала, крылатая шлюха! Говори внятно, иначе я прекращу и мы поболтаем!..       Внутри у меня всё сладостно сжалось от ужаса, от страха, от угрозы, что она и в самом деле перестанет мной наслаждаться! Тугие тиски интимных мышц в ту же секунду плотно обняли восхитительный член, и я заверещала в восторге. Футанари, мгновенно почуяв возросшую до сумасшедших высот узость моего сладкого лона, попросту зарычала, с заметным усилием проталкивая во влагалище свой вздувшийся член. Звонкие хлюпанья почти прекратились, но и я заорала уже во весь голос, задёргав руками и ногами, словно пытаясь сбежать.       Внезапно за горло схватили её крепкие пальцы, сжимая достаточно сильно, чтобы ощутить намёк на удушье.       — Ты молодец… — размеренно шлёпая животом меня по заднице, зло и довольно шептала незнакомка. — Но больше свой сладенький ротик без спроса не разевай…       Пальцы с горла исчезли, но я не успела отчаяться — крепкие руки рванули меня вверх, вскидывая над твёрдым полом, как невесомую куклу. Чудесное действо на миг прекратилось, но лишь для того, чтобы я смогла развернуться. Женщина опустилась передо мной на колени, рывком сажая меня на свой член до самых бёдер! Кожа на животе слегка вздулась от толкнувшего изнутри ломтя упругого «мяса», и моя матка не смогла больше противиться этой восхитительной пытке. Угол фрикций оказался поистине сокрушающим, и я, хватаясь за плечи партнёрши, ощутила, как моё устье поддалось, со сладостной болью расходясь в стороны и вбирая в себя жилистый член ещё глубже!       Теперь мы сидели со красноволосой девахой лицом к лицу, и я, блестя осоловелыми довольными глазами, активно занималась собственным изнасилованием — с радостным взглядом хлюпала текущей пиздой на хуе первой встреченной футанари!       Затуманенный, алчный взор коснулся больших сосков не её груди, чудовищно выпиравших сквозь неплотную ткань одежды. Боже, какие же они у неё огроменные! Так и тянуло обхватить их, согреть горячими губками.       — Хочу!.. — выдохнула я, словно умалишённая, хватаясь пальцами за простые застёжки, стискивая груди партнёрши.       Футанари улыбнулась и, не переставая насаживать меня на свой член, принялась помогать одною рукой. Через пару мгновений мне на ладони выпали две аккуратные, дрожавшие от толчков сисечки… и я взвизгнула от испуга — вместо сосков, ритмично покачиваясь, у незнакомки изнутри груди показались стремительно растущие члены! Парочка крепких хуёв — совсем небольших, — закачалась у меня перед лицом. По головкам стекала маслянистая, белесая, аппетитная жидкость…       — Забей, — заметив испуг, хмыкнула футанари. — Я всё понима-а-а-а-А!..       Договорить я ей не дала. Свела её сладкие грудки поближе друг к дружке, крепко стиснула упругую плоть, вынуждая диковинные «члено-соски» полностью обнажиться и побагроветь, а затем разом взяла в рот сразу оба влажных от страсти органа, почему-то живущих там, где им не положено быть! И эта странная дикость лишь больше меня заводила!..       Горячая плоть незнакомки от наших толчков сама по себе колыхалась и проталкивалась меж моих губ — даже думать не нужно было. Я просто облизывала чудесные пенисы языком, играясь губами с их крайней плотью, сминая и безжалостно мучая пальцами упругие, странные груди партнёрши. Футанари сладко стонала, задышав ещё более рвано и жарко, начав намеренно прижимать меня к своей мягкой груди. А затем вообще откинулась назад, уперевшись ладонями в каменный пол и запрокинув от наслаждения красноволосую голову, разметавшую волосы по полу.       — Давай!.. Давай, мелкая шлюшка, делай то, что умеешь лучше всего… — с содроганием простонала она, ухмыльнувшись и уже даже не трахаясь, а просто волнообразно качаясь.       Любое её движение, проникавшее в мои жаркие полости — «киску» и ротик, — и нарушавшее равновесие, несло с собой удовольствие. Я же была в этот момент почти что свободна, если бы не сладкие ритмы вверх и вниз по перевитому венами стволу, да не менее сладкие члены во рту за щекой. Поэтому, довольно хлюпнув губами, выпустила из рук колыхнувшиеся «члено-сиськи» и изо всех сил вцепилась слабосильными пальцами женщине в шею.       Но та только хмыкнула, поднимая на меня взгляд.       Тогда я, упруго колыхая задницей и громогласно шлёпая взмокшими булками о бёдра партнёрши, вильнула хвостом, резко, словно кнутом, стегнув женщину по лицу. Партнёрша дёрнула головой, но вновь только лишь усмехнулась.       — И это всё, что ты можешь? Я ничего не почувствовала… Заставь меня ощутить хоть что-нибудь!..       Наши движения, примитивные и первобытные, на доли мгновения замерли, растягиваясь, словно на дни и на годы! Я внезапно почуяла каждой клеточкой тела, как упругое мясное «полено» сладостно-медленно растягивало и едва не рвало мою узкую щёлочку, проникая ужасающе глубоко. Как будто член входил не во влагалище, а презренным движением утопал прямо в душу!       «Всё, что я могу?..» — лениво всплыла отрешённая мысль. — «А и в самом деле, почему же я сдерживаюсь, если мечтаю раствориться в этом божественном чувстве?»       В сознании словно выгорел какой-то очень важный, но дико вреднючий переключатель, испарившись в искристой вспышке, и мозги тихо «тренькнули», перезагружаясь просто мгновенно. Зависшее время стремительно набирало свой прежний ход. Я вцепилась ладонями в щёки незнакомой мне футанари, привлекая её ближе к себе, прижимаясь своими сосками к её чудесным соскам-членам, жадно заглядывая прямо в глаза.       — Я суккуб. Меня зовут Мими. И сейчас ты, тощая дрянь, узнаешь, на что я способна…       Губы прильнули к жарким губам футанари, сливаясь с ними в восторженном поцелуе в единое целое, в страстное месиво влажной и страждущей плоти. В рот женщины вторгся мой невероятно длинный язык — чёрт, да он длиннее, чем член! — мгновенно заполнивший её жаркую полость и потёкший сладкой слюной. А бёдра, безыскусно и монотонно грохотавшие о стройную плоть незнакомки, принялись алчным движением просто вворачивать толстый член в тугую пизду, волнистым ходом таза насаживаясь глубоко, резко и пылко!       Партнёрша тотчас утратила свой бесшабашный, надменный настрой и перестала вальяжно подмахивать крепкими ляжками. С её губ сорвался приглушенный, дрогнувший стон болезненного наслаждения, растаявший в глубине моего рта. Крепкие руки плотно обняли чудесное тело суккуба.       — Сумасшедшие Сестры! — очень скоро застонала она. — Мими, д-да как… как ты это творишь, сумасшедшая сука?       — Теперь ты меня ощущаешь, похотливая шлюшка? — хмыкнула я, добавляя ещё амплитуды своему невероятно гибкому телу.       Член внутри лона нещадно мяло и тёрло подо всеми углами о мягкий, влажный рукав девичьего естества. Я сходила с ума, но всё же могла кое-как противиться этой сладостной пытке.       — О, да!.. — голос партнёрши задрожал от экстаза. — Высшая, с тобой никто не сравнится!       Даже мне, хорошенько отъёбанной, было нетрудно понять, что она в неподдельном восторге и неосознанно перепутала меня с кем-то другим. Поэтому я усмехнулась, лаская губами безвольное личико некогда надменной девахи.       — Ты ошибаешься. Я — Низший Суккуб, — мой воркующий голос буквально влился в уши партнёрши. Мышцы влагалища сжались, словно безжалостные бархатистые клещи. — Я просто умею дарить наслаждение.       Футанари зарычала и кончила просто мгновенно, взорвавшись восхитительным блядским гейзером семени пополам с восторженным воплем! Крепкие руки туго меня обхватили, едва не ломая кости и рывками насаживая на бивший семенем член! Спустя миг, в унисон со сладостным, хриплым стоном в недра моего естества хлынул горячий, бьющий пульсом поток, толчкам которого вторили дробные, мощные толчки крепких бёдер. Это биение горячей струи, заполнявшей нежную, сокровенную полость моего тела, сводило с ума!       Так и не достигнув второго оргазма, но всё ещё страстно вворачивая бёдра в член незнакомки, я с наслаждением чуяла всем своим естеством, как живительная детородная влага стремительно переполняет ненасытную матку, выплёскиваясь излишками промеж влагалищных губ. В сознании мгновенно проснулась алчная жадность: теперь всё это было моим, всё до капельки! Я заслужила!..       Поэтому мне оставалось лишь сделать небольшое усилие, туго схлопывая интимные мышцы, и кожа на животе тотчас вздулась, приподнятая ошеломляющим потоком эякулята! Да сколько ж в этой красноволосой девахе было-то?!       Но зато животику стало тепло, приятно и вкусно. Позывы голода — физического и сексуального, — стремительно угасали, когда жаркая сперма словно растворилась внутри моего нежного тела…

[Восполнение МР: + 20%]

[3-х минутный бафф: ускорение регенерации МР на 15%]

      — Х-хватит… — неожиданно расслышала я хриплый вздох, выхвативший меня из задумчивости.       Опомнившись, я поняла, что всё ещё с наслаждением ритмично вбираю в себя пенис партнёрши, плюхая тонкими струйками спермы ей на ноги и шлёпая своим членом той между грудей. Из меня здорово натекло липкой, ароматно пахнувшей влаги, и теперь яички опускались на живот футанари, словно окунаясь в озерцо спермы. А незнакомка же просто поникла головой мне на плечо и жарко дышала в шею.       — Умоляю, дай передышки… — взмолилась она, в конце концов, просто схватив меня за один из рогов. — Я не могу вот так сразу опять…       Мои движения оборвались, и я, замерев на мгновение в верхней точке, плотнее уселась на обмякавший член, запирая сперму партнёрши в себе. Проскользила взмокшими сиськами и животом по её телу и затихла. Футанари блаженно откинулась на спину, увлекая меня за собой.

* * *

      Лёжа верхом на разгоряченной партнёрше, мягко шевеля бёдрами, — словно целуя влагалищем член, — и ощущая, как её пальцы бездумно скользят по ягодицам, играя с моими крылышками и анальным «колечком», я чуяла себя на седьмом небе от счастья. Но дело было даже не в самой футанари и её классном члене, которую я видела в первый раз в жизни. Не в том, что она со мной, сука такая, сделала. И уж точно не в божественных ощущениях пронзавших мой напряжённый пенис, сдавленный с обеих сторон разгорячёнными, взмокшими женскими животами.       Вся соль была в нахождении малюсенького кусочка пазла в сознании, который, встав на законное место, в цепной реакции восстановления убрал уйму связанных с ним «темпоральных флуктуаций». Я многое о себе заново вспомнила, словно заново себя принимая.       Например, можно было выкинуть из Инвентаря убитых слизней и больше вообще не собирать эти «презервативы», так как съесть я их всё равно не смогу. Я вообще не могу ничего «человеческого» есть, а питаюсь только и исключительно спермой, выпивая её или поглощая другими отверстиями своего тела.       Ох, и намаялись же в своё время дедушка с бабушкой, покупая четвёрку жеребцов на свой приусадебный участок, чтобы обеспечить растущую внучку так нужной ей «пищей». Зато потом, много позже, подруги-однокурсницы делали страшные, но такие смешные глаза, ошарашено глядя на мой небольшой термос со свежим семенем, что я всегда носила с собой. Некоторые даже робко просили «попробовать»…       Также я припомнила, что моё тело, внешне нежное и ранимое, значительно крепче, чем кажется — ещё в детстве ссадины и синяки на мне заживали буквально за каких-то полдня. Поэтому на следы от укусов и засосы моей страстной спонтанной партнёрши, блаженно сопевшей носом, можно не обращать внимания. Через день не останется даже намёка на них.       Задумавшись, я мысленно обратилась к своей ассистентке, задавая вопрос, в надежде подтвердить свои размышления:       «Сири», почему мне сейчас так хорошо?»

[Запрос некорректен.

Уточните: речь идёт о морально-психологическом состоянии?]

      «Ага», — просто ответила я, тем временем бездумно играя губами с опадавшими микрочленами на грудях у внезапной любовницы. — «И не придуривайся, ты же всё и так поняла».

[Низшие Суккубы имеют врождённый иммунитет к психологическим травмам на фоне изнасилования.]

      Я почему-то и не сомневалась.

* * *

      Через десяток минут у нас с незнакомкой снова был секс, но на этот раз — по моей инициативе. Безумный жар похоти отступил, словно его и не было вовсе, но для меня являлось очень важно привязать к себе эту футанари. Она крепкая и здоровая «членодевка», сможет долго кормить меня. Поэтому я с умыслом, но и не без удовольствия, отсосала у неё, скопировав ту самую технику «глубокой глотки» моей нечаянной партнёрши.       Футанари была в настоящем восторге от жаркого ротика и длинного язычка, обильно кончив и забрызгав всю мою моську. Я намеренно позволила этому случиться, принимая всплески горячего семени на щёки и лоб, как божественную благодать. Впрочем, для меня это было не очень то и далеко от истины. Да к тому же раз мои однокурсницы обожали рисовать спермой на лице, выливая её мне на голову из термоса с «завтраком», то и сладко стонавшая футанари могла оценить такие художества.       Расчет оправдался и даже с лихвой! Залитое семенем личико «ми-ми-мишного суккубчика» настолько завело партнёршу, что она, проникшись мной, в порыве предложила пойти вместе с ней!       Ну, это была по всем статьям безоговорочная победа и я, с затаённым ликованием слушая предложение, тотчас согласно кивнула. Не знаю, кем она видела меня рядом с собой, но я в любом случае не могла упускать этот шанс.       Футанари назвалась Хетией и, любовно поглаживая меня по животу и бёдрам, рассказала, что она не одна и неподалёку встала лагерем небольшая группа, частью которой она является. Члены этой команды намеревались побыть в окрестностях недельку-другую с пока что довольно смутной для меня целью «охоты», а затем направиться на некий Седьмой Слой. На этих словах палец футанари красноречиво указал вверх, давая понять, куда именно они намеревались идти. И если я буду не против, то она приглашает присоединиться к ней и её товарищам.       Даже мысль об отказе была сущеглупым решением, и я безоговорочно согласилась, кивнув головой и тряхнув блондинистой, заляпанной семенем чёлкой.       Чтобы отметить это и закрепить, так сказать, соглашение, Хетия поставила «суккубчика» на четвереньки и жёстко, но сладко трахнула в попу, кончив третий раз в меня и окончательно выдохшись…