Однажды в "Пятерочке"

/flashback/  — Когда он, говоришь, приедет? — Открывая коробку молока, спрашивает Юнги. Хосок нервничает, перемешивая свой заваренный дошик. — Должен завтра по идее… И настроение у него не айс.  — Будет у него настроение из-за такой суки. Сходить налево и еще в открытую.… Да она бессмертная. Хорошо, что он расстался с ней. Я бы ей по лицу то заехать не прочь, хоть она и девушка. А вообще я за равноправие! — Остынь ты, феминистка блять. Скоро новичка теть Лера должна притащить и он будет не русский, — Хосок начинает улыбаться. — Да уж, Лера может… жопа у него знатно подгорит, — говорит Юнги на серьезе, Хосок начинает ржать. — А я знаком с ним, думаю, они подружатся. — Хах, в твоих мечтах, шиппер ты недоделанный. — Да ладно тебе, мы ж как-то ладим, — Хосок ему подмигивает, на что черноволосый кривится. — Ну и как этот новичок? — Он наш! /end flashback/ Саша пошевелился, а через несколько секунд к нему пришло осознание того, что он спит, и плюсом не просто спит, а лежит лицом в чем-то липком и холодном. Голова трещала нещадно и Саша, начав тереть свою «немного» помятую ̶х̶а̶р̶ю̶ физиономию, понял, что оно все извазюкано в салате. А он точно помнит, что засыпал на диване, а значит одна из этих падл специально окунуло его лицо в приготовленный хер знает кем салат. И в первую очередь он подумал на Юнги и Хосока, или ныне прозванные « голубая братва». Но те уже едят этот салат… Точнее лежат в нем. Чонгук сидит, подперев рукой свою голову, всем видом показывая как ему скучно. Саша, подумав именно на него, время не теряя, решается взять реванш и попытать удачу. — Давай еще раз! — И вот вновь… Ладонь Чонгука крепко сжимает ладонь Саши. Они смотрят друг другу в глаза с нескрываемой яростью и неприязнью, но оба сонные. — Ну, давай нападай! — И в этот момент рука Пятницкого падает на стол с глухим стуком под тяжестью руки Гука. — Блять… — прошипел Саша, в мыслях перебирая маты похлеще произнесенных вслух. — В какой раз… Когда ты поймешь, что это бесполезно? Я — Чонгук! Золотой работник! — Вскрикнул пьяный парень и поцеловал свой бицепс. — Ой бля, начинается… А с этими то что? Продавщица тетя Нюра с дядей Жориком, нажравшись в хлам, лежат под столом, не справившись, на удивление, в этот раз с хорошей высокоградусной водкой. Последнюю неделю весь персонал проходил проверки, поэтому все были измотаны. Они отмечали в большом складе, который часто пустовал. Место было большое, поэтому в нем никто никому не мешал, даже если пьяный кто-то распластается во весь рост на полу. — А что эти двое? Ты мне 15-тый раз проиграл. Смирись уже что я лучше, — улыбка у Чонгука стала аж до ушей. — Странно, но работник месяца тут все еще я, — ехидно усмехнувшись Саша съязвил, на что Гук фыркнул: —Я тя умоляю. Лера сейчас притащит новенького и посмотрим, долго ли ты продержишься на «работнике месяца». — Оо нет. Еще одного китайца как ты я не вытерплю, — Чонгук начал скалиться и в этот момент залетает Лера — начальница «Пятерки», и хоть она и была ровесницей Пятницкого, но все называли ее «тетя Лера» в знак уважения за то, что она всегда решает важные дела и, если что, поможет прикрыть зад. Пожилые работники даже ставили на неё свечку, а Саня молился, чтоб они были не за упокой. — Саня блять, видит бог, я предупреждала! — Не ври, ты атеистка! А это с тобой, что за перец? — Итак, знакомьтесь — Ким Намджун — сортировщик-контролер, наш новенький. — Лера еле сдерживала свой ор, ведь выслушивала, как периодически горит Саша с Хосока, Юнги и Чонгука, ведь «они те еще хитрожопые азиаты», как говорит он. — Саша… — Представился Саша, Джун молча протянул руку, но Пятницкий хмуро оглядел её и посмотрел уже ему в глаза. — Меня зовут Намджун. Здравствуйте, — парень убрал руку и, смутившись, почесал свой затылок. Говорил он с явно выраженным акцентом, что сначала Саша не понял какое у него имя. — И на кой хер ты привела ЕЩЕ ОДНОГО КОРЕЙЦА? — Саше Намджун не понравился. Повода нет никакого. Он довольно симпатичный, скромный парнишка, д̶а̶ ̶и̶ ̶ещё̶ ̶с̶ ̶ш̶и̶к̶а̶р̶н̶о̶й̶ ̶з̶а̶д̶н̶и̶ц̶е̶й̶. Выглядит обычно, да и с первого впечатления кажется простым, не то что Чонгук. Красавчик, да, но еще то шило в заднице. Мертвого из гроба вытащит. Этот довольно тихий. Такие люди Саше по душе. Но не Джун. Он его начинает раздражать. — Он долгое время пробыл в Америке, сейчас приехал в Россию и.… Вот. Ты же английский знаешь, если что? Вот и отлично, поможешь, — девушка широко улыбнулась, а сама про себя орет как чайка. — Ну, хав ар ю точно знаю. — How are you, — чистым английским поправил Намджун, Саша резко сузил глаза и кинул на него недобрый взгляд: — Ты еще меня научи, я все знаю! Не зря твердая тройка стояла по английскому. А че ты ко мне его спихнула? У тебя же есть опыт общения с азиатами, взять твоего китайца Чонгука. Сегодня охранник, а завтра админ. — Во-первых, Чонгук не китаец, а во-вторых ты щас допиздишься что-то говорить про моего парня. — Наш, русский парень, сделает вид, что не видел, как я однажды одолжил воды по скидке. Со своего же склада причем! — Лера начала возмущаться. — Блять, Сань, ты спиздил водку со склада. А отвечала за него я! Вытри уже свое лицо, а то как клоун, — улыбаясь хмыкнула девушка и ушла со склада, пока Намджун во время всей этой комедии прожигал взглядом пол. — Ну… Проходи, Наджин. — Саша вытер лицо и направился обратно к столу. — Намджун. — Какая разница, у вас все равно одинаковые имена у всех. Взяв свободный стул, Намджун пододвинул его к столу, тот немного качнулся и стакан с водой опрокинулся прямо Саше на ноги. Пятницкий поставил стакан на место, но на джинсах уже образовалось мокрое пятно, губы парня скривились. — Черт, а по-аккуратнее? — А что происходит? — Не дав договорить, решил перевести тему кореец. — Празднуем, — Намджун обвел взглядом комнату, где почти все, пьяные в зюзю, спали. Причем даже Лера никак не отреагировала, будто это в порядке вещей. — А что за праздник? — Я — лучший работник месяца, — Намджун округлил глаза. Дверь в склад открывается. — Пф, просто кандидатов больше нет, — широко лыбясь отвечает Чонгук. — Пиздуй отсюда! — Саша встал, показав средний палец Чонгук спросил: — Да больно надо, Лера где? —Она ушла только что, — робко вставил свое слово Намджун. — Ты че обоссался? — Чон заржал и быстро закрыл дверь, так как за ним полетел Сашин кроссовок. — Вот, выпей, — Намджун отрицательно затряс головой. Пятницкий вздохнул и выпил за него. Намджун от неловкости начал оглядывать помещение. —Это что, ёлка? — Ну… да. — Саша встал и косо посмотрел на Намджуна. — Но уже февраль… — Ну может, уберут через месяц, — Намджун посмотрел на него с прищуром и Саша поперхнулся, — Ну или до следующего года оставят. Проходит ровно месяц. Елка все так же стоит, работа все так же кипит. Саня сидит за маленьким столиком с Хосоком и Юнги. — Понимаешь я не гей, он красивый, но, блять тупой. — Юнги уже спросил про себя, зачем они завели тему про Намджуна. —Намджун учился в Оксфорде и если кто-то из нас тупой, то точно не он. — Саша посмотрел на Хосока с возмущением. — Ты вообще, чей друг, мой? — Мимо прошла Лера и Пятницкий решил ее окликнуть. — Лера, почему ты не сменишь название магазина на «Кореечка»? По-моему подходит. — Еще одна такая шутка и я тебя ёбну. —Ладно, ладно… — Иди проверь работу Намджуна. — Пацаны заржали. — Почему я? —Вперед и с песней, — Лера проводила Сашу взглядом. Намджун проверял сроки годности на продуктах в молочном отделе. А Пятницкий медленно начинает перепроверять и натыкается на целую партию просроченного еще 3 дня назад творога. —Йорты без даты, это еще что такое? — Протягивает Саша. — Что? — Глаза разуй и посмотри. —Что? Я немного don’t понимаю. — Асс свои разуй, говорю, даты смотри! — Саня тычет в него творогом. — Айс? — Глаза блять! —ТЫ СКАЗАЛ ЖОПА! — Хуле ты наезжаешь на меня? Да и ещё такие слова говоришь? Или ты наебываешь и на самом деле русский? —Так… Ладно, проехали, — Намджун покачал головой. — Заткнись. — Я молчу, — подняв руки, сказал Нам и забыв что в одной руке у него коробка кефира уронил ее на пол. Саша, потерев лицо руками, ушел из виду, пока Джун провожал удаляющуюся спину взглядом. «Это ж надо так проебаться» — думал про себя Саша, пока на встречу к нему не прибежали Хосок и Юнги и схватив его под руки с обеих сторон потащили в сторону кладовой. — Совсем крышняк поехал? Вы че? — Саш, да успокойся, не хочешь выпить пивка? Конец смены все же… — начинает тараторить Хосок. — Ну… Можно, но вы платите, я сейчас на мели, — ничего не подозревая, соглашается Саша. Спустя 3 часа. — Эх, вот, а что ты любишь больше всего? Типа, вот, что тебе нужно сделать или дать, чтоб дал ты? — Немного уже опьяневший, интересуется Юнги за место Хосока, который уже засыпает. — У тебя кукуха на юг улетела? —Ладно, шучу. Ну, если серьезно, что ты так любишь помимо алкашки? — Ну, вкусняхи всякие.… А что ты интересуешься? — немного ПьЯнЕньКиЙ Саша, наконец решил спросить. —О, я тоже! Ближе узнать тебя хочу. Саша скривился. /flashback/ Из склада раздаются разговор на корейском. — Парни, у меня к вам серьезный разговор.… Но я не знаю, как сказать… — Чего там у тебя? — Юнги, разгружая склад, повернулся к Намджуну. Он устал. — Я… в общем… — Не мямли, давай выкладывай. — Раздражается. — Вы же знаете, в Америке нормально, ну встречаться с человеком своего пола…— Хосок хмыкнул. — Мы не знаем. Мы проверяем, — Намджун резко поднимает красную от стыда голову. — В смысле? — Ты знаешь, почему Саня называет всех азиатов пидорами? — Нет… — С Чонгуком, там все ясно. Он реально много пиздит. А мы с Юнги… — Голуби мы, — Прерывает своего парня Юнги. Намджун растерялся. — Так че ты к нам пришел то? — Я что-то чувствую к Саше. — Юнги уже открывший бутылку и выпивший немного воды подавился. — Чувааак. Ну тебе пиздец, ты знал это? Он же натуральнее всех натуралов. —Голубой вагон переполнен, извини, но це не к нам, — смеется Хосок. —Так, а что ты от нас хочешь? —Ну… Мне просто нужно поделиться с кем-то. —Ты выбрал не тех людей… Хотя, мы тебе поможем, так и быть, можешь не благодарить, — похлопав по плечу, проговорил Хосок. Юнги закатил глаза. / continue flashback/ —С чего ты вдруг заинтересовался и дал мне одобрение на помощь ему? — Интересуется Хосок, после того как Намджун вышел с кладовой. — А что такого? —Ну, как тебе сказать… Ты что-то увидел между ними? — С подозрением смотрит в упор на Юнги парень. — Ну, смотри, ты же знаешь Сашу? — Ну да, и что? — Ты же знаешь его отношение к нам? — Ну мы его кореша и что? —Он делает вид, что ненавидит нас, но мы его кореша. Это главное в нем. Он — человек, который скажет, что ты ему нужен, и что ты его друг, только на грани смерти. Твоей или его — не важно. А так, он молча поможет, а потом будет вновь твердить, что не хочет с нами работать и так далее. Мы дороги ему, как и он нам. Хосок хмыкнул. — И что еще ты думаешь? — Ну… У Джуна мб есть чувства, а вот Саша… Я не могу понять. Ощущение, что у него ненависть к Джуну, но… Что-то не так. Она другая. — Это я тоже заметил, не зря о его жопе постоянно твердит! — Вскликнул Хосок, состроив хитрую ухмылочку. — Я когда увидел твою жопу, то я… — Так, ты щас отхватишь за мой проебанный авторитет! «Твое» здесь максимум достоинство между ног! — Ага, да, твое — тоже, — Хосок начинает угорать вне себя. — Ну ты сука… /end flashback/ Голова ужасно раскалывается. Саша уснул в подсобной на диване. Все, что происходило ранее, он не помнил. Теть Нюра открывает дверь и заходит с ведром и шваброй: — Лера тебя пришибет, если узнает, что ты после похмелья. За кассу встать не хочешь? Тебя Намджун заменяет сейчас. Глаза округлились. Сонливость сразу пропала. — Что? — За тебя парнишка отдувается… Что, что? Иди работать! — А как Лера проверяла? — Он сказал ей, что тебе плохо, поэтому ты остался дома и придешь, как сможешь. — Сашу, полное недоумение и легкое чувство вины, одолело. Вскочив, он посмотрел в небольшое окно двери. Осмотрев магазинчик, он заметил у кассы Джуна и выходящую из «Пятерочки» Леру. Вылетев из подсобной, Саша подходит к кассе, надевает жилет и тихо бубнит: —Спасибо, — но решается все же уйти сортировать продукты, оставив Джуна у кассы. День близится к концу. Намджун стоит у кладовой, где его прижала «голубая братва», протягивая ему картонную упаковку с тортом внутри и бутылку вина. —Короче, держи! Саша любит всякие сладости и прочие вкусняхи. А я как раз по скидке 1+1 взял. Дари! — Что ж… — неуверенно бормочет Нам, — А вдруг ему… — Это его проблемы, — отрезает Хосок.— Дари! —Но… — Еще слово и он врежет, — Юнги понимает, Хосок сейчас вспылит. Направившись после рабочего дня, неуверенно, в подсобку, Намджун не решался открыть дверь. И все же, собравшись с силами и прочитав про себя молитву, он смог толкнуть ее: — Саш, будешь торт? — все так же неловко говорит он и замирает как вкопанный. — Какой праздник? — Ну… Ээ. У меня день рождения, — решил соврать Нам. Парень сидел в одних трусах, надевая джинсы. — Серьезно? Тогда зови Юнги с Хосоком и отмечай с ними. — Ну, они… ушли, — замешкавшись, сказал Джун. — Смотри-ка, уши краснеют. Заврался! — смешанные чувства одолевали Сашино спокойствие. — Нет, они правда ушли! — стыдясь собственной лжи, щеки парня становились все багровее. — Ладно, доставай свое добро. Намджун достает из рюкзака бутылку вина и небольшой торт из коробочки. Спустя час. Парни уже сидели друг напротив друга, окна вроде открыты, но жарко. А вроде только начало весны. Пили из пластиковых стаканов, ели торт руками. У Саши начала сильнее болеть голова, а она и так болела после прошлого раза. Взглянув на Намджуна Саша увидел что тот полностью стал красный, а его ̶п̶у̶х̶л̶ы̶е̶ губы распухли. Джун начал ёрзать и немного ближе пододвинулся. А Пятницкий немного ахуел. Не так сильно, но джинсы Саши начали выпирать в области ширинки и тот понимает, что медленно возбуждается. — Че за хуйня? — Теперь Саша прям начал смотреть, как можно скрыться. Намджун привстает и нелепо, со странным выражением лица, смотрит на эти завораживающие линии лица и губы. — Пиздец. — Говорят они одновременно и Намджун сбегает из помещения. Забежав в кладовую к Хосоку. — Ты чего? — ТЫ ЧЕГО НАДЕЛАЛ? Почему у нас встал, но мы просто пили и ели то, что нам ты дал? — БЛЯТЬ, ПРОСТИ. Я дал тебе свою коробку. Я хотел подарок своему карлику сделать. — Что? — Чел, это «Виагра». Намджун злится закатывая рукава, а Хосок начинает пятиться назад выставив руки перед собой: — Чувааааак, спокооойно, без лишних движений…