Страшная сказочка про любовь

Эмма вошла в участок с фотоаппаратом наперевес, за ней следовал Марко. — Меня раньше для таких дел не звали, — бубнил мастер на ходу. — Шериф Грэм сам с этим разбирался. Я, конечно, могу разок — другой щёлкнуть, но по-хорошему вам фотограф нужен. — Кто ж мне на фотографа бюджет выделит, — пробормотала Эмма мрачно и объявила: — Мистер Голд, пора на фотосессию! Голд не откликнулся. И вообще в участке было подозрительно тихо. Эмма нахмурилась: уж не сбежал ли её заключённый? Она, конечно, крепко закрыла замок, но мистер Голд порой казался почти всемогущим. Она подошла к камере и её внимание привлекло пальто, упавшее на пол тёмным неопрятным комом. Она перевела взгляд на его владельца: Голд лежал на левом боку, поверх одеяла и... спал. Ноги были согнуты в коленях, рот приоткрыт, а складка на переносице, казалось стала ещё глубже, чем во время бодрствования. — Голд! Его веки даже не дрогнули. — Ну что, фотографировать-то когда? — поинтересовался Марко. — А, — приняла решение Эмма, — вы мне просто покажите как, а я потом сама. Пусть спит. Она посмотрела на часы: время было ещё детское, но будить Голда рука у неё почему-то не поднималась. Что ж, этой заминкой она может воспользоваться для того, чтобы больше узнать о происшедшем. И желательно из источников понадёжней. Допросить саму мисс Френч не удалось, да, собственно, Эмма не слишком этому огорчилась. Вейл приветливо улыбался новому шерифу, сопроводил её в свой кабинет. — Чай, кофе, виски? — Это очень мило, — буркнула Эмма, — но сейчас я на работе. — Я тоже, — Вейл уселся за стол. — Но тем не менее. — Ну… — Эмма опустилась на место для посетителей. — Может быть, позже, а пока мне нужно, чтобы вы ответили на некоторые мои вопросы. И сколько раз Лейси Френч лежала в вашей больнице? — Эмма щёлкнула кнопкой диктофона, столь же древнего, как и всё доступное ей оборудование, и доктор Вейл нервно покосился на моргающий красный огонёк. — Шериф, вы слышали когда-нибудь о врачебной тайне? — А вы о содействии полиции? — в тон ему возразила Эмма. Она не была уверена точно, но ей казалось, что закон ставящий интересы следствия по уголовным делам выше правил административного кодекса должен был существовать. Во всяком случае во всех сериалах, которые Эмма смотрела дело обстояло именно так. — Эм… Шериф, вы думаете я веду подобные подсчёты? Архивами занимается медсестра Рейчел, скажите ей в каком году и месяце мисс Френч поступала на лечение, и она отыщет её карты. — А вы разве не оцифровываете истории болезни? — искренно удивилась Эмма. Вейл откинулся на стуле и посмотрел на девушку из-под очков. — Как вы это себе представляете? Я не только главврач, я ведущий хирург больницы. Если я брошу свои силы на оцифровку карт, жители города останутся без медицинской помощи. — Ну, вы же тут не один, — протянула Эмма с сомнением. — Все наши сотрудники работают на две-полторы ставки. И больница не может себе позволить отправить их на курсы компьютерной грамотности, — Вейл отвернулся и посмотрел куда-то в заоконный сумрак. — К тому же в этом нет необходимости. Миссис Рейчэл прекрасно справляется с бумажным архивом. Эмма выключила диктофон: — Хорошо, — сдалась она. — Ведите меня к вашей медсестре. — Во-первых, сейчас это невозможно, архив открыт с 10 до 13… Во-вторых, разглашение этих сведений дело подсудное. Вы уже могли убедиться в том, что мисс Френч… не самая тихая девушка, а с мистером Голдом, уж простите, мне и вовсе не хочется портить отношения. — И что вы мне предлагаете? — Эмма была готова биться головой о столешницу. — Я — ничего, — наконец удостоил её Вейл взглядом. — Но если вам так нужны эти сведения, то выпишете ордер по всей форме, отправьте в больницу письменный запрос и в течение двух-трёх недель вы получите копии всех интересующих вас документов по почте. — А можно без этих формальностей? Вейл посмотрел на часы:  — Я уже сейчас с вами разговариваю. Исключительно неформально и исключительно в интересах расследования. — Ну знаете ли, — опешила Эмма, — я даже не знаю, с кем сложнее говорить с вами или с Голдом. Врач усмехнулся: — Передавайте привет Мери-Маргарет. Если она когда-нибудь захочет позвонить… На этот раз Эмме хотелось побить головой о столешницу уже самого Вейла. Как только девушка вышла из кабинета, Виктор Вейл достал из тумбы письменного стола стакан и от души плеснул себе виски. Почти залпом опрокинул первую порцию и добавил ещё, и только после, уже расслабленный и немного осоловелый, взял со стола телефон и набрал номер: — Я её спровадил, — сообщил он в трубку. — Ничего незаконного, как я и говорил. Но на какое-то время Голд за решёткой задержится. По крайней мере до утра. — Он усмехнулся. — Зачем тебе это надо? — и внимательно выслушав ответ заметил. — Ха, за ответную услугу я это не засчитаю. — Он откинулся в кресле. — И да, меня сложно запугать… Я попросту не верю в то, что в этом захолустье мне можно найти замену. Ни один хороший врач сюда не поедет, — он улыбнулся словам невидимого собеседника. — Нет, мои условия другие. Мне нужна эндоскопическая операционная. - Он выслушал возражение. —  Знаешь, что поможет мне запастись терпением? Ещё одно свидание... И надень свою синюю блузку... Да, французскую с вырезом в виде латинской «V»... Как зачем? Мне нравится её снимать.