Искры и кости

      — Чувствуешь смрад? Он уже начал разлагаться! — голос Фиджа звенел от восторга, а Ханса чуть не вывернуло наизнанку от витающего в пещере запаха и яркого воображения, предложившего взглянуть, как сейчас выглядит источник скверного аромата.       Они пробрались в логово дракона, потому что в окрестностях кто-то пустил слух, что обитавший здесь Ричард Кровожадный — огромный зубастый дракон — отправился на свет иной, издохнув от старости. И не было бы им от этой новости ни горячо, ни холодно, не будь Фидж некромантом, одержимым идеей собрать коллекцию мёртвых существ. Дракона в его коллекции ещё не было, а очень хотелось огромную, зубастую, разлагающуюся и потому не способную летать тварь. Хансу оставалось только плестись за ним, затравленно оглядываться и надеяться, что им на пути не попадутся голодные до драконьего золота мародёры. Или просто желающие нажиться на чужой смерти деревенские.       В пещере было невыносимо жарко, так что пот струёй бежал под мантией. Ханс запыхался ещё поворота три назад, но его напарник бодро шёл, почти бежал вперёд, будто бы знал, куда идти. В действительности ничего он не знал, потому они и блуждали здесь уже три поворота и пару-другую часов, пока под подошвой стоп не зазвенели золотые монеты.       — Мы совсем близко! — почти взвизгнул Фидж. — Ищи огромную тушу.       — Ты бы потише был, вдруг мы не единственные охотники за этой тушей, — ответил ему Ханс и взмахнул рукой. На его левой ладони зажегся яркий огонёк, что осветил пещеру и золото под их ногами. А заодно и огромный жёлтый глаз, что смотрел прямо на них на расстоянии вытянутой руки. От света зрачок по-змеиному сузился и маг вскрикнул от испуга.       Будь у него в руке факел, а не магический огонь, он бы точно потерял его, когда отпрянул от гигантского глаза, под аккомпанемент собственной брани. Фидж оставался более спокоен, но его и без того белое лицо потеряло последние краски, а иссини-чёрные волосы начали белеть, пока кончики пальцев обволакивал мягкий, похожий на туман голубой свет — некромант пробуждал вою магию, готовясь к бою. Когда вполне живой дракон поднялся с земли на все четыре лапы и воззрился на них с высоты, Ханс едва удержался, что не закричать: «И это похоже на мёртвую тушу?!»       Надо было бежать, но оба никак не могли выйти из оцепенения. Дракон посмотрел на них, задумчиво и изучающе. А потом тяжело вздохнул вздохнул и пещеру окатил усталый рёв вполне себе человеческого голоса.       — Некромант, теперь ещё и некромант ко мне заявился… Кто же тот балбес, что пустил слух будто бы я умер? А?! Отвечайте!       — Мы не знаем! — крикнул в ответ Ханс, краем глаза наблюдая, как Фидж медленно достаёт из-за пояса свиток с заклинанием, не сводя с дракона светящихся голубым глаз. — Мы просто заблудились!       — Ага, как же, так я и поверил. Сожрать бы вас как и всех остальных, — дракон оскалился и глаза его сверкнули. На миг Ханс поверил, что тот и в самом деле сейчас кинется на них, но… — Но меня так достало, что ко мне шастают, — в сердцах пожаловался дракон и махнул на них лапой. — Возвращайтесь в деревню и сообщите всем, что я жив! И если паломничество за моим золотом не прекратится, я лично явлюсь к людям и покажу себя! А теперь убирайтесь!       Дважды повторять не пришлось — маг и некромант сорвались с места, будто ошпаренные кипятком. Когда они преодолевали второй поворот, дракон подогнал их жарким пламенем, и Ханс прокричал Фиджу:       — Смрад, значит? Разлагается, говоришь?!