Suum cuique

      Тэнебрис всегда считалось большим и могущественным королевством, центром всех торговых путей, куда съезжались самые разные купеческие корабли, дабы продать свои товары и купить новые. А стало оно великим под суровой рукой правителя со звучной фамилией Вератер. Однако в последнее время здоровье Виктора стало резко ухудшаться, и никто не знал, что тому причиной, что могло сломить сильный дух короля, практически приковав его к кровати. Какое бы количество лекарей они присылали, ни один из них не мог предположить, сколько еще осталось Виктору.       Но сильнее всех была обеспокоена вторая жена Вератера. Были то волнения об умирающем муже, или расчетливая супруга переживала, что ее сын не займет престол, поскольку являлся младшим? Даже сама Корделия не могла ответить на этот вопрос. Любовь, породившая их союз, со стороны женщины, уже давно оставила после себя обжигающий холод, перейдя в обыденность. А вот Виктор все так же, как и при первой встрече, был пленен ее нравом, крепкой хваткой и, главное, красотой. Корделия чувствовала это и не собиралась в последний раз воспользоваться своими чарами обольщения.       Все должно было решиться со дня на день, когда правитель объявит того, кто примет бразды правления в свои руки. И вот сейчас Корделия сидела около постели супруга, с некоторой нежностью поглаживая грубую сухую руку Вератера. Мужчина улыбался одними уголками губ — ему было приятно подобная забота со стороны жены, ведь он так отвык видеть ее рядом с собой. Пятнадцать лет разницы давали о себе знать, а с каждым годом эта разница чувствовалась все больше, и Виктор знал, что в один момент разница выльется в пропасть.       — Виктор, как твое состояние? — ровный вопрос сорвался с тонких губ Корделии, наконец прерывая некоторую интимность обстановки, наступившую в комнате. Зеленые глаза скользили по лицу правителя, он не выглядел на свой возраст, казалось, что он ее ровесник, а не пятидесятилетний мужчина. Длинные белые волосы были собраны в низкий хвост и сейчас лежали на правом плече, янтарного цвета глаза, аристократичные черты лица — все это придавало мужчине своеобразный шарм.       — Милая, я уже успел забыть, что ты можешь быть заботливой, — с усмешкой произнес король. Пусть в ее глазах мужчина выглядел сейчас немощным, но ему не хотелось прерывать этот миг. — Я всего лишь болен, но все еще не умираю, твое беспокойство напрасно.       — Виктор, прошу, не отрицай неумолимой правды. Никто не знает, какие будут прогнозы, — женщина убрала свою руку, не желая смущать супруга своей неумелой заботы. Для кого-то это могло быть оскорбительным. Виктор взял Корделию за руку, притягивая ее к себе и вынуждая жену сесть на край кровати, поближе к нему.       — Да, ты права. Каждый день может оказаться последним, и все ждут моего решения о следующем правителе, — выдохнул Вератер, прикрыв уставшие за день глаза. — А ты хочешь, чтобы им был Карстер?       — Ты прав, — улыбнулась Корделия. Глупо было полагать, что супруг не догадывается о ее истинной причине нахождения в его покоях. Женщина сделала небольшую паузу, словно выжидая момент и подбирая правильные слова. — Виктор, ты же понимаешь, что несмотря на то, что Леон старше, с ним будут проблемы, ведь он отравит Тэнебрис, Леон жаждет, чтобы все было под его контролем. Ему уже шестнадцать лет и воспитать в нем прирожденного политика будет сложнее. Как много времени ты проводишь с ним, чтобы узнать истинное обличие? Ты видишь лишь его манеры, которым обучила его Беатриче. Поверь мне, этим выбором ты обречешь людей на рабство, наказания за неповиновение. Разве подобного будущего ты хочешь для нашего королевства?       — Карстеру всего одиннадцать лет. Он совсем молод и неопытен в жизни… — решение для Виктора было принять тяжело, ведь здравый смысл говорил о том, что его решение испортит отношения с Беатриче и Леоном.       — Любимый, ты же знаешь, что я готова буду направлять его в нужном нам пути. Пожалуйста, исполни мою последнюю волю, — Корделия ласково улыбнулась, проводя свободной рукой по щеке супруга. А Виктор тяжело вздохнул, понимая, что не может сопротивляться, когда его любимая женщина так просила.       — Хорошо, только ради Вас, Ваше Величество, — улыбнулся Вератер, а после чуть сильнее сжал хрупкую ладонь Корделии. — Но и ты исполни мое желание, останься сегодня со мной, — мужчина выдохнул, явно не собираясь отпускать руку рыжеволосой, которая в свою очередь немного натянуто улыбнулась.       — Да, Виктор, — тихо произнесла Корделия, наклоняясь к супругу и даря ему практически невесомый поцелуй в лоб.       Карстер… А что Карстер? Он был сыном, который еще не знал, чего именно хотел. Хотя, все больше после рассказов отца желал покорять моря и океаны, торговать в различных странах своими товарами. Жить, бороздя океаны и открывая для себя что-то новое. Возможно, именно этого и хотел ребенок. Однако, мальчик даже не предполагал, что, согласившись учить и географию, и экономику, уметь разбираться с бумагами, полностью подготавливаясь к правлению, лишь перечеркивает всю свои планы на жизнь.