Suum cuique

      Когда праздник подошел к концу, а многочисленные гости покинули стены замка, все разошлись по своим комнатам. Вератер был первым, кто сбежал праздника, не желая больше видеть лица сводного брата, Беатриче, отца и матери. Молодому человеку было тошно от этих напудренных лиц, сотни, казалось бы, разных ароматов духов, смешивающихся в одно приторное зловоние, от которого сразу начинала кружиться голова; ему хотелось скрыться от этой обстановки, от напыщенных людей и лицемерных улыбок, и парню удалось это сделать, заперевшись в собственной комнате.       Карстер стоял, уже второй час молчаливо смотря в окно и любуясь большими кораблями, стоящими в порту. Казалось, его мечта была так близко и практически осуществима, но в то же время между парнем и желанием уйти в свободное путешествие образовалась глубокая пропасть, которая с каждым днем все сильнее разрасталась. Карст знал, что в один момент эта бездна станет непреодолимой -- не перешагнуть, не перепрыгнуть, тогда пути вперед, к желанному будущему, больше не будет. А растет эта пропасть из-за того, что все: Корделия, Виктор, Беатриче, Леон — ожидают, что он взойдет на престол и будет править так же мудро, подобно сейчас отцу сейчас, прекрасному королю, заботящемуся о собственных территориях и жителях. Правда, единственным, кто не хотел всего этого, являлся Карстер, однако его мнение не учитывалось. Отсутствие выбора, постоянные ограничения, детская обида на мать, растущая с каждым годом, сейчас давала о себе знать.       Юный наследник не терял надежды, он так ждал того момента, когда сможет спокойно бороздить моря и океаны, жить жизнью, насыщенной приключениями и истинной любовью, а не лживым уважением к "любимой" супруге только из-за того, что она является наследницей другой могущественной страны. Вератер не желал прожить собственный век, тоскуя на троне, устраивая войны с целью завоевания новых территорий, а все свободное время разбираться с бумагами, которых с каждым днем все больше и больше, не хотел устраивать бесполезные балы. Жить с мыслью, что твоим единственным способом расслабиться стала бы охота на невинных животных, тоже не очень-то горел желанием. Нет, вся эта чушь была не для него. Для кого угодно, но только не для него. И почему тот же Леон, являясь старшим сыном, таким же законным наследником, будет жить более свободной жизнью? Потому что в отличие от Беатриче, Корделия готова была сделать все, лишь бы ее любимый сын стал лучшим. Осознание этого вызывало в Карстере неудержимый гнев, желание разгромить всю комнату и высказать Виктору с Корделией все, что он думает об этой глупой свадьбе, восхождение на престол и о них. Хотелось открыть глаза отцу на бездушную властную мать, вертящую им как ей удобно.       Карстер зажмурился от резкой боли, пронзившей область висков, заставляя изумрудные глазах на пару секунд покрыться непроницаемой пеленой. Посчитав, что вся причина в его нарастающей злости и напряженности, Вератер, не раздеваясь, опустился на мягкую кровать, прикрывая глаза, дабы немного отдохнуть, забыться в сладком сне. Для рыжеволосого было бы достаточно обычного скромного праздника в кругу семьи, без лишних глаз. Но разве так дозволено королевской семье? Нет! Как только голова наследника коснулась подушки, как тут же Карстер провалился в беспамятство.

***

      Во сне Карст видел себя и свою другую жизнь. Скорее то, какой она могла бы стать, откажись он от престола или родись он в обычной семье. В той жизни зеленоглазый был любящим мужем и примерным семьянином, успешным купцом. На душе Вератера становилось печальнее лишь от одного осознания, что все это является его плодом воображения.       В один момент все пропало, оставляя Карстера в пустой темной комнате и единственное, что в ней находилось: трон, с лежащей на нем короне, а на стенах, словно кровью, была выведена одна фраза «Это твоя судьба», повторяющаяся сотни раз. Аято пытался убежать, убежать от этого послания, от самого себя. В глупых попытках вырваться из дворца он выбежал из коридора, направляясь к выходу. Но выхода не было, парень был заперт, и лишь в окне он видел море, корабли и… Карстер готов был поклясться, что увидел, как к нему направляется девушка, облаченная в белый сарафан, весьма открытый. Незнакомка устремила свой взгляд прямиком на Вератера, словно зовя за собой, она протянула руку, облаченную в белую перчатку.       — Идем со мной… — позвала его девушка, ее голос, словно гипноз, такой певучий и мелодичный, звучал в его голове, заставляя помутиться рассудок. — Ты увидишь все, о чем так давно мечтал… — продолжала приятным голосом произносить неизвестная. Она смотрела на молодого человека с нежностью во взгляде, маня за собой. — Ты будешь свободен…       — Но как?! — выкрикнул раздраженно парень, хватаясь за голову, в которой звучал милый голос. Девушка на эти слова лишь загадочно рассмеялась, взмахом руки отворяя окно.       — Иди за мной, иди ко мне… — в последний раз произнесла незнакомка, разворачиваясь и направляясь в сторону моря, а после нырнула в воду, скрываясь от пристального взора принца.

***

      По комнате гулял прохладный ветер, трепля рыжие волосы молодого наследника. Карстер резко открыл глаза, судорожно хватая воздух ртом. Парень словно сам нырнул в эту воду, начиная неизбежно тонуть, уходя камнем на дно. Оглядевшись, Вератер понял, что все еще в своей комнате, а за окном красивый закат. Всего лишь сон, чересчур реалистичный сон. Эта мысль заставила Карста в какой-то степени вздохнуть с облегчением. К удивлению наследника, окно было распахнуто. Это был подарок судьбы, и парень с удовольствием принял дар. В голову молодого человека пришла шальная мысль, как можно использовать в своих целях этот презент. Поднявшись с постели и поправив наряд, направился направился в сторону столовой, где должен был сейчас проходить ужин.