Чувствуй меня

Утро следующего дня выдалось для меня достаточно напряженным. Напуганные глаза одного из советников пробудили в голове самые разные мысли негативного характера, я уже начал подумывать о наступлении пятой войны шиноби, когда этот надоедливый старик проговорил: – Я не хотел бы вас отвлекать, Гаара-сан, но... Кажется, из библиотеки было утеряно несколько важных документов... – Утеряно или украдено? – я устало откинулся на спинку кресла, прикрывая глаза. – У...Утеряно, Гаара-сан... – Хорошо. Что за документы? – Документы... Документы об истории возникновения Суны... Я внимательно посмотрел на советника, качающего головой в такт своим словам. Не знаю, сколько ему лет, но предполагаю, что он появился на свет ещё раньше, чем была основана Суна. – Насколько я помню, глава совета предупреждал меня о пересмотре данных документов. – Н...но, Гаара-сан, вы меня извините, эти документы не могут быть пересмотрены, это реликвия нашей деревни, их нельзя менять...Просто возмутительно! – Думаю, на этот счёт вам необходимо поговорить с Кэйташи-саном, – уклончиво проговорил я, надеясь, что Киото-сан клюнет на мою уловку. – Я...Я тот час. Тот час решу этот вопрос, Гаара-сан, незамедлительно...Сейчас же! – Отлично, я рад, что реликвия нашей деревни в надёжных руках, – серьезно сказал я, прикрывая глаза. Да, советники этой деревни были, безусловно, очень умны, иногда. Я даже прислушивался к их словам, но из-за подобных инцидентов я часто сомневался в их адекватности. К слову, они случались гораздо чаще, чем мне бы хотелось, а потому мое душевное равновесие могло очень быстро уйти в ноль. Смотря вслед уходящему Киото-сану, я понимал, что у меня совершенно нет времени на подобные глупости и решение проблем в совете между его членами. Было очень важно решить вопросы, связанные с организацией рабочего места для Сакуры, рядом ознакомительных пунктов с оборудованием, да и кучей чего ещё... Если бы я заметил письмо Какаши раньше, все было бы уже готово, но сейчас я просто ничего не успел и кроме меня этим попросту никто не сможет заняться. Я ещё раз тяжело вздохнул, внимательно просматривая документы, которые мне заботливо сложили на стол ещё до моего прихода и приступил к решению более насущных проблем.

***

– Сакура, если тебе что-то понадобится, скажи мне, я немедленно все организую. Я понимаю, оборудования здесь не так уж и много, но ты ведь знаешь, с медициной у нас, пока что, не очень. – Гаара, я безумно благодарна тебе, ты и правда очень много делаешь для деревни, – с восторгом отвечала Сакура, просматривая бумаги с перечисленным оборудованием. – Это капля в море, Сакура, – я вздохнул, понимая, что не сделал и половины того, что должен был. – Не смей так говорить. Все знают, что ты один из самых амбициозных и великих Казекаге за всю историю деревни. Ухмылка появилась на моём лице, когда я услышал эти наивные слова. Сакура Харуно, ты и представить себе не можешь, сколько мне ещё нужно сделать, чтобы это место стало более удобным для местных жителей. Заслужить доверие? Заслужить-то заслужил, а сколько его ещё оправдывать... – Так, на чём мы остановились, Сакура? – Смотри, здесь есть все необходимое, можешь подписать. Остается только найти место в лаборатории... – Тебе уже выделили помещение, можешь приступать хоть прямо сейчас. – Так быстро? Гаара, ты не перестаешь меня удивлять, – рассмеялась Сакура, на что я улыбнулся в ответ, смотря в эти зелёные глаза цвета весенней травы. Да, она красивая девушка. Улыбка, глаза, волосы и руки... Здесь было красиво все, мне нравилось то, что я вижу. Сакура была прекрасным другом и неотъемлемой частью Конохи, которая всегда стремилась спасти всех. Этакая жертва с синдромом спасателя, которая постоянно тянет руки к солнцу по имени Саске Учиха, что нещадно опаляет её, сжигая мосты и последнюю надежду. Черт знает, зачем я вообще об этом думаю, но разговор об их отношениях не идёт у меня из головы, возможно, я никогда не смогу понять её и уж тем более Саске. Я вообще никого никогда не любил и понятия не имею, как это, но не могу же я заставить себя влюбиться. Я ещё раз вздохнул и посмотрел на Сакуру: – Я не хочу заставлять тебя ждать, но в лаборатории слишком жарко для сегодняшнего дня. Мне нужно переодеться, кстати, тебе советую поступить также. Как только мы окажемся в помещении, ты поймёшь, о чем я говорил, встретимся через тридцать минут, я все тебе покажу. – Конечно, Гаара, – девушка вновь безмятежно улыбнулась и отправилась в противоположную мне сторону.

***

Сакура уже несколько минут тревожно спрашивает меня, все ли в порядке с её внешним видом, а я просто не могу вымолвить ни слова и отворачиваюсь, делая вид, что рассматриваю разработки наших медиков и биологов, которые кучами стоят на полках. Черт, ну не могу же я сказать: «Сакура, выглядишь просто отлично, но какого хрена я чувствую тесноту в штанах? А, может быть, всему виной юбка без привычных шорт, которые прикрывали все лишнее во время самых сложных боёв?». Хороша ли Сакура? Черт, конечно! Я не смотрю на неё, но отчётливо вижу подтянутые стройные ноги, которые начинаются где-то далеко и это «далеко» скрыто под очень соблазнительно короткой юбкой – шикарной для климата Суны и ужасающей для моего члена. Я даже не стараюсь задумываться о том, почему вообще так сильно захотел именно её и именно сейчас, да желательно вообще здесь, на медицинском столе этой гребаной лаборатории, но, боюсь, Сакура не разделит мои взгляды. Слишком много «но». Я усмехаюсь, разворачиваясь к девушке и выдаю: – Выглядишь хорошо, то, что нужно для нашей деревни. Правда, советую брать с собой пончо, песчаные бури не спрашивают, когда им можно появиться, – пользуясь случаем, пробегаюсь взглядом по рабочей белой безрукавке, которая очень похожа на её стандартную красную и отмечаю, что грудь у неё небольшая, а значит, – упругая. От мыслей в голове хочется просто смеяться в голос, Гаара, что с тобой стало? Мысленно раздеваешь главного медика Конохи? Это заводит ещё больше. – Я уже подумала, что выгляжу неприлично, – смеётся Сакура и я вымученно улыбаюсь ей, показывая рукой на стол, где она может хоть целыми днями готовить необходимое лекарство. Девушка разворачивается, с детским восторгом рассматривает все, что есть на столе и рассыпается в благодарностях, от чего мне хочется её придушить, неважно, при каких обстоятельствах. Я уверен, что Сакура даже не подозревает о том, насколько чертовски красиво она выглядит, а пока она восхищается всем, что видит, я стараюсь абстрагироваться и переосмыслить свои ощущения. Я прекрасно знаю, что мне нужно и также хорошо знаю, что не получу желаемого, как бы сильно я этого не хотел, но больше всего меня удивляет, что я видел ее так много раз, но почему именно сейчас почувствовал это идиотское влечение? Смешно, но я уверен, что переспи она со мной хоть раз, убежала бы без оглядки от моих собачьих методов принуждения и истязания. Такова моя натура и я ничего не могу с этим сделать, да и кто вправе осуждать наши желания? Мы ещё долго беседуем с Сакурой о примерной дате окончания приготовлений, а также о насущных делах Конохи и Суны. Я уже говорил, что Сакура чертовски приятный собеседник? Мы расходимся спустя несколько часов, но только потому, что у меня ещё куча дел, а Сакуре пора приступать к приготовлению лекарства. Я всегда могу найти её здесь, но если не застану в лаборатории, могу прийти в гости, – уверяет Сакура, на что я мило улыбаюсь и понимаю:приди я к ней домой и застань ее в таком виде, сорвусь. Точно сорвусь. Упругий зад удаляется от меня в достаточно быстром темпе и мне следует приложить усилия, чтобы отвести взгляд и отправиться в свой кабинет, иначе меня отстранят от дел и это будет вполне заслуженно.

***

Горячие капли стекают по моей груди и разбиваются о торс, падая с волос, обволакивая спину. Я почти не вижу ничего из-за пара, но чувствую себя невероятно хорошо:все дела наконец-то закончены, у меня есть полночи на себя и это истинное наслаждение. В голове маячит образ Сакуры. Маячит уже минут пять, настойчиво наклоняясь передо мной и виляя своей пятой точкой, а я чувствую непреодолимое желание, от чего становится совсем тяжко. Принимая единственное верное решение, я опускаю руку в область паха, где призывно стоит друг моих суровых дней. Да, розоволосая девица точно не дает ему покоя. Обхватывая рукой толщину, я начинаю массировать, а затем наращиваю темп, постепенно сжимая член от основания до самой головки, держа вторую руку на запотевшей мозаике стены. В голове проносится сотня образов, я вижу Сакуру, которая буквально просит, чтобы я не останавливался и делал с ней все, что я только захочу, а мои желания в сексе никогда не были разумными. Я готов поклясться, что почти слышу, как она скулит от боли, когда я буквально прибиваю ее к полу и наотмашь бью ягодицы кожаным шнуром, оставляя кровавые разводы, но знаю, что ей это нравится. Знаю, потому что сквозь слёзы она молит меня о том, чтобы я не останавливался и меня не надо просить дважды, а ещё я чувствую, как она обхватывает ртом член и начинает облизывать его, словно зачарованная, попеременно покусывая плоть, и это сводит меня с ума... Ее голос рассеивается, когда я, наконец-то, кончаю, и вода тут же смывает следы моего маленького преступления. Я запрокидываю голову, давая воде слизать со лба выступившую испарину и довольно улыбаюсь. Улыбка пропадает с моего лица, когда я понимаю, что ничего не прошло. Наваждение не исчезло, я всё также сильно хочу Сакуру Харуно и мысли, возникшие у меня в голове, теперь настойчиво требуют исполнения.