Опаленные вечностью

            — И как так вышло, что ты единственный, кто все вспомнил? — Выплюнул Диего, приближаясь к Пятому.       — Я тоже вспомнил, — поднял руку Клаус, — когда столкнулся с Лайлой и попал в Даллас. Снова.       — Кто такая… Лайла?       Второй нахмурился, а образ его новой знакомой четко вырисовался в голове. Было ли это совпадением, или же ему не показался этот горящий заинтересованный взгляд в свою сторону. Отрицать было глупо, он почувствовал в ней что-то знакомое, словно дежавю пробило сердце.       — Наша сестра. Каким-то образом папочка до нее не добрался, — усмехнулся Пять, — или же ему нравится число семь.       — Не слушайте его, он просто рехнулся, а Клаус наглотался очередной дряни.       — А ты, как всегда, проницателен, Лютик. Конечно, проще свалить все на сумасшедшего брата, чем открыть глаза и хотя бы раз в жизни пошевелить своими извилинами, — Пятый прошипел каждое слово. А на, что он надеялся? Что его поймут? Да когда такое было? Его чокнутая семейка постоянно делала только то, что ей вздумается, даже не представляя, какие последствия могут вызвать их желания.       — Прекратите, — встряла Эллисон.       — Ты ему веришь?       — Да, Лютер, я ему верю. И Клаусу тоже верю.       Первый молча покинул гостиную, не желая слушать пустую болтовню. Эллисон последовала за ним, бросив на последок, что сможет его убедить.       — Что ты видел в Далласе? — Мрачно спросил Пятый, обращаясь к Клаусу. В его голосе звучала сталь, заглушая отголоски страха. Лишь бы братец ничего не наворочал во временной линии.       — Там был он… Я не смог спасти его, он погибнул, снова… черт! — Четвертый закусил костяшку на руке, — так ведь и должно было случиться?       — Мне жаль. Ты видел, сколько нам пришлось пережить. Мы не знаем, что было бы сейчас, если бы ты спас Дейва. Пойми, даже убитая букашка способна изменить всю историю.       — Лайла вернулась.       — Лайла работала на Комиссию, ее нет во временной линии. Если она будет паинькой и не решит устроить конец света, то волноваться не о чем. Что с чемоданом?       — Я разбил его.       — Отлично, — Пять встал, — я найду Лайлу и поговорю с ней, а вы постарайтесь… не выходить из дома до моего прихода.       — Я пойду с тобой, — Ваня вцепилась в его руку, — может, мне удастся, что вспомнить.       Задумавшись буквально на пару секунд, он согласно кивнул. Для всех будет лучше, если Ваня все время будет под его присмотром. В памяти все еще были свежи воспоминания о катастрофе, случившейся по его вине, случившейся всего лишь потому, что его не было рядом.       — Идем.

***

      Морозный воздух остужал, помогая привести мысли в порядок. Луна освещала безлюдную дорожку в парке, насмехаясь над двумя одинокими силуэтами, что уже несколько часов бродили по городу в поисках своей цели. Куда бы они не отправились, их ждало разочарование — противно-скользкое, такое безнадежное, что впору было выть от бессилия.       Пятый сжимал холодную ладонь Вани, что служила своеобразным проводником между ним и безумием, сносящим крышу. Иногда ему начиналось казаться, а не спятил он на самом деле? Но противоречивое тепло, исходящее от холодной руки, удерживало остатки веры и ясность в его сердце.       — Ты думал, что с нами будет дальше? — Внезапно спросила Ваня.       Он усмехнулся, глубже вдыхая морозный воздух, чтобы легкие болезненно сжались. Двоякий вопрос, ответа на который он не знал. Пять жил лишь мыслями о том, как остановить конец света, как спасти свою семью, совершенно не заботясь о будущем. Главное — что все они живы, что сердце гоняет кровь по организму, а мозги не напоминают фарш, все остальное не важно.       — Может уедем подальше от этого проклятого города и забудем обо всем? Куда-нибудь поближе к морю, где ты по вечерам будешь играть мне на скрипке, как в детстве? — Предложил Пятый, даже понимая, откуда такая мысль родилась в его голове. Сейчас ему было спокойно, вот именно в этот самый миг, когда такие простые слова сорвались с языка.       — А чем будешь заниматься ты?       — Не знаю, — Пять пожал плечами, — что-то подсказывает, что мы никогда не сможем жить нормальной жизнью.       — Я и не хочу так жить, — робко ответила Ваня, погладив большим пальцем костяшки на его руке.       Пять собрался ответить что-то ироничное, в привычной манере, но взгляд застыл на фигуре девушки, сидящей на лавочке в свете фонаря. Сердце подсказывало, что это была Лайла. Он ускорил шаг, буквально волоча девушку за собой.       — Привет, коротышка. Смотрю, ты подрос?       — А ты не изменилась, — безразлично ответил он, пряча нотки радости глубоко в себе, — зачем ты здесь?       — Дышу свежим воздухом, можно? Привет, Ваня, — Лайла бодро помахала рукой, — ты тоже не помнишь меня?       — Прости, — девушка спряталась за спиной брата.       — Проехали, чего тебе нужно, Пять? — Уже серьезно спросила она, кутаясь в тонкую куртку.       — Я знаю, что ты виделась с Диего, соскучилась по этому вспыльчивому идиоту?       — Боюсь, это не твое дело, коротышка.       — Ошибаешься, в мои планы не входит очередной конец света. Повторюсь, зачем ты здесь?       Лайла посмотрела исподлобья в его невозмутимое лицо, сжимая замерзшие руки в кулаки. Пять на ее молчание лишь закатил глаза и протянул раскрытую ладонь. Как же с этими женщинами сложно, упрямые создания.       — Пойдем уже домой, здесь чертовски холодно.