Последствия

Он проснулся в холодном поту и со сбитым дыханием. Сердце гулко билось в груди. Живот вспыхнул изнутри, словно плеснули бензина на тлеющее бревно. Во рту было сухо и отдавало чем-то солёным. Было ощущение, что диван, на котором он спал, заходил вверх и вниз, качаясь, словно корабль по волнам. Быстро смекнув, чем сейчас всё может закончиться, Рой отбросил одеяло и бросился в туалет. Так быстро, как он предполагал подняться, не получилось. Его колотила дрожь, и чем больше была попытка встать на ноги, тем сильнее его колотило. Живот резануло словно тупым ножом. Мустанг ахнул, но вместо этого в горле получился какой-то булькающий звук. Привкус во рту стал значительно сильнее, будто он съел целую ложку соли. Ковёр под ногами тускло засветился, чтобы обозначить все предметы на пути в темноте. Это всё равно не помогло, Рой налетел коленом на кукольный домик и чуть не упал, споткнувшись об него. Под ногой что-то громко хрустнуло – малышка Элисия наверняка расстроится, увидев утром раздавленную игрушку. Голова начала кружиться, мир вокруг поплыл. Боковое зрение начало меркнуть, и это значило, что ситуация куда хуже, чем он думал. Рой изо всех сил пытался перекрыть подступающий к горлу ужин, чтобы не заблевать Хьюзам гостевую комнату. Он собрался навалиться на дверь и чуть не улетел на пол, когда та автоматически распахнулась перед ним. Чудом смог устоять на ногах, вцепившись в косяк. Дальше шёл, держась рукой за стену. Изо рта уже текло что-то солёное и горячее, просачиваясь сквозь пальцы, которыми Рой пытался закрыть рот. Он рухнул на колени перед унитазом, вцепившись в него, словно тот был спасательным кругом в этом безумном водовороте, и выблевал синюю жижу, в которую за несколько часов успела превратиться индейка с ананасами. На несколько секунд всё остановилось, Рой даже успел сделать пару глубоких вдохов, надеясь, что всё закончилось, но потом пошёл новый фонтан синей поблёскивающей рвоты. Это было только началом. Пламя в животе не желало затухать – наоборот разгоралось сильнее. Рвота не заканчивалась, синяя солёная жижа лилась из него, словно желудок решил избавиться от всего, что было съедено за этот месяц. С каждым новым позывом Рой хватался за унитаз, утыкаясь лбом в прохладный кафель на стене, чтоб хоть как-то отвлечься от чёртового огня внутри. Когда рвота, наконец, приостановилась, о себе дал знать кишечник. Рой с трудом поднялся с колен и еле успел стянуть трусы и сесть. Его трясло как больного грёбанным Паркинсоном, а ещё он вспотел, словно пробежал марафон под раскалённым солнцем. Если бы та сука, заехавшая коленом по его многострадальному животу, была живым человеком, Рой хотя бы смог искренне порадоваться, что перед смертью она знатно намучилась от пуль, изрешетивших её тело. Но вместо неё теперь мучился он, убиваемый собственным организмом, который внезапно среди ночи решил отвергнуть искусственную кровь спустя столько времени. Чёрт возьми, нужно было послушать Хьюза и поехать к Рокбелл... Живот резануло в очередной раз. Мустанг, захрипев от боли, сложился пополам, не вставая с унитаза. Горячее дерьмо – естественно синее – вышло из него очередным фонтаном. Ещё и опорожнился мочевой пузырь, и моча, которая обычно была бледно-бледно голубенькой из-за тириума в ней, сейчас тоже была синяя-синяя. Ложка с солью снова подступила к горлу, Рой притянул к себе тазик с одеждой, который был ближе всего. Несколько синих капель, стёкших по его ладони, когда он усердно зажимал рот, упали на пол. Новый поток рвоты запачкал постиранную и высушенную одежду – Грейсия собиралась погладить все эти вещи утром. Теперь за заблёванные вещи она его точно придушит, если он не подохнет в их туалете от потери тириума, жизненно необходимого для его искусственных органов. - Вызови скорую помощь, - просипел Мустанг, сплёвывая синюю жижу прямо на пол, ударяя кулаком по корпусу стиральной машины. Чтобы отодрать руку от полыхающего огнём живота потребовались все оставшиеся силы. Живая часть его организма старательно пыталась избавиться от инородного вещества, не понимая, что убивает сама себя. - Запрос выполнен, - тут же отреагировала стиралка, но Рой уже не слышал её. *** Пламя никуда не делось. Наоборот – оно превратилось в самый настоящий пожар, поглощающий всё на своём пути. Из-за того, что лес был старый и сухой, огонь распространялся гораздо быстрее, поедая валежник и высохшую траву. Небо потемнело от дыма. Над головой пролетела большая стая кричащих птиц. Рядом пробежала пара перепуганных оленей. Огонь напоролся на дерево и рванул вверх по стволу, разбрасывая сноп искр. Одно за другим распоясавшееся пламя поедало деревья. Стало темно, и нечем было дышать. Где-то далеко за пределами умирающего леса разговаривали люди, и Мустанг бросился искать источник звуков, чтобы предупредить об опасности, но запнулся о поваленный ствол и остался лежать под чёрным дымом на сухой траве. Внизу дышалось легче. - Где Рокбелл? Рокбелл. Рой вцепился в эту фамилию, как утопающий хватается за спасательный круг. Точно, позовите Уинри Рокбелл, пусть она потушит этот пожар. Пожалуйста, пусть она потушит этот пожар, иначе всё живое в этом лесу умрёт, и они все будут ходить среди изувеченных огнём трупов лесных жителей и навеки голых истлевших деревьев. - Едет. Уже позвонили. Пусть Уинри Рокбелл приедет быстрее, пламя всё сильнее и сильнее. Пусть она приедет, пусть снимет этот многоразовый пластырь. Пусть вправит эту трубку. В этот раз он не проронит ни единого звука, только пусть вправит трубку. Иначе он захлебнётся слюной. Иначе он забрызгает Хьюзу весь ковёр в гостиной тириумом, если не успеет попасть в туалет. Иначе он не сможет отвлечь андроида первой модели, которую выпустил CyberLife, чтобы спасти равнодушного мальчика. - Кровь взяли? - Да, уже отправили на экспресс-анализ. К голосам в лесу прибавился ещё один – встревоженный и запыхавшийся. Похоже, Рокбелл тоже задыхалась от этого дыма, бродя среди этого умирающего леса. И она нашла его и положила руку ему на грудь, чтобы он не делал таких частых вдохов. Иначе у него будет болеть голова. - Принеси три пакета с тириумом. - Или четыре? - Неси четыре. Глаза слезились от дыма. С неба падал пепел. Рука Рокбелл всё ещё лежала на его груди, он узнал эти пальцы с коротко стрижеными ногтями. Часто их видел, когда лежал в больнице. - Не спешите, надо дождаться результатов анализа, а потом сделать дренирование самой полости. - А тириум? - Перелей пока пакет, остальное смотри по приборам. Видимый мир сжался до маленького круга, в котором было видно светлое пятно на фоне ещё чего-то более светлого. Рой вглядывался в пятно сквозь чёрное небо. Светлые волосы, уложенные в причёску. Голубые глаза с накрашенными ресницами. Ресницы длинные, задранные вверх. С помощью туши легко сделать их такими. Добавить им объёма, чтобы стрелять глазками в мужчин. Губы с помощью правильной помады тоже можно сделать пухлее, как вот сейчас. Рой рос среди девочек Кристины Мустанг, Рой всё это знал и видел множество раз. Голубоглазая блондинка склонилась над ним, зачем-то трогая его веки. Дым уменьшился, но глаза всё равно слезились от жара подступающего пламени. Он видел её губы сквозь плавящий огонь. - Оливия! – он вцепился в неё, рванув девушку на себя. Где-то далеко от леса что-то громко звякнуло, но Рой слишком устал, чтобы уделить этому внимание. Что Оливия делает в горящем лесу? Она должна быть на Севере, она же грёбанная теперь Снежная Королева. А Снежная Королева живёт на Севере и складывает льдинки в слова вместе со своим бугаем, который своей мёртвой хваткой пытался вырвать сейчас Армстронг из объятий Роя. - Не надо! - Но доктор… - Не надо, он уже ничего не соображает. Бугай отпустил его. Мустангу даже не нужно было поворачивать голову, чтобы понять, что это был именно он. Пускай возвращается к своим льдинкам, аналогу детских кубиков. Пусть складывает из них слово «Счастье» при наличии всего лишь четырёх букв – «А», «Ж», «О», «П». Потому что он тупой медведь с клёпанным кожаным ошейником и национальным драхмийским музыкальным инструментом. Армстронг не долго лежала в его объятиях, хотя вернее, она не долго позволяла обнимать себя. Это было так похоже на эту вредную сучку. Никогда не дастся ему, когда хочет он, зато сразу примчится, если захочет сама. Подарит ему фирменный пиджак, а при разделе имущества отберёт всё назад. Или скинет бомжам всю его одежду, а потом в интернете все обсуждают этих модников из картонных коробок. Оливия смотрела на него, нахмурив брови. Рой резко сел – вдалеке раздался непонятный грохот, чей-то вскрик и звук бьющегося стекла, но сознание снова всё проигнорировало, пропустив все звуки мимо. Внутри живота что-то натянулось, полыхнув лесным пожаром. - Горит, - прохрипел Рой, снова начав задыхаться от едкого дыма, валящего со всех сторон. Снова в небе пролетело несколько орущих птиц. Огонь надвигался к стволу, о который Мустанг запнулся. - Тириума в крови почти 3 и 8. - А должно быть 3 и 2. Готовьте, интубируйте. Найди воду, Рой, - внезапно раздался голос Рокбелл совсем рядом. Это было так странно: на него серьёзно смотрела Оливия, её губы шевелились, но голос принадлежал именно Уинри Рокбелл. Найти воду? Мустанг повертел головой, но ничего не смог разглядеть в пылающем алым пламенем – в яркой белой – лесу – комнате. Он поднялся с сухой травы с огромным трудом, задрав голову. Одна из пролетающих птиц рухнула камнем вниз, надышавшись дымом. Рой кинулся к несчастному созданию и попытался взять в руки, но маленький труп рассыпался чёрным пеплом. Остальные птицы из стайки начали рассыпаться следом. Пламя подступало всё ближе и ближе, Мустанг, хватаясь за горящее горло, отшатнулся назад, оступился и с головой ушёл в какое-то чёрное болото, полностью провалившись в беспамятство. *** Чьи-то шершавые пальцы гладили его. Скользили по его лицу, обводя черты, ласкали его руки. Задержались на какое-то время на его запястье, видимо, чтобы посчитать пульс. Потом снова вернулись к голове, гладя по волосам. Рой не помнил, кто это был. Помнил, что в палате было тихое жужжание от работающего аппарата. Помнил, что что-то тихо спросил, ему что-то так же тихо ответили. Видимо, ответ его удовлетворил, поэтому он сразу же снова отключился, полностью отдавшись ласке прохладных рук, уже скользящих по его груди. Потом его гладило уже несколько рук. Две пары больших, взрослых, и одни маленькие. Аппарат продолжал работать, однако к жужжанию добавилось какое-то бульканье. - Он снова умирает? – спросила Элисия, хлюпая носом. - Нет, принцесса, он просто отдыхает, - отозвался Хьюз. Судя по голосу, он был спокоен как удав. Или как Альфонс Элрик под дулом пистолета. - Доктор Рокбелл дала ему хорошее лекарство, и скоро он поправится, - вторила мужу Грейсия. Интересно, она уже успела трижды проклясть его за испорченные вещи? Тириум въедается в ткань намертво, испачканное им ждёт только отправка на помойку. Элисия всё равно расплакалась, уткнувшись мокрым лицом ему в руку. Рой хотел утешить маленького ребёнка, сказать, что уже всё хорошо и что скоро они снова будут играть вместе как раньше, но у него не было сил даже пошевелить рукой. Открыть глаза уже было достижением. Он слышал бормотание Хьюза – что-то про лошадок и мороженое, - слышал, как Элисия тихо засмеялась, отпустив руку Роя. - Маэс, - тихо позвала супруга Грейс, заметив, что Мустанг проснулся. Они встретились взглядами, кажется, она даже подмигнула ему. – Пойдём, детка, - Миссис Хьюз взяла дочку за руку. Малышка удивлённо посмотрела на неё. – Попьём молочный коктейль в буфете, - воодушевлённо добавила Грейсия, выводя ребёнка из палаты. - Хьюз, - выдохнул Рой, когда друг уселся на кресло рядом, догадавшись, почему ушла жена. - Мустанг, - кивнул Маэс, больно щёлкнув того по носу. – Ты окончательно пробудился или снова начнёшь отключаться? - Сколько меня не было? – шея затекла и тихонько хрустнула, когда Рой всё-таки повернул голову. Знакомый жужжащий аппарат стоял около кровати. С самим Роем его соединяла трубка, конец которой был спрятан в животе. Ёмкость с откачанной искусственной кровью была почти заполнена. Наводило на мысли, что заполнялась она довольно длительное время. - Расслабься, ты спал всего двое суток, - Хьюз проследил за его взглядом. – Из-за удара произошла утечка тириума в брюшную полость. Потому-то из тебя и полилось со всех отверстий. В тебя вставили дренаж и всё откачали, а потерянный тириум перелили уже непосредственно в сами органы, - пояснил Маэс до того, как Рой успел спросить. Видимо, отвечал на вопросы Мустанга не в первый раз за эти два дня. Интересно, сколько раз до этого он уже просыпался? - Где Оливия? – нахмурился Рой, пытаясь понять, привиделась ему бывшая супруга или же она действительно была рядом с ним, когда его привезли к Рокбелл на стол. - На Севере, - подтвердил его догадки Маэс. – Тебя привезли среди ночи. Ты выдернул доктора Рокбелл из какого-то притона для блядей, если судить по виду, в котором она примчалась на вызов. Не дал бедной девочке устроить групповуху с Элриками, - засмеялся Хьюз, перед этим покосившись на прикрытую в палату дверь. – Я нашёл тебя абсолютно истощённого в туалете, но потом каким-то чудом ты нашёл в себе силы, чтобы побуянить, лёжа на её столе. Поскидывал им там инструменты, вцепился в саму Рокбелл. - Кто-то ещё навещал меня? - пробормотал Мустанг, вспомнив прохладные руки, ласкающих его лицо. - Хавок заходил сегодня утром, - Маэс кивнул на маленький холодильник в углу палаты. – Принёс для тебя замороженный сок манго. Сказал, что ты, наверное, опять захочешь манго, как в тот раз, помнишь? “Тот раз” был, когда Рой, впервые придя в сознание в больнице после аварии, старательно пытался вырвать множество трубок, вшитых в его живот, крича дурным голосом «Вы убили меня!» до тех пор, пока ему не вкололи несколько кубиков успокоительного, чтобы он не причинил себе ещё большего вреда. Тогда, понимая, что сознание от него снова ускользает, он успел выдавить из себя что-то про манго, которое в следствии стало шуткой в его кругах. И каждый считал своим долгом всучить ему это самое манго, когда он просыпался после многочисленных операций, хотя в то время ему его было нельзя, как и любую другую пищу. Потом кто-то из ребят догадался делать лёд - лёд есть было можно по кубику в день и ничего кроме льда – из сока манго. Рокбелл была не против такого расклада. - Но тебе его пока что нельзя, - тут же обломал его Хьюз, помахав холодильнику. Пока-пока, дружок, твоё время ещё не пришло. – Ты на внутривенном питании, пока вся эта хрень из тебя не откачается, - он кивнул на аппарат, который прекратил своё жужжание и перешёл на бульканье. - Кто-нибудь ещё был? – Рой облизнул губы. Во рту было сухо, верхняя губа липла к зубам. - Что тебя беспокоит, дружище? – Маэс взял его руку в свои, погладив, смотря ему в глаза. Рой сглотнул, сердце гулко застучало. Ладони у Хьюза были шершавыми, но тёплыми. - Кто-то трогал меня всюду, когда я… когда сознание у меня было спутанным, - снова нахмурился Мустанг, выплюнув одно из рабочих терминов «тут валялся». - Домогался, в смысле? – Маэс резко отодвинулся от него, отчего расслабленная рука Мустанга безвольно упала на кровать. – Я запрошу подробный отчёт у дверей о каждом входящем сюда. - Маэс, это может быть и кто-то из персонала. – Его дыхание начало учащаться, Хьюз заметил это и наклонился к нему, положив свою руку ему на грудь. Рой мысленно искренне поблагодарил его за это. - Слушай, а ведь утром тут был ещё Альфонс Элрик, - Маэс покосился на пульсометр и руку не убрал. – Но он не заходил в палату – в это время здесь был я – просто зачем-то разнюхивал про твоё самочувствие. Кажется, он ищет встречи с тобой. Поблагодарить хочет, наверное. Рой покачал головой. Однажды с ним уже нашёл встречи старший братец. Сам Мустанг тогда только недавно начал самостоятельно передвигаться после установки органов. И надо же было ему напороться именно на этого психованного низкорослого кретина с новеньким протезом руки. Тот что-то проорал, обвиняя Роя в причине аварии, хотя суд признал виновными Элриков, благодаря записи, сохранённой Хьюзом, и напористости Оливии. А потом набросился на него с кулаками, сломав нос и заехав своим железным протезом прямо в живот. Андроиды оттащили этого поехавшего в кабинет к Рокбелл, а Роя срочно увезли на экстренное сканирование, чтобы убедиться в отсутствии повреждений живота. Кроме синяка там ничего серьёзного не было, но осадочек остался. Так что пусть оба Элрика катятся в жопу. Это он и сообщил Маэсу. Тот посмеялся.