In vitro

На следующий день Майкрофта Холмса ждало свидание не только с Чарльзом Магнуссеном. С утра его встретила старая знакомая — психогенная рвота. Содержимое и так не слишком сытного завтрака оказалось в кухонном мусорном ведре, стоило ему только открыть в телефоне свое рабочее расписание. — Майкрофт? На спину легла теплая ладонь инспектора и Холмс нервно сдернул, пытаясь ее скинуть. Раньше это было так приятно: Грегори оказался первым его любовником, который вставал, как и он, в пять утра и торопился как проклятый на работу, а возвращался вечером, когда уже темнело и мозг отказывался работать. С другой стороны: Грегори был единственным, кто вообще возвращался. Майкрофт зажмурился. Это он должен был быть тем, кто держится обеими руками за эти отношения — Грегори легко мог найти себе кого-то другого, он даже мог бы позволить себе измену, если бы это не было против его правил. Майкрофт мог бы простить при определенных условиях. А Лестрейд — не простит ни при каких условиях. Не простит того, что случится сегодня вечером. — Майкрофт?.. — донеслось до него снова. Холмс молча закивал, сдерживая очередной рвотный спазм: хотя, в общем-то, рвать было нечем, просто организм стремился сам от себя избавиться как можно скорее. Знакомое с юности чувство. — Все в порядке, — наконец, проговорил он, проглотив очередную судорогу. — Такое случается, такое… — Он закрыл рот ладонью. Как же ему не повезло с тем, что Грегори пришлось это увидеть… Хотя, может быть, это к лучшему: если Лестрейд увидит его в таком жалком состоянии, то и вовсе не будет грустить после скорого разрыва их отношений? Вдохнул и выдохнул. Надо сказать. Но — не так. Не сейчас. — Прости. — За что? — удивленно переспросил Лестрейд. — Тебе, может быть, какое-то лекарство? Что случилось, Майкрофт? Тебя отравили? — Ненамеренно. Подозреваю, просто съел что-то не то. «Съел что-то не то». Глупая отмазка. Но на семье работала. Шерлок верил, когда был совсем мальчиком, да и позже тоже верил, пусть и в чуть более сложную версию этого оправдания. Отец верил, мать делала вид, что верит. Так было удобнее всем. И Грегори тоже поверил. В этот раз. Грегори всегда верил, что у Майкрофта все под контролем. Хотя, скорее так: все всегда верили, что у Майкрофта все под контролем, а Грегори был первым, кто засомневался. Это было поначалу так приятно, даже трогательно. Но Холмс хорошо постарался, чтобы и это немудреное удовольствие, — быть тем, о ком переживают, — из своей жизни вычеркнуть. Грегори все-таки остался, даже после того, как убедился, что никого тут спасать не надо, все в порядке, никой депрессии у Майкрофта нет, а шерлоковы шутки про диету просто игра и даже едва ли может считаться издевательством. Ведь Майкрофту не больно. Как вообще может быть больно, когда кто-то пытается спустить фальшивый эмоциональный триггер, который ты сам же выдумал, верно? У него всегда хорошо удавалось выстроить вокруг себя иллюзию нормального человека. Вот и сейчас хватило короткой болезненной улыбки и взгляда глаза в глаза, чтобы Грегори кивнул, пожелал ему хорошего здоровья, и ушел по своим делам. Наверняка разволнуется и позвонит в обеденный перерыв, спросить, как Майкрофт себя чувствует. Главное успеть закончить с разговорами перед тем, как он направится на встречу с Магнуссеном. Наверное, чтобы избежать накладок, лучше будет позвонить самому. И опять соврать. Лучше просто сказать, что их отношения закончены и вежливо извиниться, чтобы избежать этого обмана? Может быть, учитывая шантаж, у Майкрофта и были оправдания раньше, но теперь, когда он намеренно скрывает от Грегори происходящее, это точно будет считаться изменой. Телефон в кармане издал короткую вибрацию, и Майкрофт, помедлив разве что на секунду, достал его. Сообщение было от Магнуссена. Ну конечно же. «Доброе утро, мистер Холмс. Небольшое уточнение касательно сегодняшних планов: я планирую двойное проникновение. Хотел бы попросить вас подготовиться, чтобы не тратить на это время позже.» Майкрофт вдохнул и выдохнул. То ли незамысловатые дыхательные упражнения помогли, то ли организм попросту устал за сегодняшнее утро, но нового приступа рвоты не было. Впрочем, он льстил себе мыслью, что был готов к получению вот таких вот сообщений. Наконец, собравшись с мыслями, он напечатал ответ: «Должен ли я быть обеспокоен личностью третьего участника?» Зная Магнуссена и его… круг общения и клиентуру, вопрос был вполне себе оправданным. Не хотелось бы каких-то сюрпризов в виде, например, коллег. «Я еще не решил, кто это будет и где мы его найдем. Иногда так утомляет знать все чужие реакции и тайны наперед. Вам так не кажется? Я всегда думал, что вы, должно быть, скучаете в этом мире куда сильнее, чем я.» И что на это ответить? Меньше всего Майкрофту сейчас хотелось вести расплывчатую философскую беседу. Но, чтобы лишний раз не играть с огнем, хорошо бы хоть что-то ответить. Мало ли, Чарльз обидится, что его душевные терзания игнорируют. И Майкрофт ответил: «Может быть.»