Темный культ для возрожденной Леди

— Основательница темного культа — Эстер Кайла! — Тихий мужской шепот казался неестественно громким и неприятным. — Какое отношение вы имеете к нему? Каменная комната под мертвым дворцом Святого ордена была полна адептов. Длинные мантии темно-фиолетового цвета, края которых были обшиты серебряными нитями, тянулись по холодному полу, капюшоны скрывали половину их лиц, и я едва ли могла разглядеть каждого из них. В комнате было сыро и холодно: при каждом выдохе легкие сдавливало, и я слышала тяжелое дыхание адептов. Или, быть может, на них давила моя аура. Впрочем, мне было абсолютно все равно. По губе, вниз по подбородку и на ключицы — кровь стекала медленно, тягуче, словно продлевая удовольствие моим мучителям. Раны на руках, ногах и даже на животе — все их рук дело. Но неужели они настолько глупы, раз думают, что это может доставить мне и каплю боли? Я провела в полной темноте и пустоте двадцать долгих, бесконечных и мучительных лет. Человеческие пытки по сравнению с этим — детские забавы. Белые, подобные свету луны, волосы приобрели красноватый оттенок и пахли железом. Не самый отвратительный запах, хочу вам сказать. Одежда была порвана в нескольких местах, дорогая ткань темного цвета врезалась в кожу и засохла вместе с кровью на ранах. Голые ступни, неожиданно, до сих пор белые, словно фарфоровые, немели от холода, но для меня это не было проблемой. Ухмыльнувшись уголком губы прямо в лицо нависающему надо мной адепту, я демонстративно откинула ступнёй развязавшиеся веревки, закинула ногу на ногу и с удовольствием наблюдала, как краснеет от гнева лицо мужчины, и как он с отвращением смотрит на отброшенную вещицу. — Отвечайте на вопрос! — Нетерпеливо рявкнул адепт, затягивая веревки на привязанных к подлокотникам каменного стула руках. — Как вы связаны с ним? — Что вам даст это знание? — Я приподняла бровь, искренне недоумевая. — Если я действительно имею отношение к темному культу, то вы убьете меня, но если же я простая леди, тогда что случится с вашим орденом? В любом случае, вам проще обвинить меня в причастности к созданию культа и убить. Мой тон стал игривым, так как я начала понимать, куда направлены их стрелы. — Вы без сомнений являетесь основательницей… — он замешкался всего на секунду, но этого хватило, чтобы догадки укрепились в моей голове. Я едва удержалась от громкого, саркастического смешка. — Мы знаем это уже давно. — Тогда по какой причине я все еще жива? Если убить меня, культ лишится лидера и все сообщество распадется. С опасностью будет покончено и в империи вновь воцарится мир и покой. К чему такие сложности с пытками и бесполезными допросами? Тишина была мне ответом. Но слова мне не были нужны. — А знаете, почему? — Взгляд моих светлых глаз зажегся, как звезды на черном небе, и я кожей ощутила дрожь тел адептов, сбитых с толку такой реакцией. — Потому что у вас нет доказательств. Адепты светлого ордена, хоть и бывают довольно жестокими, — Прозрачно намекнула на пытки. — не имеют права убивать людей без причины. Я пренебрежительно хмыкнула. Что сейчас, что двадцать пять лет назад — ничего не изменилось. Они все такие же бесполезные дураки, решающие все проблемы силой. Хороший воин и мудрый человек должен уметь не только махать мечом и кулаком, но и владеть языком. Дипломатия важна также, как и сила. — Интересно получается, верно? У вас нет доказательств, но все вокруг знают, что Эстер Кайла — основательница темного культа. Как так вышло, господа? И все же, вы ошиблись. Ваши страхи связаны не с культом, а со мной. Невероятно. Леди, такая молодая и невинная на первый взгляд, стала основательницей могущественного культа, и уже вошла в историю, как один из опаснейших темных волшебников континента. В истории была лишь одна женщина, которая была также сильна и известна. Мои губы едва заметно прошептали ее имя, но адепты разом вздрогнули, и температура в комнате упала еще ниже. Она все еще внушает страх людям, даже после своей смерти… — Дамантия. Де. Крансис. Ольделия. — Заткнись! — Взревел мужчина, все еще нависающий надо мной, и по моему лицу прошлась сильная ладонь. Голова дернулась, из уголка губ вновь прочертила свою дорожку струйка крови. Я медленно повернула к нему голову, заглядывая в наполненные тревогой глаза, и растянула губы в хищной ухмылке. — И равной ей никогда не было и не будет. Дамантия де Крансис Ольделия мертва уже двадцать пять лет, но слухи о ней не утихают. И страх перед ней будто бы растет с каждым днем. Страх того, что она вернется. Об этом никто не говорит, но это понятно всем. Будто бы запретная тема, которая не должна обсуждаться. Ее имя и вовсе не должно срываться с чьих-то губ. Поняв, что ничего от меня не добьется, адепт раздраженно выпрямился, коснулся пальцами переносицы. Я несколько минут смотрела на него, на остальных, скрывшихся в тени людей, и начинала думать, что зря позволила им себя поймать. Это было… довольно скучно. С силой дернув руки вверх, из-за чего веревка с громким треском разорвалась, я резким движением вытащила спрятанный в кармане жилета амулет и преобразовала его в новейшее магическое оружие. Револьвер крутанулся в моей руке, я подскочила, выпрямляясь, и приставила его ко лбу адепта. Он задрожал, испуганно смотря в мои хитрые глаза. На моем лице расцвела торжествующая ухмылка. — Ничего нового вы мне не поведали, так что я, пожалуй, откланяюсь. Прозвучал громкий выстрел, на стены брызнула кровь, адепты выстроились вокруг меня, заключая в живой круг. Я бросила на пол револьвер, где была лишь одна магическая пуля, и вытянула вперед руку. На запястье вспыхнула серебристая нить, перебравшаяся в ладонь, и я сжала пальцами рукоять родного меча. Тяжесть оружия в руке была излишне приятной. В темноте серебряное лезвие красиво сверкнуло. Я отстраненно заметила: — Учитель Теодор долго выбирал его для меня. Это было, кажется… да… тридцать пять лет назад. Меч, который я унесла с собой в могилу. Дернув плечами, я подняла меч, посмотрела на напрягшихся от моих слов адептов взглядом. Что же… это будет быстро. Нескольких легких ловких движений хватило, чтобы на пол пролилась кровь, а мертвые тела с громкими звуками упали друг на друга. Вздохнув, я откинула с лица красную длинную прядь. Меч испарился. Поправив рваный жилет, я, не оглядываясь, направилась в сторону длинной каменной лестницы, притаившейся за углом, в тени. Я очнулась год назад. И прошла путь длиннее, чем дорога до небес, которая мне не достпуна даже в этой жизни.