Разбежаться.

      Юй Вань Инь смотрит на цветущие лотосы и неловко поправляет рукава клановых одеяний. Яньли рядом приободряющие приобнимает его за плечи и смотрит в сторону напряженной матери и господина Вэй, тихо переговаривающихся о чем-то своем. Юй Чэн давит из себя улыбку и аккуратно присаживается на бортик лодки, смотря в водную гладь на собственное отражение. Его немного трясет от грядущей встречи с Главой Цзян ,который, как оказалось, являлся его родным Отцом и узнав о его существовании, неожиданно, решил познакомится с сыном. Спустя пятнадцать лет.       Вань Иню это кажется смешным, если честно. Глупо было думать, что этот человек действительно не знал о его рождении. Глупо думать, что Юй Чэн примет этого человека как Отца. Для него пример мужчины всегда был и остается Вэй Чанцзе, правая рука матери и тот, кто заменил ему этого самого отца с первых дней существования. И как бы не поносили злые языки, будто у Пурпурной Паучихи и Волка Отшельника был тайный роман и, что сам Вань Инь был плодом их порочной любви, юноша знал что это не так. Брат и сестра. Сплетенные потерей и предательством дорогих людей, которым они желали посвятить всех себя. Верное плечо и соратник в бою. Юй Чэн мечтал с кем-то о подобном союзе. Правда быть связанным горем ему не хотелось. — А-Чэн, мы почти на месте — Чанцзе аккуратно треплет его за плечо, утешая немного нервной улыбкой и Вань Иню действительно немного легче. Он кивает мужчине и поднимается на ноги, глядя перед собой, в сторону приближающегося причала.       На нем три фигуры в пурпурных одеяниях, вызывающие некое смятение в душе и желание, чтобы это все прошло быстро и безболезненно. Юй Чэн не хочет ничего менять. Он хочет обратно к горным озерам, цветам сливы и Пещере Змея, где всегда тепло и спокойно. Юноша невольно сталкивается взглядами с Главой Ордена Цзян и делает маленький шаг назад, попадая в руки Чанцзе, и отводит глаза в сторону. Лодка причаливает плавно и тихо. Делегация клана Юй поднимается на причал. Взрослые хранят напряженное молчание. Детям просто немного страшно и устало от чужих перипетий судьбы. — Рады приветствовать чету Цзян. Клан Юй благодарит за предоставленную честь встречи — Цзыюань первая нарушает молчание, складывая руки и немного склоняя голову. Чанцзе и дети повторяют её поклон. — Рад, что вы добрались без происшествий — кивает в ответ Цзян Фэнмянь, не отрывая взгляда от Вань Иня — Вы наверняка устали с дороги. Комнаты уже подготовлены, отдохните, а после обеда обсудим насущные проблемы. Цзян Ин, проводи гостей.       Юй Чэн наконец обращает внимание на юношу и стоящую рядом с ним женщину. Они до ужаса похожие и такие же неловкие, как и прибывшие. Парень выходит вперед и, почтительно поклонившись, просит следовать за ним. — Юй Цзыюань — подает голос женщина, подходя ближе к их семье и встает прямо перед названной — Могу я попросить тебя задержаться? — Матушка? — Яньли чуть придерживает её за рукав, напряженно смотря на женщину в фиолетовом, но Пурпурная Паучиха аккуратно убирает руку дочери и кивает Саньжэнь, чтобы после скрыться вместе с ней в сторону беседок, слабо виднеющихся где-то вдалеке.        Вань Инь молчит все то время, пока их ведут до комнат, пытаясь запомнить дорогу и разглядывая обстановку. Здесь было... красиво. Спокойно в какой-то степени. Запах лотосов и воды приятно окутывал с ног до головы, шепча о безопасности, но обманывать себя юноша не хотел. Взгляд Юй Чэна неожиданно привлекает полностью белый лотос среди розовых соцветий. Юноша останавливается, подходя ближе к перилам и чуть перегибается через них, силясь разглядеть цветок получше. На лепестках блестят капельки влаги, листья сочные, зеленые и стебель тоже крепкий. Он снова вспоминает родные озера, где водятся близнецы этого соцветия и тянется пальцами к нему, пусть и знает, что коснуться не сможет. — Молодой Господин Юй — Вань Инь вздрагивает от неожиданности и чуть не кувыркается через перила в воду, но чужие руки вытягивают его за талию в вертикальное положение.        Цзян Ин с интересом наблюдает, как эмоции калейдоскопом сменяют друг друга на лице юноши, в итоге заставляя того залиться легким румянцем и, отойдя на почтительное расстояние, поклониться ему. У Сянь смотрит на покрасневшие кончики ушей, высокий хвост и нежно голубые одежды. Ему хочется протянуть руку и коснуться плеча, подарить улыбку и разбить то напряжение, что нависло над ними рядом со взрослыми. — Пожалуйста, не стоит — он берет Юй Чэна за предплечья и заставляет поднять голову, улыбается легко и немного озорно — Мне не следовало пугать вас. — Сам виноват, что отстал — качает головой Вань Инь, смотря в глаза юноши. — Ну почему же! Как по мне прекрасная возможность познакомиться без официоза и косых взглядом наших старших. — Простите?... — Прошу, давай на ты. Чувствую себя неловко, все же ровесники вроде — отфыркивается Цзян Ин, наблюдая как расширились от немого шока глаза его собеседника и, отпустив чужие руки, которые так и сжимал мягко в своих просто делает шаг назад, чтобы не смущать — Цзян У Сянь. — Юй Вань Инь — кивает Юй Чэн и, кажется, немного расслабляется.       Может, все пройдет не так уж и плохо?... ***        Проблемы и разбор кто кому и кем приходится затянулись почти до ночи. Взрослые то и дело срывались на высокие ноты, пытаясь уколоть друг друга, вскрывая старые обиды и слухи. Даже Чанцзе, обычно спокойный и рациональный начинал шипеть в попытках отстоять свою точку зрения. Малая чайная зала превратилась в поле брани, где дети немые свидетели склоняли головы и боялись столкнуться взглядами.       То, что Юй Чэн был родным сыном Цзян Фэнмяня они выдали сразу. Парень на это только потупил взгляд в пиалу с чаем, чуть крепче сжимая в руках фарфор и пытаясь дышать. Никто не говорил, что это могло бы оказаться не так, почему то это было просто и ясно как чистота росы ранним утром. Но Вань Иню было откровенно плевать на этот факт. Он чувствовал на себе сочувствующий взгляд Яньли и тяжелый, непонятный Цзян Ина.       Цзян Фэнмянь желал видеть истинного наследника рядом. Цзыюань насмехалась, что он потерял слишком много времени, да и судя по всему его замена уже сидит перед ними, приняв фамилию Цзян вместе со своей матерью лет так пятнадцать назад. Саньжэнь пыталась мягко осадить Госпожу Юй, но та только холодно смотрела словно сквозь, пусть и сбавляла обороты. Чанзе в сторону бывшей супруги не смотрел от слова совсем. На Цзян Ина тоже.       В итоге Юй Чэн не выдерживает, с громким стуком опуская давно пустую пиалу на стол и привлекая всеобщее внимание: —Прошу прощения, что прерываю Вашу дискуссию, но все же — юноша поднимает на Фэнмяня раздраженный, усталый взгляд — Глава Ордена Цзян, простите мне дерзость, зачем вы позвали нашу семью? — Что ты имеешь ввиду? — Я согласен со словами Матушки и господина Вэй. Я здесь лишнее звено. Во мне есть искра благодарности, за то что вы подарили мне шанс на жизнь и уважение к вам, как главе Великого Ордена, но не более. Я не ваш сын. А вы не мой Отец. — Юй Вань Инь... — Саньжэнь смотрит на юношу и видит, как внутри фиалковых её глаз разгорается долго сдерживаемое пламя. — У вас уже имеется наследник и Госпожа. Никто не воспримет меня всерьез, скорее всего, я стану объектом лишь новой волны сплетен и попыткой унизить мою Мать. И этого допустить я не желаю — он переводит дыхание и продолжает, смотря на немного ошарашенного Главу Цзян — Пятнадцать лет я рос с мыслью,что Отец опорочил честь моей Матери изменой. Примером мужчины для меня стал тот, кто был оставленной любимой женщиной, а старшая сестра молчала о боли. Думаете, я действительно приму Ваше предложение? — У Сянь не сможет унаследовать мой род. Он не моя кровь. — Кому есть дело до крови, стертой так давно — подает голос Чанцзе — Все без исключения уверены, что Цзян У Сянь твой сын. А то, что твоя совесть проснулась так запоздало никого не интересует. — Вэй Чанцзе! — Фэнмянь рычит, ударяя кулаком по столику, зло смотря на бывшего приятеля, что отвечает ему взглядом полным яда и противного ликования.       Вань Инь чувствует, как ему становится тяжело дышать. Он резко встает на ноги, чуть покачнувшись на ватных ногах и сжимает кулаки, смотря куда-то всторону. — Прошу простить, но думаю в моем дальнейшем присутсвиии вы не нуждаетесь. — Юй Чэн! — недовольно произносит Цзыюань, но парень уже быстрым шагом покидает залу, в итоге срываясь на бег.       На душе погано. Он чувствует как слезы комом стоят в горле но продолжает бежать. Подальше от глупых взрослых и чужих ошибок, за которые предлагают расплатиться ему. Он тормозит только когда понимает, что кажется забежал слишком далеко. Причалы тут скрыты высокой ряской и кажутся немного заброшенными. Он присаживается на доски, подтягивая колени к груди и пряча в них лицо. Гнев бурлит в крови, слезы катятся по щекам, а дыхание сбивается. Он словно в вакууме, где как исключение слышится запалмашный только стук его собственного сердца.        У Сянь притягивает его тело к себе, целуя в макушку и пытается поднять лицо за подбородок. Он сбежал следом, боясь оставить нового товарища одного. Он видел, как в глазах Вань Иня сгущались тучи и поблескивали фиолетовые молнии. Парень прижимает пытающегося вырваться из объятий Юй Чэна ближе и тихо шепчет: — Пожалуйста успокойся. Я все равно сейчас сильнее.       Но Вань Инь затихает лишь спустя минут пять. Обессиленный от слез и чувствует себе неправильно, но так хорошо в чужих руках. Он смотрит на У Сяня снизу вверх, пока тот наблюдает за темными водами. Парень прикрывает глаза и устало спрашивает: — Разве тебе не больно? — За себя – нет. Я давно знал, что не являюсь Дяде Фэнмяню родным сыном. Он одержим моей матерью, пока та с тоской наблюдает за давно потерянным любимым мужчиной и желанной женщиной — он опускает взгляд на ошарашенного таким признанием Вань Иня и убирает волосы с его лица — Мне больно от того, что они считают нас обязанными за их ошибки и чувства. Мне больно за тебя. — Ты ничего не знает обо мне. Думаешь это правильно, жалеть незнакомца?        У Сянь тихо посмеивается и помогает Юй Чэну усесться поудобнее. Смотрит глаза в глаза, любуясь спокойным взглядом аметистов и зачарованно ведет пальцами по щеке. Вань Инь позволяет себе эту слабость и не сбрасывает его руки. — Нет. Но точно могу сказать, что благодарен за встречу с тобой. Чувство у меня хорошее. Что все в итоге сложится как надо. — Провидец хренов — фыркает Юй Чэн, окончательно успокоившись, и шутливо бьет Цзян Ина кулаком в плечо. — Кто его знает — смеется У Сянь наблюдая, как губы напротив трогает легкая улыбка.