BLOODLUST

31 октября, 2020 Уважаемая мисс Белл-Хендерсон, Мы благодарим вас за проявленное к нам внимание и спешим вам сообщить, что вы приняты на должность горничной в резиденции Осборн Хаус. Рассмотрев ваше безупречное резюме, мы тотчас же решили, что вы — наша идеальная кандидатура, поэтому вместе с этим письмом вы должны получить оплаченный билет на паром, где указаны место и время отбытия. Просим вас не опаздывать и взять с собой все необходимое. Искренне ваш, Данте Сэнт-Клэр. Резиденция Осборн Хаус. Ария сложила письмо пополам, поднимая голову и подставляя лицо потоку морского воздуха. Она плыла прямиком к своей цели — в это верилось с трудом. Вдали виднелось мрачное побережье, усеянное жилыми домами и приближающееся с каждой минутой. Паромный переправ оказался на редкость легким, вопреки ожиданиям девушки о том, что она проспит половину пути. — Господи, Рональд! — восклицала какая-то пожилая леди неподалеку от девушки. — Как ты мог забыть в Лондоне свои лекарства? Я же лично клала их тебе в чемодан! Ее муж, тоже преклонного возраста, лишь рассеянно махнул рукой, даже не смотря на недовольную супругу. Он достал из портмоне сигарету, постучал ею и вытряхнул катышки табака, после чего сунул между губ. Женщина, не стерпев игнорирования, дернула сверток и выбросила в воду. — На борту нельзя курить, сколько раз тебе повторять! — таким же тоном взревела женщина. — За что мне это наказание, Боже ж ты мой! Ария подслушивала их ненамеренно — они ругались так громко и долго, что даже на другом конце парома можно было бы услышать обреченное британское: «Господи, Рональд!». Но кое-что в этой проблематичной супружеской паре вызвало зависть у Хендерсон. Она хотела, чтобы Ронан и Нэнси тоже прожили до такой глубокой старости. Она хотела, чтобы ее приемный папа справился. Девушка, отвлекшаяся на свои мысли, едва успела ухватиться за письмо, норовящее вырваться из ее рук потоком ветра. Она сильнее ухватилась за бумагу, боясь помять, и на всякий случай сложила его еще пару раз и убрала в глубокий карман пальто. Когда она получила это письмо, ей казалось, что сама судьба наконец улыбнулась ей. Вдруг перестали быть невыносимыми все те проблемы, с которыми она имела дело целых 5 лет с тех пор, как ее забрали из детдома чудесные люди — Нэнси и Ронан Беллы. Ей было всего 14 лет, и она думала, что проведет там остаток своего несовершеннолетия, когда вдруг в канун Рождества к ней зашла воспитательница миссис Норрис и назвала ее имя. Ее имя, среди остальных 20-ти детей, с которыми она делила комнату. Она не верила, что наконец пришли за ней. Все детство она провела, наблюдая за тем, как уводят ее друзей, обретших новую семью, а она так и оставалась никому ненужной. Когда она увидела Нэнси и Ронана, ее глаза впервые за всю жизнь наполнились слезами — это были те родители, о которых она мечтала всю жизнь. Ронан, 35-летний офисный клерк с уставшими серыми глазами, сел на колени и раскрыл объятия, в которые тут же нырнула его новоиспеченная дочь — Ария Белл Хендерсон. И дальше все было как в самой прекрасной сказке. Маленькая семья проживала на севере Лондона, не богато, но довольно счастливо. Нэнси работала учительницей французского в младшей школе, ее любили все ее ученики, но самую большую любовь она получала от ее приемной дочери Арии. По выходным они вместе смотрели старые французские фильмы в оригинале, а по будням девушка старалась быть лучшей дочерью, какой могла быть — послушной, терпеливой и вежливой, даже несмотря на переходный возраст. А потом, как гром среди ясного неба, на семью обрушилось горе — Ронан Белл заболел рассеянным склерозом, и больше он не мог, как прежде, крепко обнимать Арию. Его конечности начали все чаще ослабевать и отказывать, а депрессивное состояние только мешало ему думать о хорошем исходе. Нэнси устроилась на подработку уборщицей в ту же школу, и теперь появлялась дома только поздно ночью. Семья распадалась на части. И тогда Ария поняла, что теперь ее очередь спасать жизнь своим родителям. Целых 2 недели она выискивала подходящие вакансии, хорошо оплачиваемые и доступные людям без образования. Подушка безопасности в этом плане была довольно тонкая — Ария имела только маломальский опыт работы в сфере обслуживания, когда устроилась в кафе на углу и проработала там целых 4 месяца. Так что отношения с плитой, шваброй и посудой у нее были вполне приемлемы. Самый идеальный вариант она нашла, когда почти потеряла надежду — на острове Уайт в резиденции Осборн Хаус срочно требовалась горничная, не младше 18-ти и не старше 35-ти. Требования были довольно обыденными, ничего из них не удивило Арию: трудолюбие, аккуратность, физическая выносливость, честность. В обязанности тоже входил комплект самых простых вещей: уборка резиденции, соблюдение порядка в саду и на кухне и прочее. Арию ничего не напрягло в этой, на вид, обычной вакансии. Даже то, что она была срочной — кто-то, проживавший в этой резиденции, ранее принадлежавшей королеве Виктории, позарез нуждался в прислуге, хотя людей на острове было полно. Но никто не откликнулся. — Куда держите путь, мисс? — спросил тот старик — Рональд, который видимо устал от нравоучений своей жены и искал собеседника поспокойнее. Она мотнула головой в его сторону, удостоверяясь, что седовласый бородатый мужчина с очками в толстой оправе говорил с ней. Его глаза были блекло-голубого цвета, но такие добрые и проницательные, что у девушки проснулось желание поговорить с ним. — Резиденция Осборн Хаус, — скомкано ответила она, неловко улыбаясь. Рональд все-таки достал вторую сигарету из портмоне и закурил. На палубе остались только они вдвоем, в силу неприятной погоды все остальные пассажиры зашли внутрь, дабы погреться в каютах.

John Frizzell — Touring The Ship

Его словно укололо иглой осознания. Зрачки застыли, пока рассудок наполнялся тучей ужасающих воспоминаний. — Красивое место, — задумчиво ответил старик, глядя на приближающееся побережье, — но страшное. Ария выгнула бровь и повернула голову в его сторону. Его глаза оттеняли странную разновидность отторжения, как будто он вспомнил о чем-то неприятном. В уголках, где паутинкой собрались морщины, образовались слезы от колючего ветра. — Почему? — поинтересовалась Хендерсон, подняв воротник пальто и вжав шею к плечам. Рональд сделал еще две затяжки, прежде чем ответить: — Там погибают люди, — он закашлялся, но продолжил курить. — Моя первая жена в 53-ем году устроилась туда няней. И не вернулась… Арию пробрало дрожью, но она понадеялась, что это от низкой температуры. «Отлично, не хватало устроиться в дом с привидениями», саркастически подумала она, но поняла, что отступать уже поздно. Она заметно напряглась этим откровением Рональда, ведь судя по его лицу, он действительно побаивался этого места. А оно все приближалось. Берег был в 2-ух минутах. — Я так и знала! — откуда-то вновь возникла его жена, что снова ухватилась за сигарету, потушила об железное ограждение и бросила в воду. — Знала ведь, что все равно закуришь! Вот, держи, я нашла запасные таблетки. Она протянула ему какую-то красно-белую капсулу вместе с бутылкой воды. Увидев рядом со своим супругом напряженную Арию, женщина вмиг превратилась из недовольной горгульи в уставшую старушку. — Бога ради, простите, если он наплел вам какой-то ерунды, — она положила руку в белой перчатке на плечо Арии. — Он болен и не всегда понимает, о чем говорит. Рональд впервые показал что-то, помимо безразличия, и это было яростное возражение. — Я рассказал ей об Осборн Хаусе, Эдит, — твердо поведал он и вернул бутылку дрожащими руками. — Об этом опасном месте… Эдит удрученно вздохнула и закатила глаза, по чему Ария поняла, что она слышала это не впервые. Женщина ухватилась за его предплечье и сказала, как по заученному тексту: — Рональд, мы же говорили об этом. Шарлотта умерла от инфаркта, о чем тебе сообщил персонал резиденции… — Нет! — вдруг прогремел он. — Ее убили, Эдит! Хладнокровно убили! Вышедшие на палубу пассажиры молча и напряженно наблюдали за стариком. Воспоминание о его почившей жене действительно подняло в нем волну ужаса и скорби, и сколько бы Эдит не старалась вразумить его, было понятно — он никогда не отпустит это убеждение об убийстве. — Сэр, прошу вас, успокойтесь, вы пугаете моих детей, — к нему подошел какой-то шотландец, за чьей спиной стояли его жена и двое маленьких мальчиков. Рональд вцепился в его плечи, безумными глазами смотря в его, испуганные. — Держитесь подальше оттуда, слышите! Это место заберет всех! — взревел он. На палубу вышло трое врачей. Они попросили старика успокоиться, но увидев, что он сопротивляется и продолжает бунтовать, сцепили его под локти и увели внутрь. Эдит, стыдливо опустив глаза и густо покраснев, что-то пробубнила себе под нос и пошла следом. Ария увидела, как она перекрестилась, и мурашки почему-то рассыпались по коже. Как только Хендерсон, вместе с остальными пассажирами, двинулась на выход, за ее спиной послышался вопль Рональда: — Не идите туда, слышите меня?! — прокричал он ей хриплым голосом, все еще сдерживаемый по обе руки врачами. — Не смейте туда идти! Ужас в его глазах был так ясен и осязаем, что передался Арии. Она нервно сглотнула и беспомощно наблюдала за тем, как Рональда оттаскивают обратно в каюту, чтобы, наверное, что-нибудь вколоть ему. Такое зрелище поселило в ней целый ряд опасений, которых она не могла оправдать никак, кроме тем первобытным страхом, что увидела на лице у этого мужчины. Если бы это было всего лишь побочным эффектом его неизвестной болезни, почему боязнь перед ним была такая сильная? Она вышла из оцепенения и на негнущихся ногах сошла с палубы.

***

На вид резиденция была менее пугающая, чем та, что представила Ария в своей голове. После рассказа Рональда об этом месте у нее сложилось впечатление величественного готического замка с остроконечными высокими шпилями, витающими над крышей воронами и заколоченными изнутри окнами, но все оказалось в точности до наоборот. Это был дворец итальянского стиля, светлый, с зелеными садами, изящными скульптурами и фонтаном на переднем дворе. Даже под тусклым октябрьским небом это было удивительной красоты здание, манящее внутрь своей историей и видом. Ария вдруг поняла, насколько бедной была в сравнении с обладателем этого чудесного места. До недавних пор она не знала, что у кого-то может быть так много денег. Таксист учтиво помог ей выгрузить чемодан из багажа, после чего пожелал хорошего дня и отчалил обратно. Ария, запрокинув голову и исследуя взглядом резиденцию, не заметила появления молодого мужчины в черном фраке. — Мисс Хендерсон? — уточнил он. Она обернулась на голос и увидела довольно привлекательного незнакомца. Его черные волосы были элегантно зализаны к затылку, голубые глаза внимательно наблюдали за прибывшей, а протянутая ладонь, готовая взять чемодан, несколько обескуражила Арию. — Я, — кивнула она, вежливо улыбаясь и наконец отдавая свой чемодан. — Здравствуйте. — Добрый день, — он галантно кивнул и повел свободной рукой в сторону двух лестниц, ведущих к резиденции. — Рад личному знакомству с вами. Меня зовут Данте Сэнт-Клэр, я работаю здесь дворецким. Прошу, пройдемте. Его величественные манеры застали врасплох простую девушку из Лондона. Арии показалось, что Данте родом из другого века и хотела вести себя подобающе, чтобы не ударить в грязь лицом. Ее взяли в такое роскошное место и она обязана — хоть это и не указано в вакансии — подходить здешним стандартам. — Как добрались? Не устали в дороге? — вежливо поинтересовался Данте, открывая массивную входную дверь. Она вспомнила о кричавшем Рональде, повергнутом в глубокий ужас, но быстро отогнала это неприятное воспоминание. — Нет, все в порядке, спасибо, — она улыбнулась, проходя вперед. Шагнув внутрь дома, она невольно остановилась и замерла. Буквально сокрушенная количеством роскоши, изящности и величия этого интерьера, она медленно осмотрелась, поворачиваясь вокруг себя. Взгляд скользил по просторному помещению, боясь упустить малейшую деталь, и потому с интересом цеплялся за каждую. Белая краска, золотые резные вставки и плинтуса, блестящий черный и сероватый мрамор, красные ковры и занавески под высоким расписным потолком, статуи на невысоких пьедесталах, дорогие картины, гротескные люстры и настенные подсвечники… Здесь было так много всего, что раньше Ария видела лишь в своем воображении, читая книги о викторианской эпохе. Каждый уголок дышал историей своей предыдущей обладательницы, и даже тот факт, что эта резиденция теперь принадлежала кому-то другому, не испортила впечатление. Все здесь было не тронутым годами и современным влиянием. Данте подметил явный восторг новоприбывшей и тихо усмехнулся, после чего мягко подтолкнул ее к коридору. — Я покажу вам ваши покои, — оповестил он, когда взгляд Хендерсон стал сосредоточенным на его лице. Она кивнула, и вместе они двинулись вперед. Что удивило девушку — шагов здесь было не слышно. Красный ковер будто впитывал каждое соприкосновение с подошвой и подавлял его звук, словно ходишь по ватной набивке. Одна тревожная мысль вдруг посетила ее голову: что может скрывать за собой эта бесшумность?