Bad End: В мире его

Тысячи сверкающих фрагментов устилают пол Комнаты Зеркал. Юу пошатывается и падает на колени, не обращая внимания на острые поцелуи осколков. Мгновение. В одно мгновение все ее надежды и мечты рассыпались, развеялись ветром. Одного хорошего, сильного удара оказалось достаточно, чтобы разнести зеркало вдребезги. Единственный путь домой закрыт. Навсегда. Глаза на мокром месте. Слезы грозятся вот-вот пролиться по щекам. – Почему…? Зачем ты сделал это? – Слова наполнены яростью, каждый слог сочится ядом. – Как ты мог так поступить? – В чем вопрос? Я люблю тебя, – таков был спокойный, радостный ответ Азула Ашенгротто. Для того, кто разбил зеркало секунду назад, он говорил слишком беспечно. Юноша подходит к Юу, наступая на разломанное стекло и еще сильнее кроша ошметки подошвой. Сил сопротивляться больше не осталось, девушка и не возразила, когда рука в перчатке, дернув, поставила ее на ноги. – Вставай, Посейдона ради, – журит глава Октавинель, цыкая языком. – Выглядишь совершенно разбито, развалившись на полу. Его губы сложились в идеальную улыбку. – Ох, но беспокойства прочь – я наряжу тебя в платья и жемчуга, будешь выглядеть, словно принцесса русалок. Звучит отлично, не правда ли? Все еще находясь в замешательстве, девушка не отвечает – не отвечает к его разочарованию. – Ты должна быть рада, моя милая – я сделал все это для нашего с тобой счастья. Ради тебя я взял на себя бремя семи лет неудач, знаешь ли, но я готов пойти на такой риск. С должным усилием даже самое большое несчастье можно обратить вспять. Улыбка становится порочнее. – Я ведь даже взял на себя ответственность прогнать прочь печали возлюбленной. – Ты свихнулся… сумасшедший! – Кричит Юу, захлебываясь слезами. Перед глазами все плывет. – Предпочитаю хитрый. – Азул хмурится, прищуривая глаза на слезы, текущие по лицу Юу. – Ну же, тебе не идет подобное выражение. – Я… Я не смогу попасть домой! Из-за тебя я больше никогда не увижу свой мир…! – Девушку сотрясали рыдания. – Твой мир? – Уголки губ юноши раздраженно подрагивали, но тот быстро взял себя в руки. – Дорогая, ты, верно, ошибаешься. Разве не ясно? – Азул развел руки. – Теперь это твой мир. – Нет… Ни за что! Я не приму этого! Я никогда… Никогда не смирюсь с этим! – Ты знаешь, чем грозят пререкательства со мной, Юу, – его тон звучит мрачно. – Ты часть моего мира... Нет. Ты и есть мой мир. Моя вселенная – и я не постесняюсь уничтожить всех и каждого, кто посмеет отобрать ее у меня. – Ты уже отобрал у меня дом, – шепот девушки отдает хрипотой. – Как еще ты собираешься ранить меня? – Что ж, для начала, твои жалкие друзья. Я всегда могу послать за ними Джейда и Флойда. Мурены могут быть… опасными преследователями. – Не трожь их, ты, монстр! – Юу удалось рыкнуть, хотя голос все равно звучал грубо, прерываясь. Азул усмехается. – Монстр, я? Предложил бы тебе таковой роскошную жизнь на дне океана? Поклялся бы он защитить тебя от мира, что может запятнать? Его красота искажена, искривлена, словно в море начинается шторм. – Вот как мы поступим, – сообщил он низким тоном. – Мы тут же отправимся в Монстро Лаундж. Я предоставлю тебе контракт и ты его подпишешь, связав нас на веки вечные. За каждый день отсрочки близнецы будут отправляться на небольшой разговор с твоими друзьями. – Ты н-не сделаешь этого… директор не позволит причинять вред своим студентам…! – Отнюдь. Он не сможет остановить меня. Никто не сможет. – Отвращение резко проявилось на лице Азула. – И начнем мы, пожалуй, с жалкой, паршивой дворняги, так как тебе, похоже, нравятся собаки – я же терпеть не могу земных животных. Неотесанные. Тревожный огонек проскользнул в его глазах. – Думаю, пытка водой будет кстати. Да, он силен, но ему не справиться с обоими братьями Лич. Нужно сломать колени, чтобы он не смог сбежать, затем связать его конечности и держать под водой, пока он не перестанет дышать. Все краски сошли с лица Юу. Все ее тело сотрясало из-за отвращения, ярости, но... больше всего из-за страха. Ашенгротто продолжил, поглощенный своей пугающей идеей. – Мы принесем его труп, чтобы как следует отпраздновать. Можешь взглянуть на него в последний раз, перед тем как немой труп украсит океан. – Только посмей тронуть хоть волос с головы Джека... – Не произноси его имя, – Азул тут же прервал девушку. – Не желаю слышать имена других мужчин, срывающиеся с твоих уст. Повисла неприятная тишина. В очках Азула отражался напуганный силуэт Юу – дрожащее нечто, опутанное невидимыми щупальцами. Дыхание сперло. – Помни, это лишь твой выбор, – произнес юноша, чей голос больше походил на урчание. – В твоих силах сделать правильный выбор и защитить его... Всех твоих друзей. Все, что нужно – лишь подписать контракт. Он провел по щеке Юу рукой в перчатке. Его касание слишком мягкое, слишком нежное, контрастирующее с жестоким предложением и угрозой, намерением убить. – Мы договорились? – П-просто… не трогай его. Не вреди ему еще больше…! – Тогда ты поставишь свою подпись? – Д-да. Все, что хочешь, Азул…! – Как пожелаешь, милый, – поправил глава Октавинель, словно он говорил с несмышлёным ребенком. – Как пожелаешь… м-милый… – Чудесно. Сделка состоялась. С этими словами Ашенгротто заключил Юу в объятия, прижимая к себе, уткнувшись носом в шею. Доступ к кислороду перекрыт – свет, не проникающий на дно океана, лишающий свободы, разрушающий возожность дышать. Вновь она захлебывалась. Загнана в ловушку. Весь мир в его руках. Его мир. В этот раз на лице Азула красовалась искаженная улыбка.