Записки сумасшедшего

      «Прости, я немного опаздываю»       Сэхун улыбается и откладывает телефон в сторону. Хен такой милый, когда извиняется. Даже через экран телефона он видит как тот немного смущаясь набирает это сообщение, сильнее кутаясь в свой шарф. Заказав ещё одну чашку с кофе, Сэхун начал смотреть на людей, что во всю бегали по улице в преддверии приближающегося Дня всех влюблённых. В особенности это были девушки, которые пытались купить продукты для шоколада, потому что так принято.       «Интересно, а хен подарил бы мне шоколад, который сам приготовил?», — думает Сэхун, неловко улыбаясь. Перед глазами всплывает смущенный хен, который нерешительно протягивает ему перевязанную белой лентой маленькую красную коробочку. «Сэхун~а, с Днём всех влюбленных», — так же смущенно произносит он, опуская взгляд в пол. Улыбка на лице Сэхуна становится ещё шире, когда он разглядывает в толпе знакомую фигуру. Чунмен все в том же кремовом пальто и в том же белом шарфе как в тот самый день, когда они познакомились.

flashback

      Тогда была весна и тоже приближался День всех влюбленных. Сэхун опаздывал на первый урок, поэтому бежал со всех ног, не замечая никого и ничего. Он даже не заметил как выбежал на дорогу на красный свет. Если бы его вовремя не дернули за шиворот, то он бы непременно был сбит машиной, что летела со скоростью не меньше 100 км в час.       Сэхун так спешил, что не сразу понял, что лежит на ком-то, а когда понял, быстро вскочил на ноги. «Аджосси, вы впорядке?», — Сэхун протянул руку своему спасителю, который, смерив его оценивающим взглядом и держась за голову, принял помощь. «Я так старо выгляжу?» — спросил незнакомец, отряхивая своё пальто и поправляя белый шарф на шее, который из-за падения и пыли теперь был больше серый. «Простите?» — Сэхун слегка покраснел, отводя взгляд в сторону. «Я действительно выгляжу таким старым, что меня можно назвать «аджосси»?» — незнакомец улыбнулся и, протянув руку вперёд, потрепал младшего по волосам. «Прости… хен?», — Сэхун по-прежнему смотрел куда-то в сторону. «Ты куда-то спешил?» — спросил старший, и тут Сэхун вспомнил, что опаздывал на урок. Что-то щебеча про урок, на который он опаздывал, и про возмещение ущерба за испорченное пальто и шарф, Сэхун побежал в направлении школы. Только потом он понял, что даже не знает его имени…       В конце учебного года многие университеты и институты повторно устраивали дни открытых дверей, чтобы ученики уже точно могли определиться с выбором ВУЗа. Сегодня Сэхун вместе с некоторой частью своих одноклассников идут в Сеульский институт, потому что… потому что надо. Вообще, Сэхуну это не за чем, ибо родители все равно отправят его учиться в Китай, потому что так надо. И их не волнует, что это далеко, что там будет труднее.       Когда день уже близился к концу, маленькая лекция и большая экскурсия начала заканчиваться. Ученики шли к выходу, когда О увидел такое знакомое пальто. «Это ведь он? Или не он? Ох, Сэхун, ты ведёшь себя как сопливая школьница, которая хочет признаться в своих чувствах. Чего ты так боишься? Ты ведь просто хочешь позвать его чашку кофе в знак благодарности и в качестве извинений, ничего больше…»       — Хен, — позвал старшего Сэхун, немного покраснев. Чунмен непонимающе посмотрел по сторонам в поисках источника звука, а потом увидел Сэхуна. На губах сразу появилась лёгкая улыбка.       — Что ты тут делаешь? — все также улыбаясь, спрашивает Ким, подходя к нему.       — В прошлый раз… Почти год назад ты помог мне… и я хотел бы отплатить тебе, но я никак не мог тебя найти… — смущаясь сказал Сэхун, отводя взгляд в сторону.       — Ты все ещё помнишь это? Неужели это так важно для тебя? — удивился старший.       — Ещё как важно, хен! Если бы не ты, я бы возможно стал инвалидом, а в худшем случае вообще бы умер. Ты мой спаситель, хен! — уверенно ответил О, смотря на старшего. Тот улыбнулся и потрепал младшего по волосам, как в тот день.       — Ну раз так, то я не против, — улыбнулся Чунмен, а Сэхуну показалось, что он увидел ангела…

end of flashback

      — Как учеба? — спрашивает Чунмен, делая глоток горячего чая, который только принесли. — В последнее время ты стал все реже и реже писать своему хену. «Он… Он заметил… «, — пронеслось в голове младшего, и он слегка покраснел.       — Да, в последнее время столько всего задают, поэтому вечерами я просто вырубаюсь, стоит моей голове коснуться подушки. Сейчас нам, ученикам из других стран, дали две недели выходных, чтобы мы могли навестить своих родных, — взгляд Сэхуна стал грустным. — Но родители улетели по делам, и прилетят только в следующем месяце.       На самом деле Сэхун прекрасно знал, что родителей нет в Корее. Незадолго до своего прилета он позвонил им, и они предложили ему прилететь к ним в Штаты, но Сэхун отказался. Он прилетел в Корею лишь из-за Чунмена, потому что безумно скучал по нему.       — Это действительно грустно, — грустно улыбнулся Ким. — Если тебе тоскливо одному, то можешь пожить у меня. Вдвоем ведь веселее?       — Прости, что, хен? — переспросил О, не веря своим ушам. «Мне… ведь не послышалось… Он правда предложил пожить у него?»       — Я предлагаю тебе пожить у меня, — четко повторил Чунмен, слегка улыбнувшись и слегка склонив голову вправо. Сэхун лишь сглотнул, стараясь унять дрожь в руках.       — Это… Ну… Как-то не удобно, хен, — замялся Сэхун, поспешно опуская чашку обратно на стол, чтобы не разлить случаем. — Тем более твоя девушка…       — Моя кто? — Ким перестал улыбаться, его взгляд стал немного грустным. — Сэхун~а, я настолько противен тебе?       — Хен, это не так! — слишком громко сказал О, чем привлек внимание всех присутствующих. — Просто… Просто… Это действительно неудобно…       — Значит решили. Сейчас заезжаем за твоими вещами и едем ко мне, — вновь улыбается Чунмен.       — Расслабься, Сэхун, — улыбается Чунмен и ставит на стол бутылку с красным вином. — Ничего не имеешь против вина?       — Нет, — коротко ответил Сэхун, садясь за стол. «Не натворить бы глупостей, будучи пьяным», — подумал Сэхун.       Бокал за бокалом, разговоры ни о чем, случайные прикосновения и блестящие глаза старшего. Сэхуну кажется, что он совсем тронулся умом, потому что Чунмен начинает расстегивать свою рубашку. Сэхун завис, не в силах отвести взгляд от того, как ловкие пальцы расстегивают рубашку. Хочется подойти и просто потянуть концы в разные стороны, чтобы пуговицы рассыпались по полу, а после прикоснуться к этой мягкой коже, что так и манит. Хочется провести кончиками пальцев по ней, а после языком выводить замысловатые узоры, иногда прикусывать кожу, оставляя красные отметины. А где-то у изгиба шеи оставить свою метку, а потом ещё, ещё и ещё, чтобы утром они были сине-фиолетовыми и напоминали о том, что было ночью.       — Сэхун~а, — голос звучит тихо и так… Так интимно, что Сэхун слегка взрагивает, ощущая дрожь по всему телу, — чего ты хочешь прямо сейчас?       — Тебя, — выдыхает Сэхун, не задумываясь. Осознание, что он только что сказал это вслух, приходит не сразу, а когда приходит, становится уже слишком поздно.       — Так возьми, — горячо выдыхает Чунмен, расстегивая последние пуговицы на своей рубашке. Сэхун давится воздухом. Он забывает как дышать, потому что Чунмен кончиками пальцев ведёт от самой шеи до самых брюк. — Ну же, Сэхун~а.       Сэхун упускает момент, как Чунмен оказался на его коленях. Он чувствует горячие ладони под своей футболкой, которые поднимаются по крепкой грудной клетки выше. Он помогает Чунмену снять такую ненужную сейчас футболку, а потом перемещает свои ладони на ягодицы старшего. Старший приглушенно стонет, когда Сэхун слегка сжимает его ягодицы в своих широких ладонях и сильнее притягивает его к себе.       — Сэхун~а, — его голос звучит так интимно, что Сэхун невольно стонет в ответ.       — Хен, — также тихо стонет Сэхун, когда старший трется своим возбужденым членом сквозь ткань брюк о его.       Сэхун притягивает старшего к себе, немного неловко касаясь своими губами губ старшего. Он поочерёдно прихватывает то верхнюю, то нижнюю, иногда оттягивая её зубами. Чунмен стонет, обнимая младшего за шею, и отвечает на поцелуй, разрешая углубить его. Младший слегка вздрагивает, когда старший касается своим языком нижней губы младшего. Сэхун перехватывает инициативу, сплетая их языки. О с жаром принимается исследовать рот Чунмена, отчего тот сходит с ума. Чунмен зарывается пальцами в волосы на макушке младшего, слегка оттягивая их. В ответ Сэхун немного прикусывает нижнюю губу старшего.       — Сэхун~а, — на выдохе шепчет старший, немного отстраняясь. Кончиками пальцев он поддевает футболку младшего и, потянув вверх, снимает ее, отбрасывая в сторону. — Сэхун~а, — так же тихо, так же горячо шепчет Ким, касаясь кончиками пальцев шеи Сэхуна и не спеша проводя ими по чуть влажной коже. Сэхуна бьёт лёгкая дрожь, он перехватывает руку старшего и подносит к своим губам. Он целует каждую костяшку, каждый сгиб, проводит языком по подушечкам пальцев, при этом не отводя взгляда от старшего. Чунмен ловит этот томный взгляд и забывает как дышать, потому что это слишком… слишком сексуально.       — Блять, — шипит старший, когда Сэхун кончиком пальца задевает затвердевший от возбуждения сосок. Губами младший исследует шею старшего, периодически оставляя на ней свои метки и укусы, чтобы завтра они расцвели сине-фиолетовыми цветами, чтобы все знали, что он занят, занят Сэхуном.       — Господи… Почему ты такой… Такой охуенный? — шепчет Сэхун, отстрянясь он старшего, чтобы посмотреть ему в глаза. Чунмен ничего не овечает, лишь на мгновение касается губами губ младшего, а после, немного спустившись, прильнул к шее О. Проведя кончиком языка от линии нижней челюсти до основания шеи, он оставил небольшой засос на ключице и чуть побольше немного выше.       — Почему ты такой идеальный? — на выдохе прошептал старший, скользя пальцами по накачанному прессу. Пальцами он расстегивает ремень, а следом и сами брюки.Чунмен слезает с колен Сэхуна и, устроившись на полу между разведенных колен младшего, с пускает брюки с трусами. Он готов подавить я воздухом, потому что Сэхун действительно идеальный… Везде…       — Хен, — хрипит младший, когда Чунмен проводит языком по члену от самого основания по головки. Старший обхватывает член младшего большим и указательным пальцами и проводит ими от основания до головки.       — Боже, — выдыхает Сэхун. Чунмен усмехается, обхватывая головку губами, слегка посасывая, чтобы в следующую же минуту выпустить изо рта. Он не спеша проводит языком по всей длине, а после вновь охватывает головку губами.       — Хен, не нужно, — выдыхает младший, когда старший начинает понемногу вбирать член в рот, при этом помогая себе рукой. Чунмен слепо перехватывает руку младшего и кладёт её себе на голову, тем самым предлагаю Сэхуну самому задать темп. Младший немного мнется и слабо направляет старшего, но с каждым разом ему было мало? Понемногу он набирал я смелость и с каждым разом темп увеличивался. Старший лишь усмехнулся про себя, отмечая, что Сэхун такой невинный.       Только вот эта невинность быстро улетучилась, когда младший резко отдернул Кима и, подхватив его под ягодицы, уложил на спину на стол, скидывая недопитую бутылку вина. Он начинает судорожно целовать шею, плечи, грудь, живот, а после спускаясь ниже, оставляет несколько поцелуев-укусов на внутренней стороне бедра. Сэхун шире разводит ноги старшего и проводит кончиком языка по сжавшемуся колечку мышц.       — Я вхожу, хен, — шепчет младший куда-то в шею, опаляю своим дыханием взмокшую кожу. Чунмен шумно выдыхает и слегка постанывает, прося младшего не медлить. Раскатав по члену найденный в кармане старшего презерватив, Сэхун приставляет головку ко входу.       — Прости, — так же тихо шепчет младший, толкаясь вперёд. Медленно сантиметр за сантиметров, стараясь не делать резких движений, чтобы не доставить старшему боли, но без неё никак. Старший тихо всхлипывает, сжимая ладонь О.       — Расслабься, прошу, — выдыхает младший, когда входит до упора, — расслабься…       Когда Чунмен смог немного привыкнуть и расслабиться, Сэхун делает первый толчок. Стон боли. Чунмен старается расслабиться, но получается это с трудом. Сэхун покрывает шею, плечи, ключицы, грудь старшего поцелуями, чтобы хоть как-то отвлечь его. И вскоре это помогает. Новый толчок и первый стон удовольствия. Сэхун наконец нашёл нужный угол, каждый новый толчок приходился на простату.       — Я люблю тебя, хен, — шепчет Сэхун на выдохе, а дальше все происходит словно в тумане…       — Не забывай писать своему хену, — улыбается Чунмен, поправляя белый шарф на шее младшего.       — Ты всегда в моей голове, хен, — улыбается Сэхун. — Я скоро приеду, ты только дождись меня.       — Я обязательно буду ждать тебя, — шепчет Ким.       — Объявляется посадка на рейс Сеул — Пекин, — слышится голос из динамиков.       — Я люблю тебя, — шепчет Сэхун и целует старшего в губы.       — Я люблю тебя, — шепчет в ответ Чунмен, когда О отстраняется.