Научи меня быть геем

       Саша кинул рюкзак на пол и, развалившись на кровати, уставился в потолок. В институте после того, как Кирилл с родителями неожиданно переехали в Москву, всё было тихо. Никаких звонков с угрозами: телефон Кирилла вообще не отвечал, а все аккаунты в сети показывали, что последний раз тот был онлайн с месяц назад. То, что ему нравятся парни, Саша понял относительно недавно. Ему никогда не хотелось задирать девочек, дёргать их за косички или толкать, и вообще скучно с ними было ужасно. Зато с пацанами всегда было весело. Саша обожал шутливые детские потасовки и так и норовил вклиниться в чужие разборки, а всё потому, что мама бы не поняла, если бы инициатором драки был он. Зато аргумент вроде «я толкнул Антона за то, что он Катю обижал» всегда хорошо проходил. Мама говорила, что нельзя обижать девочек, но ему было и не интересно их цеплять, а вот мальчики — это совсем другой разговор. Впрочем, всё это про себя Саша понял уже спустя долгое время после тех детских обид и побед. Он очень долго думал, что это так просто совпадает, когда у него встаёт из-за трущихся рядом парней, что всё из-за адреналина после драк и вообще гормоны бушуют. Не обращал внимания на странные реакции тела. И даже с девчонками в школе пробовал встречался, но с ними целоваться и обниматься было… никак. Зато в институте он узнал многое… От девчонок понаслушался про всякие новомодные веяния, а потом ему дали несколько ссылок, чтобы почитать и посмотреть, о чём вообще речь. Вот тогда-то Саша и понял, что попал. Даже намёки на возможные интимные отношения между мужчинами его возбуждали так, как ни одна девчонка. Окончательно он разобрался в себе, когда Кирилл полез вдруг целоваться, и они здорово потискались в туалете института. За девятнадцать лет жизни это был самый эротичный и горячий, самый сладкий и страшный момент. Саша ещё никогда не ощущал себя так постыдно хорошо. «Хочешь по-взрослому?» — спросил желанный до боли Кирилл. В тот момент Саша просто не смог ему отказать. А потом стало поздно сдавать назад, потому что слово он привык держать. «Как следует свою дырку вымой, не хочу вляпаться в дерьмо», — напутствовал его Кирилл, вталкивая в ванную, когда они, сбежав с пар, приехали к Кириллу домой. Саша понятия не имел, что нужно делать. Это после всего он почитал, как вообще случается и происходит секс между мужчинами, но в свой первый раз у него были весьма смутные представления об анальном сексе, а в наличии только пальцы, вода и упорство. Повезло, что хоть смазку Кирилл ему потом додумался подкинуть, иначе всё вышло бы ещё печальнее. Впрочем, и так удовольствия он никакого не получил. Хорошо ещё, что обошлось без травм, но вроде и Кирилл не особенно кайфовал в постели с ним, шипя и ругаясь. «Да расслабь ты жопу! Яйцерезка грёбаная… Уй! Оторвёшь же нафиг! Ай-ай… Всё равно трахну тебя, сука! Уф…» Кирилл кончил чуть ли не со слезами на глазах. Саша сдержался тогда и от резкости, и от недостойной мужчины истерики. «А я ещё не поверил Аринке, что ты бы лёг под парня. Сглупил, теперь должен ей пятихатку», — окончательно вернул его с небес на землю Кирилл. «Тебя только деньги интересуют?» — разозлился Саша. «По большей части. Но вообще просто интересно было, чего мужики в этом находят. Походу, такое вставляет только тех, у кого маленький… А у меня всё в порядке с размером. Ну нафиг такой экстрим!» — выдал свои измышления Кирилл. Они разошлись недовольные друг другом, но Саша и подумать не мог, что уже вечером получит первое сообщение с угрозами и требованием вернуть ему бабло, которое Кирилл проспорил одногруппнице Арине.

* * *

— Как прошёл день? — встретил Сашу на кухне фиктивный любовник мамы — Максим. — Нормально, — покосился на него Саша и достал из холодильника яблочный сок. Не верилось, что такой взрослый серьёзный дядька мог быть геем. От знания об ориентации Максима в его присутствии у Саши сладко тяжелело в паху и слабели ноги. Максим был чуть выше самого Саши, жилистый и хищный. Впрочем, Саша усиленно качался, бегал и вообще выглядел старше и крупнее сверстников. Максим жил у них уже вторую неделю. Мама представила их и поставила Сашу перед фактом, что жить они теперь будут втроём. Сказала, что у этого Максима сложная ситуация с бывшей женой, и та оставила его на бобах после развода. Пояснила, что ради статуса ей нужен если не муж, то хотя бы любовник, а для таких глупостей она слишком занята, поэтому Максим будет прикрывать её от злых сплетников. Ну, а мама вроде как будет гетеросексуальным-прикрытием уже для Максима. — Ты реально гей? — вырвалось у Саши, когда он налил себе стакан сока и от бестактности собственного вопроса с досады закусил губу. — Ну да. Тебе же Анжела всё рассказала, — пожал плечами Максим, продолжая флегматично жевать бутерброд и попивать кофе. — А вдруг ты просто придумал всё, чтобы втереться в доверие к маме? — озвучил часть своих опасений Саша, тоже присаживаясь за стол. — Это не я её нашёл, а она меня. Так что ничего я не придумывал. Она сама разузнала и предложила эту «сделку века». — И ты что, правда, мужикам даёшь? — выдохнул Саша, с ужасом пялясь на Максима и ожидая вспышки гнева. — Какой ты ещё мальчишка, несмотря на то, что вымахал — здоровый лоб, — весело фыркнул Максим. — Гей — это не тот, кто «даёт» мужикам, а тот, кто предпочитает их женщинам. Встречаются те, кто предпочитают быть только сверху или просто стремаются подставляться, или их реально не вставляет секс в принимающей позиции. Но в большинстве своём геи — универсалы: и так, и так могут. — И ты можешь?.. — облизнул Саша пересохшие губы, от откровенного разговора стояк был каменным, благо стол закрывал обзор Максиму на «предателя» в штанах. — Могу. — И… — заколебался Саша, но очень уж ему хотелось узнать у настоящего гея, как оно бывает на самом деле. — Это того стоит? Я имею в виду, разве это приятно? — Мне приятно. Тут имеет значение, конечно, чтобы любовник не забывал и о твоём удовольствии. Ещё важный момент проверить, как простата реагирует на такие игры: бывает, что от члена в заднице — никакого удовольствия. Ну так кроме этого есть куча практик вроде орального секса. — И как узнать про простату? — Пальцами, — Максим понизил голос до соблазнительного хриплого шёпота, и Сашу тряхнуло от сексуального напряжения, повисшего между ними. — Маникюр покороче. Душ. Только ты и хорошо смазанный палец. Очень осторожно и нежно. От тихого завораживающего голоса Саше стало душно. Он как загипнотизированный уставился в тёплые притягательные глаза Максима. — А ещё лучше погуглить перед этим «массаж простаты», — резко оборвал сам себя Максим, и Саша отшатнулся от него, понимая, что успел сократить между ними расстояние, как последний дурак залипнув на маминого фиктивного мужика. Максим допил кофе, закинул посуду в посудомоечную машину и ушёл. А Саша со стоном приложился головой о столешницу, ощущая, как неприятно липнет к телу одежда: он кончил только от этого краткого экскурса во взрослую гейскую жизнь.

* * *

На этот раз он не обошёл матчасть стороной. Саша тщательно изучил свои руки: насчёт маникюра — это оказался не прикол Максима, а реально так было нужно, чтобы не расцарапать самого себя. С этим проблем не было, особенно если учесть, что у мамы сеть салонов красоты, где его в лицо знали, потому что с детства на нём экспериментировали со стрижками. Саша заранее запасся презервативами и смазкой. Он вообще считал, что навряд ли у него что-то получится, ну, или ему не понравится после первого неудачного раза. Да и в принципе в подготовке не было ничего возбуждающего, просто чуть более тщательная процедура гигиены. Даже о Кирилле, несмотря на опасения, не вспомнилось, и Саше удалось достаточно расслабиться под тёплой водой, бившей по затылку и плечам. Палец уже уверенно проходил, и бугорок простаты вполне нащупывался. От осторожных поглаживаний и трения никакого особого удовольствия Саша не испытывал. Член на эти его манипуляции никак не реагировал. Подумалось о том, что, может, он что-то делает не так и всё было бы иначе, если бы трогал его Максим… От этих мыслей, а больше от промелькнувшей воображаемой картинки того, как мужчина заставляет его прогнуться, чтобы протолкнуть глубже смазанные пальцы, Саша почувствовал возбуждение. Член наконец отреагировал, и ощущения от пальца в заднице стали уже другими: внутри словно томительно-нежно сжималась пружина. От каждого нового соприкосновения с простатой удовольствие всё нарастало, и он стал увереннее вводить смазанный палец, проворачивая его. Захотелось, чтобы это с ним сделал Максим, чтобы так же вставлял пальцы и, может быть, даже член. От мыслей о чужом члене внутри Сашу будто прошил разряд тока, скрутило сладкой судорогой, и по телу разлилась нега. Он обессиленно опустился на дно душевой кабины. В голове было приятно пусто. Саша вспомнил разговор с Максимом и откровение: «мне приятно». Он вынужден был признать, что ему тоже, и что повторить хотелось не вхолостую, а с реальным, даже вполне конкретным партнёром.

* * *

— Ты много работаешь, — заметил Максим за общим поздним ужином. Вообще дом убирала и готовила пищу домработница — тётя Уля, которая приходила шесть дней в неделю днём. Саша привык сам разогревать еду. Приготовить он, кроме бутербродов и, может, ещё яичницы, ничего не мог, впрочем, мама тоже не умела этого всего, да и Максим признался, что был не силён по части кулинарии. Мама объясняла это «статусом», а в институте от такого заявления Саши народ на долгую минуту впал в ступор. И потом ещё одногруппники у него поинтересовались, а как он будет выживать, если, ну мало ли, бизнес прогорит и придётся всё делать своими руками. Тогда он впервые задумался о том, как много за него делают другие люди, и что, возможно, приготовление простейших блюд стоило бы освоить. — Я не слишком доверяю другим людям и предпочитаю вести дела сама, а не делегировать кому-то. Особенно важно, чтобы бухгалтерия была прозрачной и там всё было чисто, а то у нас люди умные, и всякие схемы встречаются. Люблю, чтобы было всё чётко и понятно, — объяснила мама. — Всё равно ужин в девять — это поздно, — мотнул головой Максим. — Вы можете меня не ждать, если это неудобно, — удивлённо посмотрела на него мама. — Нормально, мам, — сердито посмотрел Саша на Максима, который ворвался в их жизнь и пытался устанавливать свои правила. — Я просто хочу сказать, что Анжела загоняет себя. Она же без выходных в таком режиме пашет, — обернулся к нему Максим. — Ну, я предлагала тебе работу, — тонко улыбнулась мама. — Не по моему профилю. — Зато за деньги. Помог бы мне. Поработал, посмотрел, как дела ведутся. Завёл нужные знакомства, а там, глядишь, что-то и со своим бизнесом выгорело бы. Но учти, я всё равно не позволю тебе слишком глубоко лезть в свои дела. Так как? — Хорошо. Посмотрим, чем я смогу быть полезен, — поиграв желваками, всё же согласился Максим, и мама расцвела своей лучшей победной улыбкой.