Искупление

— Я убью тебя! С этими словами Аюми осталась одна. Шиноби Огня сбежали, а отряд Земли пустистился в погоню за ними. Девушка долго сидела на холодной, сырой земле. Слова Хьюги остались здесь, на этом же месте, ведь она до сих пор их слышит. Слезы не переставали капать из покрасневших карих глаз. На что она надеялась? Ей нет оправдания, она виновна в смерти дорогому ему человеку. Хоть и не помнит, хоть ничего и не делала. Нет сделала. Ёе существование стало причиной его смерти. Ради сил её глаз, его и убили. Кто же виноват в случившемся? Она? Отец? А может это те, что убили её маму и брата. Ведь всё началось, с мести. Шимада долго размышляла, пытаясь понять этот мир, как он черт возьми устроен? Подул холодный ветер, встревожив всю листву и каштановые волосы девушки. Аюми прислушалась но ничего кроме шелеста так и не услышала, значит им удалось сбежать, покра нимере она надеялась на это. Ей удалось их спасти. Но что это меняет на ней до сих пор висит ответственность за смерть отца Хьюги. Неужели, неужели это и есть… И тут она вспомнила взгляд Неджи. С которым он в последний раз взглянул на её. Да, видимо это конец! Тихо ответила Шимада дав волю эмоциям, вырваться с новой силой, что плач было слышно по всей безлюдной границе. Неизвестно сколько она так просидела заливаясь слезами. Пока до неё не донесся чей-то зов. Она уверена, что услышала своё имя. Девушка быстро вскочила на ноги, в торопях вытерла щеки, от чего они ещё больше покраснели. Но не успела она полностью привести себя в порядок, как Аюми поняла, что она уже не одна. Она быстро, машинально повернулась к пришедшему всем корпусом. Открывая тому не лучшую картину. В лице пришедшего читался испуг. Поняв это наследница так же быстро отвернулась, и начала приводит своё лицо в порядок, покра нимере она пыталась. Кацу подбежал к ней, схватив руку, рынком повернул её к себе. — Ты ранена? — голос звучал тревожно. Девушка отказывалась смотреть на него, но тот схватил её за плечи, и заставил посмотреть ему в глаза. — Что произошло? — последовал следующий вопрос. — Нет, я не ранена, всё в порядке. — тихо ответила девушка. Нет. Она ранена, да так сильно что хочется выть от боли, кричать и плакать. Но ту рану, никто не увидит. И как нужно лечить того чего не видно? Она не знала. — Ты себя видела? Не скажешь, что ты в порядке. — говорил юноша. — Словно, тебя когда-то волновало в порядке ли я! — Аюми освободилась от рук шиноби, и хотела выпрямится но ноги предательски подкосились, что она едва чуть не упала. Кацу успел её подхватить за талию, придержав, помогая встать на ноги. — Ты права, мне нет дело до тебя, но наши судьбы… видимо в нашей семье ты рождаешься с уже предписанной тебе ролью. — голос звучал тихо, что отдавало тоской и грустью. Девушка почувствовала его безысходность, и то что он смирился с судьбою. — Я даю тебе слово, что я освобожу тебя от этого. Твоя судьба принадлежит лишь тебе. Так сказал мне один очень важный человек, и думаю я его сейчас понимаю. Ты возможно всё ещё ненавидишь меня, но я сделаю всё, чтобы мы стали хозяевами своей жизни. — Судьба?! Говоришь… вот поэтому ты мне и не нравишься. Но что поделать клан решил, что мы станем хорошей семьёй. И пожалуйста, не делай так чтобы у меня возникло желание убить тебя. — А мне казалось, что моя смерть тебя обрадует — девушка не могла понять того как он всё же к ней относится. Кацу подошёл в плотную, аккуратно убрал прядь волос выбившихся из причёски за ухо. И задержал взгляд на карих глазах. — Я же говорил, что наши судьбы сплетены. И я принял это. Теперь твоя очередь. — Прости, но я не позволю управлять моей судьбою — девушка отстранилась увеличивая расстояние между ними. Кацу хотел было что-то сказать но прибывший отряд Аюми не дал ему это сделать. — Вы что тут делаете, был приказ возвращаться. — блондинка вопросительно посмотрела на своего командира. Аюми ничего не ответила , вместо этого она подошла к пришедшим товарищам и вместе с ними покинула границу, оставив Кацу одного. — Это мне в тебе никогда и не нравилось, ты всегда следуеш зову своего сердца. Это твоя свобода, которой нет у меня. Эти слова были сказаны лишь вслед уходящей наследнице, которая никогда их не услышит. Резиденция Даймё Земли. Аюми с отрядом только добрались и видимо они одни из последних. Поэтому девушка поспешила войти и доложить об операции по поимке нарушителей. Открыв дверь девушка вошла первой, она не стала оглядываться по сторонам ведь наличие большого количества людей говорило, что все уже прибыли с отчётоми. — Отец! Девушка опустилась на одно колено, при этом прикоснувшись правой рукой, левого плеча. Этот жест был лишним, ведь он не использовался при обычных отчётах, но что-то побудило наследницу это сделать. Возможно тому послужило то, что она чувствовала вину, за то что пошла против семьи, ослушалась прямого приказа отца. — Нам не удалось поймать след нарушителей. — девушка не осмелилась поднять глаза на отца. — Чтож. — протянул Даймё смотря на свою старшую дочь. — Твоей сестре повезло больше. — и тут Аюми подняла взгляд на отца пытаясь понять сказанное. И со страхом в сердце она обернулась, молясь чтобы его там не оказалось Но её молитва была не услышала, так как трое шиноби Листа в наручниках и с охраной, в лице отряда Аканэ стояли позади наследницы. — Тебе стоило бы брать пример с сестры, как наследница ты меня всё чаще разочаровываешь. — Шимада успел подойти к дочери которая всё ещё не веря в происходящее оставалась на своём месте не подвижна. — Отец Вы слишком добры ко мне, я всего лишь выполняла своей долг — склонила голову блондинка в знак уважения к отцу. — А что касается их — Шимада прошёл мимо Аюми подходя к шиноби Листа — Их вина очевидна, узнайте что им удалось вы… — НЕТ! Все присутствующие обернулись. — Нет — повторяясь Аюми обернулась к отцу, который одарил её вопросительным взглядом. — Отец, это какая-то ошибка, я Вас уверяю! — Ошибка? Они выкрали секретные свитки нашей страны! А ты смеешь заявлять, что здесь какая-то ошибка! — голос Даймё звучал громко и устрашаюше, одним своим тоном он мог лишить уверенности и заставить отступить от своих слов. Но не в этот раз. Аюми понимала, что их ждёт, и молчать она не могла. — Прошу Вас, Отец. Все присутствующие не смели вмешиваться. Аюми это понимала и знала, что поддержки и помощи ждать не откого. Страх нарастал с каждой минутой, видя что Хьюга здесь, пойман и его вина очевидна. Аюми прокручивала все возможные варианты помощи, но не один из них не был осуществим, когда они тут перед Главой клана. Единственное, что ей оставалось, добиться суда. Чтобы старейшины рассмотрели это дело. И тем самым растянуть время. — Я лично знакома, с одним из этих шиноби, и могу Вас... — Ах да, Хьюга. — Шимада внимательно осмотрел юношу, после вновь взглянул на свою дочь, что так бессовестно защищала врагов страны. От этого у девушки пробежал холод по всему телу. — Моя дочь, моя наследница, защищает врага свой страны! — Даймё очень близко подошёл к дочери и наклонился дабы взглянуть той в глаза. — Чего мне ещё стоит ожидать от тебя? — Отец — Аюми опустилась на колени. — Молю Вас, отпустить их. — Довольно! — ему и правда всё это надоело, и поведение дочери порядком заставляло терять контроль. — Отправляйся к себе и не смей выходить от туда, пока я не позволю. А что касается их, они нарушили чужую границу, так ещё и выкрали секретные свитки, за это они будут.. — Отец молю — голос сорвался, из глаз потекли горячие слёзы. — Молю Вас — на секунду Аюми показалось, что на лице отца появилась горькая улыбка наполненная сострадания. — Дочь моя, твоё сердце оно не спокойно, и виной тому этот шиноби. Что ты забыла, о своём долге и о том кем ты являешся. — теплая рука отца гладила щеку дочери, что на секунду она забылась, закрыв глаза утанула в этой недолгой заботе. — Поэтому он должен умереть. — Аюми отпрянула назад, словно её с головы до ног облили ледяной водой. — Неужели причина в этом? Отец прошу Вас, в этом нет его вины, он даже ничего об этом не знает. — девушка отчаянно хваталась за одеяния отца, желая привлечь его внимание, но тот в свою очередь высвободился из рук дочери и подошёл к своему столу. — Я клянусь Вам памятью матери и брата, что наши пути никогда не пересекутся. — Когда ты станешь главной клана, ты поймёшь почему я должен так поступить, это всё ради мести. — Если того требует клан, то я ОТКАЗЫВАЮСЬ ОТ ТИТУЛА, Я ОТКАЗЫВАЮСЬ ОТ КЛАНА. — крики принцессы стихли и наступила тишина, Хьюгу которого как и других его товарищей лишили возможности говорить, завязав им рты. Он ни как не мог повлиять на происходящее. Но, последние слова принцессы заставили его сердце вздрогнуть. — Аюми моя маленькая Аюми, моя прежняя Аюми никогда не произнесла бы этих слов. Этим ты и доказала, что больна. Но я знаю как излечить тебя. Он умрёт. Хьюга умрёт и ты исцелишся. — на мгновение наследница потеряла голос, и лишь губами твердила отчаянное «НЕТ. " Жестом Даймё дал приказ увести старшую дочь. Но как только те хотели провести её к выходу, девушка начала давать отпор отказываясь уходить, что двоим шиноби пришлось взять принцессу за руки, дабы та не сопративлялась, да и это не помогло. Аюми откинула тех что пытались её увести, что один ударился об шкаф с папками, и от силы удара все листы разлетелись по всему кабинету. — Отец, вы говорите о мести! Так ответьте же мне. Кому должна буду мстить я? Если вы его убьёте. Это стало для главы последней каплей в чаше его терпения. Никто не увидел в какой момент появился хлыст, но в следующую секунду перед наследницей появился Сецу, принявший весь удар хлыста на себя. Аюми застыла не понимая как Сецу оказался перед ней, его искривленное лицо говорило о боли которую он сейчас испытывал. -Сецу? Зачем? — только и смогла выдавить из себя Аюми, при этом прекрасно понимая, зачем он так поступил. Она хотела, что-то ещё сказать но её уже вырубили по приказу Даймё. — Увести её в подземелье. — Отец. — Шимада обернулся на младшую дочь смиренно опустившуюся на колено. — Моя сестра, она безусловно виновата. Но я взываю к вашей милости. - Даймё понадобилось некоторое время, чтобы принять решение, и всё же он решил послушать свою младшую дочь. — Увести наследницу в её комнату и заприте. А ты Аканэ будешь следить чтобы она никуда оттуда не выходила. — Да Отец, вы как всегда великодушны. — А что касается вас, в темницу их. Завтра я лично с вами разберусь.