В любой паре кто-то должен быть снизу

Просыпаться без эрекции для Бакуго стало нормой. Его не волновало это. Ведь сейчас на первом месте была учёба и спорт. Его не интересовала тема секса. Вообще. Он и мастурбировал редко, ведь не видел в этом нужды. Но когда эта проблема дала о себе знать... — Блять! То уже было поздно. Просто не подрочить. Член вообще не реагирует. Никакая порнуха тоже его не заставляет хоть на чуточку затвердеть. А ведь Кацуки словил настроение, он уже представил как бурно кончит. — Блядство... Всё настроение упало. Одногруппники получат по заслугам и не только. Ведь Кацуки Бакуго не смог кончить – бегите, спасайтесь! Он просто убьёт каждого кто моргнёт в его сторону. Так нельзя. На следующий день блондин посещает своего педиатра спортивной школы. — Что-то случилось Кацуки? Ты никогда сам ко мне не заходишь, даже когда растяжение получаешь во время тренировки – тебя всегда тренер силком тащил. — Я не могу подрочить... Врач конечно ко всему был готов. И к переломам и растяжениям и банального больного живота. Он же спортивный врач, таких каждый день видит. А тут... Не может подрочить? — И что ты хочешь от меня? — Я вычитал в интернете, что может быть психическая проблема, дай мне контакты спортивного психолога. — Стой-стой. Это так не работает. Кацуки, вообще-то в мире существуют и обычные врачи. Твоя проблема совсем не со спортом связана. У тебя возможно какие-то другие заболевания. Тебе нужно придти в поликлинику, к другому педиатру, рассказать о своей проблеме и тебе он потом даст направление к урологу. — Урологу? Блять, чтобы мне палец в жопу засовывали? — Если у тебя какой-нибудь простатит или цистит, то да. В любом случае да. Потому что у тебя должны взять анализы для выяснения симптома. — Бляяять... — И советую не затягивать с этим, пусть стыдно, пусть не приятно, но потом ты можешь себе такую хуйню в жопе отрастить, что будешь думать о том: бля, лучше бы меня выебали семеро, чем это. Я тебе реально говорю. — Ладно, понял.

* * *

И вот блондин сидит с направлением возле кабинета уролога... Очередь огромная. Сидит куча потных, грязных, жирных мужиков... Со всякими простатитами. Пиздец. Да ещё Кацуки попал на кварцевание кабинета... Это ещё лишние 15 минут сидеть. Ну что за пиздец... Галдеж этих мужиков Бакуго решил устранить музыкой. Пока блондин слушал композиции, он в далеке увидел силуэт. Это оказался врач. Первая мысль Кацуки: бля, лишь бы не он. Это был просто какой-то фрик. Красные волосы, которые видно даже из под колпака, черные джинсы с цепями и майка с черепом. Да ещё и с проколотыми ушами... Не, у Бакуго так-то тоже проколоты уши, он сам иногда любит носить какие-нибудь серги-весючки, да и недавно хеликс прокалывал на оба уха. Но... Он блять не врач! Врачей и так все боятся, особенно когда они что-то вставляют в тебя... И должны хотя бы успокаивать своим видом... Ну хоть немного!!! Зато он неплохо так накачен. Это Кацуки отметил когда Киришима, так звали врача, открывал дверь, закинув свой халат себе на плечо. Реально фрик. Но пока Бакуго сидел в очереди он понял, что его внешний вид никак не отражает его профессионализм. Как те мужики говорили – реально специалист с большой буквы, да он странноват, да он своим внешним видом вообще не внушает доверие, но он реально профессионал. Хотя только недавно закончил мед. И пока все его приёмы – учебная практика. Кацуки пропускал всех до талого. Ну не мог он решится зайти, не мог смириться с потерей своей анальной девственности каким-то фриком. Но этот момент должен был наступить. Рабочий день кабинета заканчивался, он в коридоре совсем один. Больше нет вариантов. Он заходит в кабинет. — Можно? — Да, присаживайся. А голосок у врача неплохой. Приятный. Но всё равно это Бакуго не успокаивало. Ему засунут палец в жопу... Он так и не настроен на это... — Ты настолько боялся приёма? – закончив с документацией, первое же, что спросил Эйджиро. Не: «как самочувствие, на что жалуетесь». А вот это. — Че? — Ну мужики сказали, что ты всех пропускал. Настолько страшно? – не поднимая взгляда говорил красноволосый. Он начинал бесить блондина. — Ну к такому фрику все побояться идти, – решил не отставать подколами блондин. — Пф, ты вообще рокер-полупокер и че? А вот это вообще было не смешно. С хуяли врач так разговаривает с пациентами? Да, Кацуки рокер, и прямо сейчас он по сути никак не отличался от красноволосого, тоже сидел в джинсах с цепями, в кожаной куртке и в футболке с логотипом группы «Skillet». Но... Но блять он не врач!!! — Ты вообще ахуел!? — Тыше, мужик, я пошутил, на плакаты мои посмотри, – и показав на стену, сказал Киришима. Блондин поднял взгляд и был реально удивлён, стена у врача(!!!) была увешана плакатами рок-групп, включая любимый Кацуки Skillet, — Я тоже рокер, а не фрик. Я специально тебя вывел на эмоции, чтобы ты немного отвлекся от напряженной обстановки, я же знаю, что не самый любимый врач у всех мужчин. — Ты че, еще дохуя психолог что ли? – неприятно признавать, но блондин реально успокоился, он вообще забыл что пришел на приём к урологу. — Да не, книжки немного только читаю. Так на что жалуешься... Кацуки Бакуго, верно? — Ага. — Ну рассказывай, – приказал Эйджиро, начиная что-то записывать в мед-карте Кацуки. — Не могу подрочить. — Угу, хорошо, – продолжал записывать красноволосый, — Ну вернее это плохо. Дрочить очень нужно, это даже полезно... Бляяя. Как он начал раздражать. Бакуго резко выдохнул и закатил глаза. Как он уже заебался. — Так, ну ладно. Не можешь дрочить по какой причине? Болит что-то? — Член не встаёт. — Оу, так ты же молодой ещё. Сколько тебе? 21? — Ну да. — До импотенции ещё далеко. — Так че мне, блять, делать? — Как давно у тебя не встаёт? – проигнорировав все крики пациента, спросил Киришима. — Ну... Не знаю, блять. Теперь тяжело вздыхать начал Эйджиро. Он даже снял маску, чтобы его было лучше слышно и чтобы блондин обратил всё внимание на него. А тем временем Бакуго смог рассмотреть его лицо. Довольно симпатичное, даже красивое. Брови темные, видимо он был брюнетом. Но как не хотелось бы признавать Кацуки – красный очень идёт Киришиме. — Чувак, я тебе реально говорю, то что у тебя не встаёт член в твоём возрасте – это очень хуево. Ты можешь стать импотентом если не скажешь мне сейчас, как давно у тебя он не стоит. Шутки закончились, теперь давай говорить серьёзно. Серьёзно? Блять, серьёзно!? Это он первый начал какую-то хуйню нести! — Может быть полтора месяца, может 2. Потом когда решил подрочить, дня 3 назад – ничего не получилось, не встал. — Ой пиздееец, – сказал Эйджиро, сделав выражение: а-ля рука-лицо, — Почему сразу не обратился? Уже через 3-4 дня в таком случае надо обращаться, ну край через неделю. Но блять никак не через 2 месяца! — Ну извините, мне как бы не до каждодневной дрочки, у меня так-то учеба, спорт, все дела, и меня как-то не волнует стоит ли у меня хуй или нет! — Понятно, снимай штаны и ложишь на кушетку. Буду анализы брать. Блять. Вот оно и наступило. До Кацуки сначала не дошло вышесказанное. А когда он понял суть фразы, то еще смущающим взглядом посмотрел на Эйджиро, который обратно нацепил маску и уже был готов надеть перчатки. Красноволосый развёл руки в стороны, задавая немой вопрос. — Блять! Ладно! И Бакуго по пути снимает штаны. Ложится на грудь уже с опущенными до колен джинсами. И просто молится чтобы это быстрее закончилось. Киришима подходит к нему и заставляет встать его раком, от этого блондин еще больше смущается и сильнее утыкается головой в кушетку. Эйджиро каждый день видит много жоп. Реально. Но жопа блондина его приятно удивила, ни одного волоска, дырочка такая нежная, никем не тронутая, так и хочется растянуть до кулака. От своих мыслей красноволосый словил возбуждение. А когда Эйджиро попросил немного развести ноги и блондин снял с одной штанину и послушно выполнил просьбу, прогибаясь в пояснице, то Киришиму знатно повело. У него такое было только на первых практиках, но сейчас он уже профессионал, он на такое никак не должен реагировать. Но этот блондин... Откинув все пошлые мысли, красноволосый, сквозь возбуждение и дрожь в теле начал процедуру, чтобы успокоить себя он решил поговорить. И его не волновало, что своим вопросом он лишь ещё больше смутит пациента: — Ты что, бреешься? Блондина охватывает горячая волна, он никогда в жизни бы не подумал, что окажется в такой ситуации, он блять лежит на кушетке, показывая кому-то свою задницу... — Блять да, бреюсь, везде. И подмышки и ноги и даже жопу! Потому что волосы жутко мешают и чтобы уменьшить сопротивление воды – я бреюсь! — Ты пловец что ли? — Блять да, можешь уже быстрее? — Любишь когда быстро? — Пиздееец ты ебанутый... — Ты щас договоришься, мало не покажется, я хотел быть нежным, но ты меня начинаешь сильно раздражать. На самом деле Эйджиро всё лишь забавляло, это не ему будут присовывать, а он. И здесь он главный. Но жопа у блондина реально что надо. Это будет первый пациент которого Киришима запомнит. Красноволосый приступил к процедуре. Он открыл смазку и стал выдавливать на руки. Немного согрев её, пальцы красноволосого коснулись входа блондина. Бакуго дёрнулся. — Не переживай, всем очень нравится как я это делаю, я буду максимально аккуратен. Слова красноволосого опять дико обливают кипятком. Уже горит всё: уши, щеки, и, такое ощущение, что уже и плечи. Подавив дрожь, Бакуго постарался расслабиться. В интернете говорили, что лучше расслабиться, чтобы мышцы кишки были более податливыми. Сделав глубокий вдох, блондин решил представить воду, как она переливается, бурлит. Но весь настрой напрочь сбивается когда палец оказывается внутри. — Будет не приятно... — Сука, об этом сообщают заранее! Не сказать что было дико больно, но крайне неприятно. А когда красноволосый начал что-то шурудить внутри, то блондин был готов уже выпустить слезу. Ощущение, что пальцы засунули в самый позвоночник, скребя по всем дискам и менискам. — Если прям вообще больно – кусай кушетку. Бакуго послушно всё сделал. От этого не легче, но легче. Как бы странно ни звучало. Но все равно слёзы предательски вытекали. Лучше бы он каждый вечер дрочил... Лучше сдохнуть от сперматоксикоза, чем от боли в жопе. Эта каторга продолжалась несколько минут, затем Кацуки почувствовал... Ничего. Он ощущал как палец продолжает двигаться туда-сюда, но уже без приносящей боли. — Тааак, ну а теперь найдём твою простату... Интересно... Какой он выдавит первый стон. Работая уже двумя пальцами, Киришима стал искать маленький комочек нервов. Реакции долго ждать не пришлось, когда пальцы красноволосого под определенным углом вышли из ануса Кацуки, тот дернулся, немного простонав от резких, неизвестных ранее, приятных ощущений. — Вот, так... Нашёл. Не сдерживай себя, тебя никто не услышит. Так будет намного приятнее. — Да... Мгх... Пошёл ты! Эйджиро ещё какое-то время медленно подвигал пальцами, а затем в нем проснулся садист. И он стал бешенной вколачиваться в попку блондина. Чтобы было удобнее, вторую руку Киришима расположил прямо на пояснице пациента, периодически надавливая на неё, чтобы тот сильнее прогибался. Ну а Кацуки метался. В него входили два пальца в невероятном темпе, постоянно задевая простату. Такого блондин никогда не испытывал, и как бы ему не хотелось признавать – это действительно приятно. Бакуго не мог сдерживать стонов. Слишком хорошо врач выполняет свою работу. Взгляд у Кацуки поплыл. Он возбудился от невероятно сильных и длинных пальцев... Которые просто таранят его простату. Ноги неконтролируемо разъезжаются в разные стороны. Блондин лег грудью на кушетку, вгрызаясь в неё зубами и хватая за края руками. Настолько ему сейчас хорошо. И как же стыдно потом признавать, что ему хочется больше. Хочется глубже, хочется грубее. Хочется чтобы не он втыкался в эту кушетку, а чтобы его придавливали к ней, и чтобы от сильных движений его водило туда-сюда. Чтобы он лицом втыкался в свои слезы, сопли, слюни и сперму. Как хочется чтобы его трахнули. Хочу чтобы он меня трахнул... От своих же мыслей у Кацуки окончательно снесло голову. Вся кровь перетекла в нижнюю часть. И не было никаких мыслей кроме: кончить, кончить, кончить! Блондин метался по кушетке, он то втыкался в неё лбом, постанывая, то прикладывался щекой, закрывая глаза и закусывая нижнюю губу. За этим всем наблюдал Киришима, его уже знатно припекло, он тоже не мог нормально мыслить. Все его мысли занимал этот блондин... Бакуго не мог больше этого терпеть. Ему хотелось больше... А дикое возбуждение, которое он не испытывал очень давно, повлияло как алкоголь. Его действия нельзя было ничем оправдать и объяснить. Кацуки оторвал руки от себя, оттолкнул Киришиму ногой, а сам повернулся к нему лицом, усевшись на кушетке. Эйджиро даже не успел среагировать на это. Он лишь округлив глаза смотрел на то, как блондин начал расстёгивать ему ремень а затем и джинсы. — А я смотрю свои пошлые мысли ты скрывать не умеешь... И со всеми пациентами у тебя так? – прикусив нижнюю губу спросил Бакуго. Он сейчас в таком возбужденном состоянии, что себя просто не контролирует. Ему потом будет очень стыдно за себя... Ну а сейчас он дергает за края джинс красноволосого на себя, чтобы Эйджиро оказался максимально близко к нему, чтобы таким резким рывком ему ничего не оставалось, как руками опереться на кушетку и оказаться меж разведенных ног блондина. Красноволосый тоже словил настроение и решил продолжить эту игру. — Хм... На самом деле ты первый, на кого у меня такая реакция, – ухмыльнулся Эйджиро. Ему стало очень жарко и он решил избавиться от ненужной сейчас одежды. Он снял халат, отбросил его куда-то в сторону, а затем снял и футболку, оголяя свой смуглый и накачанный торс. Бакуго проглотил слюну, восторженно оглядывая кубики пресса. И даже возбудился сильнее от чужих мускулов. Пусть Кацуки и пловец, да, но по сравнению с Киришимой... Блондин себя почувствовал каким-то маленьким и от осознания чужой силы, внутри обожгло невероятным пожаром, а анус сильно жгло от недостатка внимания. Кацуки восторженно руки переключил на стальной пресс, затем провёл по телу выше. Задевая соски, массируя каждую накачанную клетку. Их взгляды пересеклись. И только сейчас они заметили, насколько сейчас похожи их глаза. Как одинаково в них плескается кровь, азарт, похоть и желание. Поддавшись моменту, Бакуго надавил руками на шею красноволосого, заставляя того наклониться и слиться жарким поцелуем. Эйджиро, продолжая целоваться, снял перчатки и опустил свои горячие, большие руки на бедра блондина. Сжимая мышцы ног, губы красноволосого переключились на шею блондина. Обнаружив футболку на теле Кацуки, Эйджиро решил это быстро исправить. Теперь они оба полностью обнажены. Взгляды голодных зверей оценивают друг друга. Кацуки был не настолько накачен, по сравнению с красноволосым, но зато его жопа и бедра были просто обалденными, это Киришима понял, когда трогал их. — Чем плаваешь? — Брассом, – незамедлительно последовал ответ блондина. — Так вот почему у тебя такая ахуенная жопа, – на последнем слове Эйджиро резко пододвинул тело блондина на себя, ближе к краю кушетки. Сам блондин лег на спину, от такого резкого движения. — Это такой комплимент? — Считай, что да. Я вхожу, раслабся. И Кацуки подчинился его просьбе, сейчас им овладело страстью и желанием, в такой момент не хотелось ни о чем спорить. Член Киришимы стал медленно входить, постепенно растягивая упругие мышцы. Бакуго нахмурился, ведь член оказался больше пальцев. Неприятная боль тянулась по всему радиусу. Анал будто начал гореть, а пламя стало распространяться по остальному телу. А когда крепкий член красноволосого полностью вошёл, то вообще захотелось завыть. Это больно. — Дыши, малыш, давай... «Какой нахуй малыш!?» – в мыслях пробежало у блондина. Но сейчас он не мог ответить, ведь сильно сжал челюсть. Боль была терпима, но тягучей, от этого хотелось скулить, но Бакуго мужик, он терпит. Эйджиро решил добавить смазки, немного выйдя из блондина, вызывая у того неприятные вздохи, налил смазки себе на член. И снова вошёл. Так должно стать полегче. Вскоре, через какое-то время мышцы ануса стали поддаваться. Входить стало легче, а удовольствие больше приближало к пику. Кацуки не сдерживал себя, возбуждение сильно затуманило разум. Блондин себя трогал где захочет, запрокидывыл голову, закусывал губы, сопровождая всё стонами. Он никогда не испытывал такого удовольствия, никогда бы не подумал, что ему будет нравиться как его будут вколачивать в кушетку, как ему будет нравиться чей-то член. Никогда не представлял, что будет испытывать удовольствие во время секса с мужчиной. Но это красноволосое недоразумение перевернуло все границы дозволенного. Киришима полностью перевернул ему мир, как и перевернул блондина на живот, продолжая вколачиваться в податливое тело. Член Кацуки стал тереться об кушетку, что давало больше ощущений. Неприятных конечно, но почему-то больше возбуждающих. Бакуго промычал что-то наподобие: «жестче...» – и Эйджиро взял блондина за волосы и потянул на себя. — О... Да... Мхм – простонал блондин. Его щёчки уже давно приняли багряный цвет, а бровки свелись домиком. Он на пределе. Он вот-вот кончит. Стены уже плывут перед глазами. Всё тело напрягается, член пульсирует, он сейчас... Сейчас! — Ах! Блять! — блондин кончает с громким стоном, который не успел приглушить Киришима. Он закрыл рот блондину, чтобы тот не воспроизводил дальнейшие звуки, ведь Эйджиро знает, после оргазма его простата намного чувствительнее, и толчки в неё кажутся более сладкими и приятными. Эйджиро делает еще пару толчков и замирает, выстанывая в шею блондина. Когда ребята отошли от оргазма, то стали одеваться, а Киришима собрал образец спермы Бакуго для анализов. В кабинете повисла смущающая пауза. Кто должен первым заговорить? Кацуки? Что он должен сказать? Было клёво? Классно трахаешься? Или Эйджиро? Тебе понравилось? Но всю атмосферу прервала сотрудница больницы: — Киришима, что за звуки в твоём кабинете? Почему дверь закрыта? — Бля, это Мина! Меня уволят... — Киришима пальцем указал блондину сесть за стул, а сам красноволосый последовал к двери. Он открыл дверь и впустил в помещение розоволосую девушку. Ещё одна фриковатая... Они в этой больнице все такие? — Главврач даже хотела выйти из кабинета и лично узнать источник звука. Ты что творишь! Хочешь чтобы тебя уволили? — Да я просто брал анализы! — Со стонами: «Ох, ах, пожалуйста жёстче, о да»!? Да вы посмотрите друг на друга, – Мина обвела пацанов вокруг пальца. Она их раскусила, — Да вы только что трахались, нагло трахались в больнице, в кабинете! В кабинете повисла пауза. Теперь уже напряженная паузка. Теперь Киришиму уволят? И всё из-за Бакуго? — Жесть конечно, Киришима, ну от тебя я этого точно не ожидала. Значит так: я иду к главврачу, объясняю, что здесь всё ок, а ты, – Мина ткнула прямо в грудь Эйджиро, – быстрее уже собирайся, рабочий день закончился как час назад. И она ушла. Как гром среди ясного неба появилась и также резко ушла. Повисло опять молчание. В этот раз разговор начал красноволосый: — Кхм... Ну... Было клёво... Я короче взял анализы. Приходи через неделю и там я уже скажу, что у тебя там... Может выпишу рецепт какой-нибудь... Смотря что у тебя... — Окей, – блондин встал со стула и направился на выход, он взялся за ручку двери, как... — Эй! — Чего тебе? — Может... Объменяемся контактами? — Пошёл нахуй, — и Кацуки ушёл, показав фак. Дверь следом за ним захлопнулась, оставив красноволосого одного. Он что-то сделал не так? Он уже расстроенный сел за стол, чтобы дописать бумаги, как вдруг обратил внимание на стикер сверху документов. Там был написал номер телефона и инициалы «БК». Киришима усмехнулся и добавил сразу номер в избранные контакты.

***

Утром Кацуки проснулся как обычно. Пошел умываться, а затем в туалет. Утренняя эрекция его порядком удивила, но одновременно и обрадовала. Как вдруг он услышал звук входящего сообщения.

«Привет, Кацуки. Это твой врач-уролог. Киришима Эйджиро. Как насчёт повторить?»

Вспомнишь, вот и оно, как говориться.