Змеиная пропасть

Теплая вода стекала по коже, плавно очерчивая изгибы напряженного тела. Гермиона, прижавшись затылком к запотевшему стеклу, сидела на полу душевой кабины. Так и не сказала ничего Гарри. Не нашла в себе сил поделиться с ним тем ужасом, который испытала. По-прежнему очень сомневалась в том, что передал эльф. Находила тысячу причин, чтобы оправдать Нарциссу. И все они казались ей очень убедительными. Это простое совпадение, случайное стечение обстоятельств. Гермиона была обязана выяснить, раскрыть правду, но не могла придумать, как. Мокрые пряди сбились на лице и неприятно липли к коже. Подушечки пальцев уже размокли и набухли от воды. Гермиона обернулась к стеклу и стала вырисовывать символы. В голове воспроизводила все руны, которые показывал ей Блейз, и старательно переносила их на запотевшее стекло. Когда начертила последний знак («предательство»), кончики пальцев стало жечь. Как в тот раз, когда она взяла камешек у эльфа. Отдернула руку. Поднесла ко рту и подула. Жжение стало усиливаться. Кожа покраснела и покрылась маленькими волдырями. Гермиона поднялась и покачнулась в сторону. Ноги онемели от того, что она долго сидела, поджав их под себя. Переключила воду и подставила пальцы под холодную струю. Жжение тут же прекратилось. Нервно выдохнула и осмотрела повреждённое место. Кожа была идеально чистой и розовой. Такой, как обычно. Что это? Мышечная память? Скорее всего, мозг запомнил свою последнюю реакцию на касание с предметом, и воспроизвел его, когда перед ним появился тот же символ. Немного помешкав, выключила воду. Развела створки душевой кабины в стороны. Холодный воздух тут же ворвался внутрь, снимая испарину с запотевшего стекла и оставляя свежие поцелуи на мокрой коже. Гермиона поежилась и обхватила грудь руками, пытаясь удержать тепло. Спешно укуталась в мягкое махровое полотенце и облегченно выдохнула. Неприятная дрожь прошла. Стараясь не смотреть на себя в зеркало, Гермиона быстрыми рывками почистила зубы. Тихий стук в дверь заставил вздрогнуть. Она бросила косой взгляд на выход и привычно прикусила губу. Кого бы там не принесло, она не хотела его видеть и тем более разговаривать. — Гермиона, тебя Гарри ищет, — неуверенно пробормотала Джинни. Гермиона встрепенулась и направилась к выходу. Она избегала разговора с Поттером, но чувствовала, как необходимость поговорить с ним неотвратимо преследует ее и буквально наступает на пятки. Она не может вечно держать в себе то, что постоянно давит на неё. Она должна все рассказать ему. Гермиона отворила дверь и аккуратно обошла подругу. — Где он? — Он ждет тебя в своей спальне. — Хорошо, передай, что я буду через пять минут, — расправила плечи и достала чистый комплект одежды из шкафа. Одним взмахом палочки высушила волосы, которые стали пышными и теперь топорщились в разные стороны. Еще одно движение палочкой — и они легли в аккуратную прическу. Гермиона надела потертые джинсы, свитер, кеды и вышла из комнаты. *** Гарри сидел на краю своей кровати и, сцепив на коленях пальцы, задумчиво разглядывал пол. Он выглядел таким озадаченным, что Гермиона, немного опешив от его вида, застряла в дверях. По привычке начала перебирать в голове возможные причины его настроения. — Гермиона, — немного растерянно посмотрел он на нее, — ты здесь… — Что случилось? — подошла к нему и присела рядом. — Полчаса назад я стал свидетелем очень неприятного приватного разговора и решил, что тебе необходимо это знать, — Гарри поджал губы. — Когда я пошел к директору Макгонагалл, чтобы просить устроить долгожданный матч по квиддичу, то застал ее в очень обеспокоенном состоянии. Она разговаривала с Кингсли, — он замолчал, нервно перебирая пальцы. ***

Раньше в тот же день.

— Профессор Макгонагалл, я хочу, чтобы вы как можно быстрее предприняли попытки защитить школу, — мужской голос уже не звучал величественно. Теперь он был скорее вкрадчивым и тревожным. — О чем вы, мистер Бруствер? От чего защитить? — испуганно произнесла Минерва. — Ученики и преподаватели в опасности, — еще тише произнес он. — О чем вы говорите? — Вчера вечером в Министерство пришел неизвестный мужчина. Он не назвал своего имени, опасаясь, что его вычислят. Сказал, что боится за свою жизнь, и просил покровительства от министра магии. Выглядел весьма безумно, поэтому никто не поверил, даже когда он рассказал нам, ради чего просит защиты. Министр до сих пор отрицает все, но я знаю, что каждое его слово — правда. — Боже, Кингсли, вы меня пугаете! — Пожиратели смерти вернулись и хотят возмездия, — Бруствер стал говорить так тихо, что Гарри пришлось задержать дыхание, чтобы услышать его слова. — Этот мужчина был одним из них, но, как мы поняли, не по своей воле. Поэтому решил выдать все планы, в которые был посвящен, в обмен на сохранность своей жизни. Сейчас они в поисках штаба. Кто-то из родителей наших учеников помогает им, но этот мужчина не сказал, кто именно. Мы уверены, что это один из тех, кто и раньше поклонялся Волдеморту. — Боже правый… А что, если угроза здесь, в замке? Раз вы говорите, что это один из учеников, точнее его родители, значит, у них есть прямой доступ к школе. Господи... кажется, история повторяется. — Какая история? — Помните, как Малфой помогал Пожирателям проникнуть в Хогвартс на шестом курсе. Но тогда он действовал под давлением Волдеморта, я не уверена, что и сейчас имеет к этому отношение. Его мать верит в него, говорит, что он очень изменился после падения Темного лорда. — Я вас предупреждал, Минерва, от этого парня ничего хорошего ждать не стоит. Если бы вы видели, с какой легкостью и хладнокровием он сражался с Уизли на моих занятиях, то не утверждали бы сейчас о его благих намерениях. Я немедленно возьму его под свой контроль. — Пожалуйста, не делайте поспешных выводов. Нам необходимо сначала выяснить, кто за этим стоит, а потом уже выдвигать такие серьезные обвинения. Мы можем испортить жизнь мальчику, который, скорее, всего даже не замешан в этом. — Вы слишком опекаете его! И ваша забота сыграет вам плохую службу! — Я всего лишь хочу верить в людей! — возмущенно воскликнула Минерва. — Дамблдор верил в него. Он знал, что Драко — не плохой человек. — И чем все это закончилось, вы помните? — скептично отозвался Кингсли. — Дамблдор все равно бы умер от проклятия, поразившего его. Воспоминания, которыми поделился Северус перед смертью, раскрыли всю правду и расставили все на свои места. Драко — не Пожиратель смерти. Ему приходилось играть эту роль ради своей семьи. — Я устал говорить об этом мальчишке. Будьте начеку, укрепите защитный купол замка и держите меня в курсе всего, что здесь происходит. Вы всегда знаете, где меня найти, — он резко развернулся, отчего полы его мантии взлетели вверх и со свистом прорезали воздух, и направился к выходу. Гарри спешно наложил на себя чары невидимости и проскользнул в дверную щель вслед за мужчиной, пытаясь не выдавать себя судорожным громким дыханием. *** — Я уверен, что это Малфой! — растерянность Гарри сменилась яростью. — С чего ты так уверен в этом? Ты же сам сказал, что Макгонагалл не считает его причастным, — Гермиона встревоженно покусывала губы. — Я не знаю, почему она защищает его! Что он такого сделал, что она вдруг поверила в него? — Поттер ударил по спинке кровати кулаком. — Я не знаю, но она верит в него. Я не думаю, Гарри, что он снова захочет подставлять свою семью. У него осталась только мать, он не может лишиться и ее. — Ты тоже решила встать на его сторону? — он пытливо смотрел на Гермиону. — Боже, нет. Я просто пытаюсь мыслить логически. Не хочу, чтобы мои выводы были подпитаны только одной лишь ненавистью, — ее спокойный тон удивил не только Гарри, но и ее саму. — Как ему верить после того, что он натворил?! Один раз Малфой провел Пожирателей смерти в замок, значит, сможет сделать это еще раз. Мы должны следить за ним. Если он что-то и задумал, то мы будем рядом. — Гарри… — Гермиона пыталась собрать все слова, но получалось лишь растерянно открывать и закрывать рот. — Что? — он обеспокоенно наблюдал за ее попытками говорить. — Что ты хочешь мне сказать? Что случилось? — Я… — запнулась она. — Говори! — Нет, не важно. Это не относится к делу, — судорожно сглотнула. — Уверена? — Да, — сжала его пальцы в своих, — мы проследим за Малфоем. Почему она снова не смогла ничего сказать ему? Может, ее вера в невиновность Нарциссы подавляла все попытки раскрыть правду? Нет, она сначала должна все выяснить сама и только потом решить, рассказывать другу или нет. *** Гермиона нервно откинула прядку волос и продолжила сосредоточенно писать. Силой вдавливала перо в пергамент, стиснув зубы. Пальцы уже подергивались от непрерывного многочасового письма. Все мысли будто превратились в кашу. Гермиона нервно отшвырнула от себя учебники. Опустила голову и лбом почти коснулась стола. Как же она устала. Нет. Задолбалась! Сквозь толстое оконное стекло проглядывал лунный свет. Он скользил по волосам, опускался на плечи. Мерцающая линия ложилась на стол. Гермиона кинула взгляд на часы. Было почти десять. Нужно было возвращаться на факультет. В библиотеке было так тихо, что, кажется, можно услышать, как осыпается пыль с книг. Все ученики давно разбрелись по своим спальням, что не могло не радовать. Лишний раз остаться наедине с собой — вот к чему Гермиона стремилась последнее время. После пережитой панической атаки она стала чувствовать себя хуже. Внутри словно что-то разъедало все органы, словно их беспрестанно обливали кислотой. В висках постоянно простреливала резкая боль. Последние дни Гермиона с трудом могла сосредоточиться на занятиях. Словно сквозь тугую толщу воды до нее доносились слова преподавателей. Она пыталась разобрать их с первого раза, что не всегда удавалось. Поэтому зачастую ее пергамент пестрил большими пробелами. Пальцы иногда дрожали, отчего перо выскальзывало из рук. И даже сейчас, уже битый час пытаясь выполнить домашнее задание, она проигрывала битву с пером и буквами, скакавшими по сухим книжным страницам. Она думала, думала, думала. Бесконечно. В ней не уставал только мозг. Вдруг в голове, словно змея, проползло воспоминание. Воспоминание о Драко бесцеремонно протиснулось в разум. — За что мне все это! — взвыла Гермиона и откинулась на спинку стула. Почему ты снова у меня в голове?! Тяжело было признаться самой себе, но тело скучало по теплым объятиям, губы — по поцелуям. Все чаще низ живота тянуло. Все чаще кошмары сменялись эротическими снами. Она просыпалась мокрая, глубоко вздыхая от возбуждения. Мозг словно издевался над ней, заставляя снова и снова переживать те сладостные минуты их интимного с Драко уединения. После новости о Нарциссе и Пожирателях смерти решение не приближаться к Малфою только укрепилось в ней. Пока не поздно, пока ненависть к нему не стала превращаться во что-то большое и поглощающее, она должна была остерегаться его, соблюдая вынужденную дистанцию. Она всегда должна была быть беспристрастной! — Что, Грейнджер, все так же обнимаешься со своими книгами? Гермиона дернулась и стала судорожно соображать: на самом ли деле ей послышался этот голос, или это была просто игра ее разыгравшегося воображения. Повернулась в пол оборота и кинула косой взгляд через плечо. Ну, конечно! Малфой, привычно скрестив руки на груди, упирался плечом стеллаж. Раздраженно закатила глаза и отвернулась обратно к книгам. — Что тебе нужно? — Просто проходил мимо, - равнодушно ответил он. — Ага, как же. По-твоему, я настолько дура, что должна поверить в эту чушь? — Гермиона упрямо уставилась невидящим взглядом в раскрытую книгу. — Ты в порядке? — его голос вдруг смягчился. — Тебе-то какое дело? — она устало потерла глаза и начала убирать пергаменты в сумку. — Дафна все еще переживает. И, знаешь, ее бесконечное нытье достало уже нас всех. — Передай ей, что я в порядке, — Гермиона встала из-за стола и задвинула стул. Направилась к выходу, но уперлась в широкую фигуру, преградившую ей путь. — Теперь, позволь, я пройду, — уставилась на его грудь и нервно выдохнула. — Что тебе нужно, Малфой? — Ничего, — кажется, он улыбался. — Уйди с дороги! — прорычала она. — Иначе, ты знаешь, что будет. — И что же? — усмехнулся. Гермиона достала палочку и вскинула вверх, касаясь его подбородка. Он резко перехватил ее руку и слегка сжал запястье. — Отпусти меня немедленно! — она зашипела, как змея и дернула рукой. — Сейчас же! — И не подумаю. — Отпусти меня! — она закричала на всю библиотеку. — Успокойся, Грейнджер, — тряхнул ее за запястье, стараясь не причинить боль. — А то что? Ударишь меня? Ярость закипала внутри с такой скоростью, что, казалось, еще немного, и Гермиона разнесет все вокруг. — Да… — он сильнее сжал ее руку горячими пальцами, — по самому больному месту, — и впился в губы. Гермиона тут же сомкнула их. Свободной рукой стала стучать по его груди, пытаясь отбиться, но Малфой только сильнее прижимал ее к себе. Ударив еще пару раз, наконец, сдалась и приоткрыла рот, впуская его напряженный язык, который тут же переплелся с ее языком. Это был глубокий, страстный поцелуй. С шумом выдохнула, отпрянула от его влажных губ и залепила громкую пощечину, оставив на щеке следы от своих пальцев. — Не смей больше приближаться ко мне! — Гермиона оттолкнула его от себя и кинулась к выходу из библиотеки. Сломя голову бежала по коридору, опасаясь, что Малфой решит догнать ее. Она все сделала правильно! Пусть катится один в свою пропасть, кишащую змеями. Хватит с нее этих игр. Лучше уж сейчас она расставит все на свои места и забудет про все, что с ними было, чем будет продолжать этот цирк с объятиями и поцелуями. В ее планы не входила привязанность к Малфою, поэтому она бежала от него, словно от огня. *** — Блять, — прорычал Малфой, касаясь пальцами горевшей после удара щеки. Он знал, что она была в библиотеке, и намеренно пошел туда, чтобы просто увидеть. Несмотря на демонстративную отрешенность, Драко бесконечно тянуло к ней. Среди сотен разных запахов он выискивал ее тонкий аромат, который терялся в пучине чужих тел и постоянно ускользал от него. Ненавидел себя, но ничего не мог поделать с чувством, разрастающимся в груди. Чем дольше Гермионы не было рядом, тем больше оно становилось. Нет, это была не любовь и даже не привязанность. Скорее, влечение. Или увлечение. Драко ударил кулаком по стеллажу, отчего тот немного покачнулся в сторону. Сколько можно обещать себе, что ты больше никогда к ней не подойдешь, если ты все равно каждый раз нарушаешь это обещание?! Он хотел уничтожить в себе все чувства: сжечь, утопить, разорвать, подавить — все, что угодно, лишь бы вернуть черную пустоту на место, но не знал, насколько хорошо у него это получится. И получится ли вообще? *** — Наконец, осталось совсем чуть-чуть, — Блейз закинул ноги на стол и завел руки за голову. — Забини, веди себя прилично, ты не у себя на факультете, — прошипела Гермиона и скинула его ноги на пол. — Нам осталось написать одну главу, и я думаю, этого будет достаточно. Вот смотри, — пододвинула к нему пергамент с содержанием их работы. — Черт, Грейнджер, семьдесят три главы. Коллегия быстрее умрет своей смертью, чем дослушает наш проект, — Блейз стал перебирать стопку листов. — Чего не хватает? — Примеры из истории: использование рун в темной магии. — Ты уверена, что это необходимо? — Конечно! Нам же нужно создать доказательную базу для наших исследований, — протараторила она, отчего Блейз демонстративно закатил глаза. — Лучше бы я писал проект с Дафной. С ней хоть потом расслабиться можно было бы, — Гермиона уже по привычке ударила его книгой по макушке. — Слушай, Грейнджер, а я, кажется, уже привык к тебе, — он придвинулся к ней поближе. — Меня даже начали привлекать твои тощие ноги. — Фу, Блейз! Давай без твоих глупых шуток! — она поморщилась и уставилась в книгу. — С чего ты взяла, что я шучу? — Забини зацепил двумя пальцами ее подбородок и потянул ее лицо к себе. — Вдруг я начинаю к тебе привязываться? Он припал к ее губам, раскрывая их языком. — Забини! — Гермиона вскочила и принялась вытирать рот рукавом мантии. — Ты совсем из ума выжил? Блейз разразился громким хохотом. — Грейнджер, вот скажи, как можно так долго оставаться наивной дурочкой? Расслабься, — он ногой выдвинул стул из-за стола, — я шучу. — Ну, и шутки у тебя, Забини, — она недоверчиво покосилась на него и опустилась рядом. — Насчет последней главы, — он задумчиво крутил перо в руках, — я знаю, что ты уже исцеловала каждую страницу каждой книги в этой библиотеке. И, я так понимаю, что раз эта глава пустует, то ты так ничего и не нашла. — Гермиона помотала головой. — Я знаю, где можно найти информацию, — он помолчал несколько секунд. — В частной библиотеке Малфоев. Их книжные собрания — настоящая ценность. Многие фолианты в единственном экземпляре. — Я согласна, — выпалила Гермиона, от чего брови Забини поползли вверх. — Так быстро? Я думал, ты хотя бы ради приличия подумаешь. Это же все-таки Малфой. Не так давно вы чуть не поубивали друг друга в нашей гостиной. Что изменилось, Грейнджер? — Какое мне дело до Малфоя! Его мать, — она придвинулась к нему и зашептала, — ты забыл? Это отличный повод проследить за ней и выяснить, какое отношение она имеет к этим рунам. Блейз нахмурился, видимо, раздумывая над ее словами. — Ты права. Я поговорю с Драко. Гермиона сжала край пергамента пальцами, прокручивая возможные сценарии их прибытия в Малфой-мэнор. А вдруг бы Малфой отказал, особенно после того, что она ему наговорила в библиотеке. Однако же Блейз мог беспрепятственно посещать его особняк — там он всегда был желанным гостем. Но можно ли было доверять ему на сто процентов, Гермиона не знала. Несмотря на то, что они были с ним в одной лодке, Забини продолжал оставаться лучшим другом Малфоя, что не давало никаких гарантий на его беспристрастность. Нет, она должна была попасть туда сама. Гермиона прикусила нижнюю губу и стала задумчиво листать книгу. *** Горло стянуло. Пищевод словно стал в несколько раз уже. Гермиона поднесла ко рту свинину, нанизанную на вилку, и втянула запах мяса. Она пропустила вчерашний ужин и сегодняшний завтрак. Нужно было пообедать, чтобы снова не вернуться в то неприятное полуобморочное состояние. Зубами ухватила кусок и, тщательно пережевав, проглотила. Тошнота перемешалась со специями. Гермиона сомкнула губы и силой проглотила еду, быстро запив ее тыквенным соком, чтобы подавить рвотные позывы. Зацепила еще один кусок, но почувствовав, что ее организм не примет больше ни крошки, раздраженно отшвырнула вилку на стол. Боже, она быстрее умрет с голода. Друзья уже отобедали и, убедившись в том, что Гермиона в порядке, по ее просьбе оставили ее одну. — Он согласен, — Блейз, как обычно неожиданно появился и опустился на скамью рядом. — Что? — растерянно посмотрела на него, пытаясь понять, о чем он говорит. — Малфой согласен. Завтра посетим его замок, — Забини выудил один ломтик запеченного картофеля из ее тарелки и, ухмыляясь, откусил половину. Боже, вот бы мне такой аппетит. — Ты ведешь себя… — запричитала Гермиона — Да, да, неприлично, — перебил ее Блейз и ухватил пальцами еще два куска картофелины, которые тут же отправил в рот. — А как мы туда попадем? — она решила не обращать внимание на раздражающие ее мелочи. — Опять на фестралах? — Нет, в этот раз не получится. Мы доберемся до Хогсмида, а оттуда уже траснгрессируем. Драко будет ждать нас в особняке. Грейнджер, — он приблизился к ней и перешел на шепот, — ты разговаривала с Поттером? — Она кивнула. — Что-нибудь говорила о моей матери? — Гермиона покачала головой. — Отлично, и не стоит. Торси по-прежнему наблюдает за людьми, посещающими наш дом, но пока ничего. — А руны? Появлялись еще? — Нет, пока не было. Завтра в пять жду тебя у главного входа. И, пожалуйста, — он критическим взглядом пробежался по тарелке с остывшей едой, — поешь уже, наконец. Не хочу больше тебя откачивать, — уголки его губ заговорщически поползли наверх. *** Небо затянуло тусклой серой пленкой. Свинцовые тучи повисли в вышине и словно были готовы вот-вот упасть на землю. Сквозь их грузную тяжесть пробивался тонкий луч солнечного света, как последняя надежда на то, что мрак скоро рассеется. Воздух, пропитанный сыростью и безнадегой, врывался в легкие. Поздняя осень, тихая и темная, скинувшая с себя все буйство красок, теперь дышала безразличием. Багряные блики последних листьев, еще не успевших опасть на пустую, забывшуюся сном, потускневшую землю, трепетали на ветру, бушующем в пустоте. Нависшую тишину нарушил громкий щелчок. Гермиона не удержала равновесия во время перемещения и упала на подмерзшую траву, захрустевшую под ее коленями. Блейз подхватил ее за локоть и поднял на ноги. — Спасибо, — недовольно пробормотала она, отряхивая джинсы. Глубже спрятала лицо в высокий воротник теплого пальто и последовала за Забини к замку. Пики башен, выглядывающие из полумрака, навевали неподдельный животный страх. Последний и единственный раз, когда Гермиона была здесь, ее пытали. Флешбеки испытываемой тогда боли яркой вспышкой вдруг пронзили ее тело. Она вскрикнула и рухнула на землю. — Что с тобой? — услышав ее крик, Блейз кинулся к ней и опустился рядом. — Я не знаю, — она задыхалась, — я просто не хочу… не могу здесь находиться. — Послушай, — он обхватил ее лицо ледяными ладонями, что немного отрезвило, — я знаю, какие ужасные воспоминания связывают тебя с этим домом, но это осталось в прошлом, Грейнджер. Сейчас это осталось далеко позади. Беллатриса мертва, никто не сможет причинить тебе вред. — Ты уверен? А что если твой эльф оказался прав, и Нарцисса помогает Пожирателям смерти? Что тогда? — пальцами она нервно перебирала траву, смешанную с грязью. — Ну, тогда, один защитник по крайне мере у тебя есть, — усмехнулся он. — Вставай, давай приведем тебя в порядок, — взмахом палочки очистил ее испачкавшиеся джинсы. — Спасибо, Блейз, — громко выдохнула и, не дожидаясь, когда он пойдет, уверенным шагом на все еще трясущихся ногах направилась к замку. У входа их встретила озябшая эльфийка. — Мисс Грейнджер, мистер Забини, Эрил так рада видеть вас в нашем доме! Скорее проходите внутрь! — она радостно забежала в дом, придерживая дверь перед гостями. — Здравствуй, Эрил, — Гермиона пожала ей руки и подала свое пальто, которое тут же отлевитировало в стоявший неподалеку шкаф. Она огляделась. Мрак, царивший снаружи, словно перебрался внутрь и покрыл каждый уголок. Скудное освещение от заколдованных свечей едва струилось по стенам и пропадало в глубине бесконечных коридоров. Сдержанная тьма и уныние объяли весь огромный особняк, казалось, погрязший в беспросветном одиночестве. — Прошу, следуйте за Эрил, — эльфийка движением руки пригласила их и двинулась вперед, иногда оглядываясь и проверяя, идут ли они за ней. Она открыла одну из дверей, и яркий свет на мгновение ослепил ребят. Перед ними был просторный светлый зал, дизайн которого был выполнен в лучших аристократических традициях излюбленного минимализма. Нарцисса, элегантно запрокинув ногу на ногу, пила чай. Услышав шум в дверях, повернула голову и расплылась в широкой улыбке. Аккуратно поставив чашку на небольшой стеклянный столик, встала с дивана и направилась к гостям. — Добрый вечер! Как я рада видеть вас в своем доме. Прошу, присоединяйтесь ко мне, — она указала на чайный сервиз, рассчитанный на четверых. — Сегодня эльфы приготовили потрясающий баноффи. Вы должны это попробовать! Гермиона неловко улыбнулась и проследовала к столу. Признаться, от горячего чая она бы не отказалась. Ей хотелось как можно быстрее растопить лед, сковавший внутренности. Присела на край дивана и приняла от эльфийки чашку. Сделала глоток, и бархатный вихрь, перемежаясь нотками бергамота и мяты, ворвался внутрь. Она блаженно вдохнула аромат и почувствовала, как тепло опускается по пищеводу. — Драко сказал, что вы сегодня посетите нашу библиотеку, но не сказал, для чего, — хозяйка взяла блюдце с пирогом и отщипнула кусочек краем вилки. — Мы с Забини пишем проект, — Гермиона переглянулась с Забини. — О, как интересно! — воскликнула Нарцисса, — а на какую тему? — Разрушающее воздействие темных рун на личность человека, — проговорила Гермиона, наблюдая за ее реакцией, но в лице Нарциссы ничего не изменилось. — Вы такую сложную тему выбрали. И как? Справляетесь? — она участливо заглянула ей в глаза. — Да, мы уже почти дописали его. Остались завершающие штрихи. Нам нужно найти примеры из истории: использование рун в темной магии, поэтому мы попросили вашего сына позволить нам воспользоваться вашей семейной библиотекой, — Гермиона отпила чай и чуть не поперхнулась, когда увидела в дверях Малфоя. — Драко, твои друзья уже прибыли. Присоединяйся к нам, милый, — Нарцисса мягко похлопала по кожаной обивке дивана. Малфой подошел ближе и опустился в большое кресло, стоявшее неподалеку. Гермиона уткнулась в свою чашку, разглядывая, как темно-янтарная жидкость плещется внутри. — Благодарю вас за чай, миссис Малфой, — она все еще разглядывала внутренние стенки чашки. — Можем мы пройти в библиотеку? — Конечно, мисс Грейнджер, Драко проводит вас, — мягко ответила Нарцисса. Гермиона сжала пальцы на фарфоре, всеми силами подавляя пламя, разжигающееся внутри. — Хорошо, спасибо, — слегка склонила голову и, не поднимая взгляда, покинула зал. Как только закрыла за собой дверь, отошла и прижалась спиной к стене. Темнота тут же вызвала страх. Гермиона задрожала. Находиться здесь одной для нее было сродни пытке Круциатусом. Неизведанная пустота, скрывающаяся впереди, разверзла перед ней свою пропасть, намереваясь затянуть внутрь. Гермиона сжала кулаки и выпрямила спину, пытаясь взять себя в руки, но вдруг почувствовала, как убогий отблеск от свечей размазывается и смешивается в одно пятно, заплясавшее перед глазами. Нет, только не это, боже. Грудную клетку стянуло, и горло снова сжалось до размера маленькой горошинки. Гермиона вцепилась пальцами в стену, пытаясь отыскать небольшой выступ, за который можно было бы схватиться, но шершавый стена была плоской, царапая нежную кожу на ладонях. Кто-то вышел в коридор. — Что с тобой, Грейнджер? — послышался голос Малфоя. Она покачнулась в сторону, он ухватил ее за талию, удерживая от падения. — Черт возьми, Грейнджер, тебя ни на минуту нельзя оставить одну! — Блейз подошел почти впритык. — Драко, нужно успокаивающее зелье, у нее, кажется, опять приступ. — Приступ? Опять? — напряженно спросил Малфой. — Эрил! — Эльфийка тут же появилась. — Успокаивающее зелье! Быстро! Гермиона услышала щелчок. Спустя несколько секунд кто-то обхватил ее талию, и, удерживая за подбородок, начал вливать густую неприятную на вкус жидкость. Она сдавленно сглотнула, приоткрыла глаза и глубоко вдохнула. — Я, кажется, сказала тебе, чтобы ты не приближался, — со злостью прошептала она. Она хотела, чтобы Малфой убрал свои руки с ее талии, но не было сил даже оттолкнуть его. — Я бы ни за что не приблизился к тебе по своей воле, Грейнджер, — криво усмехнулся он, — если бы ты могла стоять на своих ногах. Жертвы мне тут не нужны. — Я могу стоять, отпусти меня, — попыталась выпрямиться и тут же обмякла в его руках. Яростно облизав губы, выругалась. — Зелье подействует — отпущу, — его напряженный голос прозвенел, как натянутая струна. Гермиона выпрямилась еще раз . Почувствовала небольшой прилив сил, разжала его руки и отошла к другой стене. — На Рождество подарю тебе запас Успокаивающего зелья, Грейнджер! — Забини усмехнулся. — Драко, показывай, где тут библиотека. Господи, столько был у тебя, а кроме некоторых спален ничего и видел. Друзья рассмеялись, от чего лицо Гермионы неестественно вытянулось. Нет, она никогда не привыкнет к теплому искреннему смеху слизеринцев. — Идти можешь? — Блейз подошел к Гермионе и заглянул в глаза, сверкающие в тусклым свете. — Да, — негромко ответила она и последовала за Малфоем. Вглядывалась в его прямую спину. На нем была только черная водолазка и черные джинсы. Даже дома он не изменял своему излюбленному классическому стилю. Волосы были уложены небрежным серебристым ворохом. Малфой обернулся. Несколько прядок упали на лоб. Он открыл перед ними дверь, и Гермиона первая вошла в библиотеку. Это было светлое, просторное помещение. Вдоль стен стояли стеллажи, верхние полки которых почти подпирали высокие потолки. Все книги были аккуратно сложены по алфавиту, авторам или жанрам. Гермиона провела пальцем по корешку одной из книг и обнаружила, что на ней нет пыли. Все фолианты хранились и оберегались в этом доме, словно бесценное сокровище. — Тебе направо, третий стеллаж от стены. Гермиона обернулась. Кажется, Малфой с неприкрытым удовольствием наблюдал, как она бродит меж полок и вдыхает тяжелый запах вековых собраний. — А что там? — отвернулась, продолжая изучать источники. — Темная магия. Вы же за этим сюда пришли, — самодовольно ответил он. Гермиона подошла к нужной секции и поежилась. Малфои славились своей любовью к запрещенной литературе и темным артефактам. В этом разделе ее могло ожидать что угодно: от простых изданий до опасных и даже проклятых. Кинула взгляд через плечо, чтобы проверить, идет за ней Блейз или нет. Он стоял неподалеку от нее и изучал содержимое библиотеки. Глубоко вдохнула, пытаясь подавить свой страх, и шагнула вперед. Тут же ее объяла едва освещаемая темнота. — Люмос, — яркая вспышка света появилась на кончике ее палочки. Больше тридцати минут она провела, перебирая книги одну за другой, пытаясь отыскать нужную ей информацию. Забини, видимо, устал перелистывать бесконечные страницы, поэтому теперь просто сидел на полу, подперев спиной стеллаж. — Я бы сейчас не отказался от бокала хорошего алкоголя, — простонал он, потирая виски. — Нашла! — вскрикнула Гермиона, прижав раскрытый фолиант к груди. Однялась с колен и быстрым движением отряхнула невидимую пыль с джинсов. — Наконец-то! Это надо отметить! — лукаво улыбнулся Забини. — Я не собираюсь пить в этом доме! Нам нужно вернуться в Хогвартс. Эм… — она поджала губы и опустила взгляд, — Драко, мы можем на время взять эту книгу? — Да, — равнодушно отозвался он, разглядывая свои пальцы. — Вы как хотите, а я составлю компанию твоей очаровательной маме и все-таки выпью немного, — произнес Блейз и встретился с упрекающим взглядом Гермионы. — Расслабься, Грейнджер, это ненадолго. Можешь еще немного пообниматься здесь с книгами, — усмехнулся и направился к выходу. Ну, уж нет. Одна она здесь не останется. Лучше посидит с ними в зале и понаблюдает за Нарциссой. — Я тоже иду, но пить не буду! Забини уже вышел из библиотеки и веселым шагом двинулся по коридорам. Когда они почти подошли к залу, Малфой догнал Гермиону и легко схватил за локоть. — Что тебе нужно? — она покосилась на дверь. — Мне нужно, чтобы ты немного подыграла мне перед матерью. — С какой стати я должна подыгрывать тебе? — прошипела она. — Иначе весь Хогвартс узнает, как ужасно ты целуешься, — прищурившись, надменно и с интересом вглядывался в ее напряженное от злости лицо. — Ну, и сволочь ты, Малфой, — она сжала кулаки, чтобы врезать ему по лицу и стереть с него эту наглую ухмылку, но его аргумент оказался достаточно убедительным. — Хорошо, — процедила сквозь зубы, — но после этого ты оставишь меня в покое. Навсегда! Малфой ничего не ответил и приоткрыл перед ней дверь, учтиво пропуская вперед. — Мисс Грейнджер, вы нашли, что искали? — Нарцисса сидела у большого мольберта и толстой кистью наносила разноцветные мазки на чистый холст. — Да, благодарю, что разрешили посетить ваш особняк. — О, я всегда рада гостям, Гермиона! — воскликнула Нарцисса. — К тому же, в последнее время нас почти никто не посещает. И, кстати, в этом доме есть еще один хозяин, вольный распоряжаться имуществом наравне со мной. Это он позволил вам воспользоваться нашей библиотекой, — она кивнула в сторону сына. Гермиона напряглась еще сильнее, ожидая, что же выкинет Малфой. Инстинктивно вжала голову в плечи и бросила косой, угрюмый взгляд на него. Он стоял рядом с ней, скрестив руки на груди. На его лице ликовала ухмылка. — Мама, у меня есть для тебя новость! — Драко резко перевел тему разговора. — Да? — с удивлением спросила Нарцисса. — Я слушаю, — отложила кисть и повернулась к гостям. — Недавно ты высказала свое желание женить меня. — Гермона удивленно посмотрела на него. — Но ты не учла, что я уже достаточно взрослый человек и могу сам принимать подобные решения. У меня уже есть невеста! — он взял ее за руку и прижал к себе, обнимая за талию. — Что? — три пораженных новостью голоса одновременно сотрясли стены зала. — Драко! — воскликнула Нарцисса и вскочила с мягкого табурета. — Я не соглашалась на такую игру, — зло зашипела Гермиона. — Это мое окончательное решение, мама, и оно не подлежит изменению! — он развернул ее к себе и крепко прижал к ее губам свои губы , не размыкая их. — Драко! — громче крикнула Нарцисса. — Что ты творишь?! Гермиона оттолкнула его от себя, но он приблизился к ее лицу. — Хочешь, чтобы все узнали, Грейнджер? — незаметно прошептал он. — Я тебя ненавижу! — Драко! Нам нужно поговорить! Немедленно! — Нарцисса поравнялась с ними и презрительно посмотрела. Вышла из зала, громко хлопнув дверью. — Малфой, ты… — Забини все еще не мог оправиться от шока, — и столько молчал, друг называется. — Успокойся, это всего лишь небольшое представление для мамы. До Грейнджер мне нет никакого дела, — он несильно оттолкнул ее от себя и вышел вслед за матерью.