***
Через полчаса прибыли министерские авроры и целители из Мунго. Кингсли арестовал Снейпа, несмотря на протесты тех, кто был свидетелем жертвы Альбуса и героизма зельевара. Он считался преступником, пока не было проведено разбирательство. Лилит кинулась в объятия мужчины. Краем глаза она заметила, что Фадс шепнул что-то Брустверу и тот дал указание аврорам. — Мисс Барлоу, Вы арестованы по подозрению в незаконном использовании магии и краже собственности Министерства магии. Все свидетели этой сцены ошарашенно переглянулись.***
Лилит долго препарировали в «Отделе тайн»: сканировали, поили «Веритасерумом», применяли легилименцию, но по итогу лишь нашли подтверждения всем её словам. Она решила не лгать и рассказать всё, как было. У Лилит не было связи с внешним миром, она не знала, что происходит в Хогвартсе и, главное, где сейчас Снейп. Она ютилась в скромной камере Министерства около месяца и смиренно ждала суда.***
Заседание началось с опозданием. Её вывели на центр зала и приказали сесть на одинокий стул посреди комнаты. Лилит осторожно осмотрелась: на трибунах было множество незнакомых лиц, однако, в какой-то момент, она заметила Поттера и МакГонагалл. Они смотрели на неё с тревогой. Гарри улыбнулся и поднял кулак, призывая её держаться. Лилит кивнула и отвернулась. Процесс начался. Ей зачитывали внушительный список обвинений: от незаконного использования тёмной магии, до воровства и нападения на работников Министерства с непреднамеренным нанесением тяжких телесных увечий. В качестве смягчающих обстоятельств было то, что действовала она исключительно во благо в качестве шпиона Альбуса Дамблдора и получила способности непреднамеренно, а в ходе нападения маньяка, который, по итогу другого расследования, был признан волшебником Эбботом Фортом, который проводил эксперименты с кинжалом Певереллов, в надежде получить способности, которые, по иронии судьбы, обрела Лилит совершенно случайно. Также, в ходе суда было установленно, что Лилит и Дамблдор провели незаконный черномагический обряд по переносу проклятья на последнего. Девушка скрывала факт фальсификации смерти волшебника, убивала магов магловским оружием, обучала студентов Хогвартса без лицензии, образования и являясь маглом и ещё совершала множество других незаконных действий. Гарри и Минерва по очереди вызывались для дачи показаний и всячески оправдывали девушку. В какой-то момент двери зала суда распахнулись и ввели Снейпа. Сердце Лилит сжалось в комок. Она повернулась к нему и жадно следила за каждым действием мужчины. Он шёл свободно, без сопровождения, поэтому Лилит сделала вывод, что его оправдали. Он держался гордо, лицо было привычно спокойным, лишь глаза, устремлённые к ней, выдавали его тревогу. Когда допрос был окончен, судья объявил о том, что решение уже принято: — Решением членов комиссии Визенгамота, а также, верховным судьёй Теодором Финниганом, суд постановил признать магла Лилит Элен Барлоу виновной. Соблюдая «Статут о секретности», вынесено решение о наложении на мисс Лилит Элен Барлоу заклинания «Обливиэйт» с полным наложением забвения о событиях последних двух лет. Приговор исполнить незамедлительно. Судья ударил молотком и Лилит побледнела. Она не слышала возмущений Гарри и Минервы, не слышала громких возражений Снейпа. Она сидела посреди зала суда и холод разливался по её венам. Когда её выводили, она молчала, но лишь на мгновение пересекнувшись взглядом со Снейпом её накрыло волной осознания. — Не-е-т!!! — она с надрывом закричала и бросилась к зельевару. Её крик эхом отразился от стен. — Пожалуйста, прошу вас, нет! Её крепко держали, она с трудом вырвалась и упала в его объятия. Их тут же стали разнимать. — Прошу вас, нет! Дайте проститься, умоляю! — она не смотрела на авроров, лишь на Снейпа. Её глаза заволокло пеленой. Он плакал. По-настоящему. Лилит коснулась его дрожащих губ своими и он открыл ментальный мост. — Я люблю тебя, люблю, Северус, — она рыдала даже мысленно. — Я хочу, чтобы ты знал. Я никогда и никого не любила сильнее, чем тебя. Прощай… Их растащили с большим трудом и Лилит вывели из зала суда, а затем завели в маленькую неуютную комнату и с силой усадили на стул. Она считала удары сердца: один, два, три… — «Обливиэйт».