Сквозь время: Возрождение

Ночь окутала Токио своей непроглядной пеленой, скрывая светящуюся картину мегаполиса, пускай ту и старательно распугивало освещение огромного механизма, что носил своё короткое имя -"Токио" - Однако в роскошно обставленном кабинете, одного из высокопоставленных лиц островного государства, тьма не имела власти и прав, когда кабинет оказался втянутым широкой бурей мыслей его беспокойного хозяина, чей разум бился, как волны, о прочный камень полированного стола, покуда традиционная японская живопись пыталась сдержать тот удар, излучая своей поверхностью и красками, что лежали на холстах, спокойствие, резко контрастируя с бушующим внутри собственного хозяина беспорядком. Невидимым и неосязаемым, иллюзорным беспорядком, в котором Ринтара Суга беспокойно откинулся в роскошном кресле, пока его пальцы тревожно плясали по полированной поверхности стола, вырисовывая воображаемые узоры, словно пытаясь сопроводить суетливые мысли, бурлящие в его голове, а ведь и была причина им, как и причина, почему разум немолодого японца был поглощён ими. "Врата..." - Шептала странная мысль из глубин его сознания. - "...Мы думали, что нам выпал счастливый билет, но кто-то из нашего мира намеренно разрушил эту уверенность" Эта одинокая мысль надвигалась на него, как зловещая грозовая туча, бросая тень сомнения на его представление о стремительном восхождении Японии. — Не как марионетка, которой манипулирует гегемон, а как новая мировая держава, готовая диктовать свои условия на мировой арене. И всё же борозды, прочерченные на его лбу, и нахмуренные брови в тревоге, выдавали его беспокойство. Радиопередачи и оборванная связь на той стороне таили, по первой, лишь семена подозрений, посеянные неведомой рукой, которая столь хорошо скрывается от их взора. От его взора. От взора Премьер-Министра Японии. Он уже отдал распоряжение на изучение переданного сообщения, заперев его за самыми крепкими замками и самыми высокими эшелонами кодов безопасности с грифами - "Совершенно секретно" - Но среди лабиринтов мыслей у него не было сомнений: Кто-то пытается и стремится преградить путь Японии к господству в новообретённом мире за Вратами, и вместе с тем, он сейчас мог почувствовать, как коварные нити интриг плетутся паутиной вокруг амбиций его родины, пускай и сама мысль о том, что Японии могут помешать в её стремлении к могуществу, неприятно кольнула в груди, и он с трудом мог представить себе последствия такой неудачи, ведь могущество его родины — Это и его могущество. Он допускал возможность существования в этом мире другой страны, которая могла бы сравниться или даже превзойти их в технологиях, но он не хотел верить в это. Это просто невозможно, но среди бури его мыслей возникла странная решимость, разогнавшая сгущающиеся тучи неуверенности и идущая из самого неожиданного уголка его души. - "Япония поднимется к величию" - Провозгласила та, и эта простая мантра вновь зажгла огонь решимости в его сердце. В этот миг груз опасений был отброшен, а ожидание неизбежного померкло, лишь чтобы вновь схватить его сердце, сжав с новой силой, ведь мелодичный звон офисного колокольчика проник в слух Ринтары, призывая его внимание к себе. К экрану ноутбука, что стоял на столе и на нём настойчиво замигал символ зашифрованного канала, не оставляя Ринтаре и шанса не понять, кто вызывает его на связь; пускай Премьер-министр колебался всего мгновение, прежде чем сдаться перед неизбежным и с покорным вздохом открыть канал связи. Колокольчик схлопнулся двумя белыми линиями, чтобы вновь разойтись, но уже широким окном, в котором появилось изображение президента США. И его лик был крайне серьёзным, с глаз своих источая холод, но первые слова, что были произнесены, сложились в отрывистую и чёткую реплику, струясь из динамиков ноутбука. — У вас большие проблемы. - Заявил президент США холодным, презрительным тоном. Таро же ответил, наклонив голову в почтительном жесте. — Я не понимаю, о чём вы говорите, господин Диррелл. — В вашей ситуации, я бы не стал играть в дурака. - Странно спокойным, даже флегматичным голосом ответил президент, словно предупреждая Японца. - Весь мир взбудоражен открытием врат в другой, а страны уже обсуждают ваши действия и вы должны понимать, к чему это может привести. — К сожалению, но это внутреннее дело Японии и вы... - Начал говорить Таро твёрдым и непоколебимым голосом, однако его резко оборвали: Оборвали громко и не оставляя шансов вновь заговорить, сопроводив повышенный тон ударом кулака об изысканный стол по ту сторону экрана. — Это уже не внутреннее дело Японии! - Прокричал он, но через секунду замолк, чтобы перейти вновь к размеренному и спокойному тону, восклицая под конец своей тирады. - ...Если бы ваша страна распалась и вы пытались бы собрать свой народ снова вместе, то это могло быть "Внутренним делом Японии", но вы совершили контакт с новой цивилизацией! С новым миром и это дело уже всего нашего мира! Особенно вспоминая ваш геноцид, который вы устроили на том холме. От слов собеседника Таро за несколько секунд потерял контрастность на своём лике, побледнев и непроизвольно произнеся. — Откуда вы... Неважно. - Однако через считанные секунды его тон стал более ледяным, едва ли не обжигая кожу вокруг губ. - Это было нападение на целостность Японии и мы имели полное право защищать своих граждан, предотвращая будущие нападения на японскую землю. — Тем не менее, стоит уведомить тебя, что два часа назад было завершено экстренное совещание совбеза ООН, на котором было вынесено решение по поводу Врат. — Без учёта мнения нашей стороны? - Произнёс тот, сузив взгляд. — К сожалению. - Непринуждённо ответил президент США, продолжая диалог. - Это дело стало общемировым, поэтому вас ставят перед фактом. Вы должны допустить на ту сторону представителей Красного креста, ООН и Миротворцев, что должны будут следить за соблюдением первичных прав человека. — И костяк миротворческого контингента будет из ваших военных... — База в Йокосуке уже готовится к переброске к Вратам. - Усмехнулся Президент. - Также контингенты Миротворцев других стран уже мобилизуются. — Это нарушение прав нашей страны. - запротестовал Таро. — Да, но это экстраординарная ситуация, и я хочу предупредить тебя, чтобы ваша "Страна восходящего солнца" действовала осторожно. - И вновь усмешка расцвела на лике лидера далёкой страны, когда собеседник лишь больше наливался тёмными эмоциями, которые словно густые тучи покрыли его лицо. — О чём вы? - Коротко спросил Таро, пока в его голосе прозвучала озабоченность, пробиваясь через осторожный и холодный тон. — Русские и китайцы что-то замышляют, и совершенно очевидно, что они решат откусить кусок больше, чем смогут проглотить. - Со всей серьёзностью ответил Диррелл, словно не было тех усмешек на его устах. - Их спецслужбы пришли в движение и только бог знает, что они задумали. И услышав это, Таро замолк, обдумывая информацию, ведь всё рушилось в считанные секунды, ведь слишком много внимания было привлечено к Японии, и он был бы глупцом, если бы не понимал, что этого можно было избежать. — Я... Я Понял. - Всё же ответил он, а его голос уже не был полон решимости, как и ледяного холода, сместив их тревогой и страхом. Ответил собеседник кивком, взглянув в глаза Японца, чтобы вновь заговорить. - Это последнее, что необходимо было сказать. Удачи вам, Таро Суга. Экран померк, после слов меняя изображение на себе, и вот вновь пустой экран вернулся, словно вечный и верный спутник Премьер-министра, что тяжело облокотился о спинку своего кресла, вздыхая. Всё стало сложнее, чем должно было быть, и его разум понимал, что отказаться от этого ультиматума не получится, ведь в лучшем случае — лишь он станет жертвенным агнцем. В худшем же — Война...

***

Этот день станет началом новой главы в летописи двух миров, когда те соприкоснулись в самом первом диалоге, пускай тот и стал номинальным, а не в кровопролитии, орошая землю багряными лужами живительной жидкости кровообращения себе подобных. — Прошло три месяца с момента инцидента в Гинзе, и сегодня японский парламент проведёт своё первое заседание в формате "вопрос-ответ". - Звучал мягкий голос ведущей Японских новостей, и её слова эхом разносились по просторам этого мира. Одни и те же слова звучали в разных странах, и на разных языках. Они звучали из различных устройств, достигая ушей самых разных жителей планеты, наблюдающих за этим знаменательным днём в летописи вместе с их верховными правителями. — В сопровождении представителей японского правительства и Сил самообороны Японии беженцам из другого мира предоставлена аудиенция в Парламенте! - Голоса продолжали говорить, передавая одно и то же сообщение по всему миру, но они пребывали в блаженном неведении, не подозревая о друг друге, разделённые огромными океанами и тысячами километров суши; и этот мир застыл в ожидании диковинок новой реальности, и он дождался их. Экран новостей начал меняться, как только слова ведущей прозвучали из динамиков устройств: Миловидная девушка азиатской внешности грациозно начала смещаться, ведь та уместилась через несколько секунд в маленьком окошке в уголке экрана, открывая панорамный вид в зал заседаний парламента, пока всё также пробегали бесконечным потоком иероглифы текстовой сводки внизу. За рядами столов собралось множество людей, а их внимательные взгляды были прикованы к одному месту, точнее к двойным дверям из резного дуба, ожидая появления главных действующих лиц этого политического спектакля, — и те утолили своё терпение, ведь двери бесшумно отворили свои створки, впуская тех самых "действующих лиц". Под какофонию вспышек фотокамер аплодировали политики разных стран, Уполномоченные ООН, представители ведущих информационных изданий и медиагигантов, покуда сложные объективы камер транслировали пресс-конференцию на весь мир. Настоящий конвой, бдительно хранящий благополучие трёх девушек под руководством седовласого руководителя штаба Объединённого комитета Японии и сопровождаемый государственной охраной, целеустремлённо шествовал к назначенным местам, вместе с "Героем" инцидента в Гинзе. Девушек и "Героя" ждали роскошные кресла, обитые бархатом, пока практически наивысший начальник всех вооружённых сил Японии размеренным шагом отправился к трибуне, и, стоя там, он окинул взглядом море собравшихся, на мгновение застыв, но вот, поправив микрофон, он заговорил, а его слова гулко разнеслись по залу. — Я приветствую всех собравшихся здесь и весь мир, наблюдающий за этим поворотным днём в истории человечества. Я нахожусь здесь в качестве официального представителя правительства, уполномоченного отвечать на любые вопросы от имени правительства Японии. На одном дыхании и в едином тоне поведал тот и, выдерживая паузу, молвил вновь. — В порядке очереди предоставляется возможность задать вопросы Правительству Японии. - Он знал, что участники и их вопросы были заранее отобраны, поэтому он не беспокоился и не трогала его тревога, пускай тот ещё не знал, что Пресс-конференция пойдёт далеко не по плану, ведь со стороны столов был поднят маленький белый кружок, сигнализирующий о том, что сейчас будет задан неожиданный вопрос. — Я представитель телерадиовещательной корпорации BBC. - С лёгкостью объявила женщина средних лет в строгом малиновом костюме, в голосе которой чувствовалось предвкушение разворачивающихся событий. - Какие комментарии может дать японское правительство по поводу геноцида, устроенного Японскими Силами Самообороны за Вратами? - Но она не ожидала, что такой провокационный вопрос не сможет пошатнуть спокойствие начальника Штаба Объединённого комитета, что внимательно слушал её, ожидая окончания вопроса, и та решила дополнить свой запрос подробностями. - Достоверный источник сообщил, что погибших во время операции за вратами насчитываются сотни тысяч, также вместе с жертвами со стороны дипломатов страны за вратами, и многие справедливо считают, что такие действия являются целенаправленной агрессией. - Слова сотрудника BBC вызвали лишь мимолётное удивление на лице представителя правительства и новый поток вспышек камер, пока где-то позади него Итами почувствовал, как душа уходит в пятки, заставляя нервно сжимать ладони. — Что касается первой операции, проводимой Силами самообороны Японии за вратами, то следует уточнить, что нашей главной задачей является защита нашей страны и её интересов. - ответил начальник штаба жутко спокойным и почти подозрительно ровным тоном, как будто тот уже знал ответ на такой провокационный вопрос и был готов к нему. - Ситуация за вратами сложная, и мы столкнулись с трудностями, но мы также глубоко сожалеем о человеческих жертвах и я хотел бы вновь подчеркнуть, что наши действия были предприняты для обеспечения безопасности нашего населения и защиты нашей страны от потенциальных угроз. - Он продолжил, и попытка представителя BBC нарушить его самообладание изобразила красочно на её лице яркую картину нахмуренных бровей и слегка приоткрытого рта, но мужчина не собирался останавливаться, продолжая свой ответ. — Мы проводим тщательное расследование необходимости таких крупных жертв. В наши намерения не входит целенаправленная агрессия и мы предпримем необходимые шаги для решения любых проблем, возникших в результате этой операции. - Закончил он и с вызовом взглянул на женщину, дополнив свои слова короткой репликой. - Я ответил на ваш вопрос? — Вполне. - Коротко ответила она, давая возможность начальнику штаба вновь взять слово. — Тогда я бы попросил перейти к следующему вопросу. - Объявил он, а "Герой" удивлённо вскинул брови, наблюдая, с какой лёгкостью представитель правительства его страны уклоняется от столь щекотливого вопроса. Однако теперь настала очередь задавать вопрос другому, и Итами безмолвно молился, чтобы речь не шла о неуловимых "Русских", от одного упоминания которых у него по спине пробегали мурашки, но те напомнили вновь о себе человеком, что поднялся со своего места. Крепкого телосложения мужчина встал со своего места, а его лик уже вступал в прямую конфронтацию с Представителем Японского правительства, соревнуясь в спокойности и безэмоциональности, пока его низкий голос зазвучал на весь зал. — Добрый день, меня зовут Никита Малкин, и я представляю на этой пресс-конференции "Россию 24". - Его первые слова вызвали удовлетворённый кивок японской фигуры за трибуной, ведь первый представитель СМИ не удосужился даже представиться. — Мировое сообщество с нетерпением ждёт ответа Японского правительства по поводу отношения ваших солдат к мирным жителям другого мира. По имеющимся данным, многие солдаты вашей страны называют людей из другого мира "варварами" и "дикарями" - Услышав это, Итами побледнел, не ожидая, что даже такая информация просочится в их мир, угодив в руки СМИ, и тот уже представляет какие же заголовки его ждут, когда он откроет новостные сводки других стран, но тот был рад, что вопрос сосредоточился на другом. — Некоторые опасаются, что такое отношение может привести к возникновению опасной ситуации и, более того, есть подозрения, что подобное отношение способно вызвать исторические параллели, в частности, с развитием фашизма в вашей стране, который в конечном итоге и привёл к полному поражению вас во Второй Мировой Войне. - Российский журналист сделал акцент на последних словах, словно пытаясь пристыдить Японца за деяния своих предков. - Каким образом Японское правительство учитывает эти опасения и как собирается предотвратить дальнейшую эскалацию подобных настроений? Вновь застигнутый врасплох, Итами стал свидетелем, насколько может быть быстрым ответ правительства его страны. — Это вызывает озабоченность — то, что некоторые военнослужащие называют жителей другого мира "варварами" или "дикарями". - От такого вопроса и голос Пресс-секретаря дрогнул, в котором прозвучало пренебрежение и слабые отголоски раздражения, вызванные сравнением нынешней Японии и себя же прошлой. - Мы не одобряем подобное отношение и активно работаем над развитием взаимопонимания и сотрудничества между нашими военнослужащими и жителями другого мира, ведь мы привержены укреплению мирных и уважительных отношений с мирными жителями другого мира. - Заключил он и таким ответом даже смог вызвать смешок древнего Апостола, что откровенно веселилась, наблюдая за разворачивающейся драмой, которая оказалась пред ней. - Я ответил на ваш вопрос? — Более чем. - Лаконично ответил Малкин, возвращаясь на своё место. — Тогда я прошу вас перейти к следующему вопросу. - Едва закончилась шаблонная реплика представителя правительства, как с противоположного конца зала раздался голос, требовавший внимания своими напористыми интонациями. — Я представитель газеты The Washington Post; мы также хотели бы услышать комментарий по поводу действий вооружённых сил Японии за вратами во время операции над городом Италика. - Худощавый и налощённый мужчина в деловом костюме начал говорить, не дожидаясь, пока возможность взять слово дадут новому человеку. - До нас дошли сведения, что вертолётное звено вашей страны и солдаты без предупредительного огня напали на армию, которая осадила города, полностью перебив солдат, но Японская сторона не имела никакой причины для вступления в противостояние с армией из другого мира. И пресс-секретарь ждал, пока вопрос будет полностью озвучен и задокументирован видеозаписями будущей хроники, а Итами уже начал думать, что вот он — Вопрос, к которому не были они готовы, даже не замечая, как он начал понимать Рори, что продолжала веселиться, тихо посмеиваясь и улыбаясь уголками губ. Может стоит просто наблюдать и не беспокоиться, ведь если задуматься, то пресс-секретарь отвечает лишь шаблонными, выхолощенными фразами, которые словно конструктор собирались в необходимый ответ... ...Поэтому какой смысл столь остро воспринимать эти нападки? —События, связанные с операцией в городе Италика, действительно вызывают озабоченность нашего Правительства и Командиров Сил Самообороны. - Ответил пресс-секретарь правительства после минутного молчания, и вновь увиливая от прямого ответа, уверяя весь мир, что они "работают" над этим. - От наших сил ожидается соблюдение строгих правил ведения боевых действий и уважение к гражданскому населению, но любые действия, которые могли причинить вред гражданскому населению, не соответствуют нашим принципам. Мы серьёзно относимся к подобным заявлениям и проведём тщательное расследование инцидента. Такой ответ и его шаблонные фразы заставили сморщиться нос Американца, до слуха которого донёсся очередной поток стандартных слов. — Я ответил на ваш вопрос? - Задал очередной вопрос пресс-секретарь, но на то американец лишь ответил кивком, садясь на своё место, но чем дольше длилось это политическое представление, тем сильнее Итами переставал следить за вопросами и ответами Правительства его страны. Они размывались в его ушах, скапливаясь в постоянный фон белого шума, и тот даже не заметил, как пресс-секретарь сошёл с трибуны, объявив, что начинается следующая часть программы заседания, позволяя задать вопросы беженцам из другого мира, и теперь Рори была там, где несколько секунд назад стоял представитель правительства, окидывая политиков и репортёров своим веселящимся взглядом. — Прошу представьтесь. - Вновь прозвучал голос пресс-секретаря, который ушёл в сторону, где сидела охрана, и в его руках был микрофон, что передавал и усиливал его голос. — Меня зовут Рори Меркури и мой титул своим названием гласит мою судьбу: Я Высший Апостол Бога Войны и Смерти, Жнец Эмроя. - Проговорила она в микрофон, что стоял перед ней, а улыбка не спадала с утончённого девичьего лика, пока вспышки освещали холодным светом её, распугивая мягкое освещение зала, который разрывался от возможности задать вопрос. Но с зала прозвучал первый и самый очевидный вопрос в микрофон. — Приветствую вас, я представитель CNBC, Алекс Стерлинг. - Представился мужчина невысокого роста, что не разменял и третий десяток. - Весь мир хотел бы спросить вас, по поводу вашего мира. Что вы можете рассказать про него, и чем он отличается от нашего? — Мой мир насчитывает тысячелетия летописей, как и этот. - Начал древний Апостол из далека. - И их не поведать за пару минут, но даже сейчас я могу точно сказать, чего здесь нет; Говорила она и, приступив разгибать пальцы, та начала свой скоротечный отсчёт. - Магии, различных существ, что стали для вас мифами, и в этом состоит главное отличие - В моём мире живы боги. — Я многого не знаю о вашем мире, а о моём мире многого сейчас не поведать. - Продолжала она, после минутного молчания. - Поэтому я могу дать лишь такой ответ. Зал вновь предстал пред ней бушующим морем, что пытался переварить Реплику девочки, что не выглядит на свой возраст, и вопросы посыпались, подобно из рога изобилия. Каждый спрашивал разными словами и интонациями. Вопросы поступали в самых разных формах, каждый журналист добавлял свою нотку в своём тембре голоса и закладывая разные эмоции в собственные слова, но суть оставалась единой. — Живые боги; Что это значит? Что за божества обитают в их царстве? Как проявляются боги, что живы? — Прошу тишины! - Твёрдый приказ пресс-секретаря прорезал гудящий от предвкушения зал, затихая, и это подействовало на тех, что могут называться "Профессионалами", а за ними после последовали и менее квалифицированные представители СМИ, и только Рори продолжала улыбаться, словно специально дёрнув за струну одной из самых чувствительных тем для людей — Тему верования и религии, которая сама по себе отвечает на извечные вопросы жизни, но затем сквозь напряжение пробился новый голос, принадлежащий женщине средних лет из "Нью-Йорк Таймс". — Рори-сан. - Начала женщина средних лет с резкими чертами лица, представлявшая газету The New York Times. - Вы упомянули о существовании живых богов в вашем мире. Не могли бы вы подробнее рассказать, что это значит и как эти боги проявляют себя? Улыбка Рори расширилась, в её глазах заплясал весёлый блеск. — Боги нашего мира — это не абстрактные сущности, ограниченные писаниями и молитвами. - Пояснила она, чувствуя, как каждое её слово натягивало ту струну в обществе, а голос, что зазвенел от благоговения, добавлял всё больше масла в горящую сковородку. - Они активные силы, вплетающие свою волю в ткань Мироздания, а их присутствие ощущается в приливах мировой маны, в благословениях и проклятиях, которые они даруют, а иногда и в их прямом вмешательстве. Как только последнее слово покинуло уста юной девы, вскинулись руки, а репортёры боролись за возможность углубиться в эту фантастическую концепцию, пока Пресс-секретарь, стараясь сохранить порядок, указал на молодого человека с нетерпеливым выражением лица. — Рори-сан - поинтересовался мужчина, представлявший "Гардиан" - вы упомянули о магии. Не могли бы вы рассказать нам о ней подробнее? Каковы её возможности и ограничения? — Магия. - Начала та незамедлительно, покуда её глаза блестели светом далёких воспоминаний. - Это жизненная сила нашего мира. Она пронизывает всё, от самой простой травинки до самого могучего дракона. Она может исцелять, может разрушать, как и может создавать. Это инструмент, оружие и источник чудес, но, как и любую силу, её нужно уважать и использовать с осторожностью, ибо злоупотребление ею может привести к ужасным последствиям для мага. Пока Рори говорила, Лелей и Тука наблюдали за ней со смесью восхищения и опасения. Они никогда не видели, как их подруга ведёт подобные рассуждения, и сила и уверенность, которые она излучала, завораживали, но это маленькое выступление, такое же маленькое, как и дева, что дала толчок этому неспокойному морю, было прекращено, когда Пресс-секретарь попросил спуститься Апостола с трибуны и освободить место для следующей девы и следующего вопроса. Следующий вопрос, заданный женщиной, представлявшей "Аль-Джазиру", переключил внимание на Лелей. — Судя по всему, у вас европейское происхождение. Сколько рас существует в вашем мире и чем они отличаются друг от друга? Лелей, поначалу нерешительная, глубоко вздохнула, отвечая с трибуны на вопрос — В нашем мире действительно существует множество рас, включая Людей, Эльфов и Зверолюдей. У каждой расы есть свои уникальные физические характеристики, культурные традиции и, зачастую, склонность к определённым видам магии. Но чем больше было вопросов, чем больше голосов звучало в зале, тем крепче становился её тон, словно та вбирала в себя паттерны поведения собравшихся — Каковы основные религиозные верования в вашем мире? Можете ли вы кратко описать их? — Основная религия в нашем мире вращается вокруг поклонения различным богам, каждый из которых представляет различные сферы, такие как война, смерть, свет или тьма. - Незамедлительно ответила она, словно та взяла за основу восприятия данного мероприятия экзамен у старика-учителя - У каждого бога есть свой набор последователей, ритуалов и верований. — Ваш мир кажется похожим на жанр фэнтези в наших Медиа. Был ли у вас шанс изучить какие-либо произведения из нашего мира? — Я знакомилась с некоторыми произведениями вашей литературы. Удивительно видеть, как ваше воображение создаёт миры, похожие на мой собственный, хотя у вас нет магии и живых богов. Но и Туку, самую застенчивую из троих, тоже попросили поделиться своими впечатлениями, пока Итами со спокойным сердцем кивал им и каждому их ответу на интерес папарацци. — Можете ли вы описать самый красивый город, который видели в своём мире, и сравнить его с Токио? — У меня не было возможности побывать во многих городах, поскольку большую часть жизни я провела в уединённой деревне. Однако Токио показался мне невероятно ярким и технологически развитым, не похожим ни на что, что я когда-либо видела раньше. По мере того как вопросы продолжались, в комнате стало нарастать чувство тревоги. Первоначальное любопытство к другому миру постепенно сменялось более критическим и пристальным тоном, а Итами замечал, как в углу, где скрылись СМИ из России, люди странно пришли в движение, а их лики высказывали лишь одну эмоцию — Неверие, — и это изменение стало ещё более очевидным, когда вопрос поступил из неожиданного источника. — Господин пресс-секретарь, мы только что получили информацию о том, что вся связь с другим миром потеряна. - И только слова этого высказывания растворились в воздухе, прежде шумный зал смолк, настолько, что можно было услышать сердца биение, а Итами не смог осознать полностью слова Русского, как тот продолжил. — Некоторые солдаты считают, что они подверглись атаке средств радиоэлектронной борьбы. - Душа, сердце и разум исчезали в бездне, где-то у пят, а кожа Японца, что звал себя Итами, - белела подобно рощам заснеженных лесостепей, что сгорблены под весом ледяных цепей неверия. - Кроме того, неизвестные лица связались с одной из разведывательных групп. И это чувство разделяли все Японцы, что были посвящены в тайны другого мира, лишь Рори рассмеялась, разбавляя голос Русской стороны, но они не собирались останавливаться. - Считает ли японское правительство, что к этому может быть причастна другая страна из нашего мира или, возможно, технологически развитая страна с другой стороны? Этот вопрос повис в воздухе, бросив тень сомнения и подозрения на всю пресс-конференцию. Прежде уверенный фасад пресс-секретаря пошатнулся, кожей своей отбелен, а голос незамедлительно проговорил неровным тоном. — Мы знаем о перебоях в связи и выясняем их причину. Пока слишком рано строить предположения о причастности других стран или развитых цивилизаций из другого мира. Мы по-прежнему привержены принципу прозрачности и будем делиться любой подтверждённой информацией с международным сообществом. Несмотря на его попытку преуменьшить ситуацию, последний вопрос, несомненно, изменил настроение участников конференции. Первоначальное волнение по поводу открытия Врат уступило место опасениям относительно потенциальных угроз и скрытых целей. Когда пресс-конференция завершилась, в воздухе, как в зале, так и во всём мире, витало чувство неуверенности и тревоги. И лишь вопрос звенел в сознаниях высокопоставленных чинов разных стран Может ли кто-то соперничать с нами по технологическому развитию? Там? За вратами...?