Сумасшедшие

Что мы знаем о боли? Это очень неприятное, даже скорее мерзкое и тяжелое, чувство. Боль бывает разной. Моральной или физической. Казалось бы, такие разные, но между ними сильная связь. Одна не существует без другой. И обе одинаково тяжело ложатся на сердце, которое уже устало болеть, но не может перестать. * * * * * Лондон Сколько боли скрывает ночь. Ведь это время, когда можно выплеснуть все, что накипело за день. Время когда тебя никто не увидит, не спросит что случилось, не будет пытаться пожалеть. Ирэн не нужно жалеть. Кому нужны пустые слова, которые ничего не изменят. Сейчас ей нужна тишина для осознания и принятия всего. "Я лечу в Сербию. Это последняя точка моего путешествия. Через неделю буду с вами. ШХ." Шерлок никогда не врёт, но он не появился ни через неделю, ни через две. Значит случилось что-то серьёзное. А если он не предупредил значит очень серьёзное. Ирэн многое знала о сербской группировке. Как-то встречалась с ними по поручению Мориарти. Это необычайно жестокие люди, такие не посщедят никого кто попадётся к ним в лапы. А если они поймали Шерлока?! Ирэн знала что они делают с пленными. Для них смерть становится самым сокравенным желанием. Их пытают до тех пор пока не сдадут своих, а потом оставляют умирать от травм. Но Шерлок не такой, он никогда не здаст своих. О боги, что они могут с ним сделать! Сколько боли скрыто в слезах. Ирэн не превыкла быть слабой, не превыкла показывать свои эмоции. Но сейчас можно, сейчас никто не увидет её и не осудит. Каждую ночь Ирэн плачет, а утром вновь надевает маску радости и лёгкости. Ведь перед ними нельзя быть слабой. Ведь эти дети достойны лишь маминой улыбки. Они не должны знать как много родители готовы отдать за их улыбки. Ирэн хочется биться в истерике. Ей хочется заглушить боль алкоголем. Но нельзя, нельзя ломаться. Она не может позволить своей болью, сделать больно детям. Они достойны только самого лучшего. Ведь этого хотел Шерлок. Он хотел чтобы больше никто не испытывал боль от преступлений Мориарти и его шайки. Мир слишком долго терпел, и рано или поздно терпению должен был настать конец. Но почему именно он! Почему согласился на такое в одиночку!? Не хотел подставлять других. За то недолгое время, что я встречалась с Шерлоком, я поняла главное. Шерлок, как бы не старался надеть маску холодности и эгоистичности, всегда в первую очередь думает о других. Поэтому он не взял с собой никого, поэтому он останавливает Лестрейда от охоты на опасных преступников и ловит их сам, поэтому он не оставил Ирэн в Пакистане. Он не эгоист. Это всего лишь маска, за которой он прячет неуверенность. А что если он не справится, проиграет? Это сломает его. Каждое маленькое поражение ломает его морально. И самый простой способ скрыть свою моральную боль надеть маску холодности. Сделать вид что это ничего не значит, что тебе чужды переживания, эмоции и страхи. Лишь с Ирэн он позволял себе быть собой, он позволял себе чувствовать и не скрывать это. Ирэн точна такая же. Каждое её слово, каждое движение, каждая эмоция построенна наперёд. Доминика не может быть слабой, это другие должны быть слабыми под её контролем. Только если Шерлок боится быть слабым, Ирэн боится проиграть. Она никогда не скажет то что думает, она никогда не позволит себе чувствовать то что хочет. Она не позволяла, с ним было можно. С ним можно было быть слабой и уязвленной, можно было плакать и биться в истерике от того что с тобой сделали, можно было спокойно спать без кошмаров. Он оберигал её от мрака что тянула за собой её жизнь. С каждым днём, что он не выходит на связь, Ирэн всё хуже и хуже. Она казалось не только представляла что с ним делают, но и сама чувствовала боль которую ему приченяют. Она не может потерять его. Не сейчас, когда она наконец-то нашла саму себя. Не сейчас, когда он перестал думать что никому не нужен. Нужен. Очень нужен. Ведь какой смысл жить без него. * * * Сербия Как он мог так проколоться? Он же знал на что способны эти люди. Но думая только о скором возвращение домой, он совсем забыл о консервации. Бедная Ирэн.Он обещал вернуться через неделю, а он здесь явно больше. Если конечно не доконца сошёл с ума. Они издевались над ним. Подвесели за руки цепями и пытали. Долго, ждали когда расколится, когда сдаст своих. Они били его и получали от этого удовольствие. Били чем попало. Начиная от плетки, заканчивая ржавой железной трубой, покорёженной по краям. Через двое суток, он уже превык к боли. Он практически перестал чувствовать. Всё это было не важно. После каждого удара в голову приходила мысль, что он быстрее умрёт не от болевого шока или травм, а от заражения крови. Или от совести которая изо дня в день мучала морально. Я не справился. Теперь я могу не вернуться к ним. Сейчас впервые за два года его обуял страх. Он не может умереть, не может бросить их. Он ведь обещал вернуться. Бедная Ирэн, она ведь ждёт меня. Как я мог так её подвести. А Уил и Вики, я ведь обещал что стану лучшим отцом для них. Что всегда буду рядом. Что с ними случится если я не вернусь. Начал сбываться его самый страшный кошмар. Он не сможет стать достойным отцом своим детям. Он не сможет дать им все самое лучшее. Он не сможет быть рядом с ними, радоваться их успехам и утешать в случае поражения. Он оставит Ирэн одну с двумя детьми, конечно Майкрофт будет им помогать, но это не заменит его. Всё чего он боялся может в один момент сбыться. Он знал что чувствует сейчас Ирэн. Ему казалось что он чувствует всю её боль и слезы. Ему тоже хотелось плакать, тоже от боли. Всё это время Шерлок старался гнать от себя плохие мысли, безрезультатно. Ведь его уже ищут и неприменно найдут. Майкрофт не может его здесь бросить. Шерлок сейчас бы все отдал чтобы увидеть брата. Сейчас Шерлоку нельзя падать духом. Он должен, он обязан вернуться живым. Ради её счастливой улыбки, ради счастливого детского смеха, ради их счастливой жизни. * * * * * Каникулам конец. Пора возвращаться в Лондон, бороться с террористами.