Море и чудовища

      Они лежали наполовину в воде в объятиях друг друга. Ведьмак был весь мокрый и в грязном песке, но оно того стоило.       — Я не думала, что это может быть приятно... — прошептала русалка, гладя его рукой по щеке и доверительно прижимаясь обнажёнными грудями к его телу.       Ведьмак потратил много времени на уговоры Даниеллы. Не один день. Наконец-то она согласилась.       — Да, — односложно ответил Домагой. — Но мальков я тебе заделать не смогу, извини.       Даниелла звонко рассмеялась.       — Чтобы их заделать, ты сам должен быть русалом, глупый.       Ведьмак усмехнулся.       Прошло около десяти дней с тех пор, как Домагой впервые увидел русалку. Он каждый день приходил к Даниелле, и они разговаривали. Во второй раз с трудом, но всё-таки еле-еле подбирая слова. Дальше шло легче. Вскоре ведьмак понял, что больше не может жить без её мелодичного голоса и печальных карих глаз. Он хотел найти магический эликсир, чтобы сделать Даниелле ноги. Русалка не очень дружила с местными подводными волшебницами.       Даниелла больше не нападала на людей. Об этом стало известно, когда какой-то пьяница подошёл к морю и вернулся с берега целый и невредимый. Люди всё ещё опасались подходить к морю. Но те, кто подходили, всегда возвращались, рассказывая только о русалке, которая сидела вдалеке на камнях. В один из вечеров к ведьмаку подошёл войт Златко и настойчиво вручил мешочек с деньгами.       — Ты молодец, ведьмак, — сказал он. — Я знаю, это твоих рук дело. Решил всё без пролитой крови. Не думал, что русалка ещё в состоянии слушать людей.       «Нет, дело не во мне, а в ней, — думал ведьмак. — Даниелла проявила великую мудрость, отказавшись от своей мести».       — Сегодня полнолуние, — задумчиво произнесла русалка.       — Ты выйдешь на сушу и начнёшь танцевать? — спросил Домагой. — Только не топи людей по старой памяти.       — Нет... — тихо произнесла русалка. — Пожалуйста, не выходи сегодня ночью ко мне из дома. Я не знаю, какой стану. Вдруг луна превратит меня в уродливое чудовище...       — Ты не станешь чудовищем. — ведьмак провёл рукой по её волнистым волосам. — Но если ты так хочешь, я не стану приходить к тебе этой ночью. Совсем скоро мне придётся уйти, но я обязательно вернусь с эликсиром, и ты снова станешь человеком.       Конечно, тем самым человеком, кем она была раньше, Даниелла стать больше не могла — русалки теряют часть памяти во время трансформации, — но Домагой верил, что она будет с ним.       — Спасибо... — прошептала русалка, осторожно и неумело касаясь его губ. И Домагой ответил ей мягким поцелуем.

***

      Лунный свет озарял улицы города. Домагой неторопливым шагом шёл в сторону трактира, чтобы посидеть и выпить, пока он не видит русалку. Внезапно где-то вдалеке он услышал чей-то крик, который быстро оборвался.       «Что там!?..» — ведьмак рванул в переулок, из которого выбежало несколько людей, затыкая уши.       — Русалка! Спаси нас, ведьмак! — крикнул бежавший мимо мужчина и пригнулся.       Над переулком раздался нечеловеческий высокий вопль, от которого лопались барабанные перепонки. Бежавшие люди упали замертво, между пальцев, прижатых к ушам, текла кровь. Ведьмака таким не возьмёшь. Его барабанные перепонки после всех мутаций было трудно заставить лопнуть одним лишь пением. Хоть оно и доставляло ему неудобство. Домагой рванул на голос. В конце переулка стояла Даниелла вся бледная, её волосы были растрёпаны. Она стояла на ногах, которые появляются у русалок во время полнолуния. Даниелла обманула его. Она не собиралась отказываться от мести. Она дожидалась полнолуния, чтобы убить как можно больше людей. И ей было уже не важно, мужчины ли перед ней, женщины или дети.       — Даниелла, почему? — воскликнул Домагой, хватая со спины меч и бросаясь к ней, лишь только её голос смолк.       — Я никогда не прощу им того, что они сделали со мной! — кричала русалка. Её лицо было искажено от ярости. — Ненавижу их! Всех убью! Если хочешь меня остановить, убей меня, Домагой, если сможешь!       Она снова закричала, и ведьмак прислонил руку к лицу, пытаясь выстоять против её крика       — Даниелла, нет! — его голос потонул в её крике и остался неуслышанным. Но Домагой знал, что это бесполезно. Обезумевшая русалка не станет слушать его уговоры, несмотря на всю к нему любовь. Что-то заклинило в голове русалки, остановившись на слепой мести. Таково возмездие утопленницы ненавистному городу. А значит, остаётся только один выход, как бы Домагой ни хотел к нему прибегать.       Он поднял пальцы в знаке Аард и послал его в русалку. Ударная волна отбросила Даниеллу далеко назад, она замолчала, ударившись о землю. А Домагой уже бежал к ней и вонзил меч в её грудь. Русалка хрипло изогнулась и закашлялась. Из её рта вырвалась кровь. Домагой вытащил меч и отбросил его в сторону. Он знал, что всё кончено. Очень осторожно он обхватил русалку за плечи и прижал к себе.       — Почему, Даниелла? — тихо спросил он.       Из глаз русалки потекли слёзы.       — Я не могла иначе... — прошептала она. — Спасибо, Домагой... Теперь ты сделал меня свободной.       — Даниелла, не говори... — начал было Домагой, но русалка прервала его, прикоснувшись пальцами к его губам.       — Почему ты меня не убила, как остальных? — спросил ведьмак, нежно целуя её пальцы.        — Ты не человек. Мы с тобой одинаковые, ведьмак. Ты, я, нас обоих люди называют чудовищами. Где бы мы ни были, нас отовсюду гонят и... — она закашлялась и протянула к его щеке слабеющую руку. — Я люблю тебя, ведьмак... — она закашлялась и обмякла в его руках. Домагой прикрыл глаза русалки и прижал к себе её тело.       Потом он прошёл по городу с ней на руках к самому дому войта.       — Я выполнил то, о чём ты меня просил, милсдарь войт, — сказал он Златко. Бережно удерживая русалку на руках, он вытащил из кармана мешочек с оставшимися деньгами и швырнул его войту. — Мне не нужны эти деньги.       Он вышел из дома и пошёл к могильщику, попросил у него лопату. Могильщик не отказал. Было тяжело нести в руках и русалку, и лопату, но Домагой справился. Он подошёл к берегу моря, бережно положил Даниеллу на песок и начал копать. Потом он положил её в свежевырытую могилу и так и похоронил несчастную русалку, которая так нуждалась в любви. Он постоял над её могилой, ещё долго думая о своём и о тех десяти днях, что они провели вместе. Потом он ушёл. На следующий день ведьмак уехал из города Ватреград и больше никогда в него не возвращался.