Вы когда-нибудь...

Понедельник, 29 сентября 1944-го года, 21:02

Гермиона прибыла в общую комнату старост раньше Волан-де-Морта. Диппет сказал ей пароль, которым оказалось слово «время». Иронично. Девушка вздохнула и машинально направилась к своему любимому кожаному дивану, стоящему перед потрескивающим камином. Массируя виски, она мягко опустилась на него. Её мысли всё ещё вращались вокруг сумасбродных событий дня. Гермиона за один день успела превратиться в маленькое пятнышко и перенестись на пятьдесят лет назад во времени, после чего вновь стала старостой Хогвартса и успела увидеть спину темноволосого Тёмного Лорда за столом Слизерина во время приветственного пира. Внезапный холодок пробежал по её спине, и Гермиона заставила себя изучить различия между гостиной, которою она помнила, и нынешней. На самом деле, мало что изменилось. Камин, пухлое просторное кресло, подставка для ног, трёхместный диван, на котором она развалилась, маленький прозрачный кофейный столик между диваном и креслом, квадратный деревянный рабочий стол в углу комнаты, а также самое западное окно Хогвартса, которое достигало потолка. Суровая темнота за окном резко контрастировала с тусклым светом, отбрасываемым потрескивающим огнём. Удовлетворенно улыбаясь, Гермиона посмотрела вниз и заметила чужеродный сине-бронзовый блеск шарфа, лежащего на сиденье рядом с ней. Цвета были абсолютно противоположны красному и золотому, к которым она привыкла так, будто они были второй кожей. Несмотря на это, Гермиона знала, что Когтевран прекрасно согласуется с её прилежной стороной, и, судя по радостным возгласам, которые приветствовали её появление за столом, студенты этого факультета были ей очень рады. К всеобщему «удивлению», Драко снова был зачислен в Слизерин, как и Гарри. Но больше всего Гермиона не ожидала, что вслед за ними в Дом змей отправится и Джинни. Немного поразмыслив о качествах своей подруги, девушка смогла понять выбор сортировочной шляпы. Джинни обладала исключительной способностью потрясающе острить, она могла быть хитрой и очень саркастичной, если хотела. После определения Джинни, Лаванде явно пришлось как-то одурманить Рона, чтобы он не закричал как сумасшедший и не выскочил в Большой зал, чтобы вручную разорвать сортировочную шляпу в клочья. А хотел он это сделать потому, что Браун определили в Пуффендуй. Самого Рона охотно поместили в Гриффиндор. Лаванда ничуть не расстроилась этим выбором, после объявления она радостно проскочила к столу Пуффендуя. Рон, казалось, тоже был вполне доволен ситуацией, хотя его сестра и лучший друг теперь находились на факультете, который он ненавидел больше всего или, по крайней мере, пытался делать вид, что ненавидит. Гермиона мысленно вернулась к своему плану. Сейчас у неё было два выхода. Дать Лорду в морду, как только он зайдёт через отверстие в портрете, или же быть самым милым человеком в мире, даже если сама мысль об этом вызывала у неё тошноту. Гермиона задумчиво накрутила на палец прядь незнакомых тёмных волос, рассеянно глядя на пляшущее, потрескивающее, оранжево-белое пламя. Да, от её действий в эту ночь, вероятно, зависит то, как пройдёт весь учебный год. Первое впечатление — самое главное. Если она решит начать войну с Волан-де-Мортом с первого дня, то Рон, Лаванда, Драко, Джинни и Гарри, а также все остальные, кого она сможет привлечь на свою сторону, с радостью последуют её примеру. После всего того, что сделал Волан-де-Морт, Гермиона могла честно сказать, что он заслужил такого отношения. «Но он ещё не успел принести много боли, — появился ангелочек на правом плече. — Он ещё молод. Ещё не совсем Лорд Волан-де-Морт». «Он открыл Тайную комнату в конце пятого курса, чёрт возьми! — ответил ему более рационально мыслящий демон с левого плеча. — Он убил собственного отца, когда ему было тринадцать лет! Тебе этого не достаточно?!» Гермиона быстро мысленно прогнала спорящих ангела и демона, вспомнив слова Дамблдора. «Никто не рождается злым, мисс Нефертари». Эти слова не вносили никакой ясности и ещё больше сбивали с толку. Гермиона крепко зажмурилась, не зная, что делать дальше. Девушка никогда не оказывалась в подобной ситуации. Она ожидала, что это будет длительная холодная война против опасного человека в незнакомом мире. Но ей придётся делить с ним общую комнату, ради Мерлина! Никогда до этого момента Гермиона не чувствовала себя настолько одинокой. Внезапно ей захотелось вернуться в прошлое. Где она сможет услышать, как Драко, сидя в кожаном кресле позади неё, бормочет себе под нос мрачные небылицы о Хагриде и безумном новом волшебном существе, которого тот принёс. Где сможет почувствовать дразнящий аромат тыквенного хлеба, который Гарри и Рон тайком протащили в общий зал для полуночной вечеринки. Где сможет ощутить прохладные пузырьки сливочного пива, слегка танцующие на языке и в горле, пока Лаванда и Джинни сплетничают о последнем неудачном матче по Квиддичу. Внезапный тихий скрип и последовавший за ним скрежет открывшегося портрета вызвали у Гермионы приступ ужаса. Несколько секунд спустя быстрые, проворные шаги где-то позади неё предупредили о том, что сам дьявол только что хладнокровно вошёл в общую комнату. У неё перехватило дыхание, сердце вдруг забилось так сильно, что едва не выскочило из груди. Вот и всё. В данный момент она находилась один на один в комнате с человеком, который убил её родителей, друзей, да и вообще очень много людей. Гермиона постаралась быстро успокоиться, потому что понимала, что начинающаяся истерика ей явно ничем не поможет. Девушка жестоко напомнила себе, что, независимо от того, насколько неизменным оставался внешний вид гостиной старост, она больше не была в безопасном месте, которое когда-то называла «домом». Нет, это место было потеряно для неё навсегда. «Ад», вероятно, был бы более подходящим термином в данный момент. «Волан-де-Морт — опасность. Он — интриган», — начали крутиться в голове девушки недавние слова Гарри. Гермиона немного высунула голову из-за спинки дивана и начала со всей возможной осторожностью и критичность изучать недавно прибывшего семнадцатилетнего Лорда Волан-де-Морта. Волшебница сразу же заметила, что он довольно хорошо выглядит для своего возраста. Этот факт очень её удивил. Ведь совсем недавно девушка просматривала его старые фотографии, и она не была так поражена. В этом человеке, в каждом его движении чувствовалась жёсткая грация, которая была в то же время решительно опасной и бесспорно харизматичной. Гермиона с отвращением вздохнула. Она явно должна быть сумасшедшей, чтобы действительно считать убийцу тысяч людей привлекательным. Однако всё в его внешности было тщательно продумано. Начиная с густых, слегка волнистых, аккуратно причёсанных и разделённых прямым пробором тёмных волос и заканчивая аккуратным галстуком. Даже его шаги были энергичными и целеустремлёнными. Юноша спокойно оглядел общую комнату, даже не взглянув в сторону дивана Гермионы. Её желудок подскочил к горлу, и она затаила дыхание, лоб непроизвольно покрылся испариной. Пути назад нет. Нужно принимать решение. Прямо сейчас. Напомнив себе, что нужно дышать, брюнетка с облегчением втянула в себя воздух. Юный Тёмный Лорд быстро нашёл взглядом лестницу, ведущую к его комнате. Всё ещё не замечая девушку, он направился к ней. Теперь только от Гермионы зависит результат этой игры. Ей решать, как прожить эту прошлую жизнь. Тысячи мыслей проносились сквозь разум Гермионы, как мчащиеся мётлы, дергая его в совершенно разных направлениях. Спустя мгновение брюнетка сделала свой выбор, каким бы глупым и опрометчивым он ни был. Проглотив волну тошноты, она вскочила на ноги, прежде чем отказалась от своего решения. — Привет! — крикнула она вслед удаляющемуся Тёмному Лорду, стараясь говорить дружелюбно. Уже занеся одну ногу на первую ступеньку лестницы, ведущей в его спальню, Волан-де-морт остановился и повернулся налево. Как только он оказался лицом к Гермионе, его расчётливые серые глаза начали внимательно изучать её. Девушка чувствовала себя так, словно попала под микроскоп. Она выпрямила спину, подняла подбородок и встретилась с ним взглядом. Нет, она не позволит ему заставить её пресмыкаться. Сейчас 1944-й год. Он всё ещё обычный подросток, и, пока он не даст ей повод, она не может относиться к нему как к врагу, не вызывая подозрений. Если он всё-таки даст его, то она станет его личным персональным адом. Однако Гермиона должна была отдать должное Тёмному Лорду. Хоть удивление на мгновение мелькнуло в его глазах, когда она впервые поздоровалась с ним, но казалось, это было больше от того, что она первая подошла, а не от того, что появилась из ниоткуда, а точнее из-за дивана. Его, действительно, было нелегко вывести из себя. Но ничего, она об этом позаботится. — Привет, — повторила Гермиона. Она обошла диван, не отрывая от парня взгляда, после чего прошла мимо кофейного столика со всей уверенностью и самообладанием человека, который знает главную гостиную как свои пять пальцев. — Ты, должно быть, ещё один староста? Лицо Волан-де-Морта не выражало никаких эмоций, пока он смотрел, как она приближается и останавливается в нескольких метрах от него. Через секунду он ровным голосом ответил: — Учитывая, что пароль к этой комнате знают только старосты и профессора, а на профессора я не очень-то похож… О, кислое чувство юмора. Гермиона отступила назад и внимательно посмотрела на его хорошо очерченное, определённо красивое, но слишком худое лицо. Странно, но именно с такой бледной физиономией Гарри всегда возвращался в школу, проведя целое изнурительное лето с Дурслями. Она попыталась решить, был ли его ответ издевательским или это была просто обычная манера общения Лорда Волан-де-Морта, но ничего не смогла понять по выражению его лица… или, скорее, по его отсутствию. — Я Гермиона, — наконец представилась брюнетка, надеясь, что кислый, горький привкус во рту не проявился в её голосе. Девушка заставила себя изобразить на лице то, что, как она надеялась, было похожим на дружескую улыбку. — Гермиона Нефертари, — добавила она, решив для простоты отказаться от «Дамблдора». — Я знаю, — произнёс юноша, лениво, спокойно и, казалось, безразлично изучая её. Его голос был удивительно тихим, но властным — из тех, что заставляют слушателей наклоняться, чтобы не пропустить ни единого слова. — Ты переводишься в Когтевран. Диппет и Макдьюитт объявили твоё имя за ужином. Дважды. Один раз для сортировки и один раз для оглашения твоего статуса старосты. Конечно, девушка не ожидала, что он окажется из тех, кто упускает что-то из виду. Она ждала какой-нибудь другой остроумной реплики Капитана Очевидности, но её не последовало. Борясь с тем, чтобы улыбка на её лице не превратилась в гримасу отвращения, Гермиона быстро предприняла ещё одну попытку проявить вежливость. — Хорошо, поскольку я здесь новенькая, то обязана сказать то, что говорят многие новички в Хогвартсе: «Привет, я новый тут, я в новом доме. Приятно быть с Вами знакомым». Волдеморт откровенно посмотрел на Гермиону, сунув одну руку в карман, а другой небрежно поигрывая волшебной палочкой. Девушка ждала реакции с нетерпением и беспокойством. Его грозный взгляд, мягко говоря, немного нервировал. Через мгновение она скрестила руки перед собой, неосознанно пытаясь защититься. Внезапно юноша протянул ей правую руку, словно хотел пожать её. Гермиона чуть не отскочила от неожиданности. — Привет, я Том Реддл, учусь в Слизерине. Приятно познакомиться, — сказал он с лёгкой ноткой в голосе, которую можно было бы счесть добродушной, если бы девушка не имела дело с будущим Тёмным Лордом. Так стоп. Том Реддл? Да, это было правильно. Гермиона же не думала, что он будет ходить и называть себя Волан-де-Мортом направо-налево. — Полагаю, я могу обойтись и без прямого повторения моих недавних слов касаемо «приятного знакомства», — проворчала брюнетка. Она с опаской посмотрела на его руку, не зная, стоит ли её пожимать, да и хочется ли вообще. — Одно ты должна знать, Нефертари, — коротко продолжил Том Реддл, всё ещё небрежно протягивая руку, как будто её внезапная нерешительность не затронула его, — это то, что я не занимаюсь формальностями. — Ты знаешь, что такое формальности? — сухо спросила она, приподняв тонкую тёмную бровь. Её правую руку странно начало покалывать, и вдобавок ко всему, его пронзительный взгляд становился более напряжённым. — А почему не занимаешься, позволь узнать? — В этом нет никакого смысла, — сухо заявил он, небрежно пожимая плечами. — Я имею в виду, как ты можешь быть так уверена, что тебе приятно со мной познакомиться, когда ты меня даже не знаешь? — Это называется «быть вежливым», — парировала Гермиона, не в силах сдержать сарказм в голосе. Немного раздражённо она потянулась к нему, чтобы пожать его руку, решив, что оставить её висеть, возможно, не лучший дипломатический ход с её стороны. И, как гулкий, оглушительный удар грома, к ней пришла идея. Не обдумав её должным образом, не рассмотрев логичность этой идеи, Гермиона воспользовалась своим единственным шансом. Она обязана сыграть в новую игру под названием «Я — мега экстрасенс». В тот момент, когда её рука полностью соприкоснулась с рукой Тома Реддла, брюнетка громко ахнула, закатив глаза, прежде чем плотно закрыть их и позволить каждому мускулу в её теле полностью обмякнуть. Её ноги мгновенно подогнулись и тело начало стремительно опускаться на пол. Реддл так крепко держал её за руку, что Гермиона едва не потянула его за собой, молясь про себя, чтобы у него хватило мужества сделать хоть что-нибудь, чтобы её голова не разбилась о деревянный пол. Она услышала, как парень выругался себе под нос, и одновременно, к счастью, почувствовала, как её правая рука дернулась. Его хватка остановила её тело в нескольких сантиметрах от пола. Когда Реддл медленно опустил её вниз, Гермиона безжизненно растянулась на полу. Она мысленно сосчитала до пяти, прежде чем широко распахнуть глаза. — М-м-м… — промычала она и посмотрела в изумлённое лицо Тома Реддла. — Я только что потеряла сознание? Серые глаза Тёмного Лорда сузились, и он ответил ей резким вопросом:  — И часто с тобой такое случается? — Э-э… Да… Нет… Ну-у, это случайно. Гермиона медленно поднялась в сидячее положение и осторожно потёрла затылок, тем самым оставив свои кудри взъерошенными во все стороны. — Иногда, когда я прикасаюсь к людям… я вижу некоторые вещи, — хрипло произнесла она. Энергично тряхнув головой, как будто это могло помочь ей полностью прийти в себя, девушка с немалым удовлетворением отметила быструю вспышку тревоги, промелькнувшую на его лице. — Вообще-то, это странно, — продолжила она немного смелее, увидев, что он клюнул на приманку. — Обычно я не теряю сознание полностью. Это происходит только тогда, когда образы действительно… сильные, если можно так сказать, — проворчала Нефертари, поднимаясь на ноги и положив руку на подлокотник дивана для устойчивости. — Но для меня есть всегда восхитительное маленькое пробуждение. Я имею в виду удар об пол. Едва появившееся на лице Реддла опасение тут же исчезло, сменившись надменной апатией. — И что же ты увидела, когда прикоснулась ко мне? — спросил он, прислонившись плечом к перилам лестницы и скрестив руки на груди. Его голос был немного презрительным и совершенно безразличным. Да, Гермиона тоже никогда особо не верила в гадания. Но ничего страшного, всё ещё можно изменить, и она поможет ему в этом нелёгком деле. Гермиона почти пожалела, что у неё нет свидетеля, который видел бы момент её триумфа. Профессор Трелони, если бы она только была здесь! Мысленно хихикая от радости, Гермиона невинно моргнула, глядя на напряжённого Тёмного Лорда, и начала атаку: — А что такое Волан-де-Морт?