Вы когда-нибудь...

Пятница, 19 ноября 1944, 7:51

Первые три слова, которые всплыли в голове Гермионы, были «мягко», «тепло», «ярко». Четвёртым — «Реддл». Открыв глаза, девушка резко выпрямилась и облегченно выдохнула, обнаружив себя лежащей на огромной кровати в собственной комнате. Обильные лучи солнечного света, струящиеся через окна от пола до потолка, свидетельствовали о том, что утро наступило без неё. Немного сощурившись, Гермиона посмотрела на часы, стоящие на прикроватном столике. Чёрт. Если она побежит, то сможет вовремя прийти на урок по защите от тёмных искусств. Откинув голубые покрывала, девушка поднялась с кровати и внимательно оглядела себя. Одежда была ужасно помята, и этого факта было достаточно для того, чтобы события прошлой ночи всплыли в её памяти. Неужели она действительно потеряла сознание? Неужели она действительно жёстко поссорилась с Томом Реддлом и не умерла, и даже не получила серьёзных увечий? Неужели Том Реддл действительно отнёс её наверх, в её комнату, вместо того, чтобы оставить её лежать посреди гостиной, как она наверняка, не колеблясь, оставила бы его? Наполовину стянув с себя блузку, Гермиона задумчиво остановилась перед комодом с зеркалом. Неужели Реддл действительно рассказал ей всё, что у него было? Неужели она действительно сделала то же самое? В конце концов, Гермиона пожала плечами, размышляя над тайнами прошедшей ночи, и, стянув рубашку, поспешно вытащила свою форменную юбку и блузку из верхнего ящика. Беспорядочно собрав волосы в неэлегантный пучок, она рассеянно попыталась задвинуть ящик. После пяти безрезультатных толчков, девушка нетерпеливо ударила ящик бедром, закрывая его с треском. Она всё ещё может успеть, всё ещё может… Гермиона практически пролетела через большую спальню. Подняв свою сумку с книгами, девушка уже практически перекинула её через плечо, пока не увидела кусок пожелтевшего пергамента, которого определённо не было там раньше. Только Тому Реддлу нравилось использовать именно такой пергамент. Гермиона настороженно посмотрела на листок, словно у него внезапно выросли красные глаза-бусинки и рот с десятками острых зубов, гадая, почему Реддл вдруг решил оставить его в её сумке. Разве они не всё обсудили прошлой ночью? Шли секунды. Именно тогда волшебница полностью осознала всю реальность происходящего. Милый Мерлин, Том Реддл был в её комнате, пока она была без сознания! Осторожно, почти боясь, что он окажется заколдованным, Гермиона вытащила пергамент из сумки и перевернула его. Закусив губу, она заставила себя опустить взгляд. Нефертари, Я не хочу знать, что ты видела прошлой ночью. ТР На мгновение сердце Гермионы перестало биться, и она в замешательстве уставилась на записку, нахмурив брови и погрузившись в свои мысли. Что она видела прошлой ночью? Как она могла не рассказать Тому Реддлу о том, что видела, если даже сама этого не знала? Внезапно девушку захлестнула волна сильного головокружения. Она ахнула, споткнулась, и её рука вслепую метнулась вперёд, хватаясь за комод. Словно цунами, слова «Anima Adflictatio» обрушились на её голову с такой силой, что она чуть не потеряла сознание второй раз за сутки. Гермиона медленно разогнулась и села на пол, скрестив ноги и положив свою пульсирующую голову на руки. У неё никогда не было мигрени. Так было ли у неё на самом деле видение прошлой ночью? Как ещё она могла придумать что-то вроде «Anima Adflictatio»? Этого она не знала. Ситуация вдруг показалась ей такой нелепой, что она чуть не рассмеялась. У неё, Гермионы Грейнджер, абсолютной прорицательницы-атеистки, есть собственное истинное видение? Она вскочила на ноги как раз в тот момент, когда часы пробили восемь утра, грубо напомнив, что она ужасно опаздывает. Впрочем, как обычно. Самое смешное было то, что до перемещения во времени девушка всегда приходила куда-либо раньше назначенного времени или вовремя. Сейчас же всегда находились какие-либо обстоятельства, которые она не могла контролировать. И самое интересное, причины её опоздания были настолько сложными, что пытаться объяснить их кому-то, кто захотел бы их выслушать, было пустой тратой времени. Распахнув дверь и выглянув из-за неё, Гермиона быстро и осторожно оглядела гостиную, чтобы убедиться, что Том Реддл находится вне пределов досягаемости. К счастью для неё, гостиная была совершенно пуста, угли от огня, который горел прошлой ночью, были холодными и чёрными. Выходит, что Реддл пришёл на урок вовремя. Спустившись по лестнице и промчавшись мимо дымящегося пепла камина, девушка чуть не пролетела сквозь портрет сэра Кадогана в коридор. Её рука лишь на мгновение задержалась на гладких, покрытых глазурью перилах из орехового дерева. Именно в этот момент Гермиона поняла, что обязательно должна выяснить, что же именно произошло этим вечером. А для этого можно и пропустить урок защиты от тёмных искусств, на который она и так уже опоздала на пять минут. Развернувшись на сто восемьдесят градусов, волшебница направилась прямиком в библиотеку.

18:02

— Итак, вы всё установили в Выручай-комнате? — весело спросила Джинни Гермиону, лежа на спине, её рыжие волосы выглядели, как дьявольский ореол. Она протянула палец и рассеянно проследила за звездами, которые Нефертари недавно зачаровала так, что они появились на её потолке только после исчезновения солнечного света. — Угу, — рассеянно отозвалась брюнетка, деловито просматривая названия книг. — Закончили всё делать после гербологии. Джинни зевнула и закрыла глаза, а Гермиона снова сосредоточилась на чрезвычайно важном деле. Её поход в библиотеку обернулся полным разочарованием. Единственная литература, которую она нашла на Anima Adflictatio, просто описала Аниму, как «чрезвычайно продвинутое и древнее тёмное проклятие, о котором мало что известно». Девушка начала просматривать некоторые из книжных шкафов библиотеки предков Дамблдора, одна половина из которых была установлена вдоль стен её комнаты, а другая половина была уменьшена и упакована в чемодан из-за нехватки места. Её глаза неторопливо скользили по рядам древних томов, выстроившихся вдоль полок, и она вытаскивала случайные книги, которые, по её мнению, могли бы помочь в идентификации Анимы. «Тёмные проклятия. Описание». Ей было немного трудно представить себе Альбуса Дамблдора, берущего некоторые из этих книг просто для легкого чтения поздней ночью. Но она, тем не менее, была благодарна ему за то, что он собирал все виды старинных книг, несмотря на светлый или тёмный оттенок их предметов. Одна книжка взята, ещё сотня впереди. Гермиона заметила экземпляр «Заклинания тёмной магии на протяжении веков», спрятанный на второй по высоте полке книжного шкафа, стоящего перед ней. Единственный способ добраться до неё — вытащить древнюю, почти разваливающуюся книгу «Самая полная история основателей школы чародейства и волшебства Хогвартс». Она взглянула на неё с легким интересом, прежде чем осторожно положила старую кожаную рукопись на свою первую книгу. Девушка снова встала на цыпочки и решительно протянула руку к «Заклинаниям тёмной магии на протяжении веков». Раздался стук. Гермиона остановилась на полпути и наклонила голову к Джинни. — Ты это слышишь? Джинни приоткрыла один глаз. — Да. Не волнуйся. Ты доставай книгу, а я открою дверь. Брюнетка практически упёрлась одной ногой в нижнюю полку, и было похоже, что она готовилась взобраться на остальную часть устрашающего книжного шкафа. Когда Гермиона пробормотала в ответ приглушённое «Спасибо», рыжеволосая скатилась с кровати в стиле коммандос. Она была уже на полпути к двери, когда стук повторился, громче и быстрее, словно в нетерпении. — Эй, можно немного подождать? Сейчас я! Пальцы Гермионы торжествующе коснулись корешка книги, когда она услышала щелчок открывающейся двери. Брюнетка нахмурилась, когда прошло добрых десять секунд полной тишины. — О, это ты, — кисло произнесла Уэст. Только ограниченное число людей оправдывало использование Джинни такого кислого тона. Вряд-ли у дверей стоял Калугала Малфой, поэтому у Гермионы не оставалось никаких сомнений. Она точно понимала, кто именно этот «ты», и ей совсем не хотелось, чтобы этот «ты» задумался о том, почему она вдруг взялась лазить по довольно старым книжным шкафам. Волшебница неохотно уронила книгу тёмных искусств и отошла от полок. Слегка отряхнув руки, она небрежно накрутила на палец прядь вьющихся тёмных волос, выбившуюся из пучка, и посмотрела на дверь. Её предположение не было ошибочным. Высокий староста стоял, прислонившись плечом к дверному косяку, и безразлично смотрел на неё. Она почему-то была сильно удивлена его появлением. «Может быть, потому что Вы были на грани убийства друг друга прошлой ночью?» — саркастически отозвался демон с левого плеча. Глядя на Реддла со смесью любопытства и подозрительности, девушка решила пропустить формальности. В конце концов, он всё равно ими «не занимался». — Тебе что-то нужно? — Сейчас нет необходимости быть такой злючкой, Нефертари, — ответил Реддл ровным тоном. Оттолкнувшись от двери, он спокойно прокрался в её комнату, едва удостоив Джинни взглядом. Рыжеволосая, закатив глаза, продолжила держать дверь открытой. «Наверняка, чтобы он потом мог побыстрее уйти отсюда. Молодец, Джин!» — весело отозвался всё тот же демон. Мышцы Гермионы инстинктивно напряглись, когда Том медленно и неторопливо, как ей показалось, прошёлся по комнате. Он безразлично рассматривал фотографии и безделушки на её комоде. Впервые она заметила стопку бумаг, зажатую под его правой рукой. — Риктер, — наконец начал он небрежно, имея в виду нынешнего профессора по ЗОТИ, — хотел, чтобы я передал это тебе, поскольку мы живем в общей комнате. Он вытащил пергамент и положил его на покрывало. — Если бы ты пришла сегодня утром, то обнаружила бы, что нам поручили групповой проект. Желудок Гермионы сжался, как будто она только что ступила на крошечную спасательную шлюпку посреди каменистого, бурного океана. Девушка очень плохо представляла себе, чем всё это закончится. С растущим чувством страха она выпрямилась во весь рост и, скрестив руки на груди, вызывающе посмотрела на наследника Слизерина.  — Думаю, нет нужды гадать, в чьей я группе. — О, уверяю тебя, Нефертари, Калугала Малфой и я получим столько же удовольствия от работы с тобой, сколько ты несомненно получишь от работы с нами, — он ухмыльнулся, но совсем не ободряюще. Его голос был на один уровень ниже на детекторе измерения гнева. — Только подумай, как нам всем будет весело! — Сомневаюсь, — быстро произнесла Гермиона. В это момент Джинни издала звук, напоминающий рвоту, что нисколько не помогало делу. Темноволосый слизеринец равнодушно пожал плечами. Гермиона проследила за его взглядом, когда он снова прошёлся по комнате, и её спина напряглась, а сердце забилось быстрее, когда Реддл посмотрел на две книги на кофейном столике. — У тебя есть копия самой полной и исчерпывающей истории основателей? — внезапно спросил юный Тёмный Лорд, его первоначально апатичный тон полностью трансформировался в мягкий и заинтересованный. — Существует только одна такая книга и её копия, Нефертари, и наша прекрасная библиотека не владеет ни одной из них. Гермиона издала тихий возглас облегчения, молясь, чтобы её лицо не покраснело от прилива крови. Ей было всё равно, даже если он интересовался самой полной и исчерпывающей историей, её больше волновало то, чтобы он не увидел книгу под ней. Она очень хорошо представляла, как может пройти этот разговор... «Нефертари, ты никогда не говорила мне, что интересуешься тёмными искусствами!» «О, я не думала, что мне следует это делать, Том, ты не производишь впечатления мальчика, который мог бы увлечься подобными вещами!» — Да, — ответила она, сделав небрежное движение рукой, которое, как она надеялась, сойдёт за жест избалованной богатой девушки, — эта штука была в моей семье на протяжении веков. Наследник Слизерина, бросив на неё быстрый взгляд, потянулся за книгой. — В таком случае, не думаю, что ты будешь возражать, если я взгляну на неё. — Нет! — воскликнула Гермиона. Она мгновенно бросилась вперёд и положила руку поверх старой книги, чуть ли не опрокинув при этом кофейный столик. — Я имею в виду, извини, мне она сейчас нужна. Реддл быстро отдёрнул руку, его стальной взгляд пронзил её. Он открыл рот, как будто хотел что-то сказать, но в последнюю минуту закрыл его, стиснув зубы. — Расслабься, Нефертари, я же не собираюсь её сжигать, — спустя мгновение произнёс он низким и невозмутимым голосом. — Если на этом всё, может, ты уйдёшь? — спросила она напрямик, нисколько не заботясь о том, что была груба. В этот момент она просто хотела, чтобы он убрался из её комнаты, прежде чем увидит что-то, чего не должен был видеть. Оторвав от него взгляд, брюнетка многозначительно кивнула в сторону Джинни, которая всё ещё стояла у двери. — Мы вроде как обсуждали кое-что очень важное до твоего прихода. К её раздражению юноша двинулся явно не в заданном направлении. Наследник Слизерина, облокотившись на кофейный столик, откинулся назад и, скрестив руки, посмотрел на Гермиону непроницаемым взглядом. — Разве мы не договорились о светских встречах в нашей гостиной? — спросил он. Хотя, судя по тому, как он это сказал, это было скорее утверждение, а не вопрос. — В гостиной — да, а в моей комнате — нет, — сухо возразила она, нетерпеливо убирая выбившийся локон с глаз. Реддл задумчиво склонил свою тёмную голову набок. — Никогда не думал, что ты прогуливаешь занятия, Нефертари, — небрежно заметил он, словно говорил о погоде. — Извини, что не оправдала твоих ожиданий, — постаралась произнести максимально спокойно Гермиона. Реддл ещё мгновение изучал девушку, выдерживая её явно раздражённый взгляд. — Ничего страшного, — наконец произнёс он, после чего, кивнув своим мыслям, оттолкнулся от столика и направился к выходу. Его чёрная мантия развевалась позади него. — Не за что, Нефертари, — неожиданно добавил он, остановившись на полпути. В его голосе слышалось разочарование. «Если ты сейчас не поблагодаришь его, то в следующий раз, он не просто оставит тебя лежать в гостиной, а ещё и запустит в тебя каким-нибудь проклятием» — недовольно заметил демон. Ангела что-то давно не было видно на горизонте. Видимо, он просто не выдержал не очень хорошего поведения Гермионы и в связи с этим ушёл в отставку. — Реддл! — крикнула Гермиона в удаляющуюся спину наследника Слизерина. Он просто застыл на месте, даже не потрудившись оглянуться назад. — Спасибо. Когда слова слетели с губ, смягчаясь против её желания, волшебнице пришлось встретиться с огненным взглядом Джинни. Том, однако, лишь слегка повернул голову в сторону Гермионы, кивнул с нечитаемым выражением лица и исчез за дверью. Джинни мгновение смотрела ему вслед, потом быстро захлопнула дверь и, прислонившись к ней спиной, скрестила руки на груди. — Ты поблагодарила Лорда Волан-де-Морта за то, что он, скорее всего, заставил тебя потерять сознание прошлой ночью? Гермиона раздражённо выдохнула и вернула самую основательную историю обратно на полку. — Джинни, я не знаю, почему потеряла сознание прошлой ночью, и не понимаю, почему он отнёс меня в мою комнату после того, как мы устроили самую жестокую нефизическую драку, которую ты только можешь себе представить. Она спрыгнула на матрац, сдувая с лица пряди тёмно-шоколадных волос, и задумчиво добавила: — Я обыскала свою комнату и проверила себя после того, как проснулась. Он ничего не брал и не делал со мной, Джин. Как бы то ни было, одно это было косвенным предложением мира, которое я не хочу отвергать. Джинни обречённо развела руками, подошла и села на кровать рядом с подругой. — Он на самом деле просто ничего не сделал. Тебе в это немного трудно поверить? — Да, — ответила тихо Гермиона. — Наверное, я тебе покажусь странной, но да. Мне в это очень трудно поверить. И это, возможно, единственное его доброе дело за год. Джинни рассмеялась. — Возможно. Но я буду очень счастлива, когда вся эта чертовщина закончится, — мрачно пробормотала она, глядя в западное окно. — Так что ты думаешь о танцах в пятницу вечером? Теперь ведь Реддл знает об этом. Гермиона слегка поморщилась, когда поняла, что ей снова придётся наряжаться для вечеринки этим вечером. — Джин, я думаю, что остальная часть школы убьёт нас, если мы отменим их.