Вы когда-нибудь...

Суббота, 25 декабря 1944, 8:05

На небе всё ещё сияли звёзды. Из сереющей темноты постепенно начали проступать неясные очертания окружающего мира. Вокруг царила сонная тишина. Любой человек в здравом уме должен был проспать ещё по крайней мере час или два. В конце концов, это было рождественское утро. Очевидно, Гермиона совсем сошла с ума, поскольку в данный момент она лежала на своём любимом кожаном диване в главной гостиной, задумчиво глядя на догорающие угли вечернего костра. От камина всё ещё исходил приятный жар, и девушка удовлетворённо улыбнулась, закрыв глаза и уютно устроившись на мягкой подушке. Встреча с друзьями была запланирована на половину десятого, поэтому Гермиона не имела ни малейшего понятия, почему встала так рано. Она услышала, как наверху открылась дверь, и, досчитав до пятнадцати, весело произнесла: — Доброе утро! Безошибочно узнаваемый звук шагов по деревянному полу сразу прекратился. — Доброе утро, — Том поприветствовал её хриплым и низким голосом, создавая впечатление, что он всё ещё наполовину спит и уже в плохом настроении. Гермиона немного приподнялась на локтях. — И тебе счастливого Рождества. Ты в порядке? — внезапно спросила она, когда наконец увидела наследника Слизерина, который выглядел совершенно опустошённым. Его серые глаза утратили свою вызывающую грозность и выглядели немного затуманенными. Тёмные круги под ними стали ещё более заметными. Волосы юноши были взъерошены, а его одежда смята, поэтому складывалось впечатление, будто он спал сегодня в ней. — Если состояние, когда ты чувствуешь себя так, будто тебя сбил поезд, можно назвать нормальным, то да, я в порядке. Спасибо, что спросила, — пробормотал он, устало шаркая к её дивану. Гермиона подтянула свои обтянутые пижамой ноги к груди, и волшебник опустился рядом с ней, откинувшись на спинку дивана. Гермиона внимательно посмотрела на него, скрестив ноги. — И? Когда первые лучи солнца упали Тому на лицо, он неохотно открыл один глаз и, прищурившись, посмотрел на девушку: — Что «и»? Слегка улыбнувшись, Гермиона так же прищурилась. — Разве ты не хочешь получить свой рождественский подарок? — невинно спросила она, её нога нетерпеливо дёргалась. Девушка была в предвкушении. — Мой что? — непонимающе спросил юный Тёмный Лорд. Открыв оба глаза, он выпрямился и посмотрел на неё так, словно она неожиданно превратилась в какой-то мутировавший вид соплохвоста. — Твой рождественский подарок, — с улыбкой повторила Гермиона. Она потянулась за маленьким подарочным пакетом серебряного цвета, после чего отдала его волшебнику. — Вот. Счастливого Рождества. Том аккуратно взял пакет, даже не взглянув на него. Нахмурившись, он внимательно посмотрел в глаза девушки. — Но я тебе ничего не дарил, — наконец произнёс он, и Гермиона уловила небольшое замешательство в его голосе, которое он не смог скрыть. — Я знаю, — она равнодушно пожала плечами, её нога всё ещё продолжала покачиваться. Для неё не имело значение, подарит ей Том подарок или нет. Волшебница понимала, что их время уходит, и она хотела, чтобы у него была хотя бы одна действительно значимая вещь, пока он ещё жив. Её улыбка слегка померкла, и девушка постаралась остановить надвигающуюся бурю эмоций. Сегодня Рождество. Завтра Тому может стать хуже, а уже послезавтра он должен уехать, поэтому она не хотела думать об этом. Только не сейчас. Вернув себе прежнее выражение лица, девушка кивнула на пакет. — Открой. Бросив ещё один настороженный взгляд в её сторону, Том наклонил голову вниз, отчего волна тёмных волос упала ему на лоб, и медленно вытащил из сумки гладкий шар, который был чуть меньше его ладони и стоял на маленькой бархатной подставке. Положив пакет на диван рядом с собой, Том вопросительно посмотрел на девушку: — Что это? Ещё одна улыбка появилась на лице Гермионы. — Когда я получила приглашение в школу, родители боялись, что я буду скучать по дому. Это был мой первый год вдали от них. Когда я думаю об этом… — волшебница вспомнила, что часто винила себя за то, что родители скучали по ней намного больше, чем она по ним, — неважно. Это шар Вечности. Слышал о таком? Слизеринец задумчиво прищурился, переведя взгляд на сферу. Такие шары были большой редкостью, поэтому неудивительно, что юноша не встречал подобного. Гермиона даже не могла точно вспомнить, в каком магазине её родители купили его. Они, скорее всего, были в шоке, когда увидели его стоимость. Тогда они впервые оказались в косом переулке, жаль Гермионы в этот момент не было рядом. Купили родители этот шар только потому, что видели нечто подобное в одном из фильмов. — Когда ты берёшь его в руку, облака внутри него начинают сгущаться и через какое-то время появляется чей-то образ. Неважно, жив этот кто-то или нет, единственное требование — он должен хоть раз сделать владельцу шара что-то хорошее. Не увидев в глазах юноши хоть какого-то просветления, Гермиона перевела взгляд на шар и вопросительно подняла брови. — Не возражаешь? Том покачал головой, и Гермиона осторожно забрала шар с причудливой подставки. — Чаще всего я вижу в нём своих друзей, но иногда… могу увидеть и родителей. Девушка грустно улыбнулась, когда образ родителей, смеющихся и машущих ей, материализовался сквозь туман. — Каждый владелец видит разное. То есть… ты явно не увидишь моих родителей, — Гермиона благоговейно посмотрела на сферу, после чего вернула её юноше, — ты увидишь людей, которые испытывают или испытывали к тебе тёплые чувства. Поэтому каждый раз, когда я чувствовала себя одинокой, я просто брала этот маленький шар в свои руки, дабы хотя бы на секунду окунуться в любовь, которую дарили мне родители. Волшебница отчаянно сжала челюсти, пытаясь сдержать рвущиеся слёзы. Лицо Тома оставалось безмятежным на протяжении всего её объяснения, только его глаза отражали широкий спектр эмоций. Девушка видела в них удивление, любопытство, тоску и… что-то ещё, чему она не могла дать определение. — Нефертари, я не могу отнять это у тебя, — прошептал наследник Слизерина, протягивая шар девушке. — Можешь, — шмыгнув носом, она решительно смахнула слёзы и осторожно сомкнула холодные длинные пальцы Тома вокруг шара Вечности. — Я всегда буду помнить о том, как сильно они заботились обо мне. Я хочу, чтобы шар остался у тебя. Если ты не примешь его, то… я… я буду вечно на тебя обижена. Том беззлобно ухмыльнулся. Он немного поёрзал на диване и открыл рот, словно собираясь что-то сказать, но потом резко закрыл его и направил свой пустой взгляд на догорающие угли камина. — Что-то не так? — тихо спросила девушка. Слизеринец мельком взглянул на неё, но вскоре снова перевёл взгляд на огонь и вздохнул. — Нефертари, а что, если ты никого не увидишь? — спросил он равнодушным тоном, словно этот вопрос для него совершенно ничего не значил. «В смысле никого? А мы тут для чего? Задуши его прямо сейчас. Возможно, тогда он поймёт, что такое забота» — недовольно прошипел демон. Гермиона понимающе улыбнулась. — Ты увидишь.

Суббота, 25 декабря 1944, 20:11

— Шон не просит денег, он просто берёт их, — раздраженно произнёс Джейкобсон Эндрюс. — Этот маленький мерзавец стал настоящей проблемой. Он запомнил номер моего счёта в Гринготтсе и теперь ныряет туда всякий раз, когда хочет приобрести что-то в магазине товаров для Квиддича. Чёртов маленький мошенник. — А ты не можешь получить новый номер счёта? — спросила Гермиона, положив локоть на стол и подперев подбородок ладонью. Гриффиндорца так же внимательно слушали Джинни, Рон, Минерва и Филлис. — Я уже пробовал. Дважды. Чёрт меня побери, я не понимаю, как он узнаёт об этом. Гермиона засмеялась вместе с остальными и украдкой взглянула на Тома. На его лице появилась ухмылка, хотя было ощущение, что он совершенно не заинтересован в разговоре. Внезапно серые глаза наследника Слизерина скользнули к девушке. Гермиона не скрывала того, что смотрела на него, и поэтому вопросительно наклонила голову. Немного приподняв брови, юноша кивнул в сторону гигантский часов Большого зала. 20:15 Вздрогнув, Гермиона вспомнила о записке. — Том, что там было написано? — Тебе необходимо быть в классе зельеварения в половину девятого. Заставив себя улыбнуться, Гермиона кивнула и встала, остро ощущая на своей спине взгляды Джинни, Гарри и Рона. Стараясь смотреть в сторону выхода, она произнесла: — Ну, я надеюсь, у всех вас есть прекрасные планы на рождественский вечер. — Разумеется. Счастливого Рождества вам обоим, — ответила Филлис с понимающей улыбкой, и они с Джекобсоном тоже встали. К счастью для Гермионы и Тома, многие из профессоров также выбрали это время, чтобы освободить Зал, тем самым привлекая к себе внимание учащихся. Дамболдор поднялся первым, услышав многоголосое «Спокойной ночи, профессор». Мужчина поймал взгляд Гермионы и улыбнулся, девушка благодарно улыбнулась в ответ. Обогнув стол и оглянувшись на волшебницу, Том вышел из зала. Гермиона шла за ним по пятам, в её голове прокручивались все возможные сценарии развития событий в классе зельеварения. У неё было ощущение, что ещё пара минут и она умрёт от любопытства. Девушка вздохнула и неохотно ускорила шаг, поравнявшись со слизеринцем. Понизив голос, чтобы Дамблдор и Риктер, которые шли в нескольких футах позади и были погружены в дискуссию, не могли услышать, она спросила: — Итак, мы всё ещё идём в класс зельеварения? — Наверное, нет, — Том равнодушно пожал плечами, вынимая палочку из кармана для того, чтобы чем-то занять руки. — Нам не обязательно идти туда. Просто на тот момент мне казалось, что это самое подходящее место для встречи. Все предвзятые сценарии тут же полетели в мусорную корзину, и Гермиона задумчиво прикусила нижнюю губу. Они были уже на полпути к выходу из Большого зала, когда девушка потеряла самообладание и начала расспросы: — Куда мы тогда… — Эй, Неф, подожди! Она тут же напряглась, услышав знакомый и протяжный голос Драко. Гермиона остановилась и ободряюще улыбнулась Тому, давая знак, чтобы он шёл дальше. В этот момент Драко приблизился к девушке, и она увидела на его лице самодовольную ухмылку. Том, проигнорировав просьбу Гермионы, остановился в нескольких шагах от неё, небрежно засунув руки в карманы и опустив голову к полу. Ей не нужно было быть гением, чтобы понять, что юный Тёмный Лорд хочет быть в курсе всех событий. Нужно как можно быстрее закончить этот разговор. — Чего ты хочешь? — довольно резко спросила волшебница, так что ей сразу стало не по себе. Однако теперь она не могла взять свои слова обратно. К её удивлению, ухмылка Драко стала ещё шире. — Это было похоронено под упаковочной бумагой Эванса и Уэста сегодня утром. Глаза Гермионы подозрительно сузились, и она перевела свой взгляд на его протянутые руки. — О, это просто свитер, — воскликнула она, увидев дорогой синий кашемировый свитер. Драко бросил на неё хмурый взгляд, который, скорее всего, должен был напугать её. — Рад слышать, что меня ценят. — Нет, прости. Я хотела сказать… — она рассмеялась, — я просто думала, что моя комната съела его. Спасибо тебе большое. Девушка улыбнулась, взяла свитер и обвязала его вокруг талии. Драко небрежно откинул волосы, и ухмылка снова появилась на его лице. — Просто помни об этом, когда ты снова решишь А: сломать мне ногу во время танца, Б: игнорировать меня в течение трёх дней, В: ударить меня по лицу. — Эй! — воскликнула Гермиона, её глаза игриво блеснули, когда она легонько хлопнула его по плечу, обтянутому свитером. — Несправедливо обвинять меня в этом. Это было много лет назад. Тихое покашливание за спиной напомнило ей, что Том Реддл рядом и ждёт её. Она неловко замолчала, пытаясь придумать предлог для ухода. Если она скажет про домашнее задание или про какое-нибудь задание от Диппета, то блондин точно не поверит ей. «Я хочу уйти просто потому, что хочу» — усмехаясь, предложил демон. Гермиона даже не хотела думать о том, как Драко отреагирует на такое объяснение. Понизив голос, чтобы Том не мог подслушать, она тихо произнесла: — Я буду в Выручай-комнате в половину одиннадцатого, хорошо? Ясно-голубые глаза Драко сузились, когда он посмотрел на наследника Слизерина. — Ладно, как скажешь, Неф… — он перевёл взгляд на девушку. — Но если ты не успеешь вовремя, то я не смогу остановить троицу, которая отправится спасать тебя. — Я знаю, — выдохнула Гермиона, представляя, как Рон, Гарри и Джинни бросятся за ней. Она одарила блондина благодарной улыбкой и повернулась, чтобы уйти. — Какого дьявола… — яростно выругался себе под нос Драко. Оглянувшись на него в замешательстве, Гермиона увидела, что юноша удивлённо смотрит на потолок. Прямо над ними взволнованно трепетал пучок омелы. — О, Гермиона и Драко! — радостно завопила Филлис. Староста бросила убийственный взгляд на девушку, которая решила задержаться, дабы понаблюдать за происходящим. В этот момент Джейкобсон издал громкий свист, достойный Квиддича, привлекая внимание окружающих. Великолепно. Глаза Драко внезапно загорелись, и он медленно приблизил губы к её уху. — Ну, Неф, мы должны извлечь из этой ситуации максимум пользы, — произнёс он низким голосом. — Что это значит? — недовольно спросила Гермиона, инстинктивно бросив быстрый взгляд на Тома. Он стоял почти в той же позе, что и раньше: руки в карманах, лицо безразличное. Единственное, что девушке не понравилось, это то, как наследник Слизерина прожигал своим тёмным взглядом пространство между ней и Драко. Проклятая омела! — Это значит, что ты… можешь помочь мне доказать им… — он махнул рукой в сторону Гарри, Джинни, Рона и Лаванды, которые сидели за обеденным столом и смотрели то на них, то на омелу, — что я не гей. — Как ты себе это представляешь? — настороженно спросила девушка, поднимая брови. — Подожди, подожди, дай мне закончить, — драматично произнёс Драко, подняв руку, её реакция, казалось, расстроила его. — Ты поможешь мне сохранить статус натурала, позволив продемонстрировать свои способности. Гермиона фыркнула, понимая, что их приглушенный и несколько эмоциональный разговор держит зрителей в напряжении. — Я должна помочь? — весело спросила она. — Может быть, я ошибаюсь, но мне кажется, что это проблема только твоя, дорогой Драко. И что ты сказал? Продемонстрировать способности? Даже не хочу знать, что это такое. — Неф, наши общие друзья точно не оставят без внимания этот инцидент, если я не покажу им хороший пример, — раздражённо прошипел блондин. Мысленно прокручивая все известные ей проклятия и методично швыряя их в омелу, Гермиона внимательно посмотрела на Драко. — Хорошо. Делай то, что должен. Сделай это быстро и постарайся не обслюнявить меня. Проклятые рождественские украшения! Едва заметная ухмылка тронула губы Драко, но Гермиона едва заметила это. Омела превратилась в метафорический огненный шар, когда Драко начал целовать её так, что она фактически не могла дышать. Девушка охнула от неожиданности, и блондин, приняв это за сигнал двигаться дальше, углубил поцелуй. Она услышала ещё один пронзительный свист Джейкобсона и поняла, что Драко точно знает, что делает. Ей же совершенно не хотелось отвечать на этот поцелуй. Это всё было неправильно. С большим усилием Гермиона резко отстранилась, отступив на шаг назад. У омелы не было другого выбора, кроме как отпустить их. Блондин придержал её за руку. — Спасибо, Неф, думаю, это сработало, — произнёс он, бросив взгляд через её плечо. В этот момент на его лице появилась ухмылка, очень похожая на ухмылку Гарри, которую Гермиона неоднократно видела, когда тот ловил снитч прямо перед глазами соперника. Нахмурившись, девушка оглянулась через плечо и увидела мрачное выражение лица Тома Реддла. Осознав кому именно предназначалась ухмылка Драко, Гермиона почувствовала, как чистый гнев наполняет каждую клеточку её тела. — Ну что ты! Я так рада помочь… Резкий звук пощёчины, и тяжёлая тишина опустилась на комнату, словно облако тумана. Гермиона приблизилась к светловолосому слизеринцу, которой смотрел на неё в полном недоумении. Он будто не мог поверить, что она когда-нибудь сделает нечто подобное с ним. — Твои маленькие чары могли бы подействовать на любую женщину на планете, но я обладаю уникальной способностью сопротивляться им, — прошипела волшебница, одарив его высокомерным взглядом. Развернувшись, девушка быстро направилась к выходу. — Пошли, — сердито рявкнула она, проходя мимо Тома, и слегка удивилась, когда он молча последовал за ней. Гермиона вылетела из Большого зала и сердито пробормотала: — Этот… этот… р-р-р-р! Она в отчаянии сжала кулаки и захотела ударить ими по ближайшей стене, но в последнюю минуту передумала, просто подбросив их в воздух. Кипя от ярости, девушка снова посмотрела на Тома. Юноша спокойно закрыл за собой дверь и повернулся к ней лицом. — Нефертари, ты что, совсем с ума сошла? — насмешливо произнёс он, подняв брови. Гермиона фыркнула, закатив глаза. — Вот только не надо. Ты прекрасно понимаешь, почему я так злюсь. Просто этот высокомерный и эгоистичный придурок… — она выдохнула, проведя рукой по своим длинным кудрявым волосам, — приполз ко мне сегодня утром и начал: «О-о-о, Неф, прости меня, я был таким дураком в последнее время». Как же он меня бесит! Гермиона была удивлена тем, что наследник Слизерина вместо того, чтобы злиться на Драко, который обнял её и поцеловал прямо перед ним, спокойно смотрел на неё. — Похоже, ты стала как-то по-особенному относиться к слизеринцам, — произнёс он с лёгкой ухмылкой на лице. — Мне уже можно начинать беспокоиться? — Только если твои волосы неожиданно станут светлыми, — сердито проворчала она, скрестив руки на груди. — Да ладно, Гермиона… возьми себя в руки, а то убьёшь кого-нибудь. Волшебница фыркнула, после чего сделала несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоиться. — Нет! Ты просто видел, что он сделал? — не сдержавшись, выпалила она. Довольное выражение лица Тома исчезло, и Гермиона тут же пожалела о своих словах. — Да, я видел, что он сделал, — ответил он каким-то мрачным тоном, желваки заходили на его скулах. Когда юный Тёмный Лорд внимательно посмотрел на неё, девушке показалось, будто он вывернул её сердце гаечным ключом. Как же с ним сложно. Прежде чем она успела хоть что-нибудь сказать, он совершенно неожиданно взял её за руку и заговорил: — Пойдём, пока мы ещё не слишком устали. «Не слишком устали для чего?» — спросил ангел с ноткой подозрения в голосе. Спустя несколько поворотов Гермиона была вынуждена признать, что совершенно заблудилась. Редкие факелы и двери класса проносились мимо неё с огромной скоростью. Судя по всему, Том Реддл отпёр потайных ходов больше, чем Мародёры за всю свою жизнь. Через несколько минут девушка наконец увидела знакомую дверь кабинета ЗОТИ. — Если не считать праздничного пира в этом году, я не ел в Большом зале около пяти лет, — внезапно сказал Том, замедлив шаг. Гермиона недоверчиво посмотрела на юношу. Пять лет? Пять лет назад она была влюблена в Рона… пять лет назад был жив Сириус и её родители тоже. И Волан-де-Морт ещё тогда даже не воскрес. Иронично то, что человек, за которым она сейчас так охотно следовала, им и являлся. Хотя в этот момент ей было очень сложно ассоциировать Тома с высоким и каким-то нечеловеческим Тёмным Лордом. Здесь, в этой реальности, он выбрал совершенно другой путь… и умирал за него. — Мне жаль, — тихо произнесла она. Юноша остановился, повернулся к ней и, понизив голос, произнёс: — Нефертари, не нужно меня жалеть. Внезапно он отпустил её руку и повернулся к тёмной инкрустированной двери. Опустив руку за воротник мантии и вытащив оттуда серебряный кулон со сверкающими изумрудами, Том грубо добавил: — Не стоит тратить на это время. — Постой, я, возможно, неправильно выразилась, — быстро произнесла Гермиона. — Я просто хотела сказать, что беспокоюсь. Беспокоюсь о тебе так же, как и о Гарри, Роне или Джинни, — она замолчала, задумчиво прикусив губу, и, прислонившись к стене, стала наблюдать за юношей. Высокий слизеринец подошёл к двери и вместо того, чтобы открыть её, прижал свой амулет к гладкой деревянной поверхности, прикрыв его ладонью. Если бы пару месяцев назад девушка увидела Тома Реддла, который производит какие-то непонятные манипуляции со своей семейной реликвией, то она бы очень насторожилась. Сейчас же… Гермиона доверяла ему. Она доверяла Тому Марволо Реддлу. Это звучало так же чуждо, как и слова «Я доверяю Драко Малфою», мысленно произнесённые три года назад. Девушка проигнорировала тот факт, что могла запросто задушить блондина, если бы пересеклась с ним прямо сейчас. — Знаешь, иногда я просто не могу не беспокоиться о тебе, — тихо начала она, — просто потому, что ты мой друг. У меня нет другого выбора. Том закрыл глаза и прислонился лбом к холодной поверхности двери, отчего часть его тёмных волос прилипла ко лбу, и пробормотал себе под нос что-то отдаленно напоминающее: — Ты не должна. Гаечный ключ вновь заработал, находясь в её груди. — Том… — Ш-ш-ш, — он быстро повернулся, приложив палец к губам, в его штормовых глазах появился какой-то необычный блеск, когда он внимательно посмотрел на неё. Гермиона не совсем понимала, что он пытается найти в её глазах, поэтому просто искренне улыбнулась ему. — Только не говори, что у меня… у меня на лице остался заварной крем с малиновым безе или что-то в этом роде… Глаза Тома сфокусировались, и он критически оглядел её лицо, будто действительно искал остатки рождественского десерта. Гермиона с удивлением поняла, что так, как он смотрит на неё сейчас, очень сильно отличается от того, как он смотрел на неё пару секунд назад. Тогда ей казалось, будто юный Тёмный Лорд пытается прочесть её душу. — Знаешь… я думаю, даже если бы что-то и было, то дю Лак неплохо постарался, чтобы это что-то убрать. Девушка мысленно рассмеялась над тем, как он серьёзно воспринял её вопрос. — Я этого не хотела, ты же знаешь, — устало произнесла она. — И кстати… я думаю, что зелёный цвет подходит тебе во всех отношениях, кроме этого. Глаза юного Тёмного Лорда потемнели, а брови нахмурились. — Ты намекаешь на то, что я ревную? Гермиона скрестила руки на груди, мысленно закатив глаза. — Это твои слова, а не мои. Не говоря ни слова, он оттолкнулся от двери, засовывая цепь обратно под мантию и качая головой. «Ты нашла отличный способ прогнать его. Мои поздравления» — сардонически произнёс демон. Быстро подойдя к нему, Гермиона нерешительно подняла руку и, поколебавшись всего секунду, коснулась ладонью его груди. — Подожди… я хочу сказать, что тебе нет смысла меня к кому-то ревновать. Наследник Слизерина напрягся, но это не могло остановить девушку. Она придвинулась ещё ближе, встала на цыпочки так, чтобы её рот оказался возле его уха, и произнесла то, в чём не могла признаться даже самой себе: — Том, я… я люблю тебя. Люблю тебя, а не Драко дю Лака. Она осторожно повернула его недоверчивое лицо к себе и быстро прикоснулась своими губами к его. — И я всегда буду любить тебя. Я обещаю… — Нефертари… Том прижал девушку к стене, и горячая волна прокатилась по её телу, вызывая рой мурашек. Огонь вспыхнул в глазах цвета стали, и наследник Слизерина так резко и грубо поцеловал Гермиону, что остатки дыхания выбило из её груди. Она рванулась к нему, порывисто отвечая. Её пальцы путались в его тёмных волосах, жар распространялся по её телу, словно пламя под порывом ураганного ветра. Он был нужен ей, как воздух… Том Марволо… — Нефертари, библиотека в огне! От неожиданности Гермиона подпрыгнула и энергично потрясла головой, прогоняя дурман. — Что? Огонь? Где? — Я зову тебя уже около минуты, — в голосе Тома слышалось лёгкое раздражение. Прекратив сканировать её своим лазерным взглядом, он вновь прижал амулет к полированной поверхности двери. — На секунду мне даже показалось, что ты умерла. Я уже собирался вызывать Ламбердо. «Ты выбираешь очень подходящее время для подобных фантазий. У тебя талант» — рассмеялся демон. «В этом точно виновата омела» — подбадривающе произнёс ангел. «Конечно-конечно» — продолжал хохотать обладатель трезубца. Гермиона усмехнулась, представив себе мадам Ламбердо, летящую по коридорам, и, немного прочистив горло, произнесла: — Извини. Я просто задумалась. На чём мы остановились? — На полу перед кабинетом защиты от тёмных искусств, — волшебник ухмыльнулся, но через секунд выражение его лица стало максимально серьёзным, словно он собирался произнести нечто очень важное. — Мне нужно знать, можешь ли ты… Мерлин, что я делаю? — он резко повернулся к ней спиной, грубо проведя рукой по волосам. Девушка молча уставилась на темноволосого слизеринца, не понимая, почему он так разволновался. Это была обычная дверь кабинета ЗОТИ. — Насколько хорошо ты умеешь хранить секреты, Нефертари? — медленно спросил юный Тёмный Лорд, так и не повернувшись к ней лицом. У Гермионы перехватило дыхание, брови взлетели вверх, сердце снова тяжело забилось в груди. И это было не только потому, что она стояла рядом с очень привлекательным наследником Слизерина посреди тускло освещённого и пустого коридора. — Достаточно хорошо, у меня есть уже целый сундук, который я должна унести с собой в могилу, — тихо ответила волшебница. Том наконец повернулся к ней и, слегка наклонив голову, внимательно посмотрел на неё. Она с опаской затаила дыхание, встретившись с его пронзительным взглядом, который, казалось, смотрел ей прямо в душу. Найдя что-то в её глазах, юноша кивнул и, аккуратно прижав амулет к двери, очень тихо что-то зашипел. Его слова эхом отразились от стен пустынного коридора, и два миниатюрных изумрудных глаза змеи вспыхнули ярким светом, освещая рыцарские доспехи, стоящие недалеко от него. Дверь распахнулась, издав скрипучий звук. То, что предстало перед глазами Гермионы, не было кабинетом ЗОТИ. Она увидела каменную лестницу, уходящую куда-то в темноту. Том Реддл только что лишил её дара речи потому, что ничего подобного девушка не ожидала увидеть. — Ты наверняка обеспокоена, — произнёс Том, направив на неё немного грустный взгляд. Гермиона дёрнулась и посмотрела на него так, будто только заметила, что он стоит рядом с ней. — Ну… знаешь, я входила в эту дверь практически каждый день и никогда не думала, что могу увидеть нечто подобное, — она ткнула пальцем в извилистую лестницу. — Если ты не возражаешь, я могу немножко побыть в шоке от сложившейся ситуации. — Я не об этом, — волшебник был немного удивлён её ответом, девушка видела, как сильно он нервничал, но не могла понять почему. — Я только что говорил на парселтанге. Гермиона мысленно ударила себя по лбу. Гарри так часто говорил на этом языке, поэтому для неё это стало какой-то обыденностью. Сейчас же она вспомнила, что эта способность дана в основном только тёмным волшебникам. — Эм… у меня есть друг, который умеет говорить на нём. Поэтому, наверное, я как-то не обратила внимания. Том, казалось, был ошеломлён. Но это можно было сказать только по его глазам, лицо же приняло скептическое выражение. — Серьёзно? Гермиона нисколько не удивилась его реакции. Вероятно, если бы она сказала, что пришла из будущего, он бы отреагировал примерно так же. — Да. Он учился со мной в моей старой школе, — равнодушно ответила девушка, умолчав о том, что этот друг в настоящее время учится и в её «новой» школе. — Ты никогда не встречал кого-то, кто мог бы знать парселтанг? — Конечно, нет. Это… — юный Тёмный Лорд замолчал, подыскивая нужные слова, — скажем так… здешнее окружение не считает это хорошей способностью. Гермиона не пропустила горькую нотку в его голосе. — Видимо, там, откуда я родом, всё не так плохо, — медленно протянула она, пожимая плечами. Увидев недоверие в глазах юного Тёмного Лорда, волшебница добавила: — Том, у тебя есть эта способность, и ты ничего не можешь с этим сделать. И я думаю, что в этом нет ничего плохого. — Я тоже так думаю, — усталая улыбка тронула губы юноши. Покачав головой, он сделал шаг назад. В этот момент факел, находившийся прямо позади него, вспыхнул, осветив первые ступеньки винтовой лестницы, уходящей в глубину замка. — Ты идёшь? Гермиона, конечно, доверяла ему, но всему есть предел. И один из таких пределов наследник Слизерина только что переступил. — Куда? Вниз? — недоверчиво спросила она, облизав пересохшие губы. «И вообще… что там внизу?» — обеспокоено спросил обладатель нимба. «Там… я приготовил тебе горячую ванну… с огоньком» — усмехаясь ответил представитель тёмной стороны. Словно прочитав мысли Гермионы, Том уверенно произнёс: — Там безопасно. Даю тебе слово. «Хотя… знаешь, я согласен с пернатым. Может, нам не стоит туда идти?» — спросил демон, нервно дёргая хвостом. — Нефертари, если бы я действительно хотел тебе навредить, я бы не ждал столько времени, — устало произнёс наследник Слизерина, протягивая девушке руку. Гермиона закатила глаза. — Чувствую, меня ждёт тёплая и пушистая ночь. Где-то неподалёку хлопнула дверь, после чего послышались знакомые голоса. Дамблдор и Риктер идут сюда. Неуверенно оглядев коридор, волшебница снова посмотрела на Тома. Ей нужно принять решение прямо сейчас. Правда, такие спонтанные решения не всегда имели хорошие последствия. Том сделал ещё один шаг вниз по лестнице, не опуская руки. — Нефертари, поверь мне. Голоса становились всё громче. Глубоко вздохнув, Гермиона вложила свою руку в его. Она до сих пор не понимала, во что именно ввязывается. Искренне улыбнувшись, Том осторожно притянул её к себе и с помощью палочки закрыл дверь небрежным движением руки. В этот момент лестница начала закручиваться в спираль, быстро опуская пару вниз. Множество факелов освещали их путь, а холод с каждым пролётом становился всё более пронизывающим. Гермиона неохотно признала, что спуск был впечатляющим. Онемевшими пальцами она пыталась развязать рукава свитера, который передал ей Драко. Том улыбнулся, когда Гермиона, натянув небесно-синий свитер, пару раз провела ладонями по плечам, стараясь таким образом согреться. Девушке очень хотелось узнать, что именно хочет показать ей наследник Слизерина. Что это за величайший секрет? Тот факт, что Том не переставал наблюдать за ней с тех пор, как она ступила на лестницу, её очень сильно волновал. — Куда мы идём? — тихо спросила она, подозрительно посмотрев на юношу. Юный Тёмный Лорд быстро заморгал, пытаясь стряхнуть с себя оцепенение, и, когда лестница со скрипом остановилась, он так же тихо произнёс, внимательно оглядев тёмный туннель: — В Тайную комнату.