Несмотря на всех

Серые тяжелые тучи заволакивали все небо, и люди, думая, что начинается дождь, лишь доставали из своих сумок зонтики и, схватив чемоданы, неслись к платформам. Одной рукой Гермиона крепко держала своего брата за локоть, другой - катила тележку. Мать она попросила остаться дома, потому что увидела эти «тучи» еще рано утром. Конечно, Пожиратели не теряют возможности встретиться с Гарри, хоть возле него и находятся мракоборцы, а вернее – члены Ордена Феникса. – Так, ты это несколько раз видел: нужно всего лишь разбежаться, только не упади, умоляю! – тяжело дыша, проговорила Гермиона, подходя к платформам 9 и 10. – Хорошо, – проговорил Питер и снова с тревогой посмотрел на небо. – Питер, у нас мало времени, давай же! – одернула его Гермиона. Девушка и сама боялась неожиданного нападения, поэтому снова коснулась кармана джинсов, где лежала ее палочка. Убедившись, что она на месте, гриффиндорка подтолкнула брата. Тот, набрав в грудь воздуха, разбежался и прошел через проход. Вслед за ним двинулась Гермиона. Обычно она всегда встречались с друзьями на том месте, где сдают багаж, но в этот раз девушка почему-то никого не увидела. Небольшая тревога тут же засела внутри нее. – Питер, отдавай свой багаж, – сказала Гермиона и встала в очередь. Брат тут же протиснулся между ней и каким-то парнишкой курса с 4-ого и скорчил гримасу Гермионе. Девушка хотела его наругать, но мужчина уже спрашивал у Питера курс. – Первый, – сказал он, отдавая свой багаж. – А, новички у нас сюда, – мужчина в багровом костюме и фуражке положил чемодан в специальный отсек. Затем он обратился к Гермионе. – А у вас? – спросил он, забирая ее чемодан. – Шестой, Гриффиндор, – сказала Гермиона, то и дело оборачиваясь по сторонам, но ни Гарри, ни Рона, ни Джорджа с Фредом – никого она не видела. «Куда они делись?», - думала она. - Хорошо, - сказал мужчина и забрал ее чемодан. Гермиона взяла за руку Питера и отошла к лавочке. Вокруг сновали люди, и практически никого нельзя было разглядеть. -А вот и я, - девушка облегченно выдохнула, когда услышала веселый бодрый голос Джорджа, и повернулась к нему. Он был в светло-синей рубашке и в темных джинсах. Какое совпадение! Она тоже надела свою любимую голубую блузку и джинсы. Правда, наверх она накинула кофту, потому что в Лондоне было прохладно. – Потеряла? – спросил он, подходя ближе. – Еще бы! Где все? – заваливала она его вопросами, но потом вспомнила, что нужно посадить Питера. Она повернулась к нему: мальчик стоял, и на его лице была полнейшая задумчивость. Конечно же, он переживал из-за распределения. – Так, я тебе уже сказала, что все будет хорошо, – обратилась к брату Гермиона, присев перед ним и глядя ему в глаза. – А вдруг я попаду на Слизерин? – спросил он тихо, а Гермиона, улыбнувшись, ответила ему: – Разве ты так похож на слизеринца? – на что мальчик отчаянно замотал головой, и Гермиона, потрепав его волосы, сказала: – Иди и садись в этот вагон. Здесь всегда едут первокурсники, позже я приду и проверю, – Питер, тяжело вздохнув, пошел к вагону. По пути он заговорил с каким-то парнем, и Гермиона повернулась к Джорджу. Тот молча наблюдал за ней все это время и улыбался. – Ну и где все? – спросила она, подходя к нему. Он вынул руку из кармана и протянул ей. Девушка, улыбнувшись, взялась за нее, и он повел ее в совершенно другом направлении. – Нам нужно было сменить место, на всякий случай, – сказал он, при этом поздоровавшись с кем-то. – А где мама? Дома? – Да, я решила оставить ее в безопасности. Лондон весь занесло тучами, но ведь это не дождь. – Да уж, даже когда вокруг Гарри куча мракоборцев, они не теряют надежды, – Джордж вдруг остановился. – Что такое? – Гермиона посмотрела вперед, но ребят не увидела. «Где же они?» – спросила она саму себя. – Я соскучился, – сказал Джордж, обнимая ее и прижимая к себе. Сердце Гермионы готово было выпрыгнуть из груди. Два дня показались ей такими долгими и длинными, и ей так хотелось поскорее с ним увидеться. И вот они стоят, обнявшись, посреди перрона рядом с поездом, который скоро увезет их в Хогвартс. Там они будут рядом весь год. – Джордж, здесь полно народу, – это немного смущало ее. Джордж тихо засмеялся, и его дыхание обожгло ей шею. Сердце так и рвалось наружу. – Мне плевать, – он посмотрел ей в глаза, а затем наклонился к ее губам. Гермиона, закрыв глаза, осторожно поцеловала его. Вся его нежность в этот момент, вся его любовь и страсть просочились через этот поцелуй прямо в нее. Сердце стучало с такой скоростью, что девушка невольно задыхалась, и она осторожно уперлась руками в его грудь. Он отстранился. – Ладно, скоромная ты наша, идем, а то нас потеряют, – и он, схватив ее за руку, повел к ребятам. Они не прошли и минуты, как Гермиона увидела их всех. Гарри стоял радом с Джинни, та ему о чем-то рассказывала и улыбалась, Рон, хмурясь, стоял в стороне, а Фред разговаривал с Тонкс. Рядом стоял Грозный Глаз Грюм, строго следивший за происходящим, а также Кингсли и еще пара мракоборцев, которых Гермиона не знала. – Гермиона! – закричала Джинни, как только увидела ее и набросилась на девушку с объятьями. – Джинни, осторожней, ты же ее задавишь! – захохотал Джордж и подошел к Фреду, незаметно пожав ему руку. Затем компания направилась в поезд. Все уместились в одном купе. Джордж при этом приобнимал девушку за плечи и о чем-то шутил с Фредом насчет изобретений, а Джинни весело о чем-то рассказывала Гарри. Очевидно, у нее тоже дела были неплохи. В этом году Гермиону наконец-то назначили старостой и Рона тоже, к всеобщему удивлению. Почему не Гарри? Ответ на этот вопрос они не находили. А сейчас Гермионе и Рону нужно было идти проверять первокурсников. Рон уселся рядом с Гарри, вместе с ними и Джинни. Джордж сел рядом с Гермионой, а слева от него сел Фред. – Мне нужно кое-что проверить, – сказал Гарри, спустя несколько минут, когда поезд уже тронулся. Он вышел из купе, и Джинни разочарованно посмотрела ему вслед. – Куда это он? – спросила Гермиона, но Джинни лишь пожала плечами. – Рон, – обратилась к парню гриффиндорка, – я думаю, нам следует пойти проверить первокурсников и сказать им, чтобы переодевались в форму, – парень на это лишь кивнул и с такими же хмурым видом вышел из купе. – Я с тобой, – сказал Джордж, поднимаясь вслед за Гермионой. Та удивленно посмотрела на него. – Зачем? Не стоит, я быстро, – и она вышла из купе. Рон уже шел по коридору, и Гермионе пришлось ускорить шаг, чтобы его догнать. Они прошли несколько вагонов, пока наконец не нашли первокурсников. Они заходили в каждое купе, представлялись и просили переодеться в форму. Потом им следовало идти и проверять, все ли переоделись. Наконец Гермиона нашла купе, где сидел Питер. На ее удивление рядом с ним сидел какой-то парнишка и девочка со светло-русыми волосами, заплетенными в две косички. Они о чем-то разговаривали, и Питер, вроде, выглядел нормально. Гермиона успокоилась насчет него, и они с Роном вышли из последнего купе. – Уф, все вроде, потом нужно будет сходить проверить, переоделись ли они в форму, – Гермиона шла впереди Рона, который почти все время молчал. – Так, значит, ты встречаешься с ним? – душа Гермионы ушла в пятки, сердце упало куда-то вниз, а страх сковал все тело. «Почему у Рона такой тон?» – подумала она и посмотрела на него. – Ну да, – она старалась сказать это как можно проще, но не получилось. Рон лишь как-то недовольно хмыкнул и отвернулся. – Я одного не понимаю: как он может встречаться с такой занудой? – от этих слов Гермиона остановилась и с большим удивлением посмотрела на юношу. Ее глаза округлились от возмущения и, в то же время, от полного непонимания действительности. – Рон, ты чего? – но парень просто, еще раз хмыкнув, вышел из вагона. Гермиона с минуту стояла молча, а затем вздрогнула от звука открывшейся двери. Она посмотрела на вошедшего, и ее сердце вновь тревожно забилось от страха. Малфой. Это был Малфой. В этом году он выглядел довольно-таки устрашающе. Парень со злостью посмотрел на Гермиону, стоявшую на середине дороги, и девушка отошла к окну. – Что, Грейнджер, Уизли все-таки оставил тебя одну? Как нехорошо с его стороны! – издевательским тоном проговорил он. Гермиона лишь сжала руки в кулаки. – Уйди, Малфой, – она старалась говорить как можно безразличней, но этот парень всегда выводил всех, – что ты забыл в этом вагоне? Здесь одни первокурсники, – Гермиона не смотрела на него, но чувствовала, как его взгляд так и ходит по ее телу. – В следующем вагоне едут слизеринцы, не знала? – на что Гермиона лишь отрицательно покачала головой. – Хах, ну откуда же тебе знать-то, – и в этот момент Гермиона почувствовала, как он вдруг неожиданно лихо придвинулся к ней. – Грейнджер, - позвал он ее, – хочешь пойти со мной? – шепотом спросил он. Его дыхание обожгло ей кожу, его руки коснулись ее талии, и девушка резко развернулась и влепила ему пощечину. – Ты что, сумасшедшая? – заорал Малфой, касаясь руками горячей щеки, на которой появились красные пятна. - Еще раз тронешь меня… – Гермиона порывисто дышала и направляла на него свою волшебную палочку. – Что-что, Грейнджер? Что ты мне сделаешь? – закричал Малфой, со злостью и ненавистью глядя на нее. – Ты пожалеешь об этом, – девушка вылетела из вагона. И все же она успела услышать какой-то тяжелый грохот. Она быстро нашла их купе. Гарри все еще не вернулся, Рон о чем-то болтал с Фредом, а Джинни читала книгу. Джорджа тоже не было. – Я тут, – его веселый и всегда бодрый голос вселил в нее спокойствие, – где ты была так долго? – спросил он, когда она повернулась к нему. Лицо Гермионы сразу помрачнело, и она сухо сказала: – Нужно было разобраться с первокурсниками. – Все хорошо? – спросил он, с недоверием глядя ей в глаза. – Да, конечно, – и девушка села на свое место. Джинни тоже посмотрела на нее с подозрением, а Рон сделал вид, что ничего не произошло, и продолжил болтать с Фредом, который бросил тревожный взгляд на парочку. Вскоре Джинни смогла найти тему для разговора. И Джордж, и Гермиона, и она болтали и не могли остановиться, пока Гермиона не посмотрела на часы. – О боже! Через полчаса мы приезжаем, я должна пойти проверить первокурсников, – она соскочила с места, заметив, что Рон тоже дернулся – А ты можешь не ходить, я и сама все сделаю, – она бросила на него свой строгий взгляд и выскочила из купе. – Гермиона! – закричал ей вслед Джордж. Он все-таки смог догнать ее при помощи трансгрессии и преградил ей путь. – Что у вас опять стряслось? Вы снова поссорились? – на что Гермиона лишь отвернулась к окну. – Брось, Джордж, это ненадолго, ты же знаешь. Отойди, мне нужно идти, – Гермиона, чуть не толкнув парня, прошла несколько вагонов и, удостоверившись, что все первокурсники переоделись в форму, наконец, вышла из последнего купе. – Гермиона, что он сказал тебе? – Джордж ходил следом за ней, внимательно смотрел на нее, и его взгляд снова был серьезным. – Ничего, Джордж! Пойдем, – но парень отстранил ее, обхватив за талию и прижав к себе. – Если хоть кто-нибудь посмеет обидеть тебя, я ему очень крупно отплачу, можешь мне поверить. Они все пожалеют, что связались со мной, – прошептал он ей на ухо. Гермиона лишь закрыла глаза и уткнулась ему в грудь. Рядом с ним ей было так спокойно, она чувствовала себя настолько защищенной, что считала себя самым счастливым человеком на Земле, потому что у нее был ОН. Гермиона почувствовала его дыхание на своей щеке и, повернувшись, встретилась с его губами. Он вновь целовал ее, и она теряла голову, мысли путались, дыхание сбивалось, становилось жарко. Она забывала про все, когда он запускал свои руки в ее волосы, когда он крепче прижимал к себе и когда смотрел на нее своими нежными, добрыми, надежными глазами. И тогда ей хотелось плакать от счастья и от того, что рядом стоит он. – Нам пора, – прошептала она и улыбнулась. Он рассмеялся: – Наконец-то! А то я думал, что кто-то похитил твою улыбку! – он быстро поцеловал ее в губы, и они вышли их вагона. Когда они вернулись в свое купе, Гарри до сих пор не было. – Где же он? Наверно, что-то случилось! – на лице Гермионы была тревога, однако больше никто не волновался так, как она. – Брось, Гермиона, наверняка нашел Дина Томаса и Симуса с Невиллом, вот и заболтался с ними, – отвечали ей Фред с Джорджем, а Рон с Джинни лишь кивали в подтверждение. Парни вышли, а Гермиона с Джинни быстро переоделись в форму. – У тебя все нормально? – спросила Джинни, складывая свои вещи в сумку. – Да, конечно, – соврала Гермиона, и на этом разговор закончился. Затем они вышли из купе, а парни мигом переоделись, и вот поезд подъехал к платформе. – Где же Гарри? – спросила Гермиона, когда они вместе с Джорджем выходили из вагона. – Да где-нибудь здесь. Наверно, уже вышел. Идем, – он взял ее за руку, и все ребята направились к тележкам. К счастью, на этот раз с ними не было посторонних, и ребята благополучно доехали до ворот. Но там их ждал сюрприз. Первым пошел Фред, а за ним Рон. Гермиона и Джордж были следующими. – Ваша фамилия? – спросил профессор Флитвик, маленький человечек в мантии и очках. – Фред Уизли, – и профессор начал рыться в списке. – Есть, проходите, а ваша? – спросил он у Рона, и тот назвал свою. – К чему это все? – спросил Джордж, наблюдая, как мистер Филч и еще кто-то проверяют одежду и вещи Фреда. – Наверняка, это Дамблдор придумал, чтобы никто ничего лишнего не пронес в Хогвартс, – тут очередь дошла до Гермионы, и она назвала свою фамилию. В ее голове все еще носился вопрос «Где Гарри?», и чувство тревоги не покидало ее. После того, как Филч осмотрел ее и Джорджа, они направились в замок. В Большом зале в этом году было необычно тихо. Джинни и Рон сели напротив нее, Джорджа и Фреда. Гарри так и не было. Вот в зал ввели первокурсников. Гермиона смогла отыскать в этой толпе Питера, тот все шел с каким-то мальчиком и девочкой, с которыми сидел и в купе. Они восхищенно смотрели на потолок, похожий на звездное небо, а Питер еще что-то им говорил про дождь и снег. МакГоногал раскрыла список и назвала чью-то фамилию, Гермиона от волнения прослушала, но увидела ту самую девочку с косичками. Та неуверенно подошла к стулу и села на него. На ее голову надели распределяющую шляпу и та, сказав что-то про «просто восхитительную» смелость, отправила ее в Гриффиндор. Затем пара ребят отправились в Когтевран и Пуффендуй. А затем дошла очередь и до Питера. Гермиона сжала руки в кулаки так, что костяшки побелели, и почувствовала руку Джорджа на своей руке, но поворачиваться ей было некогда. Питер сел на стул и посмотрел на Гермиону. Та, не отрываясь, смотрела только на него. МакГоногал надела ему шляпу, и та, почему то, сначала замолчала. – Знаете, как сложно мне выбрать? У вашей сестры просто замечательный ум, а у вас, к сожалению, он не такой превосходный, но я вижу отвагу и смелость, и именно поэтому я вас все-таки отправлю в Гриффиндор! Питер с облегченной улыбкой подбежал к столу, гриффиндорцы аплодировали, а Гермиона, наконец, облегченно вздохнула. – Ну вот, видишь, а ты переживала не меньше, чем он, – сказал ей Джордж на ухо, и тут она наконец смогла к нему повернуться. Его глаза смеялись и, в то же время, с любовью смотрели на нее. Девушка лишь обреченно закрыла глаза и повернулась обратно. Вскоре распределение закончилось, и Дамблдор объявил пир. Правда, в этом году пир не был похож на пир, скорее на обычный ужин. Рон тут же схватился за красную икру и начал быстро ее есть, Фред подвинул к ним поближе курицу, и они вместе с Джорджем разрезали ее. – Будешь? – спросил Джордж у Гермионы, в то время как Фред брал тарелку из рук Джинни. –Где Гарри? – только и смогла спросить Гермиона, с тревогой глядя на двери Большого зала. Последние полчаса она только и думала о том, где он может быть и что с ним случилось. – Где? Где он? – тут девушка чуть не сорвалась, но Рон с набитым ртом пробубнил ей: – Он у тебя за спиной! – Все тут же повернулись в сторону выхода и увидели Гарри с Луной Лавгуд, которая шла с самым равнодушным лицом. Из носа Гарри шла кровь, и тревога Гермионы не прекратилась, а, наоборот, усилилась. Парень сел рядом с Джинни, прикладывая к носу носовой платок, который уже и так был весь в крови. – Где ты был? – зашипела на него Гермиона, и Джордж схватил ее за локоть. – Потом. Что я пропустил? – Гарри посмотрел на учительский стол, а затем на слизеринский. Гермиона проследила за его взглядом и встретилась с холодным и пустующим взглядом Малфоя. Тот, словно почувствовав, что на него смотрят, тут же словно очнулся и посмотрел на Гермиону. На его лице появилась злодейская улыбка, и девушка поспешила отвернуться. Рон что-то говорил Гарри, а Джордж с подозрением смотрел на гриффиндорку. – Что? – спросила она у него, кладя в рот кусочек курицы. – Зачем ты смотрела на слизеринцев? Соскучилась по Малфою? – Джордж засмеялся, не зная, что произошло в поезде. Примерно через десять минут Дамблдор попросил тишины и начал объяснять первокурсникам, что в запретный лес ходить запрещено. – Также я хочу поприветствовать нового учителя по зельям – профессора Слизнорта! – зал ему аплодировал, а Джордж тем временем спросил: – А кто же тогда по темным искусствам? – А профессор Снегг станет вашим учителем по темным искусствам, – по залу прошелся гул, слизеринцы довольно аплодировали, а вот все остальные лишь переглядывались и перешептывались. – И еще я хочу сказать одну вещь. Сегодня каждого из вас осмотрели, и вы имеете право знать почему. Каждый день, каждый час, даже в эту самую минуту темные силы пытаются проникнуть в Хогвартс, и их главное оружие - это вы, поэтому будьте осторожны. Также прошу новых старост проводить первокурсников в свои спальни, а затем старост Гриффиндора и Слизерина подняться ко мне в кабинет. У входа вас встретит профессор МакГонагалл. А теперь, все по спальням! – все тут же соскочили со своих мест. – Первокурсники Гриффиндора, все ко мне, – закричала Гермиона, и новые гриффиндорцы подошли к ней. Рон также подошел к ней, но Гермиона сделала вид, что его не заметила. Джордж, Фред, Джинни и Гарри договорились, что будут их ждать в гостиной. – Я встану позади них, а ты веди их впереди, – сказал Рон и пошел в конец группы первокурсников. Гермионе ничего другого не оставалось, как возмущенно посмотреть ему в спину, а затем вести первокурсников. Всю дорогу ее интересовал один вопрос: зачем Дамблдору понадобилось их вызывать? Да еще и Слизерин! – Ваши вещи уже доставлены, – сказала Гермиона, и первокурсники с радостью кинулись в свои спальни. Она лишь устало посмотрела им вслед, а затем повернулась к двери. Рон последовал за ней. – Вы к Дамблдору? – спросил Гарри, нерешительно вставая с дивана. – Может, нам стоит пойти с вами? – Зачем? – Гермиона резко развернулась и посмотрела на ребят. Те лишь стояли в нерешительности и смотрели на нее и Рона. Гермиона вышла из гостиной, Рон вышел следом. Девушка старалась не обращать на него внимания, но тот, видимо, только и хотел сказать ей что-то неприятное. – Наверно, очень приятно знать, что он даже не посмотрит на то, что я его брат, и накинется на меня, если узнает, что я обижаю юную леди Я-Все-Знаю! – издевательским тоном произнес он, проходя мимо. – Рон! Да что с тобой? Почему ты издеваешься надо мной, как только представится удобный случай? – закричала она. Гермиона, действительно, не понимала, что на него нашло, но ничего не могла поделать с собой. Она прямо чувствовала, как он хочет сделать ей больно, надавить на ее чувства к Джорджу, надавить на их отношения. – Да ничего! Я просто счастлив, что мой братишка выбрал в девушки именно тебя! – Рон произнес это со злобной улыбкой на лице. – Что ты имеешь в виду? – Гермионе не понравились слова, которые Рон выбирал: что-то здесь было не так. Но они уже подошли к горгулье, где была профессор МакГонагалл. В это же время подошли старосты Слизерина: Малфой и Панси Паркинсон. Гермиона в шоке посмотрела на них: неужели нельзя было найти более достойных кандидатов? – Профессор Дамблдор ждет вас, – сказала Макгонагалл, строго глядя на четверых ребят, стоящих перед ней, а затем повернулась к горгулье и четко произнесла: – Фруктовый пунш! – и вход открылся. Первой на ступеньку встала Гермиона, за ней следом хотел было последовать Рон, но Малфой оттолкнул его, а затем протиснулся между ним и Гермионой, встав перед ней и сказав: – Грязнокровка, как ты смеешь переходить мне дорогу, а? – Гермиона лишь молча посмотрела на него, понимая, что тот пытается спровоцировать Рона на драку, но тот лишь сделал вид, что не услышал. Малфой в недоумении посмотрел на него, затем на Гермиону, а потом отвернулся. В кабинете было тихо, Дамблдор сидел за столом и смотрел в какие-то бумаги. – А, это вы, проходите и усаживайтесь вон на тот диванчик, – директор поднялся из-за стола и подошел к ним, когда они уселись. – У меня есть для вас новость, вернее, предложение, – все в ожидании уставились на него. Дамблдор же сделал небольшую паузу, посмотрев куда-то вправо, а затем повернулся и продолжил, – все вы - старосты, но я хочу, чтобы все-таки вы приняли самое активное участие в том, что произойдет через несколько месяцев, - профессор так же задумчиво продолжал смотреть в окно. Четыре пары недоуменных глаз обратились нему, но Дамблдор не обращал внимания на них. – Как вы знаете, существуют три магических школы. Поскольку остальные две школы уже бывали у нас в гостях, школа Шармбатон устраивает пригласительный бал. Состоится он в начале декабря. Вы спросите, зачем я позвал вас, и я вам скажу, – Дамблдор наконец повернулся к ним и с той же задумчивостью проговорил, – нам нужно отобрать только самых хороших и достойных учеников, и это вовсе не означает социальный статус, мистер Малфой, – Дамблдор вовсе не глядел на парня, но зато остальные тут же посмотрели на него. Малфой что-то в ответ пробормотал и отвернулся. – Каким образом нам нужно отбирать учеников? А вот таким, чтобы увидеть самых честных, добрых и незлорадных. Это самые главные качества, которыми должен обладать ученик, собирающийся ехать на пригласительный бал в Шармбатон. Наступило неловкое молчание, но ребята так и продолжали недоуменно смотреть на профессора. Он вновь задумался, но снова продолжил: – Для начала, нам нужно сделать так, чтобы два факультета в нашей школе непосредственно сдружились и перестали ненавидеть друг друга. Для этого я вас меняю местами, – Дамблдор наконец посмотрел на них прямо и четко. Гермионе стало не по себе. До нее тут же дошло, что должно произойти, и она резко встала. – Профессор, нет! – Мисс Грейнджер, вот так и бывает. Ответы нет я не принимаю, и поэтому с завтрашнего дня вам и мистеру Малфою выдается общая комната для старост, точно так же и мистеру Уизли и мисс Паркинсон. – Но… – заговорили все в один голос, но старик лишь указал рукой на дверь, и им ничего другого не оставалось, как покориться воле директора и пойти спать. Малфой тут же вылетел из кабинета, как впрочем и Паркинсон. Рон тоже не стал задерживаться, а Гермиона еще несколько секунд переминалась с ноги на ногу, но поняла, что с директором бесполезно спорить, и, попрощавшись, ушла. Она задумчиво шла по лестнице, ничего не замечая вокруг. Перспектива делить с Малфоем общую комнату не радовала.