Несмотря на всех

-Ну наконец-то! Сегодня же выходной, где ты еще могла быть? – Гарри, Джинни, Фрэд и Джордж сидели на диване в гостиной гриффиндора и что-то ели. Увидев ее, Джордж тут же соскочил со своего места. Остальные сразу обратили на нее внимание. Рона среди них не было. -Ну, у меня и так куча дел, - Гермиона держала в руках пару книг и каких-то бумаг, к которым было прикреплено перо. Джордж был одет в простую хлопковую рубашку бледно-голубого цвета и джинсы. У Фрэда отличался только цвет такой рубашки. «Близнецы, - подумала с теплотой о них девушка, пока Джордж, схватив ее сзади за плечи, вёл к ребятам и усаживал на диван. – Как хорошо посидеть с ними всеми вместе хотя бы несколько минут». В последнее время роль старосты доставляла ей немало хлопот. И еще этот пригласительный бал в Шармбатоне. Нужно было каждый раз устраивать различные конкурсы, что бы определять лучших учеников, а так же следить за поведением ребят. Каждую неделю они собирались вместе со всеми старостами и обсуждали, кто как себя ведут ученики их факультетов. Это было все очень трудно и долго, и девушка в последние дни буквально валилась с ног. И даже в этот выходной она позволила себе проспать завтрак, чем и обеспокоила уже с ума сходящего Джорджа и остальных ребят тоже. На дворе уже вовсю стоял октябрь, а поведение Рона не менялось. После той драки становилось еще хуже. Он часто огрызался прямо при ребятах на нее, чем невероятно злил Джорджа и всех остальных тоже. В кои-то веки ребята научились не обращать внимание, а Джордж сдерживаться и не лезть с кулаками. Но Гарри и Гермиону это беспокоило. Все это время она жила в другой комнате и практически «общалась» с Гарри и Джорджем только на переменах, если успевала. А если и успевала, то обменивались они только «Привет» и «Как ты?». Джордж часто сидел с ней в библиотеке, иногда исчезая на время, что бы повеселиться с Фрэдом. Потом он вновь возвращался, и молча ждал, пока она закончит заниматься. Но никогда он не оставлял одну и всегда провожал до гостиной старост. Однажды он уснул, подложив под голову свои длинные и худые белесые руки. Тусклый свет от лампы падал на его золотистые рыжие волосы, и Гермиона перестала писать отчет. Она так же тихонько легла рядом, и долго смотрела на него. Он спал, и это было так прекрасно, что сердце там внутри сжималось, и гриффиндорка едва переводила дыхание. Когда он смеялся, у него появлялись морщинки у глаз, а сейчас он спал, и лицо его было таким спокойным, таким гладким и прекрасным, что у нее невольно потянулась рука. Своими тонкими маленькими пальчиками девушка дотронулась до его щеки и медленно провела вниз. Он вздрогнул, и Гермиона испугавшись, уже хотела отдернуть руку, но Джордж все так же с закрытыми глазами успел схватить ее маленькую ручку и прижать к себе. Она, задерживая дыхание, молча сидела и боялась пошевельнуться. Парень тяжело вздохнул и прижал ее руку к своим губам. -Почему так редко я могу это делать? – спросил он хрипловатым ото сна голосом. Джордж, наконец, открыл глаза и посмотрел на нее с горькой улыбкой. Внутри нее все перевернулось. Гермиона все это время жила сама по себе, забившись с головой в работу, и у нее совсем не хватало времени, что бы хотя бы подумать о нем. А он страдал, молча и с улыбкой, как всегда. Он ждал, терпеливо и долго сидел и смотрел на нее, а потом так же молча провожал ее до гостиной. Потому что у нее не было сил, что-либо спрашивать или что-либо делать. И сейчас он с горечью и теплотой смотрел на нее, разглядывая ее потрепавшуюся косичку, ее такие же полные боли карие глаза. Они стали влажными, и вот уже она плачет. Тихо, но с тяжелыми всхлипами. -Ну что ты, глупенькая, - он прижимает ее к себе, а она начинает плакать еще больше и громче, пытаясь заглушить свои всхлипы в его объятиях. Он гладит ее по спине, медленно, успокаивая. Его рука касается ее головы, и она на секунду замолкает. Джордж пытается поправить ее растрепавшиеся волосы, осторожно приглаживая их, а она просто утыкается в его грудь. Она оставляет мокрое пятно на его свитере, но ему все равно. – У нас с тобой еще будет время, я ведь и так, между прочим, стараюсь попасть в число учеников, которые поедут на бал. Разве ты не заметила? – он тихонько смеется, и ей становится лучше. -Прости меня, - шепотом говорит она, а он лишь аккуратно поднимает ее. -Ты не виновата, скоро уже декабрь, и все закончится, - он осторожно стирает ее слезы с глаз, и пытается успокоить ее. – Мы будем рядом, как летом. И все будет хорошо, - он осторожно целует ее в лоб и снова прижимает ее к себе, водит ладонями по ее волосам и, стараясь как можно незаметнее, вдыхает аромат ее шампуня. От ее волос пахнет мятой и цветами. А еще она любит запах скошенной травы. Джордж запомнил это, когда она однажды прогуливалась по полю, а они с отцом и братьями косили траву. Потом Джордж провожал ее до гостиной, и именно в этот вечер она позволила поцеловать себя впервые за столь долгое время. Все, чего он так хотел, это были ее губы, соленые от слез, ее руки, слабые и исхудавшие за это время, ее крепкие и нежные объятия и поцелуи. После он обнял ее, с желанием, чтобы время до декабря пролетело поскорей, и тогда все было бы так, как он мечтал уже неделями. Она снилась ему, смеясь и улыбаясь, звала его за собой, а он бежал и спотыкался. И тогда все это превращалось в кошмар. Он так измучался за это время, и столь сильно надеялся, что вскоре все закончится. Это было две недели назад. Больше ничего подобного не происходило, все было по-прежнему. В большом зале старосты обедали отдельно, якобы для «содружества». Учились они на разных курсах, и лишь на некоторых занятиях их объединяли. Но это было редкостью. Джордж с большим нетерпением ждал этих выходных, и поэтому, когда она вошла в гостиную гриффиндора, невыспавшаяся и с исхудавшим лицом, радости его не было предела. -Садись, садись, - он усадил ее на диван и сел рядом с ней. Гермиона слабо улыбнулась. – Вот смотри, что мы с Фрэдди достали! – он показал ей на черешню. Она лежала в огромной миске, хотя ее количество явно не соответствовало размеру этой посуды. - А чего ты так смотришь, они уже половину без тебя съели! – и Джордж злобно посмотрел на ребят. Фрэд с Джинни засмеялись, а Гарри слабо улыбнулся. Гермиона вдруг резко поняла, что с парнем не мешало бы поговорить. Ведь он должен был ходить к Дамблдору и что-то узнавать, Рон в последнее время вел себя странно. Получалось, что Гарри совсем один. – Ты чего застыла, кушай, - Джордж захватил несколько черешен и положил в руку Гермионе. -Но где вы их достали? – удивилась она. Эту ягоду в такое время года очень сложно где-либо достать. -Ох, Гермиона, не задавай глупых вопросов. Эти двое всегда всё, что можно или нужно, достанут из-под земли! – Джинни отправила в рот очередную ягоду. -Ха ха, точно сестренка, ты права, - Фрэд тоже захватил черешню, а девушка посмотрела на Гарри. Тот явно нуждался в их разговоре. Но как поговорить с ним, девушка не знала. Уйти сейчас от Джорджа было бы не хорошо, поэтому она молча отправила ягоду в рот. -Ну и зачем тебе эти бумаги здесь и сейчас? – Джордж держал в руках те самые списки учеников, которые что-либо сделали за неделю. – Интересно, я тут есть? – парень с интересом стал изучать списки, и Фрэд присоединился к нему. -Эй Гермиона, за наши достижения в области шуток можно было бы и занести нас сюда, - Джордж недовольно скорчил лицо, от чего девушка сразу же повеселела. Хотя усталость давала о себе знать. Ее спина болела с утра, а если бы она резко встала с дивана, то в и глазах бы тоже потемнело. -Вот именно, близнецы Уизли. За то, что в области шуток, вас сюда и нельзя заносить, - Гермиона, довольная собой, откусила очередную ягоду. -Но мы же гении! – в один голос воскликнули они, и ребята засмеялись. -О да точно, Гермиона, хотя бы за то, что они гении, надо было внести их туда! – Джинни смеялась вместе со всеми, и обстановка тут же разрядилась. -Гермиона… - тихий голос Невилла был бы не услышан в таком шуме, однако все сразу же услышали. Девушка повернулась к парню, который нерешительно переминался с ноги на ногу. – Там просто Малфой тебя вызывал, - Гермиона тут же соскочила со своего места, и буквально чуть не упала вперед. В глазах все потемнело, и в голове появился какой-то шум. -Эй-эй-эй Гермиона, ты чего??? – Джордж соскочил, уронив все бумаги на пол, что бы подхватить девушку. -Да нет, это просто так, временная слабость, - гриффиндорка устало протирала лоб и виски. -Слабость? Какая еще слабость, Гермиона? Ты не спишь сутками! Нет, тебе точно надо в лазарет! – Джордж уже решительно взял ее за руку, что бы увести отсюда к мадам Помфри, но гриффиндорка вывернула руку. -Не надо, все в порядке, лучше отдай мне эти бумаги, а то Малфой точно их ждет, - девушка взглядом показала на бумаги, которые вместо Джорджа стал подбирать Фрэд. Другой же молча стоял и укоряюще поглядывал на девушку. – Спасибо Фрэд, - Гермиона взяла из его рук бумаги и посмотрела на Джорджа, - я сейчас вернусь. Девушка вышла из гостиной и увидела Малфоя, который недовольно ходил взад вперед мимо портрета. -Черт возьми, Грейнджер! Сколько можно ждать??? Меня же МакГоногал убьет! Или ты забыла, что сегодня списки отдаю я? – Гермиона лишь молча передала ему бумаги, которые он резко выдернул. – В следующий раз не заставляй меня ждать! – он ушел, отстукивая небольшим каблуком своих начищенных черных туфель. Девушка устало вздохнула, и повернулась назад. -Гарри? – она не ожидала кого-либо увидеть тут, и поэтому очень испугалась его. -Прости, но нам стоит поговорить, - лицо его было обеспокоенным, и Гермиона тут же согласилась. Они сидели на ступеньках в самом дальнем конце коридора. Здесь было тихо, и никто не мешал. Напротив лестницы было окно, стекла которого со временем потускнели и стали блеклыми и мутными. Серое хмурое небо напоминало о том, что на улице октябрь. Слышался гул ветра, и от окна несло холодом. -Дамблдор сказал, что у Слагхорна есть очень важная информация. И мы обязательно должны ее достать, - Гарри задумчиво смотрел на небо, сидя на лестнице и положив руки на колени. Он был таким же уставшим и замученным, как Гермиона. - И как же? – спросила она у него. Парень улыбнулся и отвернулся от окна. -Проще говоря, я должен попасть в клуб Слагхорна, тогда у нас будет шанс заполучить те важные сведения, - Гарри устало потер лоб и стараясь как бы не заметно дотронулся до шрама. -Болит? – обеспокоенно спросила гриффиндорка, на что парень тут же замотал головой. -Нет, нет, что ты, просто… - он замялся и Гермиона тяжело вздохнула. -Что еще рассказал тебе Дамблдор? – она пыталась пока не трогать тему про Рона или про Малфоя. Про последнего у нее тоже были кое-какие сведения. -Ну, он показывал мне свои воспоминания про Тома. Он был из приюта, и еще до школы сказал Дамблдору, что умеет говорить со змеями… -Так значит, что он полукровка? Его родственники из поколения Слизерина? – Гермиона тут же оживилась, услышав такую столь важную информацию. -Возможно, - Гарри посмотрел на нее, словно собираясь сказать что-то еще важнее того, предыдущего. – Слагхорн работал при Томе, и по словам Дамблдора, всегда «обожал этого мальчика». Он располагает какими-то очень ценными сведениями, и мы обязательно должны узнать, какими. -Постой, по-моему, он всегда по выходным ходит в «Три метлы»? Может нам сходить в следующую субботу, и ты как-нибудь попытаешься попасть в его клуб? Уверена, он пригласит тебя, ведь ты… -Знаю, - Гарри оборвал ее, не желая говорить о своей тошнотворной знаменитости. – Но ты молодец, Гермиона. Это же гениально! Тогда нужно идти в три метлы на следующей неделе, - он поднялся со ступенек, явно желая закончить разговор. – Договоримся с Фрэдом и Джорджем об этом. Думаю, они тоже пойдут… - Гарри замолчал, и девушка поняла почему. -Рон не разговаривает с тобой? – осторожно спросила она. Парень лишь покачал головой. -Не то, что бы он не разговаривал. Он очень странно себя ведет. Постоянно спрашивает, что мне сказал Дамблдор, и с таким видом, словно готов все записать! Это не похоже на него… здесь что-то не то… -Гарри, послушай, я слышала, как к Малфою приходили ОНИ, - Гермиона сказала это тихо, сама не зная почему. – Может они, и правда, имеют какой-то план? Только какой? -Не знаю, но я уверен, что Малфой прошел посвящение, - гриффиндорец с полной серьезностью посмотрел ей в глаза. -Но Гарри, это невозможно! – девушка все еще не верила ему. Гарри всегда мог что-нибудь придумать. -Возможно. Я думаю, нам надо идти, Джордж тебя потеряет. Он и так злится в последние дни, - Гарри пошел по коридору, и гриффиндорке ничего другого не оставалось, как идти за ним. -Что ты так смотришь на меня? Нам действительно нужно было поговорить, ты же понимаешь! – Гермиона ела черешню, вернее ее остатки, которые Джордж с великим трудом сохранил для своей девушки. -Нет, я понимаю, но ты бы видела, как я ее отвоевывал! – Джордж с деловитым видом указал на миску с ягодами в руках девушки и Гермиона невольно засмеялась. –Что? Что смешного? – но эти вопросы ее еще больше рассмешили. -Кстати, Фрэд, Джордж, предлагаю сходить на следующей неделе в «Три метлы». Думаю, мы отлично посидим, а? – Гарри с трудом говорил, когда рядом сидела Джинни. Но та видимо наоборот. Потому что лицо ее просияло, когда парень сделал предложение. - О, конечно, Гермиона ты ведь тоже пойдешь? – девушка кивнула, потому что не могла говорить с набитым ртом. – Ну вот и я с тобой, - рыжеволосая подмигнула ей. – Отличная идея Гарри, - она повернулась к парню, который и так не знал, что делать. – Кстати, не хочешь пойти потренироваться на метлах? А то скоро игра... – на что тот с радостью согласился, и эти двое вскоре вышли из гостиной. -Ах точно, я хотел показать тебе одну вещь! И как я забыл! Я же несколько недель про это помнил! – Джордж схватил за руку Гермиону, в том числе и прихватив черешню, на которую Фрэд уже около пяти минут пристально поглядывал и вывел девушку из гостиной. -Что? Куда мы идем? – на что парень лишь таинственно улыбался и молча вел ее за собой. Хотя позже она догадалась, куда они шли. Только зачем? Они остановились около входа в Выручай-комнату. Джордж опустил голову, закрыв глаза, и через несколько секунд дверь стала прорисовываться. -Пошли скорей, - он быстро затащил ее в помещение, и дверь за ними начала исчезать. -Что за сюрпризы? Зачем? – Гермиона улыбалась и оглядывалась вокруг. Тут не было прочего хлама, лишь диван и зажженный камин. И две кружки чая на маленьком столике. Парень взял у нее из рук миску с черешней и поставил рядом с чашками. Поленья тихонько потрескивали в камине, создавая уют в такой небольшой комнате. Хотя Выручай-комната была огромной, Джордж почему-то захотел всего совсем небольшую ее часть. Он присел на диван и, посмотрев на нее, сказал: -Ложись ко мне на колени, - от чего Гермиона вздрогнула. «Зачем? Как зачем? Что за глупые вопросы ты себе задаешь?» - она нерешительно подошла к дивану и аккуратно села. Впрочем, парень долго ждать не стал и сам уложил девушку. -Ау, Джордж, - засмеялась она, и он вместе с ней. – Зачем ты так? – но столкнувшись с его карими добрыми глазами, она замялась. -Ну что мне ждать тебя по два часа, пока ты решишься? Скромная ты наша, - он потянулся за черешней и взяв одну ягоду за веточку он поднес ее ко рту Гермионы. –Кушай давай, - и видя, что ее лицо застыло в нерешительности, он мысленно помолился на ее скромность и скованность. – Я, между прочим, ее еле отвоевал, ты видела, какие там были соперники? – Гермиона, улыбнувшись, все-таки открыла рот и откусила черешню. – Ну, вот и славно, а то пропали бы мои труды напрасно. Знаешь каким взглядом Фрэдди провожал эту миску с ягодами? – на что Гермиона начала смеяться вновь. –Я думал, он сейчас так и кинется ее отбирать, - девушка уже вовсю смеялась, и отвернулась, что бы достать косточку и положить ее на стол. Прямо перед ее лицом был камин, и она невольно залюбовалась огнем. Огонь для нее был неким символом Хогвартса, Гриффиндора. Они всегда сидели с Гарри и Роном перед камином, и сейчас это для нее было неким успокаивающим средством. Тут ее шеи коснулось что-то холодное и влажное, и она вздрогнула. Девушка тут же повернулась к Джорджу, который, оказывается, делал это очередной ягодой черешни. Он так же спокойно провел черешней по ее щеке и вверх к вискам. -Джордж, она же сырая, - пыталась улыбнуться Гермиона, но у нее плохо получалось. Сердце едва не выпрыгивало из груди. Она вновь осознала, насколько рядом они, и что тут никого нет. Ей было страшно, и вместе с тем так приятно и необычно, что она боялась что-либо сделать или сказать. Парень тем временем провел ягодой по ее лбу и по другой щеке и осторожно поднес ягоду ко рту. Гермиона, как завороженная, смотрела ему в глаза. Она тяжело дышала и все равно молчала. Когда ягода коснулась ее губ, она осторожно взяла ее в рот. -Я придумал! – он так резко это сказал, что девушка чуть не подавилась. – Давай поиграем в игру! – он довольно потер ладони руки и взял очередную горсть черешни. -Какую? – девушка осторожно выплюнула косточку и положила ее на столик. -Если ты сможешь съесть черешню, при этом оставив косточку на веточке, тогда ты выигрываешь, и я тебя целую. А если нет, значит, ты меня. Ну как? – Джордж, улыбаясь, смотрел на недоуменное лицо девушки и только еще больше захохотал. – Ну, давай, давай, вот ягодка, - он специально начал говорить льстивым голосом, словно немного издевался над ней. -Ты думаешь, я проиграю? – Гермиона сузила глаза и немого откусила ягоду. -Ну не знаю, все может быть, - Джордж внимательно следил за ней, и хотя внутри него было волнение больше чем у девушки, внешне он ничем себя не выдавал. Гриффиндорка тем временем почти съела всю ягоду, и ему на секунду показалось, что она действительно выиграет. Но тут косточка отделилась от веточки, и Гермиона недовольно скорчила лицо. -Хах, а ты говорила.. – Джордж, смеясь, убрал косточку с рубашки девушки. -Что ж, как договаривались мисс Грейнджер, - он посмотрел на нее, и гриффиндорка с маской горечи и сожаления медленно поднялась и села к нему на колени. Для нее это было трудно. Когда Джордж целовал ее, то она была всегда счастлива. Но вот самой… Парень, улыбаясь, смотрел на нее, хотя на самом деле он старался дышать спокойно. Она с секунду разглядывала его морщинки около глаз, которые появлялись, когда он улыбался. Она посмотрела на его родинку на шее, и невольно дотронулась до нее пальцами. Джордж на секунду задержал дыхание. Ему так хотелось почувствовать, каково это, когда она целует его сама. И он считал милисекнуды, пока она готовилась и решалась на этот шаг. И когда она, наконец, посмотрела на его губы, он понял, что она сейчас сделает это. Запах ее шампуня, когда Гермиона приблизилась к нему, вкус черешни от ее губ, такой сладкий и вкусный, что хотелось целовать и целовать, но он ничего не делал. Она делала это сама, по собственному желанию и усмотрению. Осторожно и медленно коснувшись его губ своими, гриффиндорка нерешительно раскрыла их и он раскрыл ей навстречу свои. Все это в доли секунды и вот она уже оторвалась от него. Оказывается, все это время она крепко сжимала его плечо и вот только сейчас, когда она ослабила руку, он заметил это. Он медленно открыл глаза, а Гермиона смотрела на него и улыбалась. Потом она повернулась и взяла ягоду. -Нет, только не говори мне что.. -Теперь твоя очередь, Джордж Уизли, - коварно сказала она и поднесла к его губам эту ягоду. -Ох, ну ладно, ладно, - Джордж недовольно откусил ягоду, продолжая при этом придерживать девушку за талию. Гермиона сидела у него на коленях. Впервые за столь долгое время они были так близко вместе ,и здесь им никто не мешал, никто не мог увидеть их. И не нужно было никуда спешить или что-либо делать. Ягода, правда, оборвалась тут же, на что Джордж разочарованно чертыхнулся, а Гермиона засмеялась. Убирая ягоду на стол, она продолжала смеяться, пока парень недовольно возмущался. -Но так нечестно! Ну ладно, ладно, я тебе покажу, как смеяться, - он резко развернул девушку к себе и поцеловал прямо в губы. От неожиданности, Гермиона сначала ничего не поняла, но Джордж не останавливался. Наоборот, он целовал и целовал ее, с каждый разом крепче прижимая к себе. Гриффиндорка, наконец, опомнилась и начала целовать его все сильней и сильней, вспомнив о том, что так давно они не целовались так, как сейчас. Она обняла его за шею, и он еще ближе притянул ее к себе. Казалось, что они сейчас задохнутся, и Джордж оторвался от нее, тяжело дыша. Одного взгляда в ее глаза было достаточно для того, что бы понять - ей этого недостаточно. Сегодня ее волосы были забраны в хвост и поэтому ее шея, такая нежная, с бьющейся незаметно жилкой, манила его со всей силой. Он не смог сдержаться и наклонился, что бы поцеловать ее сначала в ключицу, а затем осторожно начал покрывать поцелуями и все остальное. Она блаженно закрыла глаза, продолжая тяжело дышать и запуская свои пальцы в его золотистые волосы. Она уже не обращала внимания на то, как незаметно, но быстро он обнажил ее плечо, стянув верхнюю часть рубашки и лямку ее бюстгальтера. «Бабочки в животе». Теперь она истинно поняла значение этого выражения. Но вдруг испугалась. Страх тут же сковал ее, хотя желание было намного сильнее. Его поцелуи там, где ее еще никогда никто не трогал. Столько нежности и столько страсти сразу, что ей хотелось наплевать на все мудрые мысли и поступки. Но страх все равно победил. Она оттолкнулась от него руками, и он так же испуганно посмотрел на нее. Конечно, он предвидел такой исход событий. «Это же Гермиона» - тяжело подумал он. Но его желание было настолько сильным, что уже не поддавалось контролю. Кровь гулко стучала в висках, и как снять теперь напряжение, он не знал. «Ох черт, придется идти в душ прямо сейчас» - Джордж продолжал сидеть, не двигаясь. -Мы… далеко зашли... – наконец смогла сказать она. Парень сначала молчал, но потом нашелся. -Гермиона... к чему все это, если мы оба хотим этого… - она однако же продолжала сидеть на его коленях, но отвернувшись от него. -Это может быть опасно, у меня с собой нет никаких зелий что бы… - она замялась и покраснела. Джордж на это лишь устало вздохнул. Гермиона она и в Африке Гермиона. Он даже улыбнулся. По-доброму. Он ведь любил ее. Какая разница? Сегодня или завтра? Он будет ждать, пока она не будет готова. -Зелья есть разные, некоторые можно выпивать и уже после в течение какого-то времени, - откуда Джордж это знал? Они с Фрэдом и не такую даже литературу читали. И потом, кто будет продавать еще улучшенные зелья для ребят, что бы познать все прелести юности? -Все равно… - Гермиона осторожно натянула лямку и рубашку на плечо обратно. Он снова тяжело вздохнул, напряжение до сих пор еще не прошло. После того, что было, ему врядли удастся так быстро от этого ощущения отделаться. -Что ж, ладно, ладно, я все понял, нам некуда торопиться, да…. – парень осторожно посмотрел на девушку. Та сидела, не шелохнувшись. –Что ж, мне надо в душ Герми… - она, сама не зная почему, сама кинулась к нему в объятия, а потом сама же поцеловала его. Он ответил, еще толком не понимая, зачем она это делает. Но когда ее пальцы оказались на его рубашке, то он все понял тут же. Помогая ей справиться с рубашкой, он не отрывался от ее губ. В комнате стало жарко и душно. Лишь треск поленьев и их учащенные дыхания нарушали эту тишину. Он скинул с себя верхнюю одежду, расстегнул все пуговицы на ее рубашке, пока она ждала этого. Ей так хотелось, что бы он прикоснулся к ее груди. Она так жаждала этого, хотя немного боялась. Но желание было превыше всего. Наконец он расстегнул ее бюстгальтер и откинул его. Девушка, закрыв глаза, молча ждала, пока он посмотрит и прикоснется к ней. Она продолжала сидеть на его коленях, а его голова была на уровне ее груди. Его горячее дыхание обжигало ее, и когда он осторожно провел пальцами вокруг ее светло-коричневого ореола, она не смогла сдержать в себе тихий хрипловатый стон. Он осторожно коснулся губами ее груди, вдыхая аромат ее кожи… Все завертелось в одно – два полуобнаженных тела, слившись воедино, поцелуи, руки на спине, одно дыхание на двоих, тихие стоны, шепот и запах их двоих. -Я буду аккуратным, - шепнул он ей на ухо, и она закрыв глаза, кивнула. Смотря в потолок и греясь под огнем камина, она ждала, когда же это случится. Почувствовав, что он уже почти там, ей стало страшно. Но она справлялась с ним изо всех сил. Тяжело переводя дыхание, он медленно и очень осторожно продвигался дальше и дальше. И тут он почувствовал это. Взглянув еще раз на нее, он заметил, как она крепко сжала пальцами диван, и смотрела на огонь. Теперь нужно было сделать это быстро и резко, что покончить с этим. И он знал, что она готова, но боится. -Милая, прости, но будет больно, - прошептал он, и она наконец посмотрела на него. В ее глазах была решительность, и … любовь. - Я все равно люблю тебя, - она сказала это одними губами, но он понял. Он улыбнулся на секунду, а затем сделал это. Она вскрикнула, и он посмотрел на нее. Из ее глаз выступили слезы, и он решил подождать. Может для него это тянулось вечно, но потом он почувствовал, что ей уже не больно, и сделал небольшое движение. Затем еще и еще. Он, наконец, стал чувствовать то, что так сильно хотел почувствовать. Теперь весь мир, все настоящее для них сосредоточилось в одном человеке и в одной цели. Она схватилась руками за его спину, начала сама помогать себе, двигаясь навстречу ему бедрами. Он тяжело дышал, ускоряя темп, и от каждого толчка она начинала стонать. Тихо и почти не слышно, но он слышал все. Ему нравилось то, как из-за него она делает это, именно в такие минуты они оба понимали, насколько близки они, насколько любовь может быть откровенной. Они упали почти обесиленно на диван вдвоем, и тут же на них появилось одеяло. Сначала они лежали молча, затем она придвинулась к нему поближе. -Никогда не обманывай меня, как сегодня, - он улыбнулся, вспоминая, как все начиналось. -Хорошо, - прошептала она и осторожно поцеловала его в грудь. Огонь потрескивал в камине, и чай давно остыл, но эти двое так и уснули, устав от столь долгой разлуки и теперь столь близкого бытия…