Несмотря на всех

… -Опять начинаешь, да? Опять??? -Гермиона, ты… что? -Я что? Это ты что?! Сколько можно было повторять? Со своими шутками ты портишь всю мою репутацию! -Герм… -Я шла к этой цели столько лет, а ты… а вам все шутки! Мне надоело! Надело, слышишь! Меня уже бесит все! -Гермиона ты… -Я терпеть тебя не могу! Твои рыжие волосы – да меня скоро тошнить от них будет! Твоя вечно детская улыбка! Фу! Не могу прям! Что ты так на меня смотришь? Неожиданно? А мне надоело! Надоело все в себе держать! Понял? … Гермиона сидела в Выручай-комнате, рядом с омутом памяти и смотрела воспоминания Джорджа, которые он пихнул ей в руку, когда она прибежала в гостиную. Слезы подкатили к горлу, девушка сжала руки в кулаки, пытаясь быть сильной. Ведь по идее все так и должно было быть. Она же сама пошла на это. Но кое-кто облегчил ей эту задачу. Было все очень больно это вспоминать. Она прибежала в гостиную гриффиндора под вечер. Надеялась, что все было шуткой. Неудачной шуткой. И они решили ее напугать. Но оказалось все хуже… -Я, правда, не понимаю, что проис… -Не понимаешь? Какого черта Гермиона? Какого!?– Джордж соскочил со всей злости с кресла и подошел к ней на расстоянии трех метров. Его лицо покраснело от злости, он тяжело дышал и изо всех сил сжимал руки в кулаки. Гермионе стало страшно. Очень страшно. Все как в кошмарном сне. Как он мог стать реальностью? Она до сих пор это не понимала. -Джордж, я… - она пыталась хоть что-то сказать, но он не давал ей ни единой возможности. -Бесит? Тебя все бесит? Так какого? Зачем было все это делать? Зачем был разыгран весь этот цирк с самого начала? – он выхватил свою волшебную палочку из кармана брюк и при помощи ее вытащил свой волос. – Это чтобы ты больше не смела сюда приходить под видом «я-ничего-не-знаю» или «объясните-мне»! – он с силой схватил ее руку и, положив туда свой волос, сжал ее пальцы. Гермиона удивленно посмотрела на свою руку и, увидев браслет, подаренный им, тут же вспомнила, что было в кошмаре. Как он с силой отдернул ее руку, и браслет отлетел очень далеко. Словно боясь, что так все произойдет, она медленно начала притягивать руку к себе, но он, заметив это, схватил ее за запястье и сдернул браслет, порвав на нем цепочку. Тот с громким звоном упал на каменный пол. Гермиона с ужасом посмотрела на пол, а затем на Джорджа, который с глазами полными ненависти и злости пошел к выходу из гостиной. Девушка медленно наклонилась, что бы поднять браслет. Его еще можно было починить. Она не могла потерять это. Она так ценила его подарок. Но услышав резкие шаги сзади по направлению к ней, она вовремя успела отдернуть руку. Джордж уничтожил браслет одним взмахом волшебной палочки. Гермиона испугано на него обернулась и встала с колен. -Убирайся. Живо! – Гриффиндорка осторожно дотронулась левой рукой своего правого запястья, ощущая пустоту. Лицо Джорджа было полно серьезности, злости, и она действительно испугалась. Сжав покрепче его волос, она сразу поняла, куда нужно идти. Тут зашел Рон. -Ребята, вы не представляете, этот… - он застыл, при виде всех остальных. Фрэд, Джинни и Гарри смотрели на «эту парочку» с большим беспокойством. -Рон тебя отпустили…. – тихо проговорила Гермиона так, что почти никто не услышал. Однако парень, верно, расслышал ее слова. -А ты откуда…- но он не успел договорить, как Гермиона бросилась вон из гостиной. До нее все сразу же дошло. Она поняла, что кто-то, и кто именно, она тоже поняла, сделал специально все, чтобы Джордж бросил ее. Возненавидел. Она бежала до Выручай-комнаты и слезы негодования буквально лились из ее глаз. Она ведь хотела сделать все сама, а теперь Малфой выполнил за нее всю работу. Очевидно, это было Империо. Сейчас она неслась по направлению к гостиной старост, и, увидев там беловолосого слизеринца, спокойно сидящего на софе, она чуть ли не с кулаками бросилась к нему. -Какого черта ты наделал?- заорала она, но он с силой отцепил ее от себя. -Успокойся Грейнджер, я облегчил тебе задачу. Ты бы сама этого никогда не сделала! – сказал он, откидывая ее от себя на несколько метров. -Зачем? Чтобы все меня ненавидели? Они же теперь все меня ненавидят Малфой! – у нее словно начиналась истерика, и он, лишь усмехнувшись, тихо добавил: -Можно подумать, если бы ты бросила его сама, то они бы тебя любили после этого? Эти слова отрезвили ей голову. На долгое время. Две недели она жила одной лишь учебой, стараясь делать вид, что ничего не произошло. Она не смотрела на стол Гриффиндора, не смотрела на Гарри с Роном на занятиях. Она делала вид, что все так и должно было быть. А что ей еще оставалось? Она должна была держать себя в руках до последнего. По ночам она старалась пить усыпляющее зелье, чтобы не успевать думать ни о чем. Когда ей в голову только приходило лишь одно имя «Джордж», она сразу думала о чем-то другом. Она пыталась работать изо всех сил. Старалась есть нормально, она старалась жить. Жить без него. Это было очень трудно. Но договор был выполнен. И было бы глупо теперь умереть из-за него. Она не видела его почти две недели. И постепенно сердце ее успокаивалось. Постепенно жизнь приходила в свое привычное русло. Она сидела вечерами в библиотеке, ходила делать отчеты вместе с Малфоем. Она водила первокурсников на различные лекции о Хогвартсе. Она думала об одной учебе. И ее это спасало. Тому блондину хотелось видеть ее страдания, но она упорно делала вид, что все хорошо. Гермиона старалась показать, что она сильная. Она с легкостью проходила мимо своих «бывших» друзей. Мимо бывшего любимого человека. Но однажды ей пришлось почувствовать, что никуда ничего не делось. В тот день она, как обычно, спокойно прошла мимо их стола. В такой толпе они не заметили ее и о чем-то бурно разговаривали. Близнецы как всегда шутили, и остальные смеялись. Она села за свой стол и приступила к пище. Рональда с Паркинсон не было, и поэтому ей было легче кушать, когда рядом не было его злостного лица. Быстро все съев, она решила сходить в Хогсмид. Суббота была отличным выходным, чтобы развеяться, и она хотела купить несколько перьев, потому что они у нее конались. Встав из-за стола, она направилась к выходу. По пути назад, когда она почти прошла «их», ей попался Малфой. -Тебе письмо Грейнджер, я уж решил его забрать, когда увидел, - он протянул ей потрепавшийся от холода и снега конверт со странной печатью, и Гермиона с недоуменным видом взяла его. Ребята, очевидно, заметили ее и затихли, но ей было уже все равно, когда она увидела обратный адрес. «Больница Святого Мунго». Она дрожащими руками раскрыла конверт и развернула письмо. Прочитав строчки о том, что пожиратели выбрали именно тот маггловский район, где жили ее родители, ей тут же стало дурно. О том, что ее родители сейчас в больнице, и у них имеются некоторые повреждения на теле, Гермиона читала уже буквально задыхаясь. Она должна была забрать их оттуда. Гермиона выбежала из зала и удивительным образом снова наткнулась на Малфоя, стоявшего у стены и словно поджидая ее. -Ну как тебе Грейнджер? Очевидно узнала о том, что твои родители в Св. Мунго? – издевательским тоном спросил он, и она буквально чуть ли не набросилась на него. -Ты? Это ты сделал, Малфой? -Нужно было лишь подсказать им правильный район, Грейнджер, - сказал он, и Гермиона чуть ли не замахнулась на него. – Ну-ну потише, потише, ты же сильная девочка, Грейнджер? – он с дьявольской улыбкой наклонился к ее лицу и посмотрел на нее так, что внутри у нее все перевернулось. Каждая клеточка ее тела ненавидела его так сильно, что ей захотелось убить его. – И ты до сих пор сомневаешься в моей силе грязнокровка? – совсем тихо спросил он, глядя на то, как она буквально задыхается от злости и негодования. -Что тебе нужно Малфой? что? Что еще я не сделала? -Похоже, тебе стоило отказаться от титула старосты, - задумчиво проговорил он, отклоняясь от нее обратно назад. – Кажется, ты к этому очень долго шла, и теперь, лишившись этого, испытала бы на себе жуткий позор среди всех окружающих. Давай сделай это Грейнджер. Хотя наверно у тебя не хватает сил, ты же такая… -Я сделаю это Малфой! Но это будет последним, что я сделаю ради того, что бы ты не трогал моих близких! -Ха-ха-ха, - расхохотался он, от чего девушке стало совсем тошно. Похоже, этот слизеренец возомнил о себе слишком много! Но она не позволит этому продолжаться и дальше! - Что ты сделаешь мне, Грейнджер? -Я расскажу им всё, и пускай я потом умру, я расскажу! – она выкрикнула ему это в лицу и понеслась обратно в Большой зал. Нужно было лишь найти Минерву и предупредить её о том, что она отказывается от титула старосты и уезжает домой, чтобы навестить родителей и помочь им восстановить дом. Она залетела в Большой зал, сжимая руке уже измятое в шарик письмо, и пролетев несколько метров, изумленно остановилась. Ее сердце как-будто остановилось. Никогда. Никогда она не думала о том, что ей однажды придется это увидеть. -Лили, здесь же куча народу! – Джордж аккуратно отпихивал от себя прилипшую к нему ту самую девушку, которую Гермиона видела в прошлый раз в Косом переулке. Прошлый год она была старостой Когтеврана, в этом году, однако, она не смогла получить роль старосты школы. Гермиона никогда не думала, что ей придется увидеть эту улыбку, обращенную не к ней. Эти руки, обнимающие не ее. Она никогда не могла себе это представить. И пусть она несколько недель упорно делала вид, что ей все равно, сейчас в эту самую минуту она сбилась. -Ну а что? Пусть уже все знают, что мы с тобой…- измятое письмо вылетело у нее из рук, и сердце где-то там глубоко внизу закололо. Боль от обиды, ревности захватила ее настолько сильно, что она буквально перелетела через них со скоростью метеорита и приблизилась к МакГоногал. -Профессор, мои родители... – она говорила громко, задыхаясь от быстрого бега и сжимая руки в кулаки. «Не думай, только не думай, все кончено!» - в голове она старалась успокаивать себя, но вот душа и разум – вещи никогда неподвластные друг другу. Рассудок ее все понимал, что так оно и должно было быть. Но вот сердце отзывалось жгучей болью в груди. Та девушка дотрагивалась до него, улыбалась с ним, и кажется, они были вместе. Она в эту самую секунду настолько возненавидела ее, что даже стала ненавидеть саму себя. Она сразу должна была выбрать смерть и не переживать все это. Но тогда это было бы эгоистично. Она бы умерла, а он остался бы страдать? Разве так поступают с людьми которых ты любишь? Которые любят тебя? -Я знаю, мисс Грейнджер, вы можете ехать, я отпускаю вас, - Минерва посмотрела на нее понимающим взглядом. -И еще одно, - проговорила гриффиндорка с полной решимостью в глазах так, что МакГоногал испуганно посмотрела на ученицу. - Я отказываюсь от титула старосты, простите, - она, поклонившись, пошла обратно по направлению к выходу. -Что? Мисс Грейнджер! – закричала ей вслед МакГоногал. – Как можно отказываться от этого? Мисс Грейнджер постойте! – но Гермиона не останавливаясь, шла прямо к выходу. Ученики замолчали и все с интересом поглядывали на разворачивающуюся сцену. - Мисс Грейнджер! Вам нельзя отказываться от титула старосты!!! – Профессор, наконец, остановилась, не в силах бежать дальше, но Гермиона лишь удалилась из зала. Какое-то время все молча, переваривали то, что только что произошло. Если бы в эту секунду Гермиона посмотрела на своих друзей, она бы увидела, какими испуганными были их лица. Она вернулась домой вместе с родителями. С ними все было в порядке, так как в больнице им помогли залечить раны. Они восстанавливали дом, и она помогла им делать ремонт. На все ушло почти больше двух недель, и она наконец вскоре вернулась в Хогвартс. За то время пока она была дома, ее мысли абсолютно забылись. Она спокойно приняла тот факт, что Джордж теперь с другой девушкой. Она спокойно отнеслась к тому, что теперь она не староста и что по приезду в Хогвартс переедет в гостиную гриффиндора. Гермиона с полным спокойствием на лице зашла в Большой зал и уселась за гриффиндорским стол. Ее не смущал тот факт, что люди старательно обходили ее стороной. Она спокойно села, когда совсем неподалеку слышала смех девушки Джорджа и его недовольный голос. Теперь она уже меньше протирала свою правое запястье, ощущая его пустоту и ощущения, словно чего-то не хватает. Когда она выкладывала свои вещи, она наткнулась на ту самую коробочку. Вспомнив то, что Джордж обещал ей снова подарить то, что было внутри нее, она с замиранием сердца открыла ее. Маленькое колечко, сделанное из серебра, и посередине которого была выгравирована роза. Рядом выпала записка и Гермиона дрожащими руками подняла ее и прочла. «Мы посадим эту розу летом, а сейчас носи ее на одном из своих красивых пальчиках». Стараясь вновь не расплакаться, она надела его на правую руку. Кольцо подошло именно на четвертый палец. С тех пор она носила его, согреваемая мыслями о том, что от Джорджа все-таки что-то осталось. Она не надеялась, что однажды увидит на его руке тот самый камешек, который она подарила ему. Наверняка он тоже уничтожил его. Гермиона старалась не думать об этом и поэтому коробочку убрала обратно в сумку. Теперь она жила в одной спальне с Джинни и остальными девушками, но с ней никто не разговаривал. Гермиона спокойно относилась к этому, потому что за такое время уже привыкла. Они старательно делали вид, что ее не замечают и никогда не знали, и она это тоже воспринимала нормально. Жить одной было не так уж и плохо. Правда, долгое время она все еще ловила на себе негодующие и осуждающие взгляды, но ко всему она пришла сама. Винить оставалось лишь саму себя. На ее место старосты взяли еще одну девушку из Гриффиндора. Звали ее Нэнси. На удивление она почему-то здоровалась с Гермионой, а вчера даже попросила ее провести всех первокурсников на общую лекцию. Лекции были сделаны специально для разных факультетов. О чем они, некто не знал. Поэтому рано утром Гермиона, быстро схватив с собой учебник по трансфигурации, так как там лежали некоторые документы, необходимые для учителей на лекции, побежала бегом к Большому залу. Нэнси уже была там, и группа первокурсников гриффиндора толпились вместе с ней. -Ох, Нэнси прости, я опоздала, - запыхавшись, подбежала к ней Гермиона, и староста слабо улыбнулась. -Ничего страшного, вот список, - девушка протянула ей бумагу с именами учеников, и Гермиона кивнула. – Ребята, мисс Грейнджер проводит вас до зала, где будет проходить лекция. Слушаться ее, - она повернулась к ребятам, и те дружно закивали. – Мне просто нужно еще успеть кое-что сделать, - тихо сказала девушка, обращаясь к Гермионе, и та слабо улыбнулась. -Конечно, не переживай, я все сделаю, - эта работа была для нее не новой и поэтому она с легкостью начала проводить перекличку. За полгода она прекрасно знала всех первокурсников, даже не ее факультета. Она слишком серьезно относилась к своей работе и естественно учителя только горевали, когда она отказалось от этой должности, к которой двигалась на протяжении всех лет. Гермиона повела учеников в тот самый класс. Там уже было много народу с их факультета, и в ряд стояли скамейки. В конце зала стоял небольшой стол, а на стене висела обычная классная доска. -Итак, - она повернулась к ребятам. – Все надеюсь, дошли, кроме Дженни с Крисс, они ненадолго отлучились, - сказала Гермиона, проверяя еще раз список и посматривая на ребят. – Джемс, отпусти волосы Вэлани! – сказала она мальчику с черными взъершенными волосами, который дергал за косичку беловолосую девочку с серыми прозрачными глазами. Тут к ней подошла Нэнси. -Гермиона, зачем ты отказалась от этого места? Ты идеальная староста, - Нэнси забрала у нее список, и Гермиона слабо улыбнулась. –Теперь садимся, Джеймс! Я кому сказала, отпусти ее волосы! А ну, иди сюда, сюда! – прикрикнула Гермиона и недовольно взяла подошедшего к ней мальчика за руку. – Садимся, садимся, - сказала она усаживающимся первокурсникам. Тут подошли еще две девочки и Нэнси их отметила. – Садись Джеймс и больше так не делай, - мальчик тут же кинулся занимать место, и Гермиона тихонько рассмеялась. -Я уже с ним так намучалась, Гермиона! Ты с ними полгода проработала, лучше же их знаешь, - сказала недовольно Нэнси, и гриффиндорка повернулась к ней. -Если будет нужна помощь, обращайся, - Гермиона еще раз с улыбкой посмотрела на детей и только сейчас в дверях увидела знакомое лицо. Улыбка ее слетела с лица, и она с несколько секунд встревожено смотрела на Джорджа. Наверно, впервые за всё прошедшее время она улыбалась. Беззаботно, по-настоящему. До этого у нее не было никаких причин для улыбки. Но дети – это всегда радость. Увидев его, Гермиона смутилась. Рядом, придерживая его за руку, стояла Лили Вэнс. Гермиона не могла сказать, счастлив был он или нет. Его лицо не выражало никаких эмоций, когда он посмотрел на нее. Все еще тот же злой взгляд, глаза, которые недобро смотрели на нее. Он изменился. -Почему ты отказалась? На твоем месте я бы дано заняла эту должность обратно! – улыбаясь, сказала Нэнси, и Гермиона, повернувшись к ней лицом, попыталась сделать то же самое. Но теперь улыбаться было сложнее. Она направилась к учительскому столу и положила некоторые бумаги. Затем села на первый ряд, и рядом с ней села только Нэнси. Удивительно впервые за такое время Гермиона чувствовала, что она не одна. Это было приятно. Справа на других скамейках в первом ряду сел Джордж. Она старалась не смотреть на него, но все же чувствовала его присутствие как никогда. Смех той Лили и его недовольный голос. Она слышала это все. Лекция была про волшебные свойства цветов и отношение волшебников к цветам. В особенности к волшебным цветам. Гермиона старательно слушала, потому что это было довольно интересно. У волшебников было особое отношение к цветам. Для тех, кто родился и жил среди магглов, это казалось странным, и потому, лекция была столь интересной. - И последнее, я показываю вам примерный вид волшебной горки с цветами. Как точно она выглядит, никто не знает. Из тех, кто видел ее, не всегда пытались зарисовать ее. Это очень редкостное явление, увидеть волшебную горку. Для волшебников это считается очень почтительным, и потому никто не спешит делиться ею с кем-то другим. Все, кто родился в семье волшебников, знают, что цветы – это не просто растения. Они способны соединять двух различных людей, помогать им. И потому так ценны волшебные горки. Если вы когда-нибудь встретитесь с тем, что один человек предоставит вам честь показать горку, которую он нашел, то знайте, насколько это важно. Человек, который поделился с вами этим, считает вас очень дорогим и важным в своей жизни. Потому горка с легкостью запоминает двух людей, оказавшихся рядом с ней. Она способна соединить этих людей, способна заставить силой мысли позвать их и встретить друг с другом. Она поможет им вспомнить то, что они давно забыли. Потому эти горки так ценны. -Можно вопрос? – в зале была полнейшая тишина, и Гермиона всё это время сидела, не шевелясь. Несмотря на то, что она очень умная, этого она действительно не знала. Она боялась посмотреть на Джорджа. Все то, что она услышала, было для нее таким… Таким удивительным, что Гермион лишь крепко сжимала учебник, лежавший у нее на коленях. «Джордж». Сердце ее заболело вновь, дышать стало трудно. Быть может, сейчас он ненавидел ее, а она лишь тогда спасала ему жизнь. -Конечно, мистер Финиган, ваш вопрос? – спросила профессор Стебель. Именно она вела лекцию для гриффиндорцев. Многие ученики обернулись на парня, но Гермиона сидела прямо. Она не хотела поворачиваться. Ее словно парализовало. Вся информация, просочившаяся в нее… Ей вдруг стало так больно, и она обозлилась на саму себя. Ведь со стороны выглядело все как предательство. Она никогда бы в жизни не предала его! Он ей доверился, а она такого ему наговорила! Хотя говорила и не по своей воле. Быть может если бы Малфой тогда дал ей шанс, она бы сделала как-нибудь лучше...? -Могут ли цветы разъединять людей? -Нет ни в коем случае, даже если произойдет что-то очень ужасное, люди все равно будут иметь одну общую вещь. Это неотъемлем, как сердце. -А могут ли цветы соединить уже с другим человеком? – Гермиона вздрогнула. Голос Джорджа. Она давно его не слышала, но сейчас в такое время и в таком месте с таким вопросом, она бы никогда не хотела бы услышать. Она нервно обернулась на него, сидящего рядом с той девушкой. Неужели он хотел показать ей, то самой Лили Вэнс, эту горку? Гермиона нервно задышала. Терпеть все в течение несколько месяцев, спасть этому глупому парню жизнь, а он хочет поделится самым дорогим что у них единственное оставалось с другой девушкой? Да кто она такая? Неужели он полюбил ее??? -Возможно, - при этих словах Гермиона сама не зная почему соскочила со своего месса. Учебник с громким шумом упал у нее с колен, и оттуда вылетела фотокарточка. Та сама фотография, с рождественского бала. По залу прошелся шепот, и Гермиона нервно нагнулась, подбирая учебники и дрожащими руками запихивая туда фотографию. Учебник чуть ли не вываливался из ее рук, а фотография почти помялась в некоторых местах. Гермиона не видела эту фотографию с тех самых пор, когда Джордж при последней их нормальной встрече вручил ее. Это была последняя встреча, ведь после этого они уже больше никогда не разговаривали по-хорошему. Слезы навернулись на глаза, застилая все прозрачной пленкой, и она, почти ничего не видя, бросилась вон из зала. Народ вокруг шумел и что-то бурно обсуждал. Об их разводе знала вся школа. И теперь, когда у нее вылетела при всех его фотография, это казалось таким шокирующим, что вокруг все только и делали - обсуждали это. Гермиона вылетела из зала и направлюсь в библиотеку. Дрожащими руками она открыла учебник и с замиранием сердца посмотрела на фотографию. Джордж, улыбаясь, целовал ее в щеку, прижился за талию к себе, а она с недоуменным видом смотрела в камеру. Она скучала по нему. Ей хотелось видеть его улыбку, такую добрую, обнадеживающую, смотреть, как появляются морщинки около его нежных карих глаз. Ей хотелось почувствовать все снова. Как он обнимал ее в шутку, говорил что-то. Его губы, которые она уже почти забыла. Тонкие, розовые, мягкие… Его рыжие взъерошенные волосы. Родинка на шее, до которой она дотрагивалась лишь раз. Воспоминания на нее нахлынули волной, и она с силой захлопнула учебник. Достав листок бумаги, она сама не зная, зачем и почему, начала писать ему письмо. «Прости меня Джордж, прости. Я должна была сразу выбрать смерть. Мой ночной кошмар стал реальностью, а ты говорил, что это глупости. Я бы рассказала тебе все и умерла бы на твоих глазах. Но тогда это было бы эгоистично. Я спасла бы саму себя от твоей ненависти и чувства вины, а ты бы остался и страдал от того, что все неправильно понял. Разве так поступают с людьми, которых любят? Без тебя мир мой стал серым и безжизненным. Без твоего смеха, улыбок, твоих добрых и заботливых глаз. Я все еще помню вкус твоих губ, твои крепкие объятия и те ночи, что мы провели вдвоем. Я скучаю по тебе каждый день. Каждую минуту. Люблю тебя до сих пор. Хотя стараюсь скрыть это даже от самой себя. Я мечтаю вновь увидеть твою улыбку. Я люблю ее так сильно, как дети любят сладкое. Мне очень плохо без тебя. И в мире есть только один человек, которого я ненавижу. Этот человек разрушил мою жизнь. Ведь моя жизнь – это только ты. И я все же верю, что однажды все наладиться. Все будет так же, как было раньше. Без тебя даже сейчас у меня нет смысла жить. Я живу лишь потому, что так нужно. Иначе все было бы напрасно». Зачем она оставила письмо здесь, на столе? Она не знала. Аккуратно свернув его, она положила его на самый край стола рядом с окном. Сюда никто не заходил, и ей было все равно. Сейчас ей стало лучше, и нужно было уже идти в Большой Зал на обед. Правда есть ей совсем не хотелось. И встречаться с кем-либо тоже. Опить примутся ее обсуждать. Но к этому она успела привыкнуть. Она взяла себя в руки и отправилась на обед. В зале было шумно, и Гермиона недовольно направилась на своё место. Кругом была большущая толпа, поэтому ребята вновь не заметили, как она пришла. Гермиона все же заставила себя съесть картошку с мясом и запить все это тыквенным соком. -Да глупости какие! Эту фотографию она засунула в учебник и судя по ее выражению лица, она увидела ее впервые после того случая!– Гермиона вновь чуть не подавилась, услышав слова Джорджа. Они что обсуждали сейчас именно ее? -Рон прав, в тот день было все более, чем странно. Ты никогда не думал, что нужно поговорить? – осторожно спросил Фред, и Джордж силой ударил кулаком по столу так, что многие даже обернулись. -Не хочу! Ничего! Слышать! – сказал он, чуть ли не крича, и Гермиона, быстро собрав свои вещи, направилась к выходу. -Питэр? Что с тобой? – увидев у мальчика кровь из носа, она напрочь забыла о том, что хотела незаметно для остальных уйти. Теперь, когда она буквально чуть ли не закричала, все тут же обернулись на нее. -Я не знаю, просто… - сказал мальчик, поднимая голову вверх, чтобы кровь не капала. -Ох, Господи! Тебя кто-то ударил? – спросила Гермиона, наклоняясь к нему и доставая из сумки носовой платок. -Нет же! Просто я не знаю… - мальчик чуть ли не плакал, и Гермиона, вытерев у него под носом кровь, взяла его за руку и направилась в лазарет. Оказалось, у мальчика было повышенное давление, и потому у него побежала кровь из носа. Это была мелочь, но Гермиона перепугалась. Звонок на занятия уже давно был и поэтому она, проводив Питэра до класса, отправилась на ЗОТИ. Сегодня у них занятии проходило в дуэльном классе, и потому она направилась туда. -Простите, я водила брата в лазарет, - сказала она. Когда зашла в класс, увидев там кучу народа. На дуэльной сцене стояли профессор МакГоногал Снейп. -Проходите, мисс Грейнджер, - сказала Минерва, и Гермиона, закрыв за собой дверь, встала рядом с Нэнси. Та ей помахала рукой, когда еще гриффиндорка только вошла в класс. Гермиона улыбнулась ей. -С братом все в порядке? – спросила она, и Гермиона кивнула. Народу было очень много - шестой и седьмой курсы сегодня занимались вместе. Она встревожено посмотрела на близнецов, и тут же от них отвернулась. Ей не хотелось туда смотреть. Они обсуждали ее. Они начали подозревать, что все не так просто. Если Малфой об этом узнает, что тогда будет? Ей придется опять спасать Джорджа? -Итак, давайте начнем, - начал профессор Снейп. – Покажите то, на что вы способны, - ребята стали нервно озираться по сторонам. Многие хотели участвовать в дуэли, другие пожелали бы отказаться. -Итак, с факультета Гриффиндор пожалуй начнем с седьмого курса, Иннэль Роустфорд, пожалуйста! – позвала МакГоногал и стройная девушка с черными волосами, забранными в хвост, вышла на дуэльную сцену. Все остальные толпились внизу. -С факультета Слизерин, мистер Кноул! – громко позвал Снейп, и черноволосый парень высокого роста поднялся на сцену. Так было еще несколько дуэлей, и когда Гермиона услышала свое имя, она даже не сразу поняла, что ее тоже вызывают. -Мисс Грейнджер? Что с вами? – Гермиона, тут же спохватившись, вышла на сцену. Увидев там Малфоя на другом конце, она нервно сглотнула. Драться с ним было бы не самым приятным в ее жизни, но это урок и выбирать не приходилось. Они медленно приблизились друг к другу. В зале восцариалсь тишина. Еще бы, такая схватка! Гермиона со всей своей решимостью смотрела этому слизеринцу в глаза и тот усмехнулся. Они подняли палочки и повернулись назад. Гермиона дошла до конца сцены и обернулась. Покрепче сжав свою волшебную палочку, она поглядела на Малфоя, стоящего с ехидною улыбкой и смотрящего на нее. Теперь главное было вовремя успеть прочитать в его глазах то, что он собирался сделать. -Конъюнктивитус! - выкрикнул он ослепляющее заклинание, но Гермиона успела вовремя защититься. Ловким движением рук она направила на него «Остолбеней!». Он посылал в нее Петрификус Тоталус и сам вовремя успевал защищаться. Последнее, что он крикнул, Гермиона не успела расслышать. Перед ней появилась облако, в котором она увидела Джорджа и саму себя. Они улыбались друг другу и о чем-то разговаривали. Затем она услышала тот самый крик, когда Малфой послал в нее «Круцио» на поле у норы. Она выпустила палочку из рук и попыталась закрыть уши руками. Крики оглушали ее. Она слышала не только свой визг, но и крики Джинни, Джорджа и остальных. Это было ужасно, и она изо всех сил пыталась закрыться. Крик вдруг прекратился, и она посмотрела на облако. Очевидно, видела его только она одна. Джордж улыбался, но уже нее ей, а той самой Лили Венс. -Мисс Грейнджер возьмите палочку немедленно! – услышала она голос МакГоногал, и словно придя в себя и разозлившись, схватила палочку и послала в Малфоя заклинание «Фините Инкантатем». Оно прекращало действие того предыдущего заклинания, и быстро, чтобы Малфой не успел опомнится, она послала в него «Легилименс» и тут же попала в его мысли Это было некой местью, но то что, она увидела, заставило ее медленно осесть на пол. «Это всего лишь прикрытие, это ненастоящий договор! Я сделал все, чтобы она поверила и не наговорила никому! Это был ненастоящий договор, и она не умрет, если не выполнит его, поэтому мне исключена возможность попадания в Азкобан за убийство!». Она практически не глядела на то, как Малфой объяснял это какому-то незнакомцу. Смысл слов не сразу доходил о нее. Гермиона, задыхаясь, смотрела на слизеринца, который с испугом в глазах так же глядел на нее с другого конца дуэльной сцены. До нее медленно и очень тяжело доходило все то, что она делала вообще в последние месяцы. Он ее подставил, а она поверила. Как она могла не заметить того, что договор был ненастоящим? Как??? -Мисс Грейнджер? Вы в порядке? – Малфой тут же куда-то удалился. Она должна была догнать его! Она ему покажет, что значит играть с ней! Гермиона соскочила и бросилась за ним вслед к выходу. Ей было плевать на остальных и на то, что они подумают. Все эти месяцы она упорно игнорировала Джордж и ради чего? Ради чего??? Она выбежала из класс и пробежала до поворота, но Малфоя нигде не было. Гермиона, споткнувшись, сильно ударила лодыжку. Опять, как в тот раз в Норе. Нога тогда видимо не совсем зажила и сейчас, легко ударившись, она вновь подвернула лодыжку. Она тихо застонала и присела на пол. -Аау, как больно, черт, - выругалась она, и осторожно дотронулось до больного места. Она хотела догнать Малфоя и врезать ему со всей силы! Потом найти Джорджа все-все ему рассказать! -Гермиона, ты идти сможешь? – внутри, словно все ухнуло. Джордж. Сзади нее был Джордж. Он говорил с ней. Он называл ее по имени? Она недоуменно повернулась к нему, в то время как он медленно подходил к ней и наклонившись, задрал штанину ее школьных брюк. Затем он осторожно отодвинул ее носок и Гермиона невольно вскрикнула. Лодыжка болела очень сильно. Она с замиранием сердца следила за тем, как он своими пальцами дотрагивается до ее кожи. Гермиона вздрагивает, почувствовав холод его пальцев. -Ты сможешь идти? – спрашивает он вновь и смотрит на нее своими карими глазами. Боже как давно она не видела этих глаз! Добрых, нежно смотрящих на нее. Но почему он так ведет себя? Что случилось? Он видел то, что только что видела она? Или он действительно волнуется за нее? А может это всего лишь сон?