Me you too

       Юнги надевает куртку и уже тянется к ручке двери, чтобы выйти из подсобки, но его останавливает голос за спиной. — Он твой парень, да? — девушка, находящаяся всё ещё в форме официантки внимательно смотрит блондину в глаза, будто в них можно что-то прочесть. — Кто? — Мин щурит веки, прекрасно понимая о ком идёт речь, но ему явно нужно время, чтобы придумать подходящий ответ. — Тот молодой человек, который встречает тебя после смены каждый вечер, — она кокетливо улыбается, но это не помогает скрыть напряжение, которое между ними образовалось. — Я не гей и он тоже, если тебя это так волнует, — Юнги старается не выдать никакой реакции, но выходит паршиво, его ладони потеют, так что приходится вытирать их о грубую ткань синих джинсов, а губы вмиг пересыхают и язык нервно проходит по ним, выдавая парня с потрахами. — Просто раньше его не было, а тут он так резко появился и я подумала… — Круто конечно, что ты интересуешься моей личной жизнью, но лучше займись своей, — Юнги резко дёргает ручку двери и выходит в тёмный коридор, направляясь к чёрному выходу. Чимин как обычно ждёт на улице с сигаретой в руках и идиотской улыбкой на лице. Мин ничего не говорит, даже когда Чим выдаёт короткое приветствие, он суёт руки в карманы и идёт в привычном направлении, чувствуя непонятную злость. — Сильно устал? — предполагает Чимин, а Юнги продолжает молчать, смотря себе под ноги. Злится он скорее всего не на девушку, и даже не на Чимина, он злится на самого себя, потому что допустил это. Потому что вот уже третью неделю, он разрешает Чимину встречать его после работы, потому что он говорит с ним, рассказывает о расписании своего дня, слушает Чимина, знает имена его родителей, возраст его брата, и даже, чёрт возьми, видел фото его кота. Потому что он ходит с ним в кафе, а отцу говорит, что не голоден, позволяя тому расстроиться, потому что он не рассказывает об этом Тэхёну и каждую ночь отправляет Чимину сообщение с текстом «Всё, ты достал, я спать.» Потому что он начинает к Чимину привыкать. Юнги ненавидит себя. — Эй, да что случилось? — Пак выглядит так, будто ему реально не всё равно, но Юнги знает ради чего всё это и это бесит жутко. Возможно, он хотел бы просто дружить с Чимином, но чего хочет Чимин известно, и это отвратительно. — Девушка с которой я работаю, решила, что мы с тобой встречаемся, — бурчит Мин, и не хочет слышать реакции Чимина, потому что она предсказуема. — Ну, я бы на её месте тоже так подумал, — он пожимает плечами. — Так может перестанешь сюда ходить, чтобы люди так не думали? — Не перестану. Юнги громко выдыхает, а после поджимает губы, решая ничего больше не говорить. Какой смысл, если Чимин всё уже решил и делает только то, что посчитает нужным? — Ты знаешь как всё это закончить, — тихо произносит Пак, идущий с Юнги в ногу. — Пошёл нахуй, понятно? — Да стой ты, — Чимин хватает одногруппника за рукав куртки и заставляет остановиться посреди дороги, где поблизости нет ни одного фонаря. Мин покорно поворачивается к парню лицом, а тот продолжает сжимать в кулаке тёмную ткань его куртки. — Что? — Мин проводит языком по внутренней стороне щеки, видя как в темноте блестят глаза напротив. — Если ты так устал меня терпеть, почему просто не закончишь это? — Чимин шепчет, и от этого у Юнги желудок скручивает. Странное чувство, он такого раньше никогда не ощущал. — Я не буду спать с тобой, — чётко произносит блондин, чувствуя совершенно неуместное волнение. — Почему? — Чимин подходит вплотную и это не выглядит, как очередная игра, Юнги чувствует, что всё, что происходит сейчас, ощущается совсем иначе, если сравнивать с тем, что было пару недель назад. — Потому что не хочу, — Мин не отводит взгляд, не отходит назад, потому что не чувствует себя загнанным в угол, такое чувство, будто к такому положению они пришли вместе. Будто впервые они оба решили стоять посреди ночи настолько близко друг к другу и чувствовать кожей чужое дыхание. — Как мне повлиять на твои желания? — Чимин чуть клонит голову в бок и Юнги громко сглатывает, даже не стараясь этого скрыть. — Никак, ты мне не нравишься, Пак Чимин. Юнги хочется думать, что он спит, когда чувствует, как мягкие, холодные губы касаются его губ, но это действительно происходит, на осознание этого, Мин даёт себе секунду, а после сразу же отходит, не позволяя Чимину сделать что-то большее. Пак тяжело дышит, облизывая губы, но ближе не подходит, реакции ждёт. — Ты пытался меня поцеловать? — Юнги хмурит брови, слыша как дрожит его голос. — Ну да, — Чимин трёт ладонью открытый лоб и голову опускает. — Ты правда думал, что я позволю тебе поцеловать меня? — Юнги усмехается, — ты идиот. — Ладно, я подожду пока ты сам поцелуешь меня, — Пак кивает пару раз, — без проблем. — Ты устроил всё это, в надежде, что если я буду проводить с тобой время, ты начнёшь мне нравиться? — Я тебе нравлюсь, тебе осталось только признать это, — эта фраза выходит действительно громкой. — Никогда, Чимин, никогда. Юнги уходит, думая лишь о том, пойдёт ли Чимин за ним. Но он не двигается с места, давая Юнги ещё больше пищи для размышлений.

***

— И отец сказал, что если я ещё раз так поздно вернусь домой… — Чонгук отвлекается от своего рассказа, так как мимо проходит Намджун и кладёт руку на его плечо. — Утро доброе, — Джун жмёт руку Гука, и тут же отходит, позволяя другим подойти к Чону для приветствия. И Тэхён и Юнги опускают глаза. И если Хосок здоровается с Чонгуком молча, то Чимин начинает какой-то непринуждённый разговор и даже смеётся, запуская руку в чужие волосы. Юнги делает всё, чтобы внимания на это не обращать. Всё что угодно, только не Чимин, он и так всю ночь ему посвятил. Думал, анализировал, но так ничего и не понял. Ему хреново, причина этого неизвестна, но чем Чимин ближе, тем хуже, так что когда он отходит, даже дышать становится легче. Всё становится невыносимым, когда этот парень рядом. Особенно, когда он делает вид, что ничего не происходит, потому что Юнги нужны ответы. Что между ними? Пустая связь построенная лишь на желаниях Чимина? Как он это допустил? Упорство Пака восхищает, если всё же позволить себе рассматривать его как личность. Юнги не каждый день встречает таких сильных людей, которые действительно могут сделать всё. Кто ещё мог бы провернуть это с ним? Только Чимин. Он заставил Юнги думать о нём, он заставил Юнги принять его, он заставил Юнги хоть и немного, но открыться ему. Он заставил Юнги, чувствовать что-то. Пак Чимин — та самая личность, которую Юнги ещё ни разу не встречал, и он заставил Юнги это понять. Чимину удобно быть красивой оболочкой, не показывая ничего больше и он так хорош в своём притворстве, что даже Мин ему поверил, но что ему теперь делать со всей этой информацией? — Ты чего такой загруженный сегодня? — Чонгук смотрит Юнги в глаза, а он будто сквозь него. — Я в порядке, — уверяет парень. — Не выглядишь так, — Чонгук вздыхает, — что-то случилось? — Честно, я просто не высыпаюсь из-за работы, — Юнги почти не врёт, он правда не высыпается, но это не из-за работы, он сам не знает из-за чего. — Может тебе стоит брать меньше смен, — беспокоится Тэхён. — Да, я подумаю об этом, — Юнги сдержанно улыбается, осматривая друзей, — прошу вас, не беспокойтесь. Нет причин для беспокойства, просто Чимина стало, вдруг, слишком много, и он не знает, что с этим делать.

***

       Хосок ставит перед Тэхёном чашку с ароматным кофе, и сам присаживается за стол, обхватив руками кружку с зелёным чаем. — Очень вкусно, — улыбается Тэ, сделав глоток, — ты не думал стать баристой? — Тэхён, не уходи от темы, — Хосок цокает языком, смотря на закрытую дверь кухни. Даже если родители вернутся, скорее всего, их не заметят. — Я не ухожу, я уже сказал, что никогда не смогу ему признаться, — Тэхён опускает глаза, прекрасная зная, что его рассматривают в этот момент. — Почему? Ты же любишь его и это не мешает вам дружить, что изменится, если он будет знать о твоих чувствах? У тебя лишь появится шанс на что-то большее, — Чон говорит серьёзно и не позволяет себе улыбнуться, хотя рядом с Тэхёном это сложно, — дай вам шанс, не будь эгоистом. — А если это не взаимно? — Тэ делает глоток кофе и чуть морщит нос. — И что? Нет ничего постыдного в не взаимных чувствах, это только твои чувства и ты имеешь на них право, ты можешь говорить о них открыто, никто не в праве ограничивать тебя в этом. Ты просто скажешь, то что у тебя на сердце, если он не чувствует того же, это не может разрушить то что уже есть между вами. — А что если он захочет закончить общение? — Из-за твоей искренности? — Хосок фыркает, — тогда зачем тебе такой друг? Но я уверен, что он так не поступит. — Почему ты так мил со мной? — Тэхён ставит локоть на стол и подпирает подбородок кулаком. — Потому что я милый парень, — Чон, наконец, улыбается, — просто не всем удаётся это понять. — Почему именно я? — Тэ закусывает губу, потому что взгляд Хосока становится каким-то тёмным и это завораживает. — Потому что, не стоит искать во всём смысл, — Хосок пожимает плечами, — так уж сложилось. — Я так рад, что ты подошёл ко мне. — А я рад, что ты был на той вечеринке в моём доме, иначе я бы тебя не заметил. — Это была судьба, — Тэхён хихикает и смущённо отводит взгляд. Они с Хосоком общаются около двух недель и за это время много, что изменилось в Тэхёне. Он стал меньше времени проводить с друзьями, и гораздо меньше спать, потому что Хосок способен заполнить собой всё пространство, но это вовсе не навязчиво, напротив Хосока всегда мало. Никто и никогда не слушал Тэ часами, как это делает Чон, никто и никогда не мог найти настолько правильных слов для поддержки, никто и никогда на Тэхёна так не смотрел. Хосок лучшее, что случалось с ним за последнее время. Если бы не он, Тэхён бы никогда не решился. — Так ты скажешь Чонгуку, о том что чувствуешь? — Я хочу это сделать.

***

Юнги выходит на улицу, заранее задержав дыхание, но нет даже намёка на запах табака, его встречает осенняя свежесть и пустота. Чимин не пришёл. Юнги хмурит брови и достаёт телефон из заднего кармана джинсов. Сообщений нет. Парень сам не знает зачем, но, он заходит в инстаграм Чимина и видит там фотографию с Намджуном, которую Пак выложил в сеть всего тридцать минут назад. Мин трёт губы холодной ладонью и старается понять, что же он чувствует. Разочарование? Грусть. Он не думал, что Чимин даст заднюю из-за одного разговора, но это же хорошо. Он отстал и теперь не является проблемой номер один. Теперь можно больше времени проводить с отцом, подумать об учёбе и выяснить, что же происходит с Тэхёном. Теперь не нужно постоянно думать как же лучше поступить с Чимином и как от него избавиться, он сам ушёл. И это к лучшему. Юнги прислоняется к стене и смотрит в темноту, ожидая неизвестно чего. То ли когда осознание того, что всё хорошо, прогонит тоску, то ли Чимина, который, возможно, просто опоздал. Через пятнадцать минут становится понятно. Пак не придёт и Юнги приходится это принять, так как на улицу выходит та самая девушка, разговор с которой и стал причиной их ссоры. — Ох, Хвиин, ты домой? — Юнги пытается улыбнуться, а девушка неловко поправляет шапку на голове, пряча под ней светлые волосы. — Да, а ты? — она оглядывается по сторонам, но поняв, что они на улице одни, выдыхает. — Да, идём вместе, — Мин делает первый шаг в сторону дороги, и девушка делает тоже самое. — Твой друг не пришёл сегодня? — Хвиин затрагивает не самую приятную тему, но Юнги почему-то чувствует потребность обсудить это, а с близкими людьми этого сделать нельзя, и он сам себя в это загнал. — Он, наверное, не мой друг, — Мин вздыхает, — точнее, я хочу с ним дружить, общаться, но ему, похоже, это не нужно. — Тогда он идиот, — девушка заметно смущается, — только сумасшедший не захочет с тобой дружить. — Почему это? — Юнги усмехается, чувствуя, что разговор заворачивает не в ту сторону, на которую он рассчитывал. — Потому что ты классный. И если ты к нему тянешься, ему бы стоило это ценить. — Так значит, мне не стоит расстраиваться, — парень открыто улыбается, — получается я ничего не потерял, а он упустил меня и это ему должно быть грустно. — Он тебе нравится, да? — Хвиин резко останавливается и поднимает голову, смотря парню в глаза. — Нет, я просто хотел с ним дружить, не придумывай. — Я лишь хочу помочь тебе, — она закусывает губу, но Юнги не реагирует, продолжая улыбаться. — Мне нравятся девушки. — А я? Я тебе нравлюсь? И почему, прямо сейчас, в голове только Чимин?

***

— Ты весь промок, — первое, что говорит Чонгук, увидев Тэхёна на своём пороге, — проходи, — Гук хватает парня за руку и тянет на себя, заставляя зайти в квартиру. — Привет, Тэхён, — безразлично тянет отец Чонгука, проходя мимо и направляясь в сторону кухни. — Здравствуйте, — Тэ чуть наклоняется, а после смотрит на Чонгука, не веря, что пришёл сюда только с одной целью — признаться. — Чего так смотришь? — Чон улыбается и у Тэхёна сердце на секунду останавливается. — Рад тебя видеть, — выпаливает Ким, а Чонгук двумя пальцами его щеки касается, ощущая холод кожи. — Замёрз, да? — шепчет. — Вовсе нет, — Тэхён качает головой. — Хочешь чай? — Хочу поговорить. Чонгук в удивлении приподнимает брови, а после просто кивает, указывая на дверь своей комнаты. Тэ был здесь тысячу раз, но сейчас всё, будто впервые, волнение накатывает с новой силой, как только они оказываются в комнате один на один. Да, Тэхён этот разговор в своей голове прокручивал, но забыл всё, стоило Чонгука увидеть. Сейчас эта идея не кажется такой уж хорошей, хочется просто убежать, но что он скажет Хосоку, он ведь на его глазах обещал самому себе, что будет честным с тем, кого любит. Чонгук садится на компьютерный стул и молча ждёт, пока Тэ на трясущихся ногах дойдёт до кровати и займёт своё место. Окна в комнате Гука плотно завешаны, так что он может видеть его лицо только в тусклом свете светильников, и это к лучшему. Сейчас может произойти всё что угодно. Возможно, впервые, ему ответят взаимностью, и он не готов к такому, так что лучше ему явно глаза Чонгука в этот момент не видеть, и уж тем более он не хочет разглядеть в них чистое разочарование. Чон не давит, просто сидит, откинувшись на спинку стула и даёт Тэхёну время, но чем больше времени, тем меньше уверенности, так что тянуть больше нельзя. — Я влюблён, — выпаливает Тэ, а Чонгук кивает, давая понять, что готов слушать дальше, — я влюблён в парня и, — Ким набирает в лёгкие больше воздуха, — скорее всего, я гей. — Ты же знаешь, что я поддержу тебя в любом случае, — спокойно и тихо произносит Гук, — ты можешь полностью мне довериться и всё рассказать. Тэхёну хочется плакать, именно такой реакции он ждал, это всё чего он хотел, чтобы Чонгук его понял и принял и сейчас это происходит, в эту минуту Тэхёну кажется, что он получит взаимность, как иначе? Это же Чонгук, его Чонгук. — Я хочу признаться ему, — дрожащим голосом произносит Тэ, и опускает глаза, собирая всю волю в кулак. — Тебя что-то останавливает? — уточняет Гук, садясь на самый край стула. — Я думал о том, что это не взаимно, — шепчет Тэхён, — если честно, я всё ещё сомневаюсь. — Я думаю, что всё взаимно, тебе нужно лишь первый шаг сделать. — Если ты так говоришь… — Я знаю его? — Чонгук громко выдыхает, а Ким лишь кивает в ответ, — ты говоришь о Хосоке, верно? Все надежды рассыпаются словно песочный замок, прямо перед носом, и уже не выстроить их заново. Тэхён поднимает глаза, смотрит на Чонгука, но ничего сказать не может. В горле ком, который невозможно ни проглотить, ни выплюнуть. Остаётся только терпеть. — Хосок? — всё что удаётся выдавить из себя, хотя Тэ даже на это не рассчитывал. — Да, я видел сообщение от него в твоём телефоне, совершенно случайно, извини, всё ждал, когда ты расскажешь нам с Юнги, о том, что вы общаетесь, но ты пришёл с ещё более удивительной новостью, — в голосе Чонгука нет ни нотки ревности или злости, ощущение, что он действительно счастлив прямо сейчас. Он счастлив знать, что Тэхён влюблён в другого. — Я думал вы не поймёте, — Тэ шмыгает носом и грубо утирает с щеки первую слезу. — Глупый, — Гук опускается на колени перед другом и старается заглянуть в глаза, но Тэхён лишь голову опускает, — я видел искру между вами, после той вечеринки, на которой он поцеловал тебя. — Вот как, — каждое слово Чонгука проходится острым лезвием по внутренностям Тэхёна, он физически это чувствует и терпит с трудом, хочется разрыдаться, обнять себя руками и больше ничего не чувствовать. Как он мог позволить себе, думать о том, что это взаимно? Зачем сделал себе так больно? — Просто скажи ему, уверен, ты не получишь отказ, — Чон сжимает рукой чужое плечо, но Тэ не чувствует поддержки, напротив, будто его кожа плавится под чужим прикосновением и становится ещё больнее, хотя казалось пик уже достигнут. — Я должен сделать это, — Тэхён отбрасывает руку друга и вскочив на ноги бежит из комнаты, желая попасть на улицу. В голове полнейший беспорядок, а под рёбрами настоящий пожар и что с этим сочетанием делать, непонятно, но сейчас необходим воздух и свобода. Ему нужно побыть одному. — Тэхён, постой, не плачь, пожалуйста, — Чонгук чувствует себя растерянным ребёнком, правда хочет помочь, хочет чтобы Тэхён остался, но не может его держать. Уже не имеет на это права. — Я напишу тебе, — быстро произносит Ким и выходит за дверь не позволяя Чонгуку даже взглянуть на своё заплаканное лицо в последний раз. Чон стоит посреди собственной квартиры, ощущая как беспомощность, окутывает его.

***

— Где ты был? Юнги на вопрос отца лишь хмурится, снимая куртку и бросая её на комод около входной двери. — Скучал? — улыбается Мин, стягивая с ног промокшие кроссовки. — Твой друг ждёт тебя уже час, — мужчина указывает в сторону кухни большим пальцем, а после качает головой. — Тэхён пришёл? — оживляется Юнги. — Нет. — Чонгук? — Нет же. Блондин окончательно теряется, смотря на отца, и уже думает о том, что он впустил в дом мошенника, который просто представился его другом, но в этот момент из кухни выходит парень, а сердце Юнги падает на дно желудка. — Привет, — Чимин сладко улыбается, — долго же ты гуляешь. — Что ты делаешь тут? — голос Юнги звучит грубо, но Пак на это внимания не обращает. — Помогаю твоему отцу с ужином, — и только после этой фразы Юнги замечает, что поверх свободной рубашки, голубого цвета, на Чимине надет фартук. — Оказывается я многое делаю не правильно, Чимин дал мне столько советов, — поддерживает мужчина. — Как здорово, — тянет Мин и шагает в сторону кухни, желая поджарить Чимина живым. Какого хрена он заявляется к нему домой? Общается с его отцом, при том, что последние дни, делал вид, будто самого Юнги вообще не существует. — Уверен тебе понравится, — Пак возвращается к плите, — мой руки, пять минут и всё готово. Юнги ненавидит этот вечер. О Чимине можно подумать много чего, но допустить мысль, о том что он умеет готовить — никогда. Но этот парень умеет удивлять. Мин признаёт, что уже долгое время не пробовал ничего вкуснее, чем то что приготовил Чимин, а ещё он признаёт, что скучал. По глупым шуткам Чимина, его неоднозначным взглядам и его улыбке. Он, чёрт возьми, реально скучал. И пусть Чимин свалился как снег на голову, Юнги этому, кажется, рад. Он наблюдает за тем, как Чимин втирается в доверие к его отцу, а мужчина позволяет это сделать и не имеет ничего против. Чимин сделал этот ужин не только вкусным, но ещё и уютным. Впервые за пять лет, они с отцом не вдвоем за столом, впервые они обсуждают что-то кроме скучной учёбы и неинтересной работы. Чимин рассказывает о себе, о своей семье и о том, как бабушка учила его готовить. — Твоей жене очень повезёт, — с улыбкой произносит Мин старший, а Чимин смотрит на Юнги, незаметно подмигивая. — Я знаю это, — смеётся, — не переживайте, я и Юнги научу готовить. — Было бы здорово. — А как же, — Юнги поджимает губы, — меня никто не хочет спросить? — По-моему шикарная идея, — Пак хлопает глазками, — я понравлюсь тебе в роли учителя. Дерьмо. После ужина мужчина поддаётся на уговоры парней и уходит к себе, позволяя им убрать со стола и заняться посудой, перед этим поблагодарив Чимина и заявив, что ждёт его в гости, как только у того появится время. — Ничего не скажешь? — Юнги наблюдает за парнем, который убирает тарелки со стола, будто находится у себя дома. — Я дал тебе время соскучиться, — поясняет Чимин, направляясь к раковине, — могу спросить? — Да, — Юн кивает. — Где твоя мама? — Она умерла. — Оу, — Пак складывает губы в трубочку, поворачивая кран, — извини. — Всё нормально, прошло уже пять лет, мне не нужно сочувствие. — Хоть двадцать пять, — Чимин смотрит исключительно на посуду в своих руках, — мне всё равно жаль. — Зачем ты пришёл? — Юнги переводит тему, в упор смотря на профиль одногруппника. — Потому что я захотел, — Чимин клонит голову к плечу, — разве я сделал что-то плохое? Твой отец от меня в восторге, я помог с ужином, теперь помогаю тебе с уборкой, будь благодарен. — Я не идиот, Чимин, я знаю зачем ты это делаешь. — Так если знаешь, дай мне это, — усмехается, — а если, пока что, не готов, помоги с посудой. — Ненавижу тебя. — Неправда. И Чимин прав. Это чистая ложь.

***

Хосок не понимает, что происходит долгие пятнадцать секунд. На часах почти час ночи, а Тэхён пишет, что стоит прямо за его дверью. У Чона нет плохого предчувствия, пока он не открывает дверь и не видит на пороге заплаканного Тэхёна, плюсом ко всему ещё и промокшего до нитки. — Боже, что произошло? Хосок хочет задать ещё десяток вопросов, но Тэхён обвивает его шею холодными руками, сцепливая кисти на затылке, а после накрывает солёными и влажным губами его губы. Чон мгновенно сгребает маленькое, податливое тело в охапку и прижимает к себе, не думая о том, что вся домашняя одежда пропитается дождём и холодом, которым от Тэхёна веет за километр. Хосок хочет его целовать, и он это делает, боится только, что силу объятий не рассчитает и больно сделает, но сдерживать себя не получается, особенно когда Тэхён рот открывает, позволяя поцелуй углубить. Хосок грубый и нетерпеливый, он берёт, но ещё больше хочет взамен дать, и пусть воздух в лёгких заканчивается, Тэхёна отпускать не хочется. Целовать его вот так спонтанно и жадно, это именно то, что нужно Хосоку прямо сейчас. Тэ отстраняется спустя долгие пять минут, и выпутывается из тёплых объятий головы не поднимая. Хосок тяжело дышит, смотрит сверху вниз, но Тэ ничего не объясняет, он разворачивается и бежит со двора, Чон плюёт на всё. На плохую погоду, на ночь и на Чонгука, он выбегает следом за ним, слыша как хлюпает вода под босыми ногами. — Хосок, вернись в дом, — женщина останавливается на пороге, точно зная, что сын не ослушается её. Чон тормозит, зная, что совершает ошибку.